Пустынный Олень

      — Ширен спит, — холодно ответила леди Селиса и скривилась, отчего стала выглядеть ещё страшнее. Высокая, как дядя Станнис, но худощавая и костлявая. Огромные оттопыренные уши лишь придавали ещё большей худобы её лицу. Она выглядела, как типичная кассирша тётка Зина, а не жена брата короля. Как его дядя вообще согласился на брак? Мало того, что уродина, так ещё и стерва. Он что, на неё вообще не смотрел, прежде чем давать добро?       — Ну и ладно, — буркнул Нед. — Похоже придется ждать дядю Станниса. Иначе невозможно, — и развернулся.       Похоже, мастер над кораблями не успел поговорить со своей женой из-за напавшего на Ланниспорт Грейджоя.       В прошлом месяце пришла весть, что лорд Станнис разбил флот железнорождённых, тем самым заперев восставших островитян в их замках. Никто не мог помешать переправе войск короны и Севера, и сейчас шли длительные осады всех замков.       Принц неспешно брёл по башне Десницы. Дядя не очень сильно ладил с королём, потому поселился именно здесь. Его отношения с женой несколько затухли(если они вообще были), из-за чего по замку начали ходить слухи, что леди Селиса заберёт дочь и отбудет на Драконий Камень. Будь на месте Станниса любой другой мужчина — он бы с радостью отправил жену куда подальше, а сам бы во всю пользовался появившейся свободой. Но его дядя был другим человеком…       На выходе из башни принца встретил Джон Аррен. За его спиной стоял сир Герольд, который окинул беглым взглядом Неда и уважительно поклонился.       — О, Нед, — улыбнулся десница. — Не ждал тебя здесь увидеть. В гости к кузине захаживал?       — Пытался, — кивнул Джону принц. — Но леди Селиса… — интонация, с которой он это сказал, исчерпывающе ответила о мнении Неда к жене дяди.       — Можешь не продолжать, — добрая улыбка и не думала сходить с его лица. — Всё понятно.       — Ты с собрания Малого совета? Есть новости?       — Да ничего особенного, — выдохнул Джон. — Солёный Утёс пал, но Пайк ещё держится, — десница выглядел уставшим. Управлять государством — сложное дело, и восстание, наверняка, отбирало немало его сил. — Кстати, Нед, тебя искал Пицель…       — Помнишь, ты рассказывал про настольную игру с фигурками? — перевёл тему принц. — Может покажешь тогда?       — О, ну это можно, — Джон повернулся к своему спутнику. — Герольд, найди Семвелла, - рыцарь кивнул и первым ступил на лестницу. Десница с принцем шли чуть позади. Нед молился, чтобы тема Пицеля была забыта, ибо не хотел слушать упрёки от Джона. Он вообще не любил слушать о недостатках, которые знал и без других. — Что обсуждали на последнем занятии у мейстера?       — Дорн, — недовольно буркнул принц.       — Дорн — это хорошо, — еле слышно продолжил десница. — Расскажи мне о Дорне, — попросил он, отворив дверь в комнату.       — Ну, — Нед замолчал, перебирая в голове всё то, что удалось запомнить. — Самый южный регион. Отделён от прочего королевства Красными горами, из-за чего завоевать их невозможно…       — Это всё хорошо, но расскажи о людях. Что можешь рассказать о дорнийцах?       В кабинете десницы помимо разнообразных ковров, шкафов и картин стояло два стола. Один большой, рабочий и довольно простой, а второй помельче, но выглядел богаче. На нём стояла доска с аккуратно расставленными фигурами из слоновой кости.       — Это она и есть? — спросил у Джона Нед, в очередной раз переводя тему. Принц начинал себя чувствовать мастером демагогии, уходя от неприятных разговоров.       