Переломный момент

Тот, кто погас Будет ярче светить, чем кометы Пролетающие над планетой Из пустоты Без твоей красоты не родится Юности вольная птица (polnalyubvi — Кометы)

— Микаса, Микаса… — девушка открыла глаза и взглянула на нарушителя своего спокойствия. Она сидела на земле, приложившись спиной к груде сена. Рядом сидел Армин и с привычным ему беспокойством осматривал свою подругу. — Армин? — выдохнула Аккерман, прикладывая руку к больной голове, по которой будто кто-то колотил молотком. — Ты молодой? Армин выглядел лет на семнадцать. Худенький, с длинными пушистыми светлыми волосами и сияющими глазами. На его лице отображалось удивление, перекликающееся с беспокойством. — Микаса, с тобой всё хорошо? — с волнением спросил он. — Ты какая-то бледная. Микаса скользнула взглядом по куртке Армина и от волнения у неё перехватило дыхание. Это была та самая старая форма, которую раньше они носили: белая рубашка, короткая курточка с эмблемой крыльев свободы. — Армин, почему ты в форме? Разведку же расформировали, — девушка резко приблизилась к Арлерту, хватая того за куртку и внимательно рассматривая нашивку на кармане. — Микаса, да что с тобой? — Арлерт, сильно обеспокоенный поведением Микасы, схватил ту за плечи и потряс. — Армин, всё нормально. Она просто перетрудилась, — Эрен передернул затвор и снова выстрелил. Громкий хлопок, кажется, вернул Микасу в чувства. Она отпустила Армина и повернула голову в сторону Эрена. Йегер был жив. Сидел на сухой траве и платком протирал ружьё. Девушка потёрла глаза и снова уставилась на чудное видение. Оно никуда не ушло. Эрен всё так же сидел и протирал оружие. Наконец-то Йегер отложил ружьё и обратил внимание на замершую в изумлении девушку. — Армин, я, пожалуй, отведу её в лазарет, — сказал он, поднимаясь с травы и направляясь в сторону девушки. — Говорил же ей, что не надо так много тренироваться. Армин кивнул, молча наблюдая, как Эрен взял девушку на руки и потащил в сторону корпуса. — Боже, ты жив! — всхлипнула Микаса, отходя от шока. Она прижалась к парню и глубоко вдохнула знакомый аромат пота и сена. — Как же я скучала, Эрен. — Я знаю, — парень, отойдя на значительное расстояние от тренировочного места, поставил её на землю и слегка придержал, чтобы та не упала, — но не нужно вести себя так подозрительно. Подумают, что с тобой что-то не так. Микаса непонимающее уставилась на него. Всё происходящее казалось ей нереальным. Эрен был словно иллюзия, очень правдоподобная. Парень смущённо почесал затылок. — Это я перенёс тебя из будущего сюда… — он слегка усмехнулся. — Бред, правда? Микаса несколько секунд смотрела на него молча с непониманием в глазах, но вскоре расплакалась, как можно сильнее прижимаясь к Эрену. Сейчас ей было абсолютно всё равно, правда это или нет. Даже если сейчас всё происходящее лишь очень реальный сон, даже если скоро он прервётся, и она снова проснётся в своей старенькой квартире, она была благодарна за возможность просто обнять своего друга, брата, просто дорогого ей человека. Как давно она не видела его? Вроде столько лет прошло, она сумела принять, отпустить. Только в эту минуту живой Эрен вызывал у неё бурю эмоций, стремящихся выйти наружу через потоки слёз. — Ты на капитана так же набрасываться будешь? — насмешливо спросил Эрен, гладя её по голове. — Боюсь, он не поймёт, если ты так сразу… — Что? — девушка вопросительно посмотрела на него. — Микаса, — Эрен вдруг стал серьёзным, — всё происходящее сейчас вовсе не сон. Ты действительно попала в прошлое. Я объясню тебе всё, но позже, вечером. Только прошу, сейчас поверь мне на слово и не веди себя странно, хорошо? — Эрен отстранил её от себя и посмотрел в её заплаканные глаза. — Веди