Пари

Вечер еще не был поздним, поэтому Азирафаэль открыл жалюзи и сменил табличку «Закрыто» на «Открыто». Кроули, уже успевший протрезветь, тем временем приводил себя в порядок, стоя перед зеркалом и накидывая на свой внешний вид небрежность. За окном была прекрасная погода: мягкая осень, на небе ни облачка, и даже ветер не колыхал стоящие рядом деревья. Было уже темно, но приятный желтый свет фонарей освещал улицу. Люди не спеша сновали туда-сюда, и лишь редкие прохожие заглядывали в окна книжной лавки, но заходить в нее не торопились. Но вот, дверь отворилась и внутрь вошла пожилая пара. Кроули, который теперь стоял рядом с вешалкой, облокотившись на стеллаж, медленно пролистывал какую-то книгу, содержимое которой его особо не интересовало. Он поднял взгляд на вошедших, вскинул бровь и хмыкнул, поворачивая голову в сторону ангела. Азирафаэль же, как подобает учтивому хозяину лавки, проворно подошел к паре и полушепотом начал с ними разговор. Кроули тяжело вздохнул, поудобнее устроился и обвел взглядом магазин. Теперь, когда его разум не был затуманен алкоголем, весь этот разговор с Азирафаэлем казался ему абсурдным. И, дьявол его побери, как он вообще умудрился заключить пари? И, подумать только, инициатором был не кто иной, как ангел! Любовь? Чувства? Пфф, бред какой-то. Зачем ему это? Демон был чертовски раздражен. Тем не менее, они уже поспорили, и деваться ему было некуда. Дело было даже не в том, что ангел может попросить выполнить, если демон этот спор проиграет, а в том, что он, Кроули, совершенно не хочет видеть его, Азирафаэля, самодовольное лицо. Осталось надеяться, что в эту лавку никакая девушка не зайдет… никогда.

***

Девушка, которую Кроули так не хотел видеть в лавке своего друга, шла по улице, нервно вбивая каждый шаг в мостовую. День для нее не задался. Точнее сказать, последние дни. Если совсем уж точно, то примерно месяц незадавшихся дней, среди которых, были конечно и вполне нейтральные, но хороших точно не было. Не то, чтобы сегодняшний день был таким уж отвратительным, но, по сравнению с предыдущими, он пока побивал все рекорды неудавшихся. Плотнее закутавшись в пальто и передернув плечами, несмотря на достаточно теплый вечер, девушка, которую звали Астрид, продолжала идти, смотря в никуда и думая о том, как сильно она ненавидит свою работу, свою квартиру, людей, которые ее окружают, и, в конце концов, свою жизнь. И как только она дошла до всего этого? Закончив хороший колледж по специальности, о которой она грезила с самого детства, она в конечном итоге так и не смогла найти работу в этой области, и чтобы совсем уж не остаться на улице, она на время устроилась в кафе на окраине Лондона. Только кафе это было сложно назвать, скорее забегаловка, куда любят приходить наркоманы, которых «пробило на хавчик» после очередного косячка или дозы; грязные работяги с похотливым взглядом и наглыми манерами; девушки легкого поведения, которых Астрид про себя называла дешевыми прошмандовками; несвежие мамаши с грязными детьми и прочие неприятные личности. Захаживали сюда, конечно, и обычные, ничем непримечательные, но вполне приличные люди, однако, это было скорее исключение, чем правило. Начальству же было все равно, кто работает в этом месте, и тем более, кто его посещает. Главное, успей вовремя принести заказ, подлить кофе и забрать деньги. Можно даже не улыбаться, чего, собственно, Астрид особо и не делала. Платили, соответственно, копейки. Но расплатиться за старую бабушкину квартиру, находившуюся практически в центре города, хватало. Оставалось и на вполне сносную жизнь, без излишеств, но, как говориться, девушка не голодала. С родителями Астрид была давно в натянутых отношениях, потому что они слишком настойчиво лезли в ее жизнь, чего она очень не любила. Они, конечно, общались, но исключительно по телефону, и не более десяти минут в месяц. Поэтому помощи от них девушка никакой не получала, да и не хотела. Парень, с которым они счастливо прожили два последних года, где-то с месяц назад внезапно ушел к ее лучшей подруге, теперь уже естественно, бывшей. А сегодня очередной мерзкий тип из забегаловки наорал на нее и выплеснул чашку горячего кофе прямо ей на грудь. Ожогов, к счастью, не осталось, но нервы у девушки сдали в тот же момент, и несмотря на полный зал народа, она заливистым матом кричала на него во всю глотку. Что странно, ее даже особо не ругали за эту сцену, но отправили домой (не забыв вычесть из зарплаты неотработанные часы) и напомнили, что завтра она опаздывать не должна, так как с утра работает без напарницы. «Что ж, хотя бы не уволили», — подумала девушка. Но, с другой стороны, было бы лучше потерять эту работу, что дало бы толчок к поиску новой и менее нервной. Мысли о ненависти ко всему роду людскому в целом и к мудаку из забегаловки в частности то и дело блуждали в голове у Астрид. Сплошной негатив, но она как будто специально смаковала каждую эту мысль, наслаждаясь чувством ярости, потихоньку пробуждающимся где-то в глубине ее милой девичьей души. Она шла и даже не задумывалась, что толкает прохожих, которые не успели увернуться и недовольно бурчали что-то ей в след. Она так бы и шла, если бы не яркое желтое пятно от фонаря, за которое зацепился ее взгляд на углу одной из улиц. Что-то было в нем. Как будто тепло, или даже некий уют. Девушка остановилась и подняла взгляд. Перед ней был книжный магазин. Внутри почти не было посетителей, а книги Астрид любила больше, чем людей (по крайней мере сейчас), поэтому она, недолго думая, зашла внутрь.