С обоих концов доски стояло по двадцать фигур, белых и чёрных. Короли, драконы, слоны, всадники, закованные в латы; всадники в лёгких доспехах, осадные оружия, арбалеты и воины с вилами, стоявшие в первых рядах. Считай шахматы, но, как и всё здесь, со своими особенностями.       Слишком много фигур, что могло вызвать путаницу. В прошлой жизни, классе в пятом или шестом, ему вырезали аппендицит, отчего пришлось торчать две недели в больничке. А там телефоны только час перед сном и полнейшая скука. Единственным развлечением были шашки, шахматы и прочие настолки. В палате был парень, который ходил в кружок шахмат и играл лучше всех. Он был единственным, кого Олег не мог обыграть. Но Олег остался в прошлом. Он теперь Нед.       — Да, — Джон сел за половину белых. — Садись напротив, расскажу правила, — дождавшись момента, когда принц сел и был готов внимать, мужчина продолжил: — Значит это король…       Джон Аррен начал объяснять правила игры, как должны ходить фигуры и определяется победитель. В покои вошёл слуга, кативший столик, на котором располагался дымящийся чайник, заварник поменьше, баночка с мёдом и несколько пустых белых чашек.       — На чём мы с тобой остановились? — спросил десница, разлив содержимое заварника по чашкам. Жидкость на фоне белых стенок выглядела как обычный зелёный чай, но вот аромат был Неду не знаком.       — Мы говорили о дорнийцах, — принц подул на дымящуюся кружку и сделал щедрый глоток, а затем, скривившись в лице, отставил чашку в сторону: — Джон, у тебя что, чай с перцем, или что? Почему он такой острый!       — Помимо привычных трав, тут ещё есть листья гвоздики и мелко натёртый имбирь. Это они вызывают такое жжение, — ухмыльнувшись сказал мужчина и передвинул ополченца на две клетки вперёд, открывая выход для дракона. — Подожди немного, сейчас распробуешь. Если слишком крепко, то можешь мёдом подсластить.       — Да, — согласился принц. — Что-то чувствую. Не, спасибо Джон, — он отказался от лакомства и повторил ход за десницей. — Подслащать — это путь слабых. Надо пить чай таким, каким его задумали. И вообще, сладкого лучше меньше есть.       — Дети обычно любят сладкое, — хмыкнул десница.       — Вот Мирцелла сладкоежка ещё та, да, — согласился с мужчиной Нед. — Но всё сладкое — зло. Разлагает наше тело изнутри. А для чего нужен имбирь?       — Хм, — задумался Джон. — C таким вопросом можешь обратиться к Пицелю, да. Кстати, так что по дорнийцам?       — Отец говорил, что дорнийцы козоёбы и что между шлюхой и дорнийкой разницы нет. Получается, что, либо Йорик с его отцом исключения из правил, либо отец пустозвон, — вывел на поле лёгкого всадника. Он ходил точь-в-точь как шахматный конь. — Доран Мартелл — старший брат Элии Дорнийской, которую убили люди моего деда. Дорн — единственные, кто не сложил мечи, после восхождения отца на престол. Именно вы, Джон Аррен, были тем, кто заключил мир. Подозреваю, что лорд Мартелл ненавидит всех Ланнистеров и Баратеонов.       — Хм, — Джон замолчал, обдумывая сказанное Недом и выдвинул вперёд ещё одного ополченца. — Что Роберт говорил про Долину?       — Что там живут лучшие люди, а Джон Аррен умнейший из лордов! — начал льстить деснице принц.       — Прямо так и говорил? — усмехнулся Джон, потянувшись к заварнику. — Ещё?       — Можно, — кивнул довольный Нед.       Дверь в кабинет десницы отворилась, и внутрь вошёл лорд Петир Бейлиш. Одетый, по обыкновению, в чёрные одежды, с вышитыми на них серебряными нитями узорами, прижимая к груди толстую книгу, встретился взглядами с Джоном.       — Случилось что-то срочное? — спросил мастера над монетой десница. — Буквально недавно был ведь малый совет.       — Мне только что пришла весть. Корабль с грузом сгинул на скалах близ Бурой Лощины. Заглотили наживку, — Петир мельком глянул на слушавшего его речь Неда и продолжил говорить Джону: — Сами понимаете. Мало того, что дело срочное и действовать нужно быстро, так и не должно быть лишней огласки. Чудом выживший моряк говорил, что огни на маяке не горели.       — Вечером снова зайди ко мне, — отпил из чашки небольшой глоток. — Закреплю печатью послание и выделю человек десять из гвардии. У тебя же есть доверенные люди?       — Мне кажется, что можно отправить новоиспечённого капитана Железных врат Слинта. И выделить ещё десятерых плащей.       — Твоя правда. Занимайся, отбери десятку людей на своё усмотрение и не забудь зайти за печатью. Сейчас я немного занят.       — Как прикажете, — поклонился Бейлиш. Неду на секунду показалось, что на лице Петира заиграла предвкушающая улыбка, но из-за низкого и быстрого поклона ничего было не разобрать. — Ваше высочество, — обратился уже в этот раз к принцу. — У меня тоже есть эта чудесная волантийская игра. Приглашаю вас к себе. Может сыграем пару партий.       — Матушка разозлится, если узнает, что я шляюсь по вашим борделям… — начал было говорить принц, но Петир ловко вклинился в паузу Неда.       — Можно ведь сделать так, чтобы она не узнала об этом, — подмигнув, он продолжил. — Лет так через семь мое предложение станет вдвойне актуальнее. О тайных для королевы Серсеи походах в бордель. Но позвольте попрощаться, — вновь поклонился мужчина. — Много неотложных дел.       Мастер над монетой быстро покинул комнату, а принц, глядя на то, как бережно он обнимает свою книгу, решил, что обязательно прикажет слугам сшить подобие сумки или чемодана, и подарит это Петиру.       — Не дадут даже часа покоя, — устало потёр переносицу Джон. — Видишь, Нед, управлять королевством тяжелая ноша.       — Твой ход, — напомнил ему принц.       — Точно, — мужчина передвинул катапульту, готовя тем самым ловушку для дракона Неда, но принц не повёлся на уловку. — Ты довольно неплох для первой партии в эту заморскую забаву.       — Ну да, — согласился с десницей мальчик. — Я горазд не только махать мечами и кулаками.       — Это отличает тебя от Роберта с Джоффри, — заметил Джон. На лицо Неда улыбка наползла сама собой. Ему нравилось, когда люди в нём не видели «второго Роберта». — Но вернёмся к Мартеллам. Что знаешь о семье лорда Дорана?       — У него двое сыновей. Один сын мой ровесник, второй — совсем ещё сопля, — замолк Нед.       — А ещё у него есть дочь, — дополнил Джон.       — Да, старшая. На что это ты намекаешь? — слегка покраснел принц.       — Я? Ни на что, — усмехнулся десница. — Твой ход кстати.       Нед вернулся к созерцанию доски и продумыванию дальнейших ходов. Но у чёрных ситуация была плачевной. Принц хоть и имел представление о том, как нужно играть, но Джон лучше знал правила и даже имел некоторый опыт. Он хотел было сдвинуть дракона в безрассудной попытке что-либо исправить, но их покой нарушили вновь. Нед услышал только тихо отворившуюся дверь, без каких-либо шагов, и, обернувшись, увидел бесшумно плывущего по мирийским коврам лысого пухлого человека. Это был мастер над шептунами. Лорд Варис, которого отец называл не иначе, как пауком.       — Вести с островов? — начал гадать Джон.       — Вы правы, десница, — его голос был мягким и плавным. Неду хотелось его слушать и не перебивать. — Наш король взял Пайк.