себя так, будто ничего выходящего за грань разумного не случилось. Микаса покачала головой. — Эрен, о чём ты говоришь? Это же всего лишь сон, — прошептала она, дотрагиваясь рукой до родного лица и ощущая у себя под пальцами приятное тепло. — Сны не могут быть настолько реальными, — устало произнёс Эрен, дотрагиваясь до руки Микасы, — неужели ты не помнишь? Вы сидели в кафе, потом ты побежала за силуэтом и оказалась около двери… неужели не помнишь? Микаса ощутила резкую боль в висках и пошатнулась. Воспоминания битым стеклом врезались в сознание. Вот они сидят в кафе, образ незнакомца, что следит за ними через окно. Вот девушка встаёт с места и бежит за крыльями свободы. Дверь, появившаяся из ниоткуда. Свет. А потом? Потом… — Прошлое, — прошептала Микаса, осознавая произошедшее, — но как?.. — она подняла голову. — Каким образом? Эрен тяжело вздохнул, прижимая её к себе. — Я объясню тебе, вечером всё расскажу, — ответил он, поглаживая её по чёрным волосам. — А тебе нужно поспать. Перемещения даются сложно. Аккерман снова уткнулась лицом в грудь Эрена. Парень её крепко обнял и уткнулся носом в её волосы. Он знал, что она страдала, уже видел это в своих видениях. Микаса заслуживала лучшей жизни, да и не только она. — Кажется, я приказал вам тренироваться в стрельбе, а не демонстрировать свои чувства у всех на виду. Его голос. Холодный, с хрипотцой. Даже спустя время она всё ещё помнит его. Голос Леви Аккермана. Девушка повернулась к нему, совершенно забыв о своём распухшем, зарёванном лице. Да, перед ней стоял Аккерман собственной персоной. Низкий, со стальными глазами и смолисто-чёрными волосами. Аккерман обратил внимание на зарёванное лицо Микасы. Удивление, на миг промелькнувшее на его лице, сменилось злостью. Впервые он видел Микасу в таком состоянии. Да, она часто была подавлена, изредка капитан замечал в её глазах слёзы, которые девушка в ту же секунду смахивала, делая вид, что с ней всё хорошо. Но чтобы Аккерман у всех на виду плакала в захлёб… Это казалось чем-то нереальным. «Как нужно было её довести?» — подумал капитан, нахмурившись. — Эрен, — угрожающие процедил он, — что ты на этот раз натворил? Йегер замялся, пытаясь придумать более-менее разумное объяснение. Микаса же так и стояла, словно ледяная статуя, и смотрела на капитана, казавшегося ей призраком. — Аккерман стало плохо, капитан, — наконец нашёлся Эрен, — я вёл её в лазарет. — Я так понимаю, не довёл, — устало произнёс Леви, осматривая девушку с головы до ног. — Возвращайся на тренировочное поле, — вдруг приказал он, — я сам отведу её. Йегер отстранил от себя девушку и подмигнул ей, надеясь, что она выполнит его просьбу. — Хорошо, капитан! — он отдал честь и быстро ушёл, оставляя Аккерманов наедине. — Идти сама сможешь? — спросил Леви, всё ещё осматривая её. Она кивнула. — Идём, — Леви тяжело вздохнул, — одна беда с вами, малышня. «Чего же вы тогда влюбились в малышню-то, капитан?» — подумала Микаса, вытирая слёзы. Девушка послушно двинулась за капитаном, размышляя о случившемся. Перемещение во времени, встреча с Эреном, а теперь ещё и Леви. Всё происходило слишком сумбурно, не позволяя девушке перевести дух и осмыслить как следует всё, что с ней произошло. Капитан шёл неторопливо. Пару раз мимо них пробегали солдаты, отдавали честь и бледные бежали дальше. «Я успела забыть, какой страх вы внушали», — усмехнулась Аккерман, удивляясь, как в такой ситуации она вообще может соображать нормально. Приступ сильной головной боли снова настиг её, и девушка остановилась. — Насчёт вас с Эреном… — капитан обернулся и, заметив неестественную бледность девушки, подбежал к ней. Очень вовремя, ведь в ту же секунду Микаса провалилась в обморок.