***

Взгляд демона зацепился за какое-то движение за окном, и он снова поднял голову. Что ж, похоже, ему сегодня не везет. Он внимательно смотрел на девушку, которая сначала долго стояла в нерешительности, а потом медленно зашла внутрь. Первое, что почувствовал Кроули — это едва заметные волны злобы и ненависти, которые, очевидно, исходили от вошедшей. Так же, как ангелы чувствуют любовь, демоны способны улавливать негативные эмоции, исходящие от людей. Кроули лишь усмехнулся, и украдкой, чтобы не привлекать внимание, стал рассматривать девушку. Одета она была в длинное черное пальто, черные джинсы и белый свитер с высоким воротником. На ногах, несмотря на осень, были надеты летние тряпичные кеды. Не очень длинные каштановые волосы, чуть растрепанные от быстрой ходьбы, обрамляли раскрасневшееся лицо. Глаза болотного цвета с едва скрываемой злобой осматривали находившихся в лавке. Кроули перевернул страницу, краем глаза следя за девушкой. Как же все-таки удобно ходить в темных очках! Она, тем временем, подошла к стеллажу, который находился в отдалении ото всех присутствующих людей, но был близок к демону. Девушка стала рассматривать книги и, вытащив одну из них, начала ее осторожно перелистывать. Кроули захлопнул книгу и отложил ее в сторону, подняв голову и высматривая ангела. Азирафаэль стоял рядом со стариками и, подняв брови, довольно улыбался, указывая глазами на новую посетительницу. «Ну ладно, пора действовать», — недовольно подумал демон и выпрямился. Вальяжной расслабленной походкой он направился в сторону объекта их недавнего пари.

***

Астрид вдыхала приятный запах книги и на автомате листала страницы. Она даже не всматривалась в название и совершенно не пыталась понять, о чем эта книга. Мысли все еще были далеко, но запах страниц ее успокаивал. Она закрыла книгу и бережно провела рукой по переплету, наслаждаясь его матовой поверхностью. Девушка даже не заметила, как слева нарисовался мужчина. Она положила книгу обратно на полку, и сделала шаг чуть назад и в сторону, собираясь взять следующую. Но вместо ощущения твердого пола под ногой, которой она ступила, она почувствовала чей-то ботинок и оступилась, мигом потеряв равновесие. Безуспешно пытаясь его сохранить, Астрид качнулась сначала вперед, но резко дернула туловище назад и начала падать, рефлекторно схватившись рукой за первый попавшийся предмет, которым оказался пиджак обладателя ботинка. Послышался дикий грохот, потом мужской стон, а следом глухой удар. Падение не принесло никакой боли, и Астрид обнаружила себя лежащей сверху на мужчине и рукой сжимающей его пиджак. Мужчина был очень зол, лицо его скривилось, зубы обнажились, и девушке даже показалось, что она слышит шипение. Глаза его были скрыты под темными очками, и Астрид поначалу подумала, что он слепой, и ей стало стыдно. Как она могла его не заметить? На полу помимо них двоих валялась вешалка, которая и произвела тот ужасный грохот. Девушка поднялась, быстро осмотрелась, заметив спешащего к ней мужчину в светлом и вытаращившуюся на нее парочку стариков. Она снова посмотрела вниз на мужчину, который недовольно поднимался, хотела было извиниться, но тут ее осенило. Слепой в книжном? Что он тут забыл? Он явно не слепой, а очки, очевидно, были элементом его пижонского образа. Тогда зачем он к ней подкрался? К Астрид тут же вернулась вся накопившаяся за день злоба, и она открыла было рот, чтобы сказать что-нибудь колкое, но ее перебили:  — Ты что, слепая?! — Прорычал мужчина в темных очках, неприятно скривив лицо. — Не видишь, куда прешь? Посмотри, ты порвала мой любимый пиджак! Девушка с ужасом увидела, как он высвободил свой пиджак, зацепившийся при падении за вешалку, и показал дыру. Пиджак был явно не из дешевых, да и вообще вся одежда мужчины выглядела дорогой и стильной. Сам обладатель порванного пиджака был худым и высоким, с медно-рыжими волосами и ослепительно белыми зубами. Почему-то его образ невероятно сильно взбесил Астрид, которая про себя мигом окрестила его очередным мудаком, и начала кричать в ответ: — А ты сам-то с какого перепугу подкрадываешься сзади, думаешь у меня глаза на затылке есть? Пиджак ему, видите ли, порвали! Сам виноват, в следующий раз будешь думать, прежде чем куда-то идти! И снял бы очки, в помещении они тебе явно мешают видеть! Мужчина злобно скривил губы и открыл рот, чтобы ответить, но тут между ними возник хозяин лавки, и сказал: — Прошу вас, прекратите ссориться, это ни к чему. — Пусть эта истеричка сначала извиниться! — Не унимался рыжий, — посмотри, она порвала мой пиджак! — Сам мудак! — вторила ему Астрид. — Ктоо мудак?! — взвыл мужчина и двинулся вперед, пытаясь рукой отодвинуть хозяина магазина. Астрид ждать дальнейшего развития событий не стала, и прокричав напоследок что-то вроде «Пошел на хрен!», выбежала из лавки. Кроули устремился за ней следом, почти добежал до двери, и даже чуть было не поймал эту нахалку, но Азирафаэль схватил его за локоть и остановил. Демон недовольно обернулся, и прошипел: — Отпусти. — Хватит, успокойся, — сказал ангел. В то же мгновение с улицы послышался глухой удар, и женский вскрик. — Моя машина! — В бешенстве кричал Кроули, пытаясь отцепиться от ангела и догнать таки эту девчонку. Но Азирафаэль держал крепко, потихоньку пытаясь увести демона подальше от выхода. Тем временем, пожилая пара, невнятно проговорив слова прощания, протиснулась к выходу и быстренько слиняла. Демон и ангел опять остались в магазине вдвоем. — Нет, ты это видел? — не унимался Кроули, — она врезалась в мою машину, и наверняка ее поцарапала! Мало ей было порвать мой пиджак! — С твоей машиной все в порядке, и ты это знаешь, — примирительно сказал Азирафаэль. — Да и пиджак починить тебе ничего не стоит. Кроули посмотрел на друга, и его брови поползли вверх. — Чему ты так радостно улыбаешься? — Что-то не задалось твое знакомство, а значит я выиграл спор! — радостно пролепетал ангел. — Вот еще, — демон немного успокоился, и уже корил себя за то, что вспылил. Он сам не понимал, почему так бурно отреагировал, скорее всего во всем виновато раздражение, вызванное спором с ангелом. Он ехидно улыбнулся, — как будто эта девушка единственная, кто может зайти в твою лавку. Подождем следующую, и ее я точно соблазню. — Ну уж нет, договор был о первой зашедшей в магазин! И не забывай, что ты должен влюбить в себя девушку, а не соблазнить, — все больше радовался ангел. — То есть, ты хочешь сказать, что я проиграл? — Кроули вернулся к месту падения и, наклонившись, что-то подобрал с пола. — Это мы еще посмотрим. Ведь наше знакомство с этой барышней еще впереди, — он коварно улыбнулся.

***

Астрид пулей вылетела из магазина и, заметив в последний момент раритетную машину, частично стоящую на тротуаре, едва увернулась, чтобы не врезаться в нее всем телом. Но умудрилась задеть плечом. Боль мгновенно разлилась по всей руке, и девушка вскрикнула, тут же услышав вопль со стороны входа в магазин. Кричал ее новый «знакомый», а машина, очевидно, принадлежала ему. Чертыхнувшись про себя и ненавидя его за все на свете, Астрид прибавила ходу и помчалась в сторону дома, надеясь, что этот ненормальный за ней не последует.