***

      Тем же вечером, в день, когда сообщили о падении Пайка, в Красный замок пришла весть о том, что Верховный септон будет собирать проповедь в честь громогласной победы короля Роберта над культистами-железнорождёнными. Королева не была воодушевлена выходом в люди, но Неду было интересно глянуть на местную религию, да и просто выйти за пределы Красного замка, побродить по столице и рассмотреть её вблизи.       В полуденный час по Стальной улице двигалась королевская процессия. Погода стояла чудесная и Нед сумел отстоять своё право ехать верхом, как и Джоф. Гвардейцы, возглавляемые Меррином Трантом, ограждали королевскую семью от глазевших на движение городских жителей и заключили их в своеобразный ромб. Королева Серсея вместе с Мирцеллой ехала внутри кареты. Шторы были раскрыты, и горожане могли наслаждаться её красотой. Она, одетая в платье из алых и золотых цветов, притягивала на себя взгляды, многие из которых были полны похоти и вожделения. Женщина сверкала довольной улыбкой. Она знала какой эффект оказывает на мужчин и получала удовольствие, от очередной демонстрации своей красоты.       Перед каретой на чёрном жеребце держался Сандор Клиган. Высокий широкоплечий мужчина, внушающий страх не столько обожжённой левой частью лица, сколько своей статью и злобным взглядом. Своими длинными чёрными волосами Сандор пытался спрятать от окружающих своё увечье, но выходило не очень. Появляющиеся, словно из ниоткуда, порывы холодного солёного ветра уничтожали такую незатейливую маскировку. Любой трижды подумает, прежде чем будет преграждать дорогу такому мужчине.       Чуть позади, верхом на пони, ехали два мальчика. Блондин, одетый в чёрный с золотым камзол, восседал на таком же чёрном, как и его одежда, клеппере. Брюнет же, напротив, одет был в одеяния ало-золотые, как и королева, а пони был белый с чёрными пятнами. Джоффри и Нед. Оба принца всю дорогу то собачились между собой, то пытались обогнать один одного на маленьких лошадях, то пытались вырваться из-под охраны гвардейцев. Им было максимально противно общество друг друга, но были вынуждены терпеть. Септа была уже близко.       Перед ними раскинулась огромная площадь, замощённая белым мрамором и практически полностью набитая людьми. Увидев королеву, золотые плащи начали раздвигать зевак, загораживающих дорогу. По центру площади, на каменном столбе, стояла статуя какого-то короля, в полный рост. Неду было плевать, кем он являлся, а ценителем скульптур он не был, и становиться не собирался.       Принц спешился, а гвардейцы взяли всю королевскую семью в кольцо. Клиган, надевший свой знаменитый собачий шлем, возвышался над прочими мужчинами больше чем на голову. Нед считал, что Сандора прозвали Псом именно из-за этого шлема. Яркий и запоминающийся образ.       Храм внушал. Семь огромных хрустальных башен устремлялись к безоблачному голубому небу. Именно их Нед видел из окон Твердыни Мейгора, но издали они казались не такими большими. Воочию всё выглядит иначе.       На верхних ступенях их уже ждали. Тучный верховный септон сиял приветливой улыбкой. Ростом он не отличался от прочих мужчин, но вот места в ряду он занимал больше двоих. И дело не только в том, что облачён он был в толстенные ризы, шитые золотыми нитями, добавлявшими ему величественности и спеси. Он был жирным. Вот в чём была причина.       Нед ещё раз окинул его взглядом своих голубых глаз. Да, получать воспитательного леща от такого мужчины будет не очень приятно. У него рука наверняка была тяжелая и удачное попадание вполне могло бы и вырубить взрослого мужчину, но такие толстячки обычно медлительные и неповоротливые, да и с выносливостью у них проблемы. Он явно неопасен. Вся королевская семья остановилась напротив септона. Сандор, стоявший парой ступенек ниже, сбил немного уверенности толстяка.       Матушка, преклонив колени, поцеловала толстую ладонь и велела мальчикам повторить тоже самое. Мирцелла стояла между братьями чуть позади. Сначала Джоффри, потом Нед. Септон потянулся рукой и к принцессе, но Нед немного сдвинулся в сторону к брату, задев его плечом, тем самым закрыв сестру собой, и с вызовом посмотрел на толстяка. Тот виду не подал, и процессия медленно перетекла в храм.       — Нед, — окликнула принца сестра внутри.       — Что случилось, Мирцелла? — он думал, что его выходка осталась незамеченной.       — Я к вечеру закончу ту картину! — торжественно заявила она и добавила: — Хочу, чтобы именно ты первым её увидел! Так что жду вечером у себя!       — Обязательно приду, — пообещал ей брат.       Мирцелла отбежала чуть вперёд. Мама была чуть вдалеке, толстяк начал что-то заливать ей в уши, а Серсея была вынуждена его слушать. К принцессе подошёл какой-то служка и начал ненавязчиво рассказывать о септе. Принц ненароком прислушался — этот зал назывался Чертогом Лампад, и чтобы попасть в главный зал, нужно было полностью пересечь его.       Внутри Нед ощущал на себе чей-то эфемерный взгляд, но вертеть головой в чьих-то поисках, как болванчик он не хотел. Ещё из опыта посещений церкви в прошлой жизни он помнил, что там не любят спешки. И что-то подсказывало, что тут к ней отношение было таким же.       Главный зал заставил принца затаить дыхание. Он конечно ожидал, что внутри будет роскошно, но чтобы настолько… Колонны из белого мрамора, украшенные золотыми узорами, бесчисленные фрески, инкрустированные драгоценными камнями. У противоположного конца от входа на небольшом помосте стояла кафедра, сделанная всё из того же белого мрамора. Принц сел рядом с матерью в первом ряду, а верховный септон, став за кафедру, начал читать проповедь…       Нед не вслушивался в речь толстяка, ибо примерно представлял о чём тот мог говорить. Славься король Роберт, славься династия Баратеонов. Культисты наказаны. Тёмные времена позади.       Солнечные блики игрались с принцем. Световые пучки отражались от начищенного до зеркального блеска белого мрамора и слепили Неда. Чувство стороннего присутствия стало возрастать, стоило септону повысить свой голос. По спине принца пробежали мурашки, словно от сквозняка.       Монотонная речь помогала мыслям ускорять свой ход. На земле в двадцать первом веке церковь потеряла свои вес и влияние, верующими были в основном недалёкие люди и пенсионеры. Но в средние века церковь была значимой силой и надёжным способом контроля людей. Да и всё, что не могли объяснить скидывали на веру и божий промысел. Но здесь… Если существовали драконы, то может и боги могут быть реальными? А слухи о колдунах и сказки о чудовищной угрозе с Севера? Как же он здесь оказался, если не по волшебству… Он мог быть кем угодно, крестьянином, лордом мелкой руки, торгашом из Вольных городов, но оказался младшим сыном короля Семи королевств… Человеком, способным что-то изменить…       Толстяк говорил о предательстве и прощении. О том, что железнорождённые своим восстанием предали короля, королевство и каждого жителя в нём. О том, что на его взгляд, эти гнусные культисты не заслуживают прощения… Нед подобрался, а верховный септон удвоил напор.       — Но король Роберт нашёл в себе силы простить их. Он великодушен. Во времена Таргариенов каждый замок на Железных Островах сравняли бы с землёй и сожгли, — мужчина замолчал, чтобы набрать воздуха. Нед ухмыльнулся. Он говорил про предательство, но не предаёт ли он сам Семерых, используя проповедь как способ блеснуть перед королевой? — Но тёмная пора прошла! Раз даже король простил их, то и мы должны! Ваше высочество принц Джоффри, подойдите сюда.       Септон замолк, а Джоф вопросительно посмотрел на мать. Фрагмент оконной фрески близ потолка осыпался наземь, чуть не раздавив зазевавшегося служку, и в образовавшееся отверстие занырнул солнечный луч, падая между Недом и Джоффри. Всё стихло. Принц слышал лёгкий гомон горожан с площади.       — Вы это видели, — взял ситуацию в свои руки верховный септон. — Это знак! Сами Семеро благоволят династии Баратеонов!       — Славься Баратеоны! — поддержал толстяка кто-то из толпы.       — Стоило позвать наследника короля, как произошло чудо! — продолжал гнуть свою линию верховный септон.       — А мне показалось, что свет падал на Неда, — еле слышно заметила Мирцелла. Джоффри гневно посмотрел на сестру, но затем, встретившись взглядом с братом, стушевался и замолк, так ничего и не сказав.       — Ваше Высокопреосвященство, — голос матери был слышен хорошо, невзирая на поднявшийся ропот. — Вы закончили?       — Да, — важно кивнул тот.       