***

Когда девушка очнулась, за окном было уже темно. Она лежала на больничной кровати, укрытая тонким шерстяным одеялом. Микаса поморщилась, снова ощущая режущую боль в голове, и приложила ко лбу ладонь. Ей сильно захотелось пить. — Как себя чувствуешь? — чей-то мужской голос заставил её невольно вздрогнуть и переключить внимание на то, что происходило вокруг. Высокий мужчина в белом халате стоял возле неё и что-то отмечал в карте. — Пить, — пересохшими губами произнесла девушка. Мужчина кивнул и позвал к себе молоденькую рыжую медсестру. — Принеси Аккерман воды, — приказал он, в очередной раз что-то отмечая. Отложив листок, доктор подвинул стул и сел напротив Микасы. — И как много мы тренируемся, милочка? — с насмешкой спросил он, разглядывая всё ещё бледную девушку. — Нельзя же доводить себя до такого состояния! Ты ужасно истощена! Не ешь, мало спишь. Судя по синякам и стёртым в кровь костяшкам рук, много тренируешься, — доктор неодобрительно покачал головой. — Думаю, мне нужно сообщить об этом вашему начальству. Микаса ничего не ответила. Девушка молча лежала и невидящим взглядом смотрела на доктора. В её сознании снова всплыл разговор с Эреном, странное путешествие во времени и незнакомец, ведущий её к двери. Неужели это всё правда было реальностью? На этот вопрос девушка не могла дать внятного ответа. С одной стороны, всё было слишком ощутимым для обычного сна, но с другой… Рыжеволосая медсестра принесла стакан с холодной водой, и Микасе пришлось сесть на кровати. Головная боль ушла так же неожиданно, как и появилась, поэтому Аккерман смогла сделать это совершенно спокойно. Когда её пальцы коснулись холодного стекла, девушка усмехнулась. «Значит, всё это действительно реально?» Медсестра и доктор переглянулись. Девушка сделала глоток и почувствовала, как противная сухость во рту уходит. — Сколько я спала? — спросила Микаса, смотря в окно. — Неужели весь день? — Всего пару часов, — спокойно ответил доктор, отпуская медсестру. — Думаю, вам нужно на время отстраниться от службы. Нужно восстановить ваше… — Можно мне выйти? — резко перебила доктора Микаса. Сейчас ей больше всего на свете хотелось увидеть Эрена и задать ему множество вопросов, которые в срочном порядке требовали ответов. Если сейчас Аккерман не получит ответы, её голова просто не выдержит и разорвётся на тысячи кусочков. — Вам нужно как можно больше лежать, — сердито ответил доктор, — ваше состояние ещё… Аккерман не стала его слушать. Девушка сбросила с себя одеяло и встала на ноги, оглядывая себя. На ней была её форма, и она с горечью подумала, что на самом деле сильно скучала по этим белым обтягивающим брюкам и просторной белой рубашке. На спинке стула висела куртка. Схватив её, девушка уже была готова покинуть палату, как вдруг столкнулась с капитаном Леви. Аккерман скрестил руки на груди и мрачно оглядел Микасу. — Сэр, солдату Аккерман нужен постельный режим, но девушка, видимо, думает, что уже вполне здорова, — немного заикаясь, объяснил доктор. — Правда, Аккерман? По тебе не скажешь, — Леви хмыкнул. — И куда это ты собралась? — спросил капитан, хмуря тонкие чёрные брови. — Мне уже лучше, сэр, — выдавила из себя Микаса, прикладывая кулак к сердцу, — спасибо за заботу. Как же хорошо, что армейские привычки остаются с тобой, словно военная награда. — Аккерман, — сердито начал Леви, — обязуйся слушать врача, иначе получишь от меня выговор. Быстро в кровать! Аккерман, бросив сердитый взгляд на капитана, послушно направилась к кровати, предварительно повесив куртку на спинку стула. Она была рада видеть его, но сейчас Леви невероятно сильно раздражал, встав на её пути. Капитан, явно удивившись такому послушанию, немного расслабился и ушёл вместе с доктором за ширму, обсуждая состояние девушки. Микаса при всем своём уважении не собиралась просиживать зад на больничной койке. Как только капитан и доктор скрылись, она тут же вылетела в коридор, осторожно закрыв за собой дверь. По старой памяти Аккерман смогла найти выход из корпуса на улицу, где располагались отдельные помещения для казарм. Эта база не была похожа на старую, скорее всего, она попала не так далеко в прошлое, правильнее бы было выразиться — не в самое начало. Впрочем, догадаться можно было и раньше. Аккерман направилась прямиком к корпусу мужчин в надежде, что Эрен ещё не спит. Судя по проходившим мимо солдатам, отбоя ещё не было, так что Аккерман вполне могла рассчитывать на встречу с Йегером. Эрен вышел из здания в сопровождении Армина, но, заметив Микасу, заставил Арлерта зачем-то вернуться назад. Затолкав светловолосого обратно, парень подбежал к девушке и по-дружески прижал к себе. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, заглядывая ей в глаза. — Я заходил к тебе, но мне сказали, что ты без сознания. Микаса улыбнулась, наслаждаясь мгновением. Ей так не хватало его заботы. От его простого «Как ты себя чувствуешь?» она вновь чуть не расплакалась у всех на виду. — Скорее всего, капитан будет искать меня, — вдруг вспомнила Микаса. — Если мы хотим поговорить, то лучше найти безлюдное место. Эрен оглянулся по сторонам и одобрительно кивнул. Сейчас, во время отдыха, солдат на улице было много, да и Леви действительно в скором времени мог объявиться со своим наказанием и фирменным сердитым взглядом. — Я знаю, куда можно пойти, — Эрен схватил девушку за руку и потащил в укромное место, что располагалась за мужскими казармами. Молодые парочки находили там приют своей «любви». Показывать на публике свои отношения считалось не совсем красивым, поэтому влюблённым приходилось уединяться тут. Неспроста именно сюда Йегер привёл Микасу. Это было идеальное укромное место, куда даже не попадал свет от стоявших на улице факелов. Разместившись на сухой соломе, заботливо оставленной кем-то здесь, они начали свой разговор. — Почему капитан должен тебя искать? Ты сбежала от него? — поинтересовался Эрен. — Я сбежала не от него, а от врача, который нёс чепуху о том, что я слишком много тренируюсь и совсем не ем. Эрен осторожно взял Аккерман за руку. — Извини, — сказал он, потупив взгляд, — тебе тяжело, наверное, сейчас? — О чём ты говоришь? — у девушки непроизвольно потекли слёзы от нахлынувших на неё воспоминаний. — Тяжело мне было, когда пришлось самолично лишить тебя головы. Йегер горько хмыкнул. Он сам ненавидел себя за то, что причинил ей столько боли, но прекрасно понимал, что по-другому было нельзя. — Из-за перемещения во времени твоё тело сильно ослабело. Тебе действительно лучше какое-то время отдохнуть, — Эрен потрепал Микасу по голове. — Ничего не изменилось. Ты до сих пор не научилась заботиться о себе. Микаса фыркнула и отвела взгляд. — Понимаешь, на самом деле я не умер тогда. Девушка посмотрела на него ошарашенными глазами. — То есть как? — Имир сохранила мне жизнь, но весьма посредственным способом. Я не умер, но и не смог жить с вами. Меня отбросило в самое начало истории. В день, когда стена Мария рухнула. Я видел тебя маленькую, — он нежно улыбнулся, — такая милая, нависала надо мной. Извини, — Эрен слегка покраснел, — я проживал нашу историю несколько тысяч раз. Пока вы строили будущее, я обитал в прошлом. Как выяснилось, сама Имир создала временную петлю и заперла меня тут. А потом я смог увидеть вашу жизнь. То, как сложилась ваша судьба. — Временная петля, — Микасе почувствовала облегчение. Эрен не умер. Пускай он живёт в другой реальности, во временной петле, не с ними, но он жив, и это дарило ей счастье. «А ведь я могла остаться с ним». Внезапная мысль посетила девушку и одарила волнением. Если она сможет остаться с ним, то будет всегда окружена друзьями, Эреном и капитаном Леви. — Эрен… а я смогу остаться с тобой? — с надеждой спросила она, по-детски хлопая ресницами. Как будто бы это что-то изменило. — Нет, — Эрен грустно покачал головой, — как только ты дойдёшь до переломного момента, то сразу же вернёшься в своё настоящее. Петля запустится снова, я вернусь в начало, но уже без тебя. Вернее, с тобой маленькой, но это будешь не ты, — Йегер запнулся, не понимая, как объяснить такую странную вещь, как время. — В общем, ты нужна в своей реальности. Микаса опустила взгляд на свои замёрзшие руки. — Я видел будущее. И мне жаль, что так вышло, — Эрен взглянул на небо. — Я думал, что вы навсегда останетесь друзьями, сможете жить счастливо. Как жаль, что время всё изменило. — Не время, Эрен, — выдохнула Аккерман, — люди ответственны за всё происходящее в их жизни, не время. Аккерман сама не могла понять, в какой момент они перестали быть друзьями. У каждого были свои дела, свои стремления. Они старались видеться как можно чаще, но каждая их встреча была наполнена грустными воспоминаниями о прошлом. Прошлое вспоминать никто не хотел. Оно было слишком болезненным, слишком печальным для их новой беззаботной жизни, которую, как им тогда казалось, они заслужили. Получается, они устали не столько друг от друга, сколько от прошлого связывавшего их? — Я знаю, что ты несчастна с Жаном. Вы совершенно чужие люди, — прервал размышления Микасы Эрен, — но ведь и Жан раньше чем-то привлекал тебя, верно? Микаса кивнула, вспоминая своего мужа. Жан был очень добр и заботлив, за это девушка была благодарна ему. К сожалению, больше она ничего не испытывала к нему. Ничего, кроме скупой благодарности. — Я решил, что будет лучше, если ты вернёшься в прошлое и исправишь ошибки. Тогда, когда переломный момент настанет, ты вернёшься уже в другое будущее — в то, что построишь сейчас сама. И не ври мне, что не захотела вернуть Аккермана. Я чувствовал то, что ты чувствовала тогда. — Значит, тот человек в плаще, заманивший меня сюда, был ты? — Да, — кивнул Эрен, — я смог ненадолго попасть к вам. — Он замолчал, подбирая слова, а потом почти шёпотом всё-таки завершил свою мысль: — Я хотел подарить тебе этот прощальный подарок, ведь когда-то мы любили друг друга. Девушка снова обернулась к нему, поражённая услышанным. «Эрен, всё это время?..» — Я любил тебя, и ты, вроде как, меня. Но в самом конце я осознал, что твои чувства ко мне не больше, чем привязанность к брату, — Эрен рукой поправил волосы и горько усмехнулся, — ты сама запуталась в собственных чувствах, вот и получилось то, что получилось. Холодный ветерок ударил Микасу по лицу, смахивая с щёк новые слёзы. Где-то громыхнуло, и в воздухе запахло ненавистным дождём. — До дрожи земли осталось три года. Я не знаю, в какой момент у вас всё пошло не так, поэтому точно предугадать твою отправку назад не могу. Но… обещаю помочь тебе исправить. Спасти отношения с капитаном, спасти Сашу… — Саша? Только сейчас до девушки начали доходит все невероятные возможности. Она может изменить будущее, изменить свою жизнь. Уберечь лучшую подругу от смерти. Неужели Микаса Аккерман достойна счастья? Но почему сейчас вместо радости она испытывает невероятную грусть? Разве она не должна радоваться тому, что её тайные желания будут исполнены? Может, потому что Эрен узнал о её чувствах раньше, чем она сама? Может, потому что этим она заставила его страдать? Слёзы с новой силой полились из глаз. — Микаса, я же просил, — расстроился Эрен, поднимаясь с сена и садясь перед девушкой на колени. — Веди себя как обычно, а то заставишь всех переживать за тебя. — Прости меня, Эрен, — сквозь слёзы проговорила девушка, — я причинила тебе боль. Прости. — Да не извиняйся ты. Сам дурак. Отмахивался от тебя долгое время, пока ты в капитана не влюбилась, — Эрен сжал в своих руках её руки, — всё нормально, правда. — Я так понимаю, ради этого ты ослушалась приказа и сбежала, — голос Леви холодной водой окатил двух разведчиков. Капитан стоял прислонившись к стенке и с неким торжеством смотрел на них. — Ну, сколько ещё мне ждать, пока вы вспомните, что являетесь солдатами под моим командованием? — издевательским тоном спросил он, поднимая левую бровь. Эрен и Микаса лениво поднялись и приложили кулаки к сердцу. Аккерман шмыгнула носом и тут же почувствовала себя невероятной дурой. Второй раз она появляется перед капитаном в таком жалком виде. — Эрен, до отбоя пять минут, живо в койку. Микаса, за мной в лазарет, — приказал Леви тоном не терпящим возражения. Сказав это, капитан развернулся и пошёл к корпусу. Микаса кивнула Эрену и, вытирая слёзы, направилась за капитаном. Когда Аккерманы дошли до входа в лазарет, Леви вдруг остановился и развернулся к девушке. — Аккерман, я очень надеюсь, что ты возьмёшь себя в руки и перестанешь вести себя, как влюблённая дура, — максимально спокойно, скрывая своё раздражение, начал Леви. — Кинсли рассказал мне, что ты истощена. Не спишь, не ешь… — он выдохнул. — Не думал, что мне когда-нибудь придётся проводить подобные разговоры… но, очень прошу, забудь ты своего Эрена. Даже если он отверг тебя, не смей реветь и убивать себя, имей гордость. Микаса стояла и молча слушала речь капитана, поражаясь с каждым его словом всё больше и больше. «Даже если он отверг?.. Капитан думает, что я плакала, потому что Эрен отверг меня?» Он снова тяжело выдохнул. — Ты можешь многое сделать для человечества, Микаса. Ты лучший воин в моём отряде. Поэтому не вздумай убивать себя из-за неразделенной любви, поняла? — с нажимом спросил Аккерман, понимая, что Микаса уже давно его не слушает. — Аккерман?! — воскликнул он сердито. Микаса кивнула головой, всё ещё в некой задумчивости осматривая капитана. — Ладно, — выдохнул тот, открывая дверь, — даю неделю на восстановление. Поможешь Ханджи с её документами. Но потом чтоб выкинула из головы все любовные заморочки.

***

В палате было тихо, если не считать храп медсестры, которой приказали следить за Аккерман. Микаса сидела на больничной койке и задумчиво смотрела на стекающие по стеклу капли, пытаясь проанализировать своё прошлое. Переломным моментом могло быть что угодно. Как понять, что именно стало той самой точкой? «Если рассуждать логически, это должно произойти до смерти Эрена. Какой-то важный по своему значению момент. Момент, когда мы с Леви навсегда сожгли своё совместное будущее». Микаса помнила, как однажды призналась Леви. Помнила, каким жестоким и холодным был его отказ. Как себя она ненавидела после этого. Какой глупой и наивной девушкой себя считала. Столько лет она не навещала капитана только потому, что услышала от него те жесткие слова. «Ты мне не нужна». Она боялась снова столкнуться с его холодными глазами. «Может, тогда? Нет, это было уже после. Значит, что-то предшествовало этому? Неужели тот день, когда капитан хотел признаться, но увидел меня с красным шарфиком в руках? Неужели тот момент и был тем самым переломным? Может, именно поэтому он отказал мне тогда?» Спустя три дня после смерти Эрена. Сегодня пришло долгожданное известие: Леви Аккерман очнулся. К нему в больничную палату вломились члены его бывшей группы. Микаса вошла к нему последней, держа в руках небольшой букет синих цветов. Пока все поздравляли капитана, она молча стояла и смотрела на его перебинтованное лицо. — Да ладно вам, малышня, — отмахнулся Аккерман, — главное, что весь этот кошмар закончился. Их взгляды столкнулись, и девушка почувствовала нехватку воздуха. Словно она тонула в море. Жестоком и глубоком. — Соболезную, Аккерман, — хрипло сказал ей Леви, не отводя от неё взгляда, — но ты поступила верно. В горле появился ком. Она еле прошептала своё жалкое «Спасибо» и положила ему на колени свой небольшой букетик. Дождь с каждой минутой становился всё сильнее. Похоже, плохая погода нашла её и здесь. Микаса легла на кровать и укрылась одеялом, смотря через окно на чёрное небо. Девушка и не заметила, как погрузилась в глубокий сон. Сон, наполненный тяжёлыми воспоминаниями. Месяц после дрожи земли. — Капитан, — Микаса поставила очередной букетик в вазу, — как сегодня ваши дела? — Хорошо, Микаса, — Леви вымученно улыбнулся, — прекращай называть меня капитаном. Сидевший рядом Армин запротестовал: — Но как же, капитан! Вы для нас навсегда останетесь капитаном, чтобы ни случилось! — Как сентиментально, Армин, — Жан закатил глаза, — но он прав, капитан Леви. — Тут он достал из кармана небольшую коробочку. — Может, в карты, капитан? Аккерман хрипло рассмеялся, положив руки на колёса инвалидного кресла. — Капитан, я помогу! — Микаса мигом перелетела через комнату и помогла Леви подъехать к столу. — Армин, ты с нами? — спросил Жан, доставая из коробки карты. — Микаса точно не станет — в прошлый раз назвала эту игру ужасной. Армин отложил блокнот, в котором всё это время что-то внимательно чертил, и присоединился к ребятам. — Ну давай. Дверь в комнату капитана отворилась, и на пороге появилась взволнованная Габи. — Мальчики, там, кажется, Фалько задавило. Помогите, пожалуйста! Армин и Жан соскочили с мест и бросились на помощь Фалько, оставляя Аккерманов наедине. — Мне принести чаю, капитан? — спросила Микаса, поворачиваясь к нему. — Думаю, они там надолго. Леви покачал головой. — Не стоит так много заботиться обо мне. Я тебе не Эрен, — вырвалось у Леви непроизвольно. Он жалел её. Видел, насколько Микасе тяжело, но не хотел становиться заменой Эрена. Тогда он ясно увидел, что Эрен — единственный, кто занимает место в её сердце, и забота Микасы о нём казалась чем-то неправильным. — Простите, — тихо прошептала Аккерман, стараясь не показывать своей слабости. Только дрожь в её голосе была слышна слишком отчётливо. — Прости, — извинился Леви, стараясь не смотреть на неё, — это было слишком. Я просто не понимаю, зачем такая излишняя забота? — Я хочу о вас заботится, капитан. И… — она замялась, — мне бы хотелось остаться с вами. Девушка отвернулась, не желая смотреть на Леви. Она не знала, что он ответит ей на такое внезапное признание. Тогда она и не думала, что Леви поймёт её чувства совершенно иначе. Возможно, тогда ей действительно нужно было раньше всё осознать. — И зачем тебе это? — усмехнулся он. — Не нужно связывать свою жизнь с калекой. — Я люблю вас, — на одном дыхании выговорила Микаса. «Ты так убиваешься по своему Эрену и тут признаешься мне в любви. Ведь ты любила его не как брата. Зачем же сейчас мучаешь моё сердце? Жалеешь меня, потому что я одинок? Хочешь забыть свои чувства с моей помощью?» За дверью раздались шаги и мужской смех. — Ты мне не нужна, — сухо ответил Леви. Он не поверил её словам.