Наедине.

Телевизор на кухне надрывался, вещая песни народных артистов, мало как связанных с предстоящим торжеством. Маленький Костя тихонько подбирался сзади к парню, что аккуратно нарезал салаты для празднечного стола. Юркая ручка быстро метнулась в миску, вытаскивая несколько кукурузок, но ее тут же перехватила другая рука. Эрих аккуратно держал руку мальчишки, а после наклонился к этому маленькому чуду. -- куда воруем? Это на новый год. Иди помоги лучше папе елку нарядить. -- улыбнулся немец и потрепал малыша по волосам, вызывая у того неуверенную улыбку. -- папа сказал помочь вам... -- звонко отозвалась Иса, заглядывая на стол с продуктами. Бантик забавно подпрыгивал на ее макушке, а большие зелёные глазки с интересом все осматривали. -- да-да-да! -- радостно закивал головой подоспевший Ази, ставя руки в боки и широко улыбаясь. Подумать только что когда то эти дети страдали из-за него. У Эри дрогнула губа. Но он быстро унял порыв пустить слезу и улыбнулся как можно теплее. Положив нож на доску, парень прошёл к холодильнику, думая что можно доверить малышам, чтобы они случайно себя не поранили. -- так, а что на счёт фруктового салатика? -- обернувшись к малышам, он увидел как те скорчили мордашки и тут же добавил -- заправим его сгущенкой. -- дети тут же оживились. -- итак, разбирайте. Кто-то очистит бананы и мандарины с киви, а кто-то будет резать. И ещё яблоки туда можно! Под веселый говор дети разделили обязанности и теперь вместе готовили на кухне, иногда что-то спрашивая у Эриха. Заглянувший Иван в теплом свитере улыбнулся. Он переживал что они не поладят, а они вон как мирно сидят, готовят. Кажется, все шло на лад, если даже дети не боялись его. Может, просто не помнят? -- притащил эту крысу к нам в дом, дал доступ к кухне, так ещё и детей к нему подсылаешь. С головой все нормально? -- суровая женщина сложила руки на груди, ненавистно глядя на мужчину. -- он исправился. Посмотри как детям с ним весело. Иди, присоединяйся. Или хотя бы помоги остальным укра... -- договорить ему не дали. Женщина просто развернулась и пошла прочь. -- вот стерва. Не себе, не другим. Мимо женщины пробежал маленький мальчик с родимым пятнышком на носике. Герман, одетый в теплый свитерок с узорами и красными щеками только что вернулся из магазина вместе с тремя другими. Не раздеваясь, малыш бежал в балоневых штанишках на кухню, сопровождая это забавным "фить-фить". Увидев родителя, он тут же метнулся к нему, обнимая его и утыекаясь холодным носиком, тихо что-то бормоча. Эри не сразу понял что произошло, но когда услышал своего сына тут же замер и посмотрел на него. Такой кроха... Но так вырос с их последней встречи... Осторожно положив нож на доску присев, он прижал малютку к себе, став поглаживать по спинке. Здесь он уже не смог сдержать своих слез, что капельками скатились по бледным щекам. Его сынок.... Его маленькое чудо. Вот это маленькое чудо... Снова. Снова он может его обнять. Дети перестали шушукаться и просто замерли, глядя на эту милую, безумно милую картину. Кажется, Герман видел родителя гораздо реже, чем они Ивана. Но сейчас... Они снова вместе. И ни малютка, ни старший немец не могли сдержать счастливых слез и улыбок. Взяв сына на руки, Эрих тьмокнул его в нос с пятнышком и посмотрел прямо в алые глазки. Заплаканные, но такие счастливые. -- эй, малыши, -- послышался голос Ивана, который тоже не мог оторвать взгляда от этой картины. -- давайте, одевайтесь. Пойдёмте на улицу салюты пускать. Дети тут же стали заканчивать, убирая все со стола, а после и покинули кухню. Все это время Герман не отлипал от Эриха, крепко, насколько позволяли его силы, обнимая его. Он так ждал этого... Так ждал.. -- Эри, Герман, вы идете? -- спросил русский, накидывая пальто. -- да... Идем... -- отозвался немец и с сыном на руках потопал к выходу. Ему тоже не хотелось отпускать его... Ведь... Это наверняка последний раз, когда он сможет обнять его вот так... Посмотреть в эти счастливые глазки... Одевшись, огромная толпа детей выбежала на улицу. Конечно, были и те кто остался сидеть дома, смотреть салют из окна. Иван не долго возился с фейерверками. Вскоре темное зимнее небо окрасилось в яркие цвета, что рассеивались спустя несколько секунд. Конечно, он не любитель подобных штук, но... Хотя бы раз. Хотя бы один раз можно их порадовать. Внезапно в Ивана прилетел снежок. Оглянувшись, он увидел смеющихся немцев. Маленький Герман снова неумело лепил снежок. Посадив сына на плечи, Эри побежал на Ивана. -- наших бьют! -- завопил Костя, лепя снежок и метясь в бегущего Эриха, однако ему раньше прилетел снежок в лицо от Ази, который хихикая быстро лепил себе снаряды. Вскоре во дворе разразилась целая война, где снарядами были снежки, а звуками служили громкий смех и веселые крики. Иван и Эри были повалены в снег, а маленький Герман пытался закопать там русского, который прижимал старшего немца к себе. Выпутавшись из чужой хватки, Эри схватил сына и поднял его как можно выше. -- ты мой маленький победитель. Всех победил. -- с трепетом и любовью проговорил тот, глядя на краснощекого малыша, который так счастливо ему улыбался. -- да, молодец, я проиграл. -- отозвался валяющийся в снегу Иван, которого уже откапывали дети. -- всех победителей и проигравших приглашаем к столу! -- раздался звонкий голосок Исы, которая выглянула из окна. Огромная орава детей направилась в дом. Вещи скинули на батареи, а сами отправились в кухню. Осталось немного до Нового Года... Совсем чуть чуть. Трехцветное чудушко Кыш запрыгнул на колени к сыну хозяина, гордо сев и громко мяукнув. -- Кыш... -- тихо произнес Герман, поглаживая котика по голове и почесывая за ушком. --  надо же, к детям лезет, а мне не даётся. -- пробурчал Иван, садясь рядом со своим немцем и тьмокая его в висок. За веселой болтавней незаметно пролетело время. И вот, экран телевизора дрогнул, сворачивая музыкальное шоу и включая картинку с Иваном. Запись была сдела сегодня утром, чтобы мужчина смог отметить праздник с семьей. Все притихли, глядя в экран телевизора, а пока все смотрели туда, Иван приобнял Эриха за талию и чуть притянул к себе, поглаживая по бедру, пока никто не видел. Забили куранты, кухня заполнилась радостными криками о наступлении Нового Года. Под шумок, своровав с тарелки несколько кусков колбасы, Кыш засел на коленях Германа, который не стал выдавать котика, а лишь улыбнулся и прижался к родителю, который тут же обнял его в ответ. Такое теплое и веселое торжество... И все в этом доме были счастливы. Старый год заберёт все плохое, все худшее оставит позади.. Верно же?