Не смотри, или я поцелую тебя.

Сегодня… Мой день рождения. Кагава-сан дала мне три выходных дня, хотя я не просила, но раз так, я без проблем найду применение свободному времени. Я встала рано утром, Ран даже не пошевелился. Оно и к лучшему. В квартире очень тихо, вместе со мной проснулась только Юки. Я покормила свою любимую девочку и вернулась в свою комнату. Убедившись, что Хайтани крепко спит, я решила не уходить в ванную комнату, чтобы переодеться, а остаться здесь. Я надела чёрные джинсы, тёплую серую худи, а волосы собрала в пучок — не низкий и не высокий, выпустив пару прядей у лица. Надела линзы, к которым уже привыкла. И маску, чтобы никто меня не узнал, в случае встречи со знакомыми. Я вновь бросила взгляд на Рана, он по-прежнему спит. Из комнаты Шуджи и Риндо тоже никаких звуков. Взяла деньги, ключи, телефон, сигареты, тихо обулась и бесшумно выскользнула из квартиры. Хочется провести этот день в одиночестве, вернусь только вечером. Я пешком направилась в сторону большого торгового центра, время восемь утра, начало девятого. Я достала телефон и позвонила Макото. — Охаё, Каори, с днём рождения тебя, — поздоровался мужчина, ответив на звонок, — что-то нужно? — Доброе утро, Ямасаки-сан, спасибо за поздравление, — сказала я, чуть замявшись, — хотела спросить… Вы поедете на следующей неделе в Токио? — А… Да, я поеду восемнадцатого числа, вернусь в Киото двадцатого. Хочешь со мной съездить что ли? — Если только Вам не сложно взять меня с собой… Неудобно как-то… — О, не парься. Возьму тебя с собой с радостью. Если нужно, комнату выделю тебе. — Спасибо большое, Ямасаки-сан, Вы — мой спаситель! — Не благодари, ты мне как дочка, — рассмеялся мужчина, — если что, звони. — Обязательно. Он сбросил. Я глубоко вздохнула. Нужно будет предупредить парней, что я уеду на пару дней на следующей неделе. И Кагаве-сан сказать. С неба нежно сыпались мягкие крупные снежные хлопья, но на улице не совсем морозно, хотя стоит декабрь. Сегодня понедельник, а раз уже не совсем раннее утро, на улице уже много людей. Кто-то торопится на работу, кто-то ведёт детей в детский сад, ребята постарше шагают в школу. Далеко не многие идут неспешно, включая меня. Я наслаждаюсь снегопадом, оттягивая время по пути в торговый центр. Он вполне себе далеко от моего дома, я могла бы сесть в автобус или электричку, но предпочла прогуляться. Сегодня мне шестнадцать лет… С ума сойти, даже и не верится как-то. Я девять месяцев не была в Токио, не видела родных. За это время я нехило прокурила голос, к тому же он сам по себе стал на тон или два ниже, взрослею всё-таки. Вешу сорок шесть, а рост составляет сто пятьдесят пять сантиметров. Набрала вес и слегка вытянулась, на удивление и к счастью. Летом Макото попросил своего знакомого дать ложные показания по поводу братьев Хайтани. Теперь их ищут в Осаке, Ран и Риндо стали периодически вылезать из дома, стараясь всё делать аккуратно. Больше к нам полиция не наведывалась. А по поводу Ханмы Макото сам дал показания, что столкнулся с Шуджи, когда был в командировке в Саппоро. Ахаха, даже смешно немного становится, когда я представляю полицейских, разыскивающих трёх преступников в Осаке и Саппоро по отдельности, а они на самом деле даже из дома не переезжали, только квартиру сменили. Тем не менее, мы всё равно не расслабляемся, действуем с осторожностью, как следует маскируясь и не привлекая к себе особого внимания. До торгового центра я добралась за час, может, чуть меньше. По будням он открывается в 8:30, а по выходным и праздникам в 10 часов. Сейчас 9:17, многие магазинчики уже открылись, жду теперь начало фильма, который я