Наедине.

-- Иван! Испуганный до нельзя немец подскочил к русскому как только тот зашел, и не дав ему толком раздеться, потащил в кухню, держась за рукав желтой куртки. -- тише, тише. Эри, что случилось? – с беспокойством спросил русский, послушно следуя за немцем, про себя отмечая что следы на полу от грязных ботинок придется кому-то отмывать. Зайдя на кухню, Иван, мягко говоря, охренел от ее вида. Сломанная плита, сгоревшие обои, голая стена напротив окна и, о, святые, (как любил говорить отец русского), разбитое окно. Русский стоял и с шоком смотрел на то, во что превратилась его кухня. А после он перевел взгляд на испуганного немца, который смотрел на него как провинившийся котенок. -- ты мне скажешь что здесь произошло? – русский скрестил руки на груди. Его голос он сам не узнал – до того он был злым. Видимо, уловив эти злые нотки, немец опустил голову и прикрылся руками, словно его станут сейчас бить. Дурная детская привычка… -- я… я просто… просто хотел приготовить мясо… не хотел что бы так вышло… оно… -- он запинался и, кажется, готов был заплакать. Это привело русского в себя. Кухня кухней, но вот видя как его возлюбленный прикрывался от него, словно русский и вправду будет его бить, мужчина шумно выдохнул и потрепал парня по голове, выдавливая из себя улыбку. А после как можно спокойнее сказал: -- ничего страшного, малыш. Это всё можно починить. Сам то ты не пострадал? Немец посмотрел на него с такой тяжестью в глазах, что у мужчины сердце екнуло. Парнишка приподнял рукав кофты и глазам Ивана предстал покрасневший от крови бинт. Как же так все это вышло он решил узнать потом. Главное сейчас – еще раз обработать рану и начать думать о ремонте кухни. Взяв немца за здоровую руку, на которой совсем недавно появился ожог, русский повел его в глубь дома. Всего пятнадцать минут и вот рука парня вновь обработана, пока беспокойный котик шастал между их ногами. -- ну и как это все получилось? – огладив щеку парня спросил Иван. Но не дождавшись ответа, продолжил. – думаю, нас ждет очень долгий ремонт. -- прости… -- ничего страшного, Эрих. Хочешь, сам придумаешь дизайн новой кухни. – приободряюще улыбнулся. -- правда…? у парнишки загорелись глазки. Он был так рад. А Союз лишь кивнул. Он не хотел сейчас ругаться… тем более что принес он с собой не самые лучшие новости. Но это не сейчас… потом… все потом…