Наедине.

-- сложно что-то придумать, не зная какую из своих точек он решит задействовать в этот раз. Если он опустился до такого приёма, то ему ничего не стоит стереть с лица земли несколько миллионов людей. Но неужели он пойдёт на такое, просто ради одной жизни? Третий Рейх не имеет ничего, ни народа, ни земель, которыми мог бы править. -- он нацелен не на Ре… Эриха. Ему всё равно на него. – француз сложил руки в замочек -- Ты его главная цель и потенциальная угроза на пути к господству. Земли, сила и ресурсы, которыми ты располагаешь, дают тебе значимое превосходство, а так же Штаты так и не смог нагнать тебя в боевой сфере, поэтому он и ищет окольные пути, чтобы хоть как-то сместить тебя с пьедестала. Иван хмуро опустил взгляд в свою кружку, осмысливая только что сказанное. Подобное уже было не раз, на его земли не раз покушались, но раньше это было строго в людском мире, где его подопечные сами могли разобраться с их проблемами, а сейчас… -- у него недостаточно ресурсов для проведения подобного манёвра. – задумчиво произнёс коммунист, вспоминая последние собрания. – в последнее время он терпит значительные убытки и экономика на его землях сильно рухнула. Если он попробует провернуть нечто подобное, то ему нужны серьёзные союзники. -- Европейская часть континента всегда готова оказать помощь Штатам в борьбе с тобой, Союз. А так же некоторые страны азиатской части могут оказать ему финансовую поддержку, но они в меньшинстве. Главный претендент на место союзника Штатов – Китай. -- что? – в один голос спросила парочка, в лёгком недоумении уставившись на француза. -- в последнее время они достаточно часто контактировали и сам Штаты стал частым гостем на землях Цайлиня, а после смерти Кийоми он и вовсе не возвращается на свою сторону. Мне кажется что они что-то затевают. -- Цайлинь никогда не опустится до уровня Америки. – холодно произнёс русский. Он не хотел даже думать что его друг, с самого детства, даже подумывает о подобном. -- я… просто предположил. Нельзя исключать этого, ведь даже Ре… -- договорить французу не дал ледяной, пронзающий насквозь взгляд. – прости… ты понял. Эрих задумчиво осмотрел свои колени, пытаясь вспомнить хоть что-то, что могло бы дать подсказку к происходящему. Если француз был прав в своих догадках, то ничем хорошим это не закончится. Посмотрев на гостя, он заговорил: -- это вполне вероятный исход событий. Возможно, Цайлинь мог немного сдвинуться на почве смерти Кийоми, ведь они были достаточно близки большую часть их знакомства. Главная причина почему Кийоми умерла – её желание спасти меня от суда. -- о чём ты сейчас говоришь… -- Иван аккуратно взял немца за руку, пряча её между своих, совершенно не стесняясь чужого присутствия. -- подумай сам, Иван. Цайлинь достаточно сдержанный. Каждый раз, когда существо запирает свои чувства глубоко в себя и игнорирует их, старается казаться сильнее, чем есть на самом деле, он постепенно гниёт изнутри. И рано или поздно эта гниль доберётся до того места, которое пошатнёт рассудок. Я знаю о чём говорю. Эрих поднял ледяной взгляд на Ивана, от чего тот чуть отстранился. – почти каждый день моего расширения проходил в муках. Я не хотел следовать на поводу у людей, у неё, однако их речи, уговоры, заставляли меня осознавать что если я продолжу быть мягким слабаком то остальные быстро посеют хаос на моих землях. Меня призывали быть сильнее. Стать тем лидером, за которым последуют остальные. И Цайлинь… на его плечах лежит огромная ответственность, ведь он не только старается защитить своих людей от остальных, но и днями, ночами трудится на своей страной. Не выходит из лаборатории сутками, пытаясь помочь той, которую так любил. Он старался ради неё, а она легко перечеркнула его труды. Представь что я бы снова развязал войну, после всего что между нами было в этих стенах. Предательство. Думаю, именно так он видит эту ситуацию. Кийоми выбрала не того, кто всеми силами пытался сохранить ей жизнь и счастье, после всего произошедшего, а того, кто даже не смог навещать её, когда она больше всех нуждалась. Кийоми всю жизнь убила на меня, почти игнорируя того, кто заботился о ней в ущерб себе. Иван не знал что ответить на монолог немца. Но руки русского мягко сжимали ладонь немца, оглаживая её большим пальцем. Он не поднимал глаза на него, не желая вновь сталкиваться с тем ледяным взглядом. Ему даже не хотелось думать что… -- и после всего произошедшего. Не ты, не я, не оказались рядом с ним. Не подбодрили, мы даже не говорили с ним после всего произошедшего. Думаешь, он так легко и просто упустит факт того, что даже ты в конечном итоге выбрал не его, а другого? -- звучит так, будто ты хочешь выставить виноватым себя. – подал голос Франц, до этого момента не сводивший взгляда с немца. – хотя, так и есть. Но не стоит забывать что Кийоми сама призналась в том, что именно она начала эту заварушку. Не ты. Она. И сейчас она хотела искупить свою вину перед тобой. -- я… просто хочу сказать что… -- он посмотрел на Франца -- когда Цайлиню требовалась рука помощи, поддержка… -- повернулся к русскому -- вместо тебя, Иван, её стал оказывать Штаты. И это вполне могло дать толчок к тому, что Цайлинь перешёл на его сторону. Если им удастся устранить меня, то ты почувствуешь то, что от части чувствовал он. -- хочешь сказать, мне нужно поговорить с ним? -- не знаю. Я не очень силён в делах дружбы. – Эрих мягко взял его под щёки, поднимая его голову и встречаясь с этими карими, родными глазами. – но я знаю что как бы всё не обернулось, мы сможем это вынести. Поэтому… Губы немца оставили короткий поцелуй на губах русского. Он смотрел с нежностью, любовью и беспокойством. Это был тот немец, которого любил русский. И, возможно, эта любовь и ослепляла его на протяжении всей жизни. Ведь когда выбор вставал между Эрихом, его Эрихом, он всегда выбирал его, а не других. Он даже оставил детей, нуждающихся в его внимании, на попечении Тамары. Она ведь… ох… какой же Иван идиот. -- я поговорю с ним. -- не спеши с этим, Союз. Вероятно, он не станет тебя слушать и предупредит Штаты. Особенно, если вы встретитесь на его территории. Лучше всего будет пригласить его к тебе, сюда. Как понимаю, детей здесь нет. Эриха тоже можно спустить в мир людей. Так, чтобы вы были вдвоём. Русский посмотрел на мужчину и хмыкнул. Надо же, не ожидал что этот француз будет учить его и давать советы по поводу взаимоотношений с другими. Но, не согласиться с ним нельзя было. Вот только подозрение что этот… багет… лишь притворяется что хочет помочь лишь крепли, на фоне сложившейся ситуации. -- я тебя услышал. Есть что-то ещё, что мне стоит знать? -- у вас очень вкусный чай. – улыбнулся француз, выпивая всё до последней капли. – не сочтёте за наглость, если я попрошу добавки? -- конечно нет. – улыбнулся Эрих. – сейчас налью. Взяв пустую кружку, парень вернулся к плите, где стоял ещё не остывший чайник с чаем. Налив французу новую порцию, он поставил перед ним кружку, которую тот мигом взял, грея руки. В доме советов было странно холодно. -- я принёс некоторые копии чертежей, которые нашёл у Штатов на столе. Не знаю для чего они, не разбираюсь. Пусть твои люди посмотрят и скажут что с этим делать. – он приподнял кейс, который принёс с собой. – пароль 1812. -- иронично – усмехнулся немец. -- рад что ты оценил. – хохотнул француз, опуская кейс на пол и отпивая горячей жидкости из кружки, посмотрев на этих двоих. – спасибо что дали шанс… -- что-то я стал слишком мягким. – русский аккуратно приобнял стоявшего немца за талию, притягивая к себе. Настороженность как рукой сняло, когда немец обнял его в ответ за шею, утыкая себе в грудь. -- спасибо что пытаешься помочь, Франц. Но, какова причина такой щедрости? Щёки француза слабо пыхнули, а он растерянно отвёл взгляд, словно ища листочек с подсказки для ответа на вопрос. Он не знал как сказать об этом. -- ваша любовь… такая тёплая и нежная. Я всегда мечтал чтобы Вел обращался со мной так же, как Иван обращается с тобой. Но я видел только холод в его глазах и раздражение. Я видел как ты часто приходил в чудных нарядах к зданию советов в мире людей и встречал Ивана. Видел ваше счастье… видел как вы строили тех забавных белых человечков на площадке и… завидовал, ведь сам никогда не испытывал подобного и навряд ли испытаю, учитывая как Вел относится ко всему подобного. Даже ты, Иван, такой ледяной и стальной таешь рядом с Эрихом. Я смотрю на вас и понимаю что нельзя допустить чтобы вы снова… были порознь. -- кажется, ты перечитал любовных романов. – неловко улыбнулся Эрих. Его щёки так же покраснели, когда он осознал что и другие вполне себе могли увидеть его, узнать… -- может и так, но… я просто хочу чтобы кто-то был счастлив. Да и Штаты слишком сильно увлёкся своей игрой в бога. Боюсь, что в его планах истребить не только тебя, Союз, но и остальных стран, чтобы править миром одному. -- вот значит как. Боишься снова потерпеть неудачу в войне? -- а вот это было обидно. -- прости… -- улыбнулся Эрих, погладив русского по голове. Тот же так и не отстранялся, раздумывая над сложившейся ситуацией. Неужели Цайлинь и вправду… а он… даже не замечал этого. Не смог… помочь своему другу.