выбрала. Боевичок. Блин, давно не дралась. Иногда кулаки так и чешутся, чтобы набить кому-нибудь ебальник, но случая удачного нет. И боевик, к слову, полная хуйня, сюжет неинтересный, развязка унылая, конец предсказуемый, актёры какие-то овощи. Три часа своего времени на ветер. Я вышла из кинозала с большим желанием покушать, с утра же не поела. Ах… На глаза мне попался небольшой ресторанчик суши и роллов. Вспоминается традиция, которую мы с Чифую соблюдали каждый год… Я вошла, меня встретил приветливый официант, он и проводил меня к самому дальнему столику. В этом заведении я выделила один огромный для себя плюс: каждый столик можно закрыть занавесками. Не всем ведь нравится, когда на них смотрят во время еды. И я воспользовалась этой чудной возможностью. Я сделала заказ, мне принесли его минут через двадцать, точно не знаю. Я сняла маску и приступила к своему завтраку-обеду. Эх… Сейчас бы сюда Чифую. Всё же с него началось, ахаха. Как он там? — Сидит и грустит, — сказал знакомый мне голос. Я подняла голову, предо мной за столиком сидит Кейске, — привет. — Ты мне мерещишься уже? — спросила я, откинувшись на спинку стула. — Вовсе нет, — сказал Баджи, — если меня видишь и слышишь только ты, это не значит, что я плод твоего воображения. — Ладно, — кивнула я, продолжая есть, — какими судьбами? Ты по делу? — По делу, — улыбнулся Кейске, — с днём рождения, Каочин ~ — Ох, спасибо :) — И ещё. Когда поедешь в Токио, будь осторожна. Носи маску и одежду посвободнее, тебя не должны узнать. Я знаю, что ты хочешь сделать. — Я думала, ты будешь меня отговаривать, — хмыкнула я. — Нет. Зачем? Ты уже приняла решение ведь, что я могу? Только дать совет, — рассмеялся тёмноволосый. Я улыбнулась. Мы ещё немного поболтали и он растворился, пообещав вернуться. Я доела, расплатилась и ушла. Время три часа дня. Ни одного пропущенного звонка, ни одного сообщения. Ну и хуй с ними, больно надо. Я приметила книжный магазин. Давно я не читала, думаю, пора. Купила пару книг и решила выйти из торгового центра. На улице стало чуть морознее, чем было утром, но снег уже не шёл. — Ямасаки-чан, — меня позвал знакомый мужской голос. — Привет, — улыбнулась я, — Тадао, мы ведь не первый день знакомы? К тому же, ровесники. К чёрту фамилии, как думаешь? — М, и правда, — рассмеялся Ито, — какими ты тут судьбами? Я хотел к тебе в магазин зайти. — О, у меня сегодня первый выходной, — сказала я, — из трёх. — Прогуляемся? Мидори ~ — Пошли :) *** С Тадао мы гуляли до девяти вечера. Он оказался очень хорошим собеседником, у нас было много общих тем для разговора. Он предложил проводить меня, я упиралась, но победа осталась за парнем. Только сейчас я заметила, что телефон у меня разрядился и, видимо, давно, он даже не включается. Мы решили сократить путь через переулок, где света нет совсем. — Ой, ребята, — нас окликнули и мы обернулись, — куда путь держите? Да ещё и в столь поздний час? — Одолжишь девчулю на часок-другой? — хохотал один из мужчин. Нас окружила компания из пятерых. — Мы… Не ищем проблем, отпустите нас, — как-то черезчур жалобно попросил Тадао. — Чё ты там тявкаешь? — усмехнулся другой, — хуй изо рта высунь. — Совсем прихуели? — спросила я, нахмурившись. — Мидори, не надо, — прошептал Ито, — мы и так попали… — Я смотрю, ты с острым язычком? — спросил мужик, приобнимая меня за талию. Я вывернулась и с ноги ударила его по лицу, тот свалился на бетон. Завязалась драка, я оттолкнула Тадао в сторону, чтоб не мешался под ногами и не получил пиздюлей. С земли я подняла кусок какой-то железной трубы и вырубила одного из оппонентов, другие лишь сильнее разозлились. Я отбивалась как могла, получила множество