Система помнит, кто здесь главный злодей?

* * * – Почему этот... Бинхэ (он чуть не сказал "звереныш", но вовремя удержал язык) идет со старшей ученицей Сяньшу?! – Мин Фань обиженно надулся. Он тоже был не против покрасоваться с первой красавицей школы, а то и всей Поднебесной. Юань чуть не закатил глаза. – Это ПОЛИТИКА, Мин Фань, изволь подумать головой! – Шэнь Цинцю раздраженно обмахнулся веером, резко сложил его и ткнул концом почти в нос старшего ученика. – У Цинцзин сейчас напряженные отношения с Ваньцзянь и Сяньшу, потому на празднике важно показать всей школе, что разногласия между нашими пиками не столь велики. Поэтому в начале вечера ты как старший ученик Цинцзин на виду у всей школы дружественно пообщаешься со старшими учениками третьего пика, братьями Вэй, и, надеюсь, ты понимаешь, почему ты, а не Бинхэ. После малоизвестного скандала, но общеизвестного неприятия Вэй Цинвэем старшего ученика Ло это было бы очевидно и самому мелкому ученику Цинцзин. – А Бинхэ – со старшей ученицей пятого, – продолжил Шэнь Цинцю. – А дальше, выполнив обязанности, идите общаться с кем хотите. И Инъин... Он выразительно взглянул на Мин Фаня. Шимэй Нин, и это не было секретом не только для Юаня, читавшего роман, но и для всей школы, была для него известной зазнобой, и он все не оставлял попыток заполучить ее внимание, особенно после пропажи "милого А-Ло", и активно старался "утешить" ее все это время. И тут, в ее присутствии, как ребенок ныться, что ему не дают пообщаться с первой красавицей Сяньшу?! Парень, да ты совсем сдурел? – А я пообщаюсь со старшим учеником четвертого пика, Аньдин, правильно, учитель? – понятливо хлопнула глазками Инъин. – Ммм... – Юань на мгновение задумался, но все же произнес: – Верно. Просто вежливо и почтительно поблагодаришь за труды. Ничего более, ничего личного. Юань почувствовал себя старым отцом, в тревоге наставляющим юную дочь. – Пик Аньдин часто недооценивают и еще чаще не уважают. Совершенно незаслуженно и недальновидно. Дружба с Аньдин полезна. – Эта ученица знает, – мило улыбнулась Инъин. – Ведь ее учитель дружен с шишу Шаном. Юань чуть не поперхнулся, но способности оригинального Цинцю и привычка играть его роль позволили сохранить лицо. – Эта ученица не будет флиртовать с учениками Аньдин, но покажет наше дружеское расположение. Юаню оставалось только согласно кивнуть на такую прямолинейную и непосредственную откровенность. И откуда ты знаешь слово "флиртовать", девочка?! Вот тебе и "непосредственный ребенок". Мин Фань тем временем тоже чуть не ловил челюсть, а вот Бинхэ, пусть и через густую вуаль, посмотрел на сестру с гордостью: "Моя умная шицзе!". От его угадывающегося взгляда (а то и одобрительного рукопожатия под столом) Инъин смущенно покраснела и опустила глаза, но тут же радостно вскинула их на учителя. – А старшие сестрицы пообщаются с мальчиками Байчжань! – утвердительно заявила она, сделав это внезапное "открытие". Юань хотел заорать "Нет!", но вместо этого только невнятно прочистил горло. – Хм... только если шишу Лю успеет вернуться. Этот мастер не поручится за... благоразумие этих дикарей. Инъин надулась: – Мы уже не маленькие. Можем за себя постоять! Юань тихо вздохнул. Кажется, надо, просто необходимо дать девочкам на всякий случай несколько уроков самообороны... Перед глазами все еще стояла взбешенная и ошарашенная до ступора барышня Тун. * * * Если у тебя есть младшая сестра – ты, как заботливый старший брат, озаботишься и ее безопасностью. Вот только если первоклашка рада, что ее встречает и всюду сопровождает старший братик (любой из трех, но чаще всего младший и "менее занятой" Юань), то девочка-подросток уже считает себя самостоятельной и ерепенится от любого "надзора". Вот тут и остается или вести ее на занятия по самообороне, или хотя бы подкидывать видеокурсы... и замазывать синяки, когда эти "уроки" опробуют на тебе. Кое-что Юань запомнил, и вынес из них основное: не пытайся справиться с нападавшим, отвлеки (или, если удастся, временно выведи из строя) и беги, зовя на помощь! С распускающими руки учениками Байчжань (да и с любыми, невовремя распускающими руки) ученицам, собирающимся на свидание, пара отвлекающих приемов могла пригодиться однозначно. Нет, девочкам это было просто необходимо! Вот только в этом мире противником будут не полупьяные дебилы, а заклинатели. Их каблуком-шпилькой не проймешь – просто по отсутствию туфелек со шпильками, а шпилька из волос – шаг до смертоубийства. К счастью, Юань вовремя вспомнил, что оригинальный Шэнь Цинцю славился нечестными приемами, и выцыганить у Системы эти приемы получилось почти бесплатно. То, что совсем не к лицу сильному заклинателю... слабых юных девушек в опасности в этом не упрекнут! Отослав Мин Фаня, он накинул вуаль на лицо, поправил вуаль на шляпе, и, отправив Инъин за сестрицами, с трудом заставил Бинхэ умыться, смывая девчачью раскраску, и пошел с учеником на дальнее тренировочное поле. Категорически запретив остальному мужскому населению пика к нему приближаться. Эффективность таких приемов – в неожиданности и непредсказуемости, и вот только не хватало, чтобы мальчишки Цинцзин по глупости выдали их сотоварищам. Вся работа тогда насмарку! Нет, эти приемчики – только для девочек... Как Юань когда-то и говорил насчет защиты девушек, что собирались отправить к Императору, воздействие на акупунктурные точки требует опыта и практики (хотя тоже лишним не будет). Однако можно начать и с простого – с того же песка в лицо, тычков в глаза... Оружием может стать что угодно; тем более если наполнить это ци, что показывал и любимый простенький прием оригинального Цинцю с листьями. Ци можно наполнить и кромку веера, и пояс – не вервие бессмертных, но тоже потребует чуть больше времени, чтобы порвать, выигрывая минуты, чтобы скрыться цигуном. Кроме акупунктурных точек, могли сработать и талисманы – обездвиживающие, усыпляющие... Вспомнив таким образом не только о барышне Тун, но и о всех девушках из "команды в гарем", он вызывал на тренировку и всех этих барышень – убьем сразу двух... трех зайцев, что время терять? А в ожидании их, достав "походный" письменный прибор, усевшись на бревне от поваленного дерева, стал рисовать подходящие талисманы и знакомить с ними учениц. Конечно, оказалось трудно скрывать свой мужской голос – Юань говорил шепотом, почти неслышно, а Бинхэ был "переводчиком". С этого, верно, все решили, что он – некая "иноземная" барышня, из степнячек, из южных племен или из Индии, что еще плохо знает диалект Центральной Равнины. Юаня это вполне устраивало. С барышнями внезапно пришли и три девушки с Сяньшу – не видя повода им отказать, Шэнь Цинцю под видом женщины начал тренировку. И бедному Бинхэ пришлось стать "учебным пособием", как когда-то самому Юаню. Ладно, с него не убудет... он – главный герой, сильнейший заклинатель, полудемон, и т.д., и т.п. От пары синяков не развалится! Нанести вред оружием или ци ему было весьма сложно, и действие талисманов он сбрасывал за минуту, а то и меньше – тогда как другим мальчишкам на это потребовалось бы значительное время. Отличный "манекен"! Девицы, которые ранее уже не раз становились объектами нападок невоспитанных "дикарей", вспоминали их обычные атаки; Юань придумывал противодействие. Девочки с Цяньцао сообразили самые удобные и безопасные приемы – по акупунктурным точкам и не только: вот что значит прекрасно знать устройство человеческого тела! Тренировка затянулась до вечера; в сумерках пришла Лю Минъянь за своими "запропавшими" соученицами и... даже ненадолго присоединилась к ним. Утомленный Юань к тому времени уже сидел на бревне, лишь изредка давая советы и предоставив действовать девушкам в их мозговом штурме с изобретением все новых и новых приемов защиты. Окончательно стемнело и похолодало; коченеющий от ранневесенней вечерней сырости Юань повел всех на Цинцзин – если не ужинать, то хотя бы выпить чаю и отогреться прежде, чем барышни вернутся на свои пики. Конечно, маловероятно, что заклинательницы простыли бы, как простые смертные; но Ци Цинци и Му Цинфан за причиненный своим ученицам дискомфорт могли и настучать Юаню по голове. Проверять он не хотел. Лю Минъянь, как немного надеялся Юань (вот и повод сойтись с Бинхэ... пошептаться...), с ними не пошла, вернувшись на Сяньшу: вежливо распрощавшись и аккуратно поторопив сестриц, чтобы не задерживались, она вскочила на меч и взмыла в небо. Конечно, у старшей ученицы пика забот было не меньше, чем у Мин Фаня. Юань понял. Ладно, впереди еще сам праздник... * * *