Пределы контроля

      В розоватых тонах сумерек джунгли Дромунд-Кааса приобретали ещё более зловещий вид. Их древние деревья накрывали тенями осколки обелиска, мощные корни бесконечно долго разламывали остатки фундамента.       Природа всегда сильнее и выносливее любой рукотворной конструкции, механизма — за годы, проведённые в Сфере технологий, Дарт Асина не раз убеждалась в этом. Многое из того, что они делали, существовало за счёт мощи природы или было вдохновлено ею: штурмовые дроиды перенимали черты быстрых и смертоносных коликоидов, энергостанции вгрызались в живые недра планет, а подчинённые наукой звёзды стирали с лица галактики целые миры и цивилизации.       Но царствовал над этим разум. И высшей его формой обладал человек, подчинивший Силу. Комбинации ситхского колдовства и технологии порождали великие, разрушительные вещи. Большинство ситхов их отвергало, цепляясь за старые пути.       Империя должна была измениться, адаптироваться уже давно, по примеру законов природы. Застрявшее колесо древней религии тормозило этот процесс. Дарт Асина не отступалась от Кодекса, но разделяла мнение своих сторонников, что некоторые догматы себя изжили. Сейчас ей подвернулся идеальный шанс стимулировать необходимую Империи эволюцию. Упускать его она не собиралась. А для того следовало избавиться от всего лишнего.       Дарт Нокс, которая, по собственным заверениям, стремилась к похожему толчку, упорно придерживалась традиций. Весь путь её восхождения, весь почёт и трепет были следствием стандартных ситхских методов. Убийство. Предательство. Интриги. Она обретала последователей и их любовь через личное могущество и военные победы. После череды убийств советников Асина навсегда отвергла возможность прийти с ней к мирному решению.       Если ветка дерева растёт не так, как нужно садовнику, её срезают под корень.       Размышления о природе и политике помогли отвлечься, однако ненадолго. Дарт Асина начинала тревожиться. Обычно её визави никогда не томил ожиданием, но сегодня что-то заставило его опоздать. Советница с усилием прогнала мысль, что Дарт Нокс успела добраться и до него. Марр, Раведж, Мортис — Нокс вопреки своей цели расчищала ей дорогу и давала движение планам. Но ни одну из смертей Асина не намерена была прощать. Как и десятки оскорблений, которые она терпела последние четыре года.       От безделья повелительница принялась разглядывать треснувшее основание монумента. От огромной стелы остались только битые камни, но база пока стояла. В почерневшем от плесени и мха рельефе ещё читалась цитата Муура, которого лорд Фаршол, один из правителей Дромунд-Кааса и создатель данного обелиска, сильно чтил. Асине показалось неприятным совпадением, что эта же надпись встречала посетителей штаб-квартиры Имперского научного бюро.       «Покорю саму жизнь и лишу её всех тайн».       Движение за деревьями привлекло к себе внимание. Никаких транспортных средств рядом не слышалось, и повелительница сперва подумала на диких зверей. Но из леса как ни в чём не бывало вышел чистокровный ситх в цветах Императора. Тихо, будто бесплотное создание, он перешагнул через могучие древесные корни и замер, ожидая любезностей. Советница склонила голову в скупом приветствии, отметив для себя, что неплохо бы изучить окружающую местность на предмет форпоста или убежища. Похоже, транспорт для визита ему не понадобился. — Ваши ритуалы сработали не так, как планировалось, Первый, — вместо приветствия сказала Асина. Надолго задерживаться она не могла, а опоздание служителя отняло у неё достаточно времени. — Малгус чуть не вырвался на свободу. — Мы лишь тени могущества Владыки и не можем полностью постичь его творения, — по обыденно бесцветному тону не читалось отношения к ситуации. Но удивления или вины Первый точно не испытал. — Вы ведь способны разрешить затруднения, верно? — Безусловно.       Асина озвучила то, что он хотел услышать. Она прекрасно осознавала, что заклятие, предоставленное Рукой Императора, и не должно было иметь длительного и устойчивого эффекта. Ей никто не собирался давать ручного пса. Только оружие, предназначенное для конкретной цели. И всё, что требовалось от Малгуса — одно убийство.       Которое он провалил. — А повелительница Заш оправдала ваши ожидания? — Она много знает, — осторожно подтвердила советница. Служитель, очевидно, вёл к тому, что со всеми картами на руках она до сих пор не достигла успеха. Впадать в немилость Руки было рано, поэтому со словами Асина обращалась аккуратно. — И почти безошибочно определяет направление поисков. Но я вижу, у неё свои мотивы. То, что они пока совпадают с нашими, не внушает оптимизма в перспективе. — Вы умны и бдительны, лорд. Другому я бы не доверил столь опасный инструмент. Однако меня разочаровывает отсутствие прогресса. — Имейте терпение, служитель, — успокоила она, довольная, что разгадала опасения Первого. — Совет прикладывает все усилия. Мы знаем, где собрались её союзники. Дарту Ваурону поручено задушить искру восстания во что бы то ни стало. У лорда Нокс не останется другого выбора, кроме как сдаться или погибнуть. — Вы помните уговор. Мы поддержим вас любыми средствами, но жизнь Дарт Нокс должна закончиться.       Служители всегда неохотно отвечали на вопросы. Ещё реже — обращались напрямую к Совету, предпочитая решать проблемы внутренними ресурсами. В отсутствие Императора их могло не хватать, и Асина смело предположила, что Рука нуждается в союзе не меньше её самой. И понадеялась, что Первый в этот раз не проигнорирует. — Могу я узнать зачем? — Так приказал Владыка. — И всё? — Мы никогда не оспариваем приказы, — кивнул ситх. — Мне известно, что Нокс ограбила его. В попытках сравняться с величием Владыки, она похитила гибельное запретное знание. Если вы дадите ей уйти, Нокс обратит его против своих врагов. Руки. Совета. Империи.       Повелительница отвернулась к обелиску, стараясь не показывать сомнений. Императора десятилетиями не интересовала Империя, и Совет давно прекратил верить, что Рука следует его приказам. Вслух никто не озвучивал, естественно. Но лгал Первый или нет, Нокс была проблемой сама по себе — неуступчивая, непредсказуемая и жадная до власти девица, управляющая целой армией. Если хоть крупица из сказанного им была правдой, то возрастала необходимость пресечь её борьбу как можно быстрее. — Разве я заслужил ваши подозрения? — спокойно спросил Первый, глядя на её раздумья. — Рука спасла вам жизнь. Рука поддерживала вас годами и возвела в Тёмный Совет по одной изложенной просьбе. Мы не требуем высокую цену: лишь смерть этой женщины. — Не сомневайтесь в моей лояльности, служитель, — Дарт Асина вежливо улыбнулась. — Я вас тоже ни разу не подводила.       Первый удовлетворённо кивнул. Его облачённая в строгую мантию фигура исчезла в лесу так же бесшумно, как и появилась.       Гнев окатил чистой обжигающей волной, когда Асина наконец позволила ему вырваться наружу. Картина, как вся их дрянная организация будет украшать центральную аллею её крепости, развешанной на деревьях, вновь появилась перед глазами. Так скоро и случится, пообещала себе Тёмный лорд.       Как только она найдёт способ освободиться от их влияния.

