Пустынный Олень

      Пробуждение было таким же, как и вчерашнее, за тем исключением, что сегодня Нед начал день с утра, а не с обеда. Как бы не была сладка блаженная сонная нега, но все краски и прелести жизни открывались лишь во времена бодрствования. Поднявшись, принц начал нарочно шуметь, чтобы намекнуть слугам о том, что пора бы им приступать к своим обязанностям, и занялся лёгкой разминкой. Отжимания, пресс, планка и ещё пара упражнений по мелочи, чтобы тело привести в лёгкий тонус и пропотеть — ведь его ждёт утренняя ванна.       Вчерашний спарринг с Трантом, вместо лёгкого и тренировочного вышел довольно-таки жёстким и грубым, практически как настоящий поединок. Он слов на ветер не бросал, заявляя, что с радостью выбьет из принца всю дурь. Весь спарринг проходил с лёгкой и садисткой улыбкой, не сходящей с уст Меррина Транта. Но один бой с более сильным и опытным противником, сражавшимся в полную силу и не щадящим, стоял десяти, а может и больше, обычных тренировочных спаррингов с друзьями. Не было ни привычного преимущества в габаритах и телосложении, ни подавляющей разницы в силе и скорости удара, принц скорее всего во всём этом даже уступал. Нед, хоть и выглядел в свои тринадцать как обычный шестнадцатилетний парнишка, но до матёрого крепкого и взрослого бойца ему было далековато. Но, всё же, лишь сражаясь с превосходящими тебя, можно стать сильнее и опытнее. А принц не был бы собой, если бы взял и просто и безыдейно проиграл. Нет, он всё же разок сумел задеть королевского гвардейца, хоть и кулаком. И это для него было победой. И там оставалось дело за малым. Достал разок, достанет и второй. Кулаком, потом щитом проедет, а там и мечом уже можно будет. А как подрастëт, сможет, наконец, надрать зад противному королевскому гвардейцу.       И после довольный Нед не успел опомниться, как попал под опеку копошащихся вокруг него, словно мошкара в летний день, слуг. Они готовили его к пиру, что архонт собирался устроить в тот же день. Принц вынужден был там находиться несмотря на то, что подобные мероприятия он не любил.       Было шумно и многолюдно, а ещё архонт представил остальное семейство. Если дочерей было лишь две, то сыновей ровно десять, и все старше дочерей. Видимо, ему девочки были очень сильно нужны и он не мог остановиться.       Сам пир Неду не понравился, да и шансов на противоположное было мало. Помимо общей неприязни к столь расточительной трате денег, принца настораживало наличие такого количества прислуги. Точнее, не как таковое её наличие, а то, кем она являлась. Рабы, притом разных национальностей. Чернокожие летнийцы, смуглые дорнийцы, бледные норвосийцы, и всякие прочие, которых на первый взгляд не определить.       Но благо принц сумел оттуда убраться, выдержав минимальные рамки приличия и переговорив практически со всеми гостями Карудзина.       Нед поддался утренней неге, потому утренние процедуры продлились чуть больше необходимого. Из-за чего принц только успел приступить к еде, как в его покои влетели Вейт с Гаргаленом.       — Потом позавтракаешь, — выкрикнул Оливар, встав за спиной у принца, и попытался того силой поднять со стула. Айрон был более предусмотрительным и просто сел рядом.       — Ты сначала скажи, что там творится, а я уже потом подумаю, стоит ли это завтрака, — с важным видом протянул Баратеон. И он сомневался, что вообще такие вещи могли существовать. Не было ничего дороже еды.       — Если скажу, то всё испортится, — ответил Гаргален, поумерив пыл и бросив попытки вытащить Неда со своего места.       — Лучше присоединяйтесь, — принц пригласил товарищей к столу. Всё же в Королевской Гавани кухня была наилучшая. В Водных Садах, Солнечном Копье и Тироше тоже ничего, но до дома далеко. Нед боялся представить: какая же доля от королевской казны шла на оплату поваров? Или это просто в принце возгорелась искра ностальгии и он просто скучает по приятным посиделкам с матерью и сестрой? Даже вся неприязнь от отца-алкаша и противного старшего братца позабылась и стёрлась, начала казаться несущественной мелочью.       — Хорошо.       Принц поел, затем облачился в одеяния в цветах дома матери и последовал за своими товарищами. И каково было его удивление, как они спустились к одной из тренировочных площадок. Арео Хотах спарринговался сразу с тремя гвардейцами Дорана, а за всем этим наблюдал Йорик!       — Парни, ущипните меня, — Нед не верил своим глазам. Тиена не обманула. — Йорик! — окликнул он друга, и тот резко обернулся на зов. — Ты же оруженосец Красного Змея. Что ты вообще здесь делаешь?       За прошедшие пару лет Сантагар практически не изменился. Всё так же был ниже лишь на пол головы, отрастил волосы подлиннее (по крайней мере он теперь ходил с небольшим хвостиком) да повесил на пояс ножны с мечом.       — Нед! — дорниец одним рывком сблизился и крепко обнял принца. — У нас буквально на прошлой неделе закончился контракт, и Оберин прибыл в Тирош, чтобы промотать всё в местных борделях. Если бы не Арео, то в этот раз меня бы туда тоже затянули. А я помню, что ты говорил о борделях и болячках, что там можно подцепить, — его аж передёрнуло. — А оно мне не надо. Но Красный Змей не может это просто так оставить. Он хочет убедиться, что я не наломаю дров с Сареллой…       — Выдохни, — Нед ладонью ударил Йорика по спине. — Всё будет хорошо, — после чего выхватил с ближайших стоек тренировочный меч. Лучше давай смахнëмся. Сегодня у тебя нет шансов, — до отъезда Йорика Нед в чистом фехтовании побеждал от силы в трёх боях из десяти, и то, это при удачном дне. Но вот в полном контакте преимущество было за ним, хоть и не сильно подавляющее.       — Всё будет как и раньше, мой принц, — Йорик довольно ухмыльнулся и, развязав ножны с мечом, взял тренировочный клинок. Видимо, он тоже сгорал от нетерпения. Дух соперничества остался при нем, а это не могло не радовать.       В чистом фехтовании Йорик всё так же был лучше, но Нед остался доволен результатом. Парочку раз принц подловил дорнийца, оставив того с носом, но в спаррингах в полный контакт Сантагар стал значительно лучше. В силовой борьбе он, как и раньше, уступал принцу, но за проведённое с Красным Змеем время дорниец обучился новым хитрым и грязным приёмчикам, к которым принц не был готов, и, самое главное, набрался настоящего боевого опыта. Йорик был хорош и заставил принца выложиться на полную. То, что было нужно с самого утра.       После с Йориком начал фехтовать Айрон, а Нед прислонился к стенке, отдыхая. Солоноватый морской бриз освежал. Вскоре на поднявшийся шум вытянулся вечно недовольный Меррин Трант и приступил к выполнению своего долга — охране принца. Парни хвастались своим мастерством ещё на протяжении нескольких часов, Арео Хотах изредка комментировал и давал советы, но вскоре тоже откланялся по делам.       — Нед, что будем делать-то? — Йорик поправил взмокшие от пота чёрные волосы, но они продолжали лезть в глаза, потому сплюнул и вновь завязал хвост.       — Я думал дождаться Артрею, и уже чтобы она показала нам город, — принцу было тесновато в усадьбе архонта. Он хотел посмотреть на достопримечательности Тироша, так что сам бы себя не простил, будь Кровавая башня единственным, что он запомнил с этой поездки.       — Не, её точно не выпустят, — огорошил Йорик. — Оберин гостил у её отца, тот был очень недоволен твоей поездкой к архонту и сказал, что она будет у него с месяц и потом вернется в Дорн на его корабле самостоятельно.       — А если погулять? — так уж вышло, что стоило появиться Сантагару, как Баратеон начал чуть ли не всё внимание пускать на него, позабыв о Айроне и Оливар.       — Тоже не получится. Только если скрытное проникновение и похищение, а нашими силами, — он окинул глазами всех участников. — Этого точно не получиться. Плюс, — он кивнул на королевского гвардейца. — Нам ещё и мешать будут.       — Тоже верно, — согласился Нед, слегка приунывший.       — Ну, я тут подольше вашего, так что могу и кое-чего показать, — Йорик же, напротив, улыбался во все свои тридцать два.       — Сир Меррин Трант, — Баратеон позвал королевского гвардейца. — Будь готов. После того, как чуть освежимся, пойдем на прогулку по Тирошу, — рыжебородый рыцарь ничего не сказал, но его скривившееся лицо и взгляд, брошенный на принца, говорили о многом, и Баратеон довольно улыбнулся. Всё же, выводить его из себя было чертовски приятно.       И буквально спустя час Нед в сопровождении друзей-сверстников и королевского гвардейца вышел на улицы Тироша. Принц облачился в лёгкую солнечную тунику, поверх которой натянул алый жакет с золотой вышивкой и ремешками, излюбленные чёрные с золотым штаны и такие же туфли. На поясе висели богатые ножны с одноручным мечом. Оружие — показатель статуса, и Баратеон не мог выйти в город без него.       Тирош был красивым, величественным и многолюдным. Куда ни глянь — везде кто-то пестрил разноцветной палитрой волос и одежд. Нед даже задумался о том, чтобы привести с собой каких тирошийских красок как сувениров. Наверняка здесь они намного дешевле, хотя принц был не в том положении, чтобы волноваться о деньгах. Карманные расходы он мог позволить любые. Его алкаш-отец — король Семи Королевств, а мама — дочь самого богатого лорда. Ну, снарядить армию или нанять Золотых Мечей он не мог, но простые покупки вполне себе.       — Куда всё же пойдем сначала? — Айрон, в отличии от Оливара, не привык быть настолько на вторых ролях, потому то и дело пытался влезть в разговор.       — Отсюда ближе всего к ремесленному кварталу, — ответил Йорик. — В Тироше и арбалеты делают, но мирийские получше, у нас в отряде, по крайней мере, мирийские. Я хотел поглядеть на арсенал, но куда там.       — Краски тоже где-то здесь можно купить? — Нед не так давно о них рассуждал.       — Ага, — кивнул Сантагар. — Мне Сарелла писала, что тирошийцы их делают из каких-то моллюсков.       — И как она?       — Ха, прошло два года, а они так ещё ничего не поняли, — при упоминании Сареллы на лице Йорика сразу же появилась идиотская улыбка.       — Получается, что она настолько страшная, что похожа на мужика? — Нед толкнул Сантагара за плечо и рассмеялся, глядя на скривившееся лицо. — Расслабься, шучу же.       Если Нед и считал, что многолюдно было у дома архонта, то ошибался. Многолюдно было здесь. Трант резко перестал греметь доспехами и остановился. Принц обернулся посмотреть, что же послужило причиной. Лицо королевского гвардейца было закрыто шлемом, но он уставился на торгаша у какого-то хитрого приспособления, который расхорохорился, словно почувствовав чужие взгляды, и начал зазывать на общем языке.       — Не проходите мимо Лютоволчьей погибели! — он буквально обсчитывал стоимость одежды каждого, предвкушая скорую прибыль.       — Что это? — Нед обратился к Меррину, ибо он был единственным, кто понимал, что происходит.       — Устройство, которым Безумный Король казнил Рикарда Старка, — пояснил гвардеец. — Мне было приказано его сжечь после, я его тогда хорошо запомнил, — голос гвардейца был полон отвращения, да и принц, услышав пояснение, потерял всякое желание не то что разговаривать с торговцем, а даже его слушать.       — В тот день я разбогател, — мужчина довольно потёр ладошки, вспоминая события давних лет. — А ведь изначально это была постельная утеха.       — Йорик, долго нам ещё до арсенала? — Нед показательно перевёл тему.       К нужному месту подошли спустя буквально десяток минут. Перед глазами раскинулся чистый и широкий мост, вымощенный камнем. Он пролегал над прибрежными водами и соединял с основным островом островок поменьше. На нём располагался целый комплекс зданий, в которых как собирали корабли, так и изготавливали комплектующие. Не успел Нед вступить на мостовую, как привлек внимание солдат, охранявших вход. Точнее, привлёк внимание Меррин Трант, как самый рослый, взрослый, опытный и, помимо всего прочего, облачëнный в полную броню.       — Поближе подойдём? — спросил Сантагар у ребят.       — Внутрь нас всё равно не пустят, — Нед озвучил свои мысли. — Так что не будем нервировать стражу.       — Я слышал, что кузнецы Тироша куют шлемы в виде сказочных животных… — мечтательно протянул Вейт. — Давайте посмотрим?       — Ты на мой рогатый шлем не насмотрелся? — усмехнулся Нед. — Или хочешь себе тоже похожий?       — Ну, от шлема с головой леопарда я бы не отказался, это да, — кивнул Вейт. — Но такие шлемы, наверное, на вес золота.       — Ну, давай посмотрим. Йорик, знаешь где?       — Конечно!       — Тогда веди!       Через полчаса они остановились у кузни, внутри которой трудилось с дюжину человек. Жар стоял такой, что на лице принца возникла лёгкая испарина, и это они ещё стояли снаружи! Нед перевёл взгляд на Меррина Транта, который демонстративно сделал шаг назад. Основное внимание привлекали двое мужчин, трудившихся в фартуках, надетых на голое тело. Один коренастый и лысый, а второй более высокий и худой, но такой же крепкий блондин. Первый обратился к ним на валирике и терпеливо ожидал ответа, то и дело поглядывая на доспехи королевского гвардейца. Принц хоть и учил валирийский, но не продуктивно, и его навыков хватало только на краткое представление и просьбы перейти на общий язык. Коренастый кузнец почесал затылок и подозвал парня помоложе, видимо подмастерье. Тот прекрасно слышал весь недолгий разговор, потому долго ему объяснять ничего не пришлось.       — Что хотите? — он довольно неплохо владел общим языком.       — Я слышал, что тирошийские кузнецы создают прекрасные шлемы в виде голов сказочных животных. Хочу посмотреть, а если понравится, то купить, — медленно проговорил Нед, чтобы собеседник точно его понял. Подмастерье, бросив ещё один взгляд на гвардейца, кивнул, и перевёл речь. Лысый мужчина довольно улыбнулся, окинув отделку ножен принца и качество доспехов королевского гвардейца, и предвкушающе потерев ладони, жестом подозвал следовать за ним.       Внутри было пекло, а сухой жар начал покусывать по неприкрытым одеждой участкам кожи. Они прошли всё помещение и остановились у противоположного края стены. Там стоял огромный стенд с множеством различных шлемов. Выделялись больше всех два шлема: огромный чёрный отделанный в виде устрашающей козлиной морды и розовый шлем с головой фламинго и разноцветным оперением. Принц перевёл взгляд на сира Меррина и, представив его в этом шлеме, едва сумел удержать смех. Приглянулся, правда, Неду другой, отделанный под львиную голову и покрытый золотой глазурью. Вот и нашёлся подарок для дяди Джейме.       — Этот шлем продаётся? — спросил он, повертев в руках голову льва. Очень тонкая работа. — И по какой цене?       — Мастер Тердоро говорит, что вы должны сами назвать цену. Если она ему понравится, то вы договоритесь, — перевёл подмастерье.       Нед полез в карманы и достал оттуда кошель с монетами. Принц особого понятия не имел, сколько обычно платят за такие труды, но знал, что в Вестеросе за трёх драконов можно было купить либо полный набор неплохих рыцарских доспехов, либо добротного боевого скакуна. Так что такого вполне должно было хватить, пусть и за красивый тонко-отделанный, но, всё же, лишь шлем. Кузнец рассмотрел золото и вроде бы довольно кивнул.       — А у вас доставка есть? — принц перевёл взгляд на подмастерье.       — Доставка?       — Сможешь, допустим за серебряный отнести этот шлем туда, куда я скажу? — пояснил Нед. Ему очень не хотелось тащить его обратно.       — А куда?       — Где архонт живёт знаешь? — робкий и неуверенный кивок. — Вот туда, — подмастерье побледнел и попытался отказаться, но помрачневший кузнец сказал одно слово, и понурый парень молча кивнул, приняв серебряного оленя. — Скажешь страже, что это Неду Баратеону, те как-нибудь разберутся. И да, — вспомнил принц. — Последний вопрос. Что в Тироше ещё есть интересного, на что можно посмотреть?       — Храм Короля-Кречета. Это он возвышается там в центре города, — кивнул он на восток.       Нед повернул голову в нужную сторону и действительно увидел возвышающийся в отдалении белый купол. До него было долговато добираться, но ничего страшного.       — А разве в Эсоссе верят не в Рглора? — спросил молчавший до этого Оливар.       — Как я понял, — ответил Йорик. — В Эсоссе Рглору поклоняются только бедняки да рабы. Люди по богаче да аристократия — валирийским богам. В каждом Вольном Городе во главе стоит собственное божество. Квохор — Чёрный Козёл, Лисс — Богиня Любви и Плачущая Госпожа. Наиболее сильна вера в Рглора в Волантисе именно из-за того, что там больше всего рабов, но их храмы есть везде. Даже в Вестеросе, — Нед кивнул. В Солнечном Копье был один храм — скромная и маленькая, но всё же, обитель жрецов Рглора, да и Тиена говорила, что ещё в Староместе был такой.       — Ты всё это разузнал за два года? — Нед улыбнулся и ударил друга по плечу.       — Я всегда любил слушать и запоминать, — усмехнулся Сантагар.       К храму Короля-Кречета добирались неспешно. Принц наслаждался лучами незнойного тирошийского солнца. По пути им попалась процессия упомянутых выше красных жрецов, и впечатление они оставили не очень приятное. Навязчивые, агрессивные и шумные. На ум ему сразу пришли баптисты, только те не промышляли жертвоприношениями и сжиганиями людей заживо.       Само здание выглядело внушительно. Размерами хоть и уступало септе Бейлора, но отделкой и общим впечатлением — ни капли. Нед подолгу рассматривал статуи. По сторонам от вымощенной гранитом дорожки, соединяющей прихрамовую площадь и лестницу, стояло двенадцать статуй. В общем и целом, их можно было разделить на три типа: коронованный величественный старец, державший в руках скрижаль; юноша-король, восседавший на винной бочке и необычный мужчина с птичьей головой и крыльями за спиной. У входа в храм стояла ещё одна парная статуя. Два существа, полностью идентичных один одному стояли напротив друг друга, словно отражения в зеркале, образовывая своеобразную арку. Они сочетали в себе черты предыдущих: скрижаль, вино и птичья голова с крыльями. Словно три лика, объединённых в один.       Принц остановился у врат, испытывая лёгкий трепет. По спине и плечам пробежала холодная дрожь. Он не верил в богов, но чувства, что принц Нед испытывал во время походов в септы, были настоящими и реальными, потому, в какой-то степени, ему нравилось их посещать, но было ли правильно приходить в чужой храм? Любопытство пересилило зародившееся чувство, и принц вошёл внутрь. Не будут же его сжигать?       Они шли по освещëнному коридору с множеством ответвлений, пока не упëрлись в высокую, прямо до потолка, дверь. Расписанная множеством золотых и серебряных изображений каждого из трёх ликов божества. Нед хотел было отворить и эту дверь, но из-за спины раздался твёрдый голос.       — Чужакам дальше нельзя! — всё же было удивительно, что некоторые люди с такой лёгкостью могли определить, откуда кто прибыл. Хотя, глядя на закованного в латы королевского гвардейца — догадаться было не сложно. В Эсоссе такие воины были редкостью, а с белыми плащами — тем более.       — Прошу прощения, — Нед обернулся. За ними стоял тучный лысый и гладко выбритый старик в светлой рясе, простой и без изысков, но глаз принца отметил дороговизну материала. Она ничем не уступала его одежде. Всё же не только септонское духовенство любило качественную и дорогую ткань. — Надеюсь, мы никаких правил не нарушили.       — Ещё не успели, но вы не выглядите как те, кто ищет милости Короля-Кречета, — ответил священник после краткой паузы.       — Я хотел посмотреть на ваш величественный храм снаружи и внутри, и чуть больше узнать о самой вере, — начал льстить принц. Порой проще сказать пару приятных для собеседника слов. Ведь оно ничего не стоит, но, возможно, это поможет сгладить знакомство.       — Вы хотите стать послушником?       — Нет, просто узнать хоть что-нибудь. У нас в Вестеросе об эсосской культуре ничего и нет, узнать тоже сложно, да и учителей по валирику приглашали из-за Узкого моря.       — Даже я наслышан о варварстве Закатных королевств, — старик довольно шустро закивал головой, натянув на лицо блаженную улыбку. Нед же едва сумел подавить ухмылку: он подобрал нужные слова! Священник же ещё раз посмотрел на Меррина Транта и вернул своё задумчиво-отрешённое выражение лица. — Принц из Закатных королевств, ваши спутники тоже желают устранить своё невежество?       — Естественно, — согласился Нед и шагнул за стариком, на что королевский гвардеец гулко хрюкнул.       Они прошли чуть вглубь по ответвлённому коридору и вышли к просторному пустому залу, освещаемому сотней свечей. Три ряда по четыре скамьи стояли напротив помоста с кафедрой. По ходу старик начал рассказывать о Короле-Кречете, а после встал за кафедру и продолжил рассказ ещё минут на двадцать.       Если кратко, то Король-Кречет — один из пантеона валирийских богов, бог времени. Каждый из его ликов отвечал за прошлое, настоящее и будущее, а его трёхликий облик указывал на то, что всё взаимосвязано и переплетено. Прошлое, настоящее и будущее. И, самое главное, что жрецы этого бога способны заглядывать в будущее и читать чужие судьбы.       — А вы сами владеете этим искусством? — спросил Нед, особо не веря. Звучало всё, как обычные цыганские сказки, не хватало только бутафорского хрустального шара, колоды Таро и кофейной гущи.       — Протяните руку, принц из Закатных королевств, — попросил он, выйдя из-за кафедры. Баратеон послушался и встал перед стариком. Тепло чужой руки неприятно обжигало. В закрытом зале загулял непонятно-откуда взявшийся ветер, потушивший свечи. Это не мог быть сквозняк, так как здесь и окон-то не было. Воцарилась тьма, в которой не было видно даже его рук. Вдруг чьи-то невидимые руки подхватили принца, сбив тому дыхание, и понесли ввысь. Он стоял на холме, а позади — живое море из десятков тысяч факелов. Так люди пытались осветить свой путь. Язык сам произносил едва слышимые слова, но его речь эхом разносилась по всей округе, касаясь их сердец. И с каждым словом тьма расходилась. Он вдруг почувствовал, что в этом его предназначение, и вскинул меч. Тысячи мечей взметнулись вслед. И на их месте возникли солнечные лучи, разгоняющие мрак. — Ты вскоре встретишь дракона, а чтобы стать принцем Рассвета, — Нед моргнул, наваждение пропало, словно ничего и не было, перед глазами стоял лишь старик, закативший глаза и задравший голову. — Ты должен его оседлать. Стать плотью его плоти, подарить ему себя и принять его в ответ.       — Что? — переспросил Баратеон. — Какого дракона? Они все вымерли. У меня даже череп есть!       — Я лишь вижу будущее, а не толкую его, — заключил монах.       Плотью его плоти? Он должен съесть драконий череп?       — Ясно, — выдохнул принц, не зная куда деть руки. — Спасибо за увлекательную беседу, но мы пойдем, — ему нужно было срочно подышать свежим воздухом, ибо ноги стали едва держать.       Выходил Нед задумчивым и слегка взбудораженным. Слова священника его мало волновали, а вот та картина, что предстала перед глазами…       — Нед, — Йорик рассмеялся, глядя на принца. — В Эссосе такие предсказатели на каждом углу, и предсказание о драконьем всаднике тут говорят каждому мальчишке. Ты поверил?       — Может на рынки? — перевёл тему принц, стараясь восстановить дыхание. Можно было прикупить всякого разного, но на этот раз использовать Айрона и Оливара как носильщиков.       Возражений не было. Йорик вёл по улочкам Тироша, так как примерно знал, где должно быть поместье семьи Тумитис. Точнее знал, как дойти от некоторых ориентиров, потому пришлось выйти к невольничьему рынку. Принцу было мерзко там находиться. Аккурат в тот момент шли торги, а товаром были дети. Один из мальчишек выглядел типичным дорнийцем. Хоть Нед и взглянул лишь мельком, но та картина надолго застыла у него перед глазами.       А после они вновь запестрили по улочкам Тироша и вышли к рынку. Что в Королевской Гавани, что в Солнечном Копье, что здесь — в таких местах кипела жизнь. Нед застегнул карманы, чтобы было чуть больше времени среагировать на воров, хотя каким нужно быть дураком, чтобы пытаться их обокрасть, когда рядом идёт Меррин Трант? Принц считал, что ему далеко было как до дяди Джейме с Барристаном Селми, так и до Арео Хотаха с Красным Змеем, но не мог не признать, что в своих доспехах он выглядел величественно, грозно и устрашающе.       И здесь пошли траты денег на различные сувениры в Вестерос, тирошийские крашеные ткани для матери, Арианны, Тиены и Ширен, семена красивых экзотических цветов для сада Мирцеллы, трав для Джона Аррена, книгу с историей Тироша для дяди Тириона, сапоги, без которых ни один тирошийский моряк не выходит в море для дяди Станниса. Можно было и собираться обратно, но взгляд принца прицепился к лавке торговца вином.       Там стояла девчонка лет четырнадцати с длинными, по пояс, прямыми серебряными волосами. В старой жизни подобный цвет волос был редкостью, а здесь… Лишь в Лиссе каждый второй сребровласый и голубоглазый, а число наследников Валирии можно было устать считать. В одном Тироше принц уже успел повидать с десяток подобных людей, но что-то в её волосах было другим, особым и чарующим. То ли из-за того, что солнечные лучи падали на волосы под особенным углом и отражались, придавая волосам вид расплавленного серебра, то ли была причина в чем-то другом. Он не понимал, но сделал шаг навстречу. Девушка дёргано и беспокойно раскрыла кошель, а торговец скрылся за прилавком. Но в этот момент из проходящего мимо потока людей вынырнул мальчуган и одним ловким и многократно-отработанным движением выхватил кошель, а затем побежал прочь. Она попыталась ухватить наглеца, но с реакцией и координацией были проблемы.       — Помогите! — обернулась девушка. — Воры! — но мир вокруг был глух к её мольбам, на неё даже не обратили внимания, не то, чтобы захотели помочь. — Вы же видели, у меня были деньги, но… — она посмотрела торговца, видимо, в надежде, что тот смилуется, но мужчина лишь поморщился и отодвинул товар.       — Не мои проблемы. Нет денег — нет вина, — торговец был краток и категоричен. — И слёзы на мне не сработают.       — Трант, жди здесь! — приказал Баратеон и рванул следом за мальчишкой, оставив купленные подарки товарищам. Гвардеец попытался схватить Неда, но не успел, и побежал за ним, но куда закованному в железо рыцарю тягаться в скорости с полным сил принцем?       Баратеон завернул в другой ряд и заметил вора. Он перестал бежать, видимо был уверен, что погони не будет. Нед быстрым шагом начал нагонять. Воришка, словно почувствовав преследование, обернулся и, увидев уверенно шагавшего прямо к нему принца, побежал. Баратеон рванул за ним, но ножны начали мешать. Нормально ходить с мечом он научился, но вот бегать ещё не доводилось, правда это не мешало расстоянию сокращаться, а не нарастать. Всё же принц был прекрасно сложен, и бегал быстро, щуплый и мелкий мальчишка мог уйти только за счёт сноровки и ловкости. А зачем вообще Нед рванул в погоню? Он ведь даже её лица не видел! Она просто просила о помощи, а Баратеон услышал и не мог пройти мимо!       Они выбежали с рынка на набережную, до мальчишки оставалось всего ничего, принц уже в уме подбирал улыбку, с которой будет возвращать кошель, но вдруг воришка резко дернулся в сторону и юрко запрыгнул в толпу. Принцу подобный финт было не повторить, и он попытался обежать её, но предали ножны. Правая нога зацепилась за меч, и Нед кубарем полетел вперед, сбив по пути ещё нескольких прохожих. Они смягчили удар и падение. Баратеон поднялся, но без надежды догнать мальчишку, не после такого косяка. Рядом раздалось грубое ворчание. Один из сшибленных, поднявшись, грозно взглянул на Неда и, шагнув ему навстречу, закричал на местном языке. Твёрдость рукояти меча успокоила принца: нужно быть совсем недалёким, чтобы угрожать вооруженному человеку. Он подойдёт ближе и успокоится, увидев ножны, а Нед извинится, словарного запаса хватит. На этом конфликт будет исчерпан. Но лицо мужчины в один миг стало белее снега, и он, развернувшись, чуть ли не побежал в обратном направлении. Загремели доспехи королевского гвардейца.       — Это что за херня? — Меррин Трант сорвался на крик. Глубокая отдышка выдавала, насколько тяжелой выдалась для него небольшая пробежка.       — Я тебе приказал не вмешиваться! — Нед обернулся и недовольно взглянул на рыцаря, заскрипев зубами и сжав кулаки.       — Срать я хотел на твои приказы, — гвардеец лязгнул сталью, возвращая принца с небес на землю. — Если с тобой что-то случится, то мне лучше не возвращаться в Семь Королевств. Королева Серсея меня из-под земли достанет, — хоть лицо и скрывал шлем, но чтобы чувствовать всю злость и раздражение гвардейца его видеть и не нужно было. — Чем ты только думал? Рванул непонятно куда посреди Тироша! Хотя, понятно, чем, — мужчина окончательно восстановил дух. — Решил поиграть в блистательного спасителя. Только это тебе не Королевская Гавань и даже не Солнечное Копьё. Не успеешь глазом моргнуть — прирежут.       — Я понял, больше такого не повторится, — как бы не хотелось признавать, но Меррин Трант был прав.       — А вы, мой принц, я смотрю, даже с этим справиться не смогли, — ехидно прокомментировал гвардеец, но Нед его уже не слушал и начал возвращаться обратно, хотя с пустыми руками делать это крайне не хотелось.       Девчонка ждала на том же самом месте в той же самой позе и, казалось, даже не дышала, словно боялась спугнуть наваждение. Она почувствовала взгляд принца и обернулась, теперь Неду ничего не мешало её вдоволь рассмотреть. И принц замер. Она была ниже на голову. В бездонных фиалковых глазах, в которых Баратеон начал тонуть с головой, плескались волнение и надежда. Она что-то сказала, прикусив тонкую губу, но слова не долетели до ушей Неда, он не сводил с глаз с её чистого лица, молочно-белой кожи и тонких скул. Баратеон не знал, сколько он так простоял, но всё же сумел взять себя в руки, он ведь не кто-то там, а принц. Нед вспоминал уроки матери: расправил плечи, чуть задрал подбородок.       — Вы догнали вора? — она повторила свой вопрос. В этот раз она сумела достучаться до Баратеона. У её общего не было акцента, словно это был её родной язык.       — Нет, — ответил Нед. Плечи девушки опустились и затряслись, а глаза заслезились. — Но я могу заплатить за ваши покупки, — и улыбнулся.       — Правда? — воскликнула она, видимо не веря в слова Баретеона, а Нед в свою очередь не верил, что лишь одна фраза могла настолько переменить человека. От неё словно отступил непонятно-откуда взявшийся страх, и она вновь засияла.       — Даю слово, — принц кивнул и продолжил: — Только сейчас, — он вернулся к друзьям. — Отнесите покупки домой, я вас потом догоню, — попросил он.       — Всё ясно, — ответил Йорик. — Вот она, цена дружбы.       — Да иди ты, — он толкнул дорнийца, и они вдвоём рассмеялись, а после пошли. Меррин Трант провёл взглядом ушедших парней, а Баратеон вернулся к девушке. — Можете называть меня Нед, — представился он.       — Тогда вы меня Дени, — прозвучало в ответ.       Нед подошёл к торговцу, рядом с которым ограбили Дени. Вообще, какова вероятность, что тот мальчишка в сговоре с этим мужиком?       — Вы же далеко вино не успели упрятать? — Нед подошёл к лавке и взглянул в глаза торговцу. Мужчина старался избегать взгляда. — Столько хватит? — принц скинул несколько серебряных оленей и взял вино. Кузнец принимал монеты Семи Королевств, так что и этот не должен возникать.       — Да, вполне.       — Что-то ещё? — Нед обратился к Дени и выгнул бровь.       — Да, брат велел купить ещё и сыра, такого, чтобы идеально дополнял сладость арборского золотого вина, — ответила Дени. — У него сегодня важная встреча.       — Купим, — улыбнулся Баратеон. — Ты же знаешь куда пойти? — девушка кивнула и повела. Нед не отставал, а позади начал греметь доспехами Меррин Трант. У торговца девушка вновь начала себя вести неуверенно и скованно, а Нед особо валирийским не владел, потому изъясняться с торговцем было проблематично. Дени попыталась на этой почве отказаться от помощи принца, но Баратеон был настойчив и сумел выкрутится — девушка была переводчиком, и принц просто попросил торговца продать им тот сыр, с которым он бы выпил такое вино.       — Спасибо, — промямлила она. — Но мне нужно домой. Меня долго нет, брат, наверное, очень зол.       — Я тебя проведу, — Нед не спешил возвращать покупки.       — Тут не далеко, я смогу дойти сама, — Дени начала спорить.       — Раз недалеко, то тем более проведу. Тебя здесь уже один раз ограбили — могут ограбить и второй. Так что не спорь, — её глаза засияли больше прежнего, и девушка шагнула вперёд более уверенно. — Ты говорила, что живешь с братом? — возникшее молчание было Неду не по нраву, потому он попытался продолжить разговор. Дени кивнула на вопрос принца, и Баратеон продолжил. — А родители?       — Они умерли, — по паузе, которая возникла перед ответом, Нед понял, что зря затронул эту тему. Она сирота, хотя они почти одного возраста. — Папа умер ещё до моего рождения, а мама умерла во время моих родов. Я их знаю только по рассказам брата и сира Виллема, — Нед не знал, какие слова лучше бы было сказать, потому осторожно взял её за ручку, выражая поддержку.       — Сир Виллем? Рыцарь? — удивился принц. Уж о чём о чём, а о рыцарях в Эсоссе он услышать не ожидал.       — Да, он за нами присматривал, пока мы жили в Браавосе. А потом и он умер, слуги, жившие с нами, украли почти все деньги, и мы с братом вынуждены были странствовать.       — И сразу в Тирош?       — Нет, сначала мы жили в Мире, а потом уже переехали сюда. Но брату здесь тоже не нравится, мне кажется, что долго мы здесь не пробудем. А ты? — её фиалковые глаза засияли. — Расскажи о себе. Ты прекрасно говоришь на общем, но валирийский знаешь ужасно, — хоть на правду не обижаются, но слышать такое было неприятно. — Ты, наверное, из Вестероса, да?       — Эм, — Баратеон почесал затылок, пытаясь подобрать слова. Ему нравилось то, как они общались, а если он скажет, что сын короля и принц Семи Королевств, то ему явно начнут кланяться в ноги, потому Нед решил не говорить всей правды. Да и с тем загаром, что был сейчас у принца, он мог с лёгкостью сойти за дорнийца. — Это так заметно?       — Очень, — важно заявила Дени и, улыбнувшись, остановилась. — Расскажи теперь о себе ты.       — Ну… О родителях я мало что расскажу. Отец — ленный рыцарь на службе лорда Гаргалена, — принцу пришлось нести околесицу, сохраняя важный и уверенный вид. Главное, чтобы звучало правдиво, остальное — не важно. — Но я его давно не видел. Он меня отправил учиться в Водные Сады, когда мне было шесть лет. С тех пор я домой не возвращался, — принц сумел вымучить из себя улыбку, и Дени улыбнулась в ответ.       — А в Королевской Гавани ты бывал? — она слишком живо отреагировала, в её глазах читался неподдельный интерес и желание разузнать об этом городе. Разве мог Нед соврать?       — Да, — кивнул он. — Ужасное место. Огромный смердящий муравейник. Тирош в разы лучше, — закончил он.       — Но брат говорил, что это одно из красивейших мест, — они зашагали вновь.       — Каждому своё, лично мне Тирош нравится больше. Он аккуратный и чистый.       — А расскажи о Дорне! Ты же оттуда родом! — после её слов Нед понял, что девушку интересовали не столько родители принца, сколько сам Вестерос.       — Днём там так жарко, что все боятся выходить на улицу, а если подолгу остаться на солнце — то вся кожа может сгореть и слезть, — Дени поморщилась. — Но ночью очень холодно.       — А короля, ты видел короля? Можешь о нём рассказать? — резкие смены тем слегка насторожили принца, но он виду не подал и решил честно сказать то, что думал о своем отце.       — О нём говорят, как о Демоне Трезубца. Великом воине сразившем Рейгара Таргариена, — по телу девушки пробежала лёгкая дрожь. Всё же не лучшая идея — разговаривать с дамами о сражениях и убийствах, потому он резко перевёл тему. — А ещё о нем говорят, что он только и делает, что пьёт вино и… — Нед прокашлялся. — Пропускает заседания Малого Совета, а королевством на самом деле правит Джон Аррен.       — А как ты… — Дени хотела было продолжить, но замолчала, посмотрев вперёд. Нед проследил за её взглядом — им навстречу шёл высокий и страдающий лёгкой худобой сребровласый юноша в сопровождении коренастого одноглазого летнийца. Он был босым, из одежды только тонкое светлое подобие шорт и грубый кожаный наплечник. Крепко привязанные к поясу ножны с длинным кинжалом выдавали в нём бойца, который, видимо, переживал далеко не лучшие свои дни.       — Брат, зачем ты взял с собой Ксондо? — Дени побежала вперёд и, остановившись перед братом, сжалась в несколько раз, словно ожидая чего-то неприятного. Нед посчитал, что Ксондо — имя одноглазого летнийца. Видимо, он был кем-то вроде охранника, раз был вооружен кинжалом? Мог бы и отправить его сопровождать сестру за покупками, да и тот мог таскать покупки сам, в случае чего.       — Устал тебя ждать, — протянул юноша. Её брат создавал впечатление беспокойного и пугливого человека. — Чего ты так долго и… Кто это? — кивнул он на Неда, не скрывая отвращения и брезгливо дёрнувшись. В смысле?       — Я… На рынке меня обокрали, а Нед мне помог и купил всё, что ты просил, — она не успела закончить, как начала трястись. Её брат почувствовал слабость и перестал вообще себя контролировать.       — То есть ты решила стать шлюхой за бутылку сраного вина и ломоть сыра? — на его шее начали выпирать вены от прилагаемых усилий. Нед подобрался и стал внимательно следить за его каждым движением.       — Нет, — Дени начала мямлить, а потом, словно собравшись с силами, заявила: — Мог бы и отправить Ксондо со мной!       — Что?! — её брат буквально взревел после слов девушки. — Ты споришь со мной? — он, подняв руку, замахнулся. — Я тебя предупреждал: не буди во мне дракона! — звонкая пощёчина эхом пронеслась по всей улице и резанула Баратеону по ушам. На молочно-белой щеке остался яркий красный след. Что-то щёлкнуло. Только ничтожество будучи мужчиной способно поднять руку на девушку. Он семь лет назад выступил против отца, и сейчас не останется в стороне. Быстрым шагом он приблизился к ним, а после протянул пакет девушке. В её бездонных фиалковых глазах плескалась куча эмоций, страх, обида и удивление. Дени взяла в руки протянутый пакет. Летниец стоял в нескольких метрах за спиной ублюдка, а Меррин Трант ни на шаг не отставал от принца. — Ты ещё кто? — рявкнул Визерис. — Я тебя сейчас…       Но договорить ему не дали. Нед был ниже на полголовы, но по общему весу, казалось, уступал ненамного. Баратеон был крепким, но у противника были длиннее руки. Но какая разница, когда принц успешно подобрался вплотную? Удар — резкий и размашистый попал ровно в цель, словно на подбородке у ублюдка был магнит. Невероятная лёгкость наполнила всё тело Неда, всё же тренировочные спарринги — это одно, а вот такие бои, в которых могло произойти всё, что угодно, ощущались по-другому. В них главенствовал не спортивный интерес, а азарт. Противник не был готов к подобному удару, да и вряд ли когда-либо бил кого-либо кроме тех, кто не мог дать отпор. Лёгкий шаг назад обернулся потерей координации, и он сел на жопу, каким-то чудом не упав. Принц продолжил, впечатав туфлю в грудь. Вот теперь он упал, а Баратеон каблуком наступил на живот и с силой надавил. Теперь из его рта издавался не грозный и гневливый крик, а жалкий визг.       — Убей его, жалкий раб! Сделай с ним что-нибудь!       Летниец шагнул вперёд, выхватив кинжал. Судя по всему, он был немного туповат, раз к защите приступил только после прямого приказа. Нед разорвал дистанцию и ухватился за рукоять клинка, но участвовать ему не пришлось. Меррин Трант встал между принцем и летнийцем. Всё закончилось быстро. Гвардеец принял кинжал раба на жёсткий блок, а плечом всадил по солнечному сплетению, сбив своему противнику дыхание и слегка оттолкнув. Шаг навстречу — и меч рыцаря пронзил грудь летнийца насквозь, чуть выйдя со спины. Оно и неудивительно, не было ни кольчуги, ни доспеха, ни куска ткани, что хоть немного могли бы ослабить удар. Гвардеец сначала провернул меч по часовой стрелке, заставив своего противника сорваться в вопле, и только после этого пнул того ногой. Летниец упал на землю, а Меррин Трант стряхнул с клинка кровь прямо на лицо сребровласого ублюдка.       На глазах у Неда произошло убийство, но ему было как-то плевать. В груди клокотал коктейль из эмоций, подбивавший продолжить незаконченный бой и размазать распластавшегося парня по брусчатке, но всё же сдержался.       — Запомни, ублюдок, — Нед поставил свою ногу на грудь и вновь надавил. Тот болезненно застонал. — Если я узнаю, что ты ещё хоть раз поднял на неё руку, а поверь мне, я узнаю, то я приду за тобой, где бы ты ни был, и сегодняшнее для тебя покажется прелюдией, — принц перестал давить, а раздавшийся противный скулёж заставил улыбнуться. — Это слово Эддарда Баратеона, — а после он повернулся к девушке. Кровь, казалось, сошла с её лица, она выглядела мертвенно-бледной и ошеломлённой, а след от удара вместо красного стал лишь розовым. Нед шагнул к ней навстречу, но она в страхе начала кричать.       — Уходи! — Дени дрожала, и в панике обхватила себя за плечи. — Уходи! И отпусти брата! — взмолилась она. Нед послушал и отошёл назад. Девушка сразу же подбежала к брату, упала перед ним на колени и, обхватив руку, начала реветь.       — Я же хотел помочь! Что с тобой? — выкрикнул Баратеон, но его слов не услышали. Они ведь нормально общались и все было хорошо. Ну, подумаешь, начистил морду её брату, так он ведь мудак настоящий. Разве это должно стать причиной для столь резких перемен? Нед просто плюнул и развернулся.