Королева встала первой, и все остальные люди последовали за ней. Проповедь закончилась. Так как королевская семья заняла самое близкое к кафедре место, то королеве пришлось проходить к выходу через весь главный зал. Около дверей её перехватила высокая, статная и черноволосая леди и завлекла в разговор. Для окружающих на лице королевы была благоприятная улыбка, но Нед научился читать настоящие эмоции матери по её лицу. Улыбка была натянутой и вынужденной, а сама беседа не приносила ей никакого удовольствия. Мирцелла держала свою мать за ручку и увлечённо слушала их беседу, но то и дело отвлекалась на снующих вокруг людей.       Вокруг Джоффри уже собралась толпа из его извечных подпевал. Йорика, как назло, Нед не мог углядеть среди прочих прихожан, а скоротать немного времени бы не помешало. На лице блондина сияла улыбка, пока он слушал восторженные возгласы друзей о его исключительности и о том, что ниспадающий с небес свет наверняка добрый знак, но затем он заметил, что мать не спешит идти вперёд и недовольно фыркнул:       — Мам, я буду ждать возле коней! — и вышел в Чертог Лампад. За ними, не сводя глаз, последовал сир Меррин Трант и ещё двое алых гвардейцев.       Нед тоже был на грани впадения в скуку, но его спасителем стал какой-то мужчина. Он был не очень высок, но, несмотря на это, широкоплеч, гладковыбрит, с короткими чёрными волосами и роскошными усами. Его зелёные глаза искрились от предвкушения.       — Ваше высочество, — поклонился он. — Позвольте украсть минуту вашего внимания.       — Позволю, — ответил принц.       — Сир Армстор, — сказал мужчина и протянул свою ладонь для рукопожатия. Нед отметил, что хват у мужчины крепкий. — Я слышал, что мечу вас учит сир Арон.       — Так и есть, — кивнул мальчик, слегка насторожившись осведомлённостью собеседника.       — Он вместе с королём Робертом отправился на войну, и всё это время у вас не было достойного наставника, я прав?       — Правда. Во время восстания я больше делал упор на конные тренировки и занятия с мейстером, нежели упражнялся с мечом, — на самом деле были только верховые занятия, но себя подавать нужно было только с лучшей стороны. По крайней мере так говорила мать.       — Верховая езда — это хорошее дело, но не в ущерб мечу! — заявил мужчина. — Я хотел бы предложить свои услуги, пока не вернется сир Арон.       Нед ещё раз осмотрел стоявшего рядом с ним рыцаря. Одежда, хоть и пестрила цветами и была броской, но отличным качеством похвастаться не могла. Даже его взгляд, не искушённый в подобных делах, отмечал низкое качество ткани. Его собеседник был явно не очень состоятельным рыцарем.       — А потяните? — с интересом посмотрел на рыцаря принц.       — Ммм, простите? — не понял его Армстор.        — Все лучшие рыцари Королевской Гавани и всех окрестных земель убыли с моим отцом на Острова, — начал говорить принц. — А это значит, что вы явно либо не из лучшего числа, либо малодушный трус.       — Я сломал руку на турнире в честь мастера над монетой, — начал оправдываться рыцарь. — Меня на нём выбил Ц… Сир Джейме. Только сейчас она полностью зажила. Поверьте, я ничем не хуже сира Арона…       — Шкет, — нарушив все рамки этикета, к принцу обратился Пёс. — Твоя матушка уже пошла. Ты же не хочешь, чтобы она потом всю септу верх ногами поставила? — Нед осмотрелся. Действительно, ни королевы, ни Мирцеллы не было в главном зале. — А ты, стеклянный рыцарь, — бряцнул мечом Клиган. Он возвышался над Армстором на целую голову. — Даже с коня нормально упасть не в силах. Думаешь лучше меня сможешь учить?       — Н-нет, — Армстор побледнел и начал заикаться.       — Ещё раз увижу — разрублю нахрен, — пригрозил ему Пёс и жестом показал принцу идти вперёд.       — Ты был с ним слишком груб, — упрекнул Сандора Нед, оставшись с ним наедине в Чертоге Лампад.       — Я буду груб с его мамкой в постели, — съязвил Пёс, а принц немного опешил. Он считал, что шутки про мамок — бзик двадцать первого века, но похоже, что это не стареющая классика. — Научись посылать в пекло всякую падаль, иначе вечно будут донимать своим вниманием, — с умным видом закончил мужчина.       — Если что, ты готов ответить за свои слова?       — Да, — не понимая к чему ведёт вопрос, ответил Клиган. — Такие павлины лишь смазка для мечей.       — Тогда до вечера ты мой личный учитель! — воскликнул Нед. — И без Джоффри. Хочу увидеть его лицо, когда тот узнает, что его дражайший Пёс учил меня владеть мечом, — и рассмеялся, глядя на скривившегося в лице Клигана.

