Дорога для Тех, Кто Ждет с Той Стороны

На небе не было ни единого облака или тучи; однако из-за гор доносились раскаты грома. Поначалу это были глухие выстрелы, маленькие вспышки, которые постепенно перерастали в огромные, застилающие все небо белые кляксы. Вот уже над маяком как будто бы разрывались снаряды, разъедая ночное небо своим жутким мерцанием. Молнии истерично кидались на беззащитные звезды, окутывая их своей паутиной. Пленники сводимых судорогами сетей, они медленно рассыпались, обрушиваясь на землю ливнем и градом. - Идем, - Бенни остановилась возле старой деревянной лодки. - Тебе не кажется, что это не самая разумная идея? - Все равно промокли, - пожала плечами девушка и опустилась в маленькое судно. - Надеюсь, ты умеешь плавать, - вампир запрыгнул внутрь, пробив ногой дыру в одной из досок. На его озадаченный взгляд Бенни лишь повела головой, приглашая его сесть, так что ему пришлось подчиниться. Невзирая на пробитое дно, дождевая вода продолжала заполнять лодку. Бенни оттолкнулась ногой от крупного булыжника, и они соскочили с берега. Фрэнк рефлекторно закрыл глаза в ожидании встречи с водорослями и морскими жителями, однако судно и не думало идти под воду. Напротив, оно бодро поплыло прочь от берега, каждый метр с все большим энтузиазмом унося вампиров от маяка. - Так…мы плывем в дырявой лодке? - А ты наблюдателен. - То есть это нормально? - Здесь – да. Знаешь, как говорят: если ты чего-то не видишь, это не значит, что этого нет. В обратном направлении это тоже работает: то, что ты видишь собственными глазами – не всегда реально. - Это иллюзия? - Не совсем. Я вот совсем не иллюзия, - она закинула ему на колени свои мокрые грязные ботинки. - Я должен обрадоваться? - Слишком много вопросов, – прошептала Бенни и еще больше развалилась в лодке. Дождь прекратился, как только вода наполнила судно до краев. Само судно спокойно держалось на плаву и продолжало размеренно следовать по намеченной траектории. Фрэнк выглянул за бортик. - Интересно, что там? – отозвалась Бенни. Он слегка заметно кивнул головой. Бенни поднялась и выпрыгнула из лодки. Фрэнк опешил на долю секунды, но затем последовал за ней. Оказавшись в воде, он как будто нырнул в океан ртути – невозможно было различить даже очертания собственных рук. Чернота перекрыла свет луны, хотя Фрэнк находился практически на поверхности. Маленький красный огонек возник в некотором отдалении от вампира; он как будто поднимался с глубины, всплывая все выше, но достигнув определенной отметки, неподвижно замер на месте. Фрэнк направился к нему, но как бы ни старался он сблизиться со странным красным объектом, тот как будто отдалялся от него на то же расстояние, как вдруг совсем исчез. Вампир коснулся чего-то мягкого и скользкого; оно вспыхнуло изнутри ярким рыжим пламенем. То оказалась медуза. Тут же с другой стороны показалась еще одна, вскоре десятки медуз окружили Фрэнка плотным кольцом и в быстром темпе закружились вокруг него, подергивая щупальцами. Когда они подобрались вплотную к нему, кто-то схватил его за ногу и резко потянул вниз. На долю секунды перед ним появилось лицо Бенни, после чего все медузы погасли, и вокруг него не осталось ничего, кроме темноты. Тонкий слух вампира уловил тяжелый звук, прорывавшийся сквозь толщу воды. Ноги почувствовали твердую почву, и как только Фрэнк опустился на дно, все вокруг озарилось огненно-красным пламенем пульсирующих медуз. На горе изъеденных морской живностью тел возвышался подгнивший старый орган, выпускавший навстречу лунному свету стройные столбы пузырей. Темная рогатая фигура сидела перед клавиатурами и извлекала из инструмента жуткие беспорядочные басы. Орган взвывал, грохотал и свистел, будто собираясь разлететься на миллиард мелких обломков. «Не каждый день увидишь играющий на дне моря орган… - мысли Фрэнка, как обычно, не в попад комментировали ситуацию, пока глаза изучали обстановку, - а вот этот органист-любитель мне определенно кого-то напоминает». Музыкант, казалось, услышал мысли вампира и прекратил