Пределы контроля

      Нокс с минуту созерцает странную картину в холле апартаментов, буквально не веря своим глазам. Потом всё-таки наигранно покашливает, привлекая к себе внимание. Это не работает. Сидящий в кресле Марр удостаивает её коротким взглядом и опять переключается на компаньонку. — Всегда знала, что застану тебя за чем-то подобным, — язвит Нокс, не скрывая шутливой ревности в тоне. — И не доживу, чтобы кому-нибудь рассказать.       Упитанная чёрная тук’ата, чувствуя недовольство хозяйки, убирает лапы с колен повелителя, в последний раз требовательно трётся о дюрасталевую рукавицу. Потом демонстративно громко звенит цепью, возвращаясь в облюбованный угол холла. — Это боевой зверь, — замечает Марр с досадой. — Держать его так — противоестественно. Да и зачем, если он не обучен даже защищать территорию? — О, ты хотел, чтобы первым впечатлением о моей крепости был бой с бешеной тук’атой? — Тогда я бы ждал тебя в постели. — Очень смешно, — фыркает Нокс, издалека разглядывая тук’ату. За все годы она ни разу не подошла к владелице сама и уж тем более не просила ласки. Видимо, у Марра оказался ещё один скрытый талант. — Мне преподнесли её в дар, когда я вошла в Совет. Вероятно, намекали на мою беззубость и бесполезность. Держать это чудовище в резиденции я не намерена, потому она живёт там, где есть уход и закуска из неосторожных слуг.       Повелительница обходит комнату, выглядывает в панорамные окна: она сама посетила цитадель только во второй раз. Снаружи — простирающаяся на тысячи километров безжизненная пустыня Малакора-II. Тёмная сторона сильна на этой планете, однако сегодня Нокс практически не ощущает её давления. — Здесь уже служит больше десяти тысяч человек, — она с гордостью рассказывает советнику, как за малый срок развернула целый комплекс. — Часть исследует извлечённые из хранилища Вишейта артефакты, но есть подразделения разных направлений, от научных до алхимических. Внушительная оборона, может даже с бешеными тук’атами. И, конечно, целое жилое крыло! — Нокс обводит рукой залу. — Сотня комнат в личном пользовании. — Твой аскетизм никогда не был мне понятен.       За шлемом не видно, шутит Марр или нет. Нокс кажется, что да. Пусть резиденция Тёмного лорда и являлась одной из самых больших в Каасе, его апартаменты не занимали в ней и двадцатой части. Да и вряд ли он вообще посещал что-то, кроме спальни, малой столовой и медитационного зала. И в том была вся иллюстрация жизни Тёмных советников.       Нокс садится на подлокотник его кресла. Тянется к щитку шлема, но Марр останавливает, мягко отводит её от себя. — Потерпи до вечера. Мне нужно увидеться с Пайроном.       Было бы слишком хорошо рассчитывать, что он прибыл только из-за неё. Нокс не обижается. Знает — сейчас Марр жертвует ценным временем ради её компании. И сама откладывает срочные дела, всецело наслаждаясь десятью минутами наедине. — Я бы посадила тебя на цепь вместо тук’аты, — Нокс, наклонившись, упрямо прижимается щекой к холодному металлу и закрывает глаза. — Просто чтобы, возвращаясь, всегда быть уверенной, что ты здесь. И без конца этому радоваться. — Тогда стоило завести мужа из высокого рода. Без сомнений, цепь подле тебя устроила бы половину Ордена.       Он говорит это неожиданно резко и холодно. Нокс не совсем понимает почему. Сентиментальный настрой тает мгновенно, уступая место скверному волнению. — Я не хотела… — Знаю, — перебивает чуть более мягким тоном. Следом — мучительно долго подбирает слова. — И знаю, что другой дал бы тебе больше. Не вынуждал бы скрываться ото всей Империи, не томил неделями ожиданий. Может, уберег бы от неблагоприятных перспектив, что нам неизбежно светят. Но все мы сделали свой выбор, от которого поздно отказываться и о котором поздно сожалеть. — Я не жалею, — Нокс едва тянет из себя улыбку, хотя говорит совершенно искренне. — Только иногда представляю, что всё могло быть лучше. Один дом, одни враги. Вечно бранящиеся между собой ученики, дурацкая беспомощная тук’ата в коридоре, ненавидящее обоих дитя из сирот Академии, завистливые взгляды на приёмах. Как у всех, в общем. Однако всё это теряет смысл, если рядом не ты.       Марр молчит, но крепко сжимает её руку, оставшуюся в ладони. — Скажи, что хоть раз думал так же, — она не пытается освободиться, пусть сильная хватка и причиняет боль, — и я не оставлю попыток этого достичь.       Нокс с самого пробуждения бесил этот бездушный стеклянный взгляд в спину. — Что? — она повернулась, и блестящий серебряный корпус заскрипел от всплеска тёмной Силы, сковавшей дроида. — Госпожа! — жалобно воскликнул слуга. — Леди Бенико желает вас видеть. — Я не готова, — Нокс села на постели и запустила пальцы в спутанные пряди. Волосы всё ещё казались ей влажными, как и подушка. Сколько последняя впитала за ночь, повелительница не хотела признаваться даже себе. Ни одно другое место не усугубило бы так её состояние.       Нокс вновь легла, рассеянно повторив: — Я не готова. — Могу я пригласить служанку, чтобы она привела вас в порядок, госпожа? — участливо предложил дроид. — Если она грёбаная волшебница, которая может привести в порядок мою жизнь, то зови. — Простите. Я не думаю… — Приведи Бенико, — сдалась повелительница. — Я справлюсь сама.       К моменту, когда в покоях появилась Лана, Дарт Нокс успела переодеться в мантию и теперь расчесывала волосы, стоя перед исполинским трюмо с, очевидно, восским орнаментом. Министр немного смутилась, так как не ожидала настолько неформального приёма, но после дружелюбного кивка советницы, адресованного ей, поклонилась и подошла ближе. — Рада наконец-то видеть тебя, — Нокс бросила расчёску на первую попавшуюся банкетку и положила руку на плечо Ланы. Её кисть покрывали множество мелких царапин; тёмно-рыжие пряди, всё ещё очаровательно беспорядочные, не закрывали багровых следов на шее. Бенико только знала, что ассасин, упомянутый Нокс вскользь, застал её врасплох. — Как обстановка в Каасе? — Как всегда, — Бенико вздохнула, стремясь сохранить профессиональный тон. — Многие недовольны тем, что дуэт Асины и Ваурона расширяет контроль над Империей и практически игнорирует нападения этого… Закуула. Шанс, которым следует воспользоваться.       Повелительница отошла за ширму, где дроиды энергично начали облачать её в элементы брони и аксессуары. Как заметила Лана, в отличие от обители советницы на Коррибане и официальной резиденции на Дромунд-Каасе, здесь было… уютнее. Многие предметы интерьера принадлежали различным культурам, некоторые причём давно уничтоженным. У Ланы сложилось впечатление, что Дарт Нокс готовила убежище на случай непредвиденных обстоятельств и перевезла сюда всё ценное. Ещё глаз зацепился за явно мужскую куртку на спинке кресла, которую уборщики почему-то игнорировали. — Я хотела уведомить, что Дарта Арука не будет, — Бенико продолжала разглядывать спальню, пользуясь занятостью Нокс. — Ученик, владевший компроматом на него, больше не выходит на связь. — А Гнев? — Отправился к границам Эсстрана. Сказал, что устал от политики.       Нокс вышла, держа в руках древний шлем, похожий на железный череп. Потом покачала головой и отдала его обратно дроидам. — Что ты предлагаешь? — По результатам конференции подсчитаем силы. Затем запишем послание Ордену и имперским гражданам. Многие помнят тебя по военным кампаниям, поэтому я ожидаю серьёзную поддержку министерств. Потом займёмся внешней политикой. — Но всё равно будет война. — Да, — безэмоционально подтвердила министр. — И надеюсь, нам повезёт больше, чем Дарту Малгусу в своё время. — Скажи честно, — Нокс одарила её ледяным внимательным взглядом. — Ты хоть раз думала о том, чтобы поддержать Совет?       Лана отрицательно качнула головой и жестом пригласила пройти к выходу. Предстояло уладить много дел, прежде чем лорды и офицеры соберутся, чтобы определить будущее Империи, а время уже было на исходе. — Мы бы избежали внутреннего конфликта, — пояснила она, идя рядом с повелительницей. — Но Тёмный Совет — то, что от него осталось — игнорирует внешний. Не готовится к грядущему. Его цель — власть сама по себе, а наша стоит выше. Тут мы с тобой целиком и полностью на одной стороне. — Мы ослабим имперские позиции и только уменьшим шансы на победу, если Закуул или Республика начнут масштабное наступление. — Возможно. Но правильного выбора иногда нет. Всё, что остаётся — сделать свой. — А если… — Нокс внезапно осеклась и на целое мгновение перестала выглядеть как член Совета. Лана бы сказала, что так смотрит зверь, загнанный в угол, но обстоятельства были далеки от безысходной позиции. Благоприятные даже. — Уже знаешь правильный, но не в силах его принять? — Нужно найти их в себе, лорд Нокс, — попробовала подбодрить Бенико. — И принять, пока выбор вообще остался.       Она продолжала рассматривать диковинные реликвии, стараясь не слишком вертеть головой. Подавила нехорошее чувство, когда заметила за рядом колонн, отгораживающих мягкую зону, останки медицинского дроида. Световой меч вошёл точно в ядро памяти, предотвратив любые попытки восстановить его данные. — О! Я же должна познакомить тебя кое с кем, — советница вмиг потеряла всю мрачность. — Она вот-вот обещала прилететь.       «Благоприятные, — безмолвно повторила Бенико, успокаивая уже себя. — Если, конечно, видишь всю картину целиком.»

***

      Асина вышагивала вдоль операционного стола, изредка поглядывая на неподвижное тело Дарта Малгуса. Такой дозой транквилизаторов можно было усмирить ситхское отродье, но она не могла избавиться от напряжения, находясь с ним в одной комнате. Даже широкие металлические пластины, опоясывающие его запястья и шею, всё время казались ей декоративными лентами. Последний инцидент только подпитал ощущение неоправданного риска. — Я могу помочь, моя повелительница? — спросила девушка, скромно стоящая в углу помещения после очередного отчёта. Её тёмно-голубые глаза блестели нескрываемым коварством, и, если бы ситхская ведьма оказалась последним вариантом на свете, Дарт Асина трижды бы подумала, прежде чем прибегать к её помощи.       Взгляд Заш выдавал и несоразмерный внешности возраст, и глубокую искушённость в учении ситхов. — У тебя другая задача.       Та всё равно подошла к столу; с болезненным удовольствием провела пальцами по грубым имплантам на плече Малгуса. Они поддерживали раздробленные кости и выглядели, безусловно, не вершиной кибернетического искусства, но на эстетику не было ни времени, ни необходимости. — Он ведь почти убил её, — восторженно прошептала ведьма. — Это правда? — Да. Но что-то остановило, — подтвердила советница с осторожностью, не сводя глаз с женщины. Учитель и ученик часто мыслят одинаково, и Заш могла невольно дать подсказку. — Сложно сказать что. У Дарт Нокс, допустим, получилось одновременно перегрузить аугментации, разорвать ритуалы и спалить половину мозга, но я слабо верю в это. Значит, что-то не было учтено.       И крайне невыгодное соглашение заключено зря. — Воспоминания, — молвила Заш вдохновенным тоном ментора академии, открывающего лекцию. — Они сильный якорь для разума. Перспективных послушников иногда ограждают от прежней жизни, чтобы глупые сентиментальные моменты не сказывались на обучении. Ах, да. Какое-то время в Ордене ходили слухи, что у лорда Малгуса был весьма трогательный и невероятно продолжительный роман с рабыней. Дарт Нокс, что бы вы о ней ни думали, умеет притворяться слабой, наивной девочкой, когда ей выгодно, — она зло поджала губы, будто факт сильно ужалил её. — Возможно, специально или сама того не зная, она помогла ему нащупать этот якорь. И, пока он существует, всегда есть вероятнось, что Малгус снова сорвётся с цепи. — Предлагаешь… — Уничтожить, — она озвучила буднично, словно проговаривала очевидную истину. — Память, в отличие от воли, куда более податлива. Если всё сделать профессионально, лорда Малгуса больше ничего, ничего не будет отвлекать от служения вам.       Советница нахмурилась, обдумывая теорию. Действительно, отсеять всё, что мешало ему выполнять поручения, не стало бы лишним, пусть причина и могла оказаться другой. Но какой прок от этого ведьме? Асина сосредоточила на ней всё внимание. Заш страдальчески потёрла неудобный ошейник, огибающий заднюю часть шеи. — Если бы вы дали мне чуть больше свободы, моя…       Неожиданно для себя Асина расхохоталась, безо всякого уважения прерывая её учтивую, ласковую речь. — Я не твоя бывшая ученица, чтобы вестись на такие спектакли, Заш, — она коснулась запястья, вызывая гвардейцев, и тут же указала им на женщину. — Уведите обратно. Пусть занимается поисками.

***

— Я ничего не видела, — махнула рукой Фесса Лок, проходя мимо Нокс и голограммы мастера-джедая прямо к бару кабинета. — Не обращайте внимания.       Повелительница проводила её гневным взглядом, но потом снова переключилась на вызов. — Спасибо, что нашёл время, Сарт, — Нокс вежливо склонила голову. — Не буду больше задерживать. — Мне жаль, что я не смог помочь, — с искренним огорчением произнёс джедай. — Подобные узы слишком вплетаются в ткань Силы, чтобы оградиться от них или разорвать на расстоянии. Остаётся вариант… категорический. Но вряд ли он тебя смущает. — Проблем с убийством у меня никогда не было, — пожала она плечами, глядя на выключенный проектор. — Только с выбором момента для них. — А твоя подружка знает, что ты сплетничаешь с врагами? — наигранно строго уточнила Фесса, разоряя шкаф с напитками. — Да ещё и грохнуть кого-то собираешься. Не её? — Министр Бенико понимает необходимость союза. — Ага. Вашему брату только на слово и верить. — Как твой гость? — настойчиво сменила тему Нокс. Меньше всего ей хотелось говорить о Заш и о том, что пока не знает, как защититься от бывшей наставницы. Найти её и убить раз и навсегда было очевидным и необходимым поступком, но на месте Асины Нокс бы укрыла её на Дромунд-Каасе. В недосягаемости или частичной досягаемости, чтобы заманить в смертельную ловушку. — Да как обычно, — вздохнула мандалорка. — Злится, что приходится в сортир по стенке ходить. Грызётся с доком. Грызётся с главой клана. Я бы осталась — ещё и со мной бы грызся. Ситхи. — Пусть радуется, что живой.       Нокс с внезапным беспокойством взглянула на женщину. В отличие от неё, Фес прекрасно разбиралась в людях и их социальных взаимодействиях, поэтому могла заметить то, что Нокс легко бы пропустила. — А зачем мне убивать министра Бенико?       Та отчего-то жалостливо посмотрела в ответ. Прямо как на идиотку. — Совсем не изменилась, — Лок устало прикрыла лицо ладонью. — Она разве что губу от счастья не закусывает, когда ты улыбаешься. Такие обычно и сдают врагу с мотивацией «вы получите всё остальное, но принцесса будет жить у меня в подвале и радоваться любви, что я дарю ей». — Не думаю, что Лана хотела бы держать кого-то в подвале, — рассмеялась повелительница. — Кто знает.       Им удалось поговорить совсем немного: обсудить участие нескольких мандалорских кланов и вероятный заказ, который Нокс хотела ей предложить. Если уж у Лок получилось пробраться в казематы Тёмного Совета, то выследить Дарт Заш ей не составит труда. И пока мандалорка решает проблемы личные, Нокс разберётся с государственными.       Но она никогда в жизни не была в таком смятении. Сила сбивала с ног, пытаясь развернуть Нокс в другую сторону, и это чувствовалось в её незримых потоках. Воля, что вела советницу всю жизнь, вынуждала стоять. Ради мести. Ради Империи. Ради данных обещаний. — Пора, — появившаяся Бенико бегло оглядела присутствующих, убеждаясь, что все готовы. Её приподнятое настроение значило оправданные ожидания — текущий тайный совет не оказался кучкой недовольных режимом Совета мелких лордов.       Пока они шли по второму ярусу главного зала, Лана сообщала ценные сведения. — Дарт Мелан и Дарт Ридс, — она указала на пару человек внизу, — члены Тёмного Совета. Не самые влиятельные, но то, что они здесь, о многом говорит. Вон там, с Пайроном, — высокий худощавый мужчина что-то с улыбкой рассказывал Валиону, — мофф Саймар. Его прочат на место министра Холмура. Он рассчитывает, что ты ему поможешь, естественно. Большинство прибывших лордов тоже надеется подняться повыше, но есть и те, кто искренне верит в твою невиновность. — Жадная до власти свара ситхов и военных. Я поняла, — цинично прокомментировала Нокс. — Всё, что получилось достать в короткий срок, — сдержанно отреагировала Лана. — Но на ситхскую разведку можешь рассчитывать полностью.       Как и положено члену Совета, Дарт Нокс, оказавшись внизу, не одарила приветствием ни одного из присутствующих, вместо этого молчаливо прошагав к креслу во главе стола переговоров. Сегодня решалось всё, и она не могла продемонстрировать ни капли слабости. Только решимость и власть.       Ни того, ни другого ей сейчас не хватало, но в организованном спектакле закладывалась половина успеха.       Она положила руки на холодный камень кресла и на миг утонула в ощущении безграничной и неизбежной беды. Будто снова заходила в гробницу Дарта Андру, где её давно ждала смерть.       Двери центрального зала распахнулись вновь.       Совершенно невозмутимый, даже радостный, Дарт Ваурон вёл как минимум дюжину инквизиторов и в два раза больше гвардейцев Совета. Оказавшись ближе, чистокровный картинно поклонился Ридсу и Мелан, сидящим рядом с Дарт Нокс. — Вижу, Тёмный Совет уже здесь, — громко съязвил он. — Прошу прощения за опоздание, лорд Нокс. Люблю красивые появления.