***

      Принц устало подымался по винтовой лестнице наверх. Всё-таки суровый мужчина, этот Пёс. Нед чувствовал себя так, словно из него выжали все соки. Он ожидал обычного занятия с отработкой связок и переходов, а получил полноценную силовую тренировку. Мужчина явно отыгрывался на принце. В данную минуту Нед мог думать только об одном — хорошо, что ему нужно было идти в комнату к Мирцелле, а не подыматься к себе, практически на самый верх…       На нужном этаже было на удивление пусто, несмотря на ещё не столь поздний час. Ещё не было ужина. Но настораживало другое — из комнаты сестры, несмотря на безлюдность, доносился какой-то шум. Встав перед дверью, он начал различать там срывавшийся на крик голос Джоффри.       — Ты вообще думай, что говоришь! И кому говоришь! И где говоришь! — Нед захотел немного подождать и послушать, прежде чем войти. Ответ Мирцеллы был тихим и не слышным, но Джофф взъелся ещё сильнее. — Что не так?! Ты это меня спрашиваешь, что не так?! Ты, тупая девчонка, смеешь перечить мне и бросать на меня тень?! — принц замер, не веря своим ушам. Неужели братец настолько серьёзно воспринял этот жалкий солнечный луч, что готов срываться на собственной сестре. Что за низость… — А знаешь, что Таргариены брали в жёны своих родных сестёр? Баратеоны теперь вместо них. Ты будешь моей женой, любимая сестрёнка, — Джоффри разразился в безумном смехе. Нед услышал достаточно и вошёл внутрь. — Если мне и суждено выйти за брата, — голос Мирцеллы дрожал, она была готова разреветься, но ещё держалась. — То я выйду за Неда, а не за тебя. Нед, ты пришёл!       Младший Баратеон сцепился своими ясными голубыми глазами с изумрудами Джоффри. Они были практически копией материнских, но в них, вместо маминой любви и доброты сейчас плескался шторм из злобных искр. Блондин замахнулся на сестру и замер, начав играть в гляделки с братом. Перекошенное от гнева лицо сменилось презрительной усмешкой, от вида которой хотелось его начистить.       — Только попробуй, — холодно сказал брюнет и хрустнул костяшками. В душе он надеялся, что Джоффри не падёт настолько, чтобы ударить беззащитную Мирцеллу, ко всему прочему, бывшую ему родной сестрой. И дело не в том, что из-за чёртова Пса он сейчас не способен нормально встать в стойку, про полноценную драку можно было промолчать.       — А попробую! Всё из-за тебя, ублюдок ты! — послышался хлёсткий хлопок. Мирцелла ухватилась ладошками за покрасневшую щеку. Она была на грани истерики. Довольный Джоффри успел среагировать от первого медленного удара Неда и ударил по левому боку. Завязалась драка.       Брюнет оттолкнул блондина. Джоффри ударился спиной о стенку комнаты и, устояв на ногах, с удвоенным рвением набросился на Неда. Брюнет решил пользоваться тактикой выматывания соперника и уворачивался от ударов в последний момент, но этого удара он избежать не смог. Заметил, среагировал, но уставшее тело было свинцовым и непослушным. Кулак Джоффри встретился со скулой Неда и продолжил свой путь, зацепив нос. Брюнет ощутил на губах солоноватый вкус крови и начал пятиться назад.       Довольный собой блондин воодушевился после столь крупного успеха и решил повторить излюбленный приём брата — проход в ноги. Джофф схватил бедро Неда, а голова была прижата к талии, аккурат под левой рукой брюнета. Мальчик, воспользовался моментом и, схватившись за длинные белые волосы, надавил на голову и повёл её к себе за спину. Свободной рукой он прихватил за бедро и продолжил круговое движение. Они оба повалились на землю, но Нед был к этому готов, и после быстрого переката оказался на Джоффри, придавив его лопатки к земле.       Брюнет начал раздавать лещей под истошные крики братца, а затем, взглянув на покрасневшую от удара щеку сестры, до хруста сжал кулак и со всей силой вмазал прямо по морде Джоффри.       — Ну и кто сейчас ублюдок, а? — крикнул на брата принц.       — Я тебя прибью, — начал орать он, как резанный. — Придушу, сошлю в Дозор, как стану королём, казню! Пожалуюсь маме, отцу! — блондин разревелся от собственного бессилия, а Нед продолжал раздавать лещей. Сейчас он жалел, что поддался эмоциям и не сдерживаясь ударил со всей силы, мог ведь продолжать унижать его безобидными подзатыльниками…       В комнату на крик влетели слуги и гвардейцы и замерли, глядя на то, что творилось в комнате у принцессы.       — Саймон, — сказал видимо главный из троицы. — Быстро за королевой, я попробую их разнять.       Нед дважды сумел избежать захвата гвардейца, но с третьего раза рыцарь справился и оттащил брюнета от Джоффри. Сам же блондин продолжал реветь, схватившись за опухшую скулу.       — У меня нос сломан, да? — спросил у отпустившего гвардейца Нед. Кровь не думала останавливаться.       — Дай посмотрю, — сказал тот подойдя поближе. — Марвин, подержи, чтобы не дёргался, — обратился тот к последнему товарищу. — Такс, ваше высочество, я, конечно не мейстер, но что-то умею. Сейчас будет слегка щипать.       — Вправляй уже нос, — важно сказал Нед. Он считал, что и бровью не дрогнет, но всё же зашипел от боли.       — Идеально, — довольно улыбнулся капитан. — Правильно матушка говорила, не туда я попал. У меня золотые руки.       И тут в комнату влетел ало-золотой вихрь, под названием королева Серсея. Нед не знал, чего ей наговорил этот Саймон, но вид мать имела испуганный.       — Что здесь произошло? — с голосом, не сулящим ничего хорошего, спросила она. Принц нервно сглотнул скопившуюся слюну.       — Меня ни за что избил Нед, — начал нагло врать Джоффри.       — Мама, Джоффри меня ударил и именно за это Нед его побил! — чуть не сорвавшись на крик, кратко пересказала случившееся принцесса.       — Это было так? — спросила королева. Нед словил её взгляд. Мальчику стало неловко от столь пронзительного материнского взгляда, и начал рассматривать шнуровку своих ботинок, утерев кровь из носа. Не дождалась ответа и продолжила: — Значит оба сегодня остаётесь без ужина. И до конца недели ни шагу из своих покоев!       — Так нельзя! — с такой несправедливостью принц смириться не смог. — Мне надо поесть! Я после тренировки!       — Какой это тренировки? — повысила голос мать. — Я тебе разрешала? Ты мне что обещал сегодня утром?       — Ой, — только и сказал Нед.       — Вот вам и ой, ваше высочество, — усмехнулся капитан гвардейцев.