свой перфоманс. Медленно он принялся оборачиваться к своему незваному гостю… Мрак. Легкое покачивание лодки на волнах и теплый ветер. Фрэнк открыл глаза. Он и в самом деле лежал в лодке. Бенни, по колено в воде, вела за собой дырявое судно по краю моря. В прямом смысле по краю – вода как будто изворачивалась под прямым углом вниз и продолжала так же спокойно течь в другом направлении. Гигантский серый диск висел прямо над вампирами, практически заслоняя собою небо. Бенни заметила, что ее спутник оклемался, но продолжала молча идти вперед. Фрэнк решил в полной мере насладиться заслуженным отдыхом. Повертевшись немного, он устроился настолько удобно, насколько это позволяла посудина в половину его роста. По неведомым ему самому обстоятельствам, настроение у него было просто прекрасное. - Там на дне какой-то мужик на органе играет. - В самом деле? - Ага. - И как играет? - Херово. Дальше они двигались в тишине. Вскоре Фрэнк заметил, что вода постепенно начинается подниматься; впереди она изгибалась так же, как и у края – на этот раз уже вверх. Бенни продолжала вести судно, пока водная стена их полностью не поглотила. Стена выплюнула вампиров на серый асфальт. На улице было раннее утро - четыре, возможно, пять утра; Фрэнк понял, что они по-прежнему находятся в этом странном мире. Вокруг не было ни души. Это был какой-то жилой район, сплошь заставленный бетонными коробками; напротив вросла в песок покалеченная временем детская площадка. Давно забытое чувство - приятное, но взывавшее к какой-то тупой ноющей боли в груди - заполнило все естество вампира. Агрессивная природа маяка с ее сыростью и холодом сменилась застывшим блеклым пейзажем спящего города. Мрак, в котором, как казалось Фрэнку, он провел уже несколько столетий, обернулся непривычной предрассветной серостью, будто высосавшей краски из всего окружающего мира. Солнце еще не встало; либо, что тоже вполне вероятно, его и вовсе не существовало в этом иллюзорном пространстве. Вампир оглянулся. Бенни оккупировала песочницу и совершенно не глядела в его сторону, занятая чем-то чрезвычайно важным. Фрэнк поднял взгляд на холодное серое небо. На миг у него появилось страшное, непреодолимое желание бросить все и скрыться среди пустых домов, неспешно бродить по заброшенным улицам. Но желание ушло вместе с легким порывом ветра, и Фрэнк молча направился к спутнице. Та уже перестала возиться с песком и забралась на брусья горизонтальной лестницы. Девушка свесила ноги, покачивала ими из стороны в сторону, задумавшись о чем-то, и проигнорировала вампира, когда он подошел к ней. Только когда Фрэнк поймал ее за лодыжки, это вырвало ее из размышлений. Она снова сверкнула клыками и посмотрела на него сверху вниз своим хитрым взглядом. - В странные места ты меня заводишь. Какую цель преследует этот экскурс в потусторонний мир? - Едва ли он достоин звания потустороннего. Воображаемый - более подходящее слово. Он существует, пока создатель хранит его образ в своей голове. Ты еще слаб, поэтому я могу влиять на среду, которая будет тебя окружать; обычно же мир для каждого уникален. Таким, как мы, жизненно необходимо место, где была бы возможность собираться большими группами. Если бы нам приходилось использовать для этих целей материальный мир - нас бы давно перебили. - 'Таким, как мы', ты сказала, подразумевая наш клан. Но мне едва удается вспомнить, из-за чего мы вынуждены скрываться. Я чувствую ненависть и отвращение, с которыми смотрят на нас все прочие; вспоминаю обрывки легенд и историй, связанных с Патриархами и Баалом. Но я не помню ни дня из собственной жизни, не имею ни малейшего представления о том, как живут мои братья сейчас. Улыбка вяло сползла с лица девушки. Она снова задумалась. - Дерьмово живут твои братья. Наши братья, - поправила себя Бенни, устремляя взгляд куда-то вдаль, продолжая после долгой паузы. - Из тех, кому за тысячу, почти никого и не осталось, а кто остался - либо отупели, либо отчаялись и расселись по норам, гипнотизируют свое обезображенное отражение в зеркале. Безумцы чаще всего погибают - болезнь у них отнимает последний шанс на выживание. А безумных много - проклятие передается плохо. Большой разрыв в поколениях: практически всех середняков вычистила Инквизиция и Ассамиты. Остались совсем древние, среди которых первая половина вовсе утратила способность к Обращению, а вторая при попытке оной оставляет обреченную жертву, не способную справится с обретенной силой, биться в агониях до самой смерти. И есть совсем молодняк - и их довольно много - это как раз и есть та прослойка тупых, жадных до крови и разврата дегенератов, всю жизнь посвящающих содомии и жертвоприношениям. - И в самом деле, не слишком радужная картина. - Ты проницателен. Фрэнк нахмурился. Черви копошились у него в мозгу, отчаянно пытаясь то ли пожрать его изнутри, то ли выбраться наружу. - Когда ты говоришь это, я как будто слышу повторение того, что уже знал раньше…но сейчас не о том. Не может же быть все настолько плохо. Взять тебя, например. Ты не похожа ни на кого из списка. И, насколько я могу судить, вполне умело используешь свою силу. - Вот ты и подошел к источнику всех проблем нашего проклятия. - А подробнее? Спрыгнув Фрэнку на руки, Бенни опустилась на землю и повела его за собой. - Все умения демонизма основаны на невероятно длинных, сложных, а порой и доведенных до полного абсурда ритуалов. Но ритуалы эти совершались из века в век нашими одержимыми братьями, которые склонны несколько утрировать важность религиозных обрядов. Не обязательно судорожно кланяться морю в полнолуние с головой гарпии в зубах, чтобы призвать зубную фею. Только попробуй объясни это им - повезет, если на месте не диаблизируют. Для них это слишком просто. Может, инстинкт самосохранения работает. Представь, что бы было, если б все разом перестали тратить больше половины своей не-жизни на поиски невинных душ и унылые песнопения, а занялись бы непосредственно самим делом. Думаю, прямо у нас перед носом уже прожигал бы надвое Землю гигантский разрыв между Сторонами. - И никто кроме тебя до этого не додумался? - Конечно, додумались. Только сложность не в том, что б дойти до этого разумом - нужно всем своим существом ощутить реальную власть. Многие просто боятся разгневать Тех, за чьей помощью обращаются. Принято считать, что проводя ритуал, ты выказываешь почтение демону - именно поэтому он снисходит до того, что б предоставить тебе свою помощь. Только демоны - не боги, а такие же рабы. Их нужно подчинять, а не преклоняться перед ними. - Лысая голова из башни с тобой бы не согласилась. Пожалуй, даже позволила бы себе едкое замечание, что подобными речами разбрасываются только неонаты. Да ровно до тех самых пор, пока первый же «демон-раб» этого неоната и не прикончит. - И ты бы с ним согласился? - Он и без того слишком зазнался. К тому же мне никогда не нравились круглые очки и блестящие головы. Черная вспышка на миг пронзила воздух между ними. Бенни остановилась. - Нам пора. - А я только приготовился слушать… - Я могла бы рассказать тебе больше, но не все сразу. Иначе выйдет слишком большой шквал эмоций и информации. Свихнешься. А я говорила, что случается с безумцами. - Будем считать, отмазалась. - Память ты, может, и утратил, но вот характер свой паршивый при себе оставил, - Бенни отвела взгляд и о чем-то задумалась, - я рада, что хотя бы это осталось неизменно. - Знаешь, что-то внутри меня кричит, что нужно держаться от тебя как можно дальше. Развернуться и бежать прочь, не оглядываясь, - Фрэнк изобразил свой самый загадочный взгляд и приподнял бровь. - Так каким образом мне отсюда выбраться? - Просто представь, что здесь ты со всеми делами расправился и пора тебе обратно. - Так просто? - Можешь сначала ритуальный танец сплясать, если хочешь, - вздохнула Бенни. - И ты не без этого навязчивого желания все усложнить, да? Фрэнк невозмутимо закрыл глаза и сделал так, как было сказано. Совершенно ничего не почувствовав, он снова открыл глаза и понял, что стоит один посреди своей крохотной грязной квартиры в Санта-Монике.