ударов и по лицу, и в живот, и куда только можно, стараясь не оставаться в долгу, что вроде как получалось. Похожая ситуация у меня была в Токио, когда я ночью сбежала из дома. Но тогда я убежала, а потом очень удачливо встретила в круглосуточном магазине Ханму. Он был моим спасителем в ту ночь. Однако сейчас рядом только Тадао, который сам нуждается в защите. Я могу положиться только на себя и взявшуюся из воздуха храбрость. «Поступи как Казутора, выбора нет.» — послышался голос Баджи где-то в укромных уголках моего подсознания. Как Казутора, значит?.. — Проверь пульс, — сказала я, прощупывая сознания одного из мужчин, когда уже все лежали без сознания. — Он… Он не дышит, Мидори! — кричал мой спутник, — что же делать?! Пульса нет… Ямасаки! — Закрой своё ебло, — одёрнула его я, — живо. Уходим. Услышав нашу потасовку, кто-то вызвал полицию, мы бежали прочь под звук сирены. Кусок трубы я не выбрасывала и несла в руках, там мои отпечатки и кровь пострадавших. — Что теперь? — Тадао разревелся, когда мы сели на детской площадке. — Трое погибших, — сказала я, тяжело дыша, — Тадао, запомни: ты ничего не видел, ничего не слышал и здесь нас не было, понял? Иначе меня посадят, а ты пойдёшь со мной за соучастие. — Я… Никому не скажу… — Если спросит кто, ты шёл домой через парк. Если до меня докопаются, я сидела дома. — Тебе совсем не страшно? — Мне нечего бояться и нечего терять. Но гнить за решёткой у меня нет желания. Думаю, у тебя тоже. Ито поклялся, что никому ничего не расскажет и мы разошлись. Домой я вернулась ближе к ночи, парни встретили меня сначала со злостью во взглядах, но увидев, что на мне много и своей, и не своей крови, заволновались. На мне были ссадины и синяки, в руках была та злосчастная труба. — Я убила трёх людей, — начала я свой рассказ, — двое в отключке. На меня напали в переулке. — Спиной я прижалась к входной двери и сползла по ней вниз, оседая на пол в шоке и с усталостью. — Ахринеть, — выдохнул Ханма, садясь рядом и аккуратно вытягивая железную трубу из моей руки, — отпусти, Каочин… Слышишь? Я поняла, что пальцы продолжали крепко держать трубу, и кое-как ослабила хватку. Перенервничала, похоже… Шуджи убрал куда-то железку, а Ран взял меня на руки и понёс в ванну. Краем уха я услышала, что Риндо делает чай на кухне. Хайтани-Старший закрыл дверь в ванной комнате и раздел меня, я не сопротивлялась. Не было ни сил, ни желания. Он старался аккуратно обрабатывать раны, было больно и всё жгло от зелёнки, но я смиренно терпела, стараясь отогнать от себя мысль о том, что я убийца. — Посмотри на меня, зайка, — Ран взял моё лицо в свои ладони, я перевела взгляд с тумбочки на него, — в этом… Нет твоей вины, поверь. У тебя не было выбора, ты защищалась. Я тоже убивал людей. И не всегда ради чего-то иного, кроме как защиты своей жизни или жизни брата. Мы не простые люди, мы… — …Гопники, — перебила его я, но в то же время закончила его фразу, — спасибо, Ран… Хайтани прижал меня к себе и поцеловал в лоб. — С днём рождения, Принцесса, — улыбнулся он и я чмокнула его в уголок губ. Мы вышли на кухню, где нас ждали парни. Они тоже поздравили меня. Оказалось, что целый день они готовили для меня торт. Немного прогадали, сделали клубничный, но и это меня сильно порадовало, они ведь старались ради меня. Это был лучший подарок на день рождения, который они могли мне сделать — внимание, забота и поднятое настроение. *** Я отработала в магазине несколько дней и отпросилась на пару-тройку выходных, якобы по семейным обстоятельствам. Шуджи, Ран и Риндо отнеслись к моему отъезду в Токио не особо радостно, скорее, наоборот. Просили не уезжать, но я была непреклонна и наотрез отказалась от их просьбы. Пообещала, что буду осторожна и не натворю бед. Мы договорились, что мы будем созваниваться и я всегда должна держать при себе заряженный телефон. Взяла с собой минимум вещей и Макото забрал меня на машине. Вечером семнадцатого числа мы приехали в Токио. Я еле держалась, чтобы не заплакать и вся дрожала, Ямасаки это заметил. — Понимаю твои чувства, — сказал мужчина и улыбнулся, — что собираешься делать сейчас? Сразу к друзьям? — Сейчас ничего, хочу отдохнуть с дороги, — сказала я, — через часик выйду на улицу, наверное. Нужно оставить конверт в одном почтовом ящике. — Понял, — кивнул Макото, — хорошо ориентируешься в городе? Нужно подвезти? — Ориентируюсь хорошо, не волнуйтесь, — улыбнулась я, когда мы вышли из машины, — не нужно, спасибо. Мы остановились… В Шибуе. В районе, где я раньше жила, где родилась Токийская Свастика, ныне распущенная… До сих пор не верится. Трехкомнатная квартира Макото находилась в многоэтажке, на десятом этаже. Когда мы вошли, нас встретила женщина лет шестидесяти. — Мама, это Мидори, подруга Шуджи, — произнёс Макото, — а это Чиё Ямасаки, моя мама. — Приятно познакомиться, — улыбнулась я, глядя на милую старушку. Выглядела она очень дружелюбно. — Мне тоже очень приятно, — кивнула с улыбкой Чиё, — идём, я покажу тебе твою комнату. — Мы отправились в самую дальнюю маленькую комнатку. В ней было уютно. — Здесь… Здесь рос Шуджи, пока он жил с нами. В четырнадцать лет он ушёл, но приходил в гости иногда. Мы всегда помним и ждём его… Как он там? Ты ведь живёшь с ним? — Да, мы с Шуджи живём вместе, с ним всё хорошо, — ответила я, продолжая оглядывать комнатку. — Он нам совсем как родной, — сказала Чиё, — Макото единственный мой сын, детей у него нет… Он говорил, что ты стала ему как дочь, значит, будешь моей внучкой :) Женщина вышла из комнаты, оставив меня наедине с собой. Мне показалось странным, что она сходу начала откровенничать со мной, едва ли знакомым человеком. Но где-то внутри что-то мне подсказывало, что в этом нет ничего плохого. — Всё верно, — хмыкнул Баджи, — бабуся Божий одуванчик. Я вздрогнула и обернулась. — Сколько ещё раз ты будешь так пугать меня? — А ты не пугайся, — рассмеялся Кейске, садясь на кровать. — Ладно… Как думаешь, стоит?.. — Ты про конверт? Думаю, да, стоит. Но на кладбище тебя ждёт сюрприз :) — Да ну нахуй? — взвыла я, — что, без приключений никак? Не пойду тогда на кладбище. — Иди, оно того стоит. Кейске растворился в воздухе, оставляя за этим разговором много вопросов в моей голове, но ни одного ответа. Макото заглянул ко мне в комнату и предупредил, что они с Чиё сейчас уйдут, но оставят мне ключи от дома, которыми я могу всецело пользоваться. Я посмотрела на настенные часы. Время девять вечера, я встала перед большим зеркалом и оглядела себя. Бордовая водолазка, заправленная в чёрные свободные джинсы; распущенные чёрные волосы, достигающие мне почти до поясницы. Может, подстричься? Почему нет? Из рюкзака я достала конверт и пошла в прихожую. Обулась в тёмно-серые кроссовки, надела фиолетовую ветровку, на лицо нацепила чёрную маску. Пошла в парикмахерскую, в которой никогда не была ранее. Она работает, на удивление, до десяти вечера. Парикмахер аргументировал это тем, что они открылись совсем недавно и почти сразу попали под воздействие конкуренции. — Вы уверены? — спросил парикмахер, — такие красивые волосы… — Режьте. Когда всё было готово, я расплатилась, надела маску и вышла. Были длинные волосы… Теперь же это каре. Чёлку я решила не делать. Я недалеко от дома, в почтовый ящик которого я должна бросить конверт. Недалеко от дома Чифую Мацуно.