***

— У вас, должно быть, напрочь отсутствует инстинкт самосохранения! — прошипела Нокс в миллиметрах от лица чистокровного. — Заявиться после того, что вы устроили в Совете!       Её ногти глубоко вонзались в шею Дарта Ваурона, вжимая его в закрытую дверь кабинета, но ситха это совсем не беспокоило. Повелитель даже чуть запрокинул голову, облегчая ей захват. Он понимал, что у Нокс были силы на убийство, однако последствия для неё стали бы катастрофическими, потому не сопротивлялся.       Повелительницу хватило секунд на десять, но потом отвращение к рыхлой и сухой коже под пальцами пересилило гнев. — Я предупреждал, что этим закончится, — напомнил Ваурон, деликатно прокашлявшись. — И дал тебе замечательный шанс уйти. Как ты не понимаешь, что Совет никогда не примет власть над собой? — Примет. — Меня бы здесь не было, будь оно так. Или был бы, но в менее грозной компании. — Вашу «грозную компанию» растерзают за секунды. Я же сломаю вам шею ещё быстрее. — Уверен, Совет очень рассчитывал на этот исход, отправляя меня сюда, — хохотнул повелитель, не восприняв угрозу серьёзно. — А ты останешься с очередным убитым советником и кровавой бойней среди гостей. То, что ты не можешь защитить даже своих единомышленников… скажем так, сыграет не в твою сторону. — И? Мне всё равно терять уже нечего, — дерзко заявила Нокс. Пусть это было ложью, советнику она намеревалась показать всю решимость. — Я предлагала мир, лорд Ваурон. Но вы, стая стервятников, предпочли наброситься сразу же, стоило телу Марра остыть. — Таковы негласные законы Империи Ситхов. И то, что ты оказалась к ним не готова, говорит о многом. Я не о личных качествах — о недостатке опыта и малом количестве лет, проведённых среди нас. — Значит, эти законы надо изменить. — Нокс едва сохранила твёрдость интонации. — Закуул должен понести наказание за каждую планету и каждый корабль. Император — за каждую отнятую жизнь. Только это важно. Вы отлично знаете ситуацию изнутри, но продолжаете закрывать на неё глаза и создавать мне препятствия. — Дарт Нокс, — он эмоционально всплеснул руками. — Ещё одна война усугубит и без того шаткое положение! — А какой у меня выбор, Ваурон? — резко повысила голос повелительница. — Сдаться Совету? Позволить ему игнорировать Закуул, пока не станет слишком поздно? Ждать, когда Императора будет уже не остановить? — Если ты всё-таки прекратишь на меня орать и дашь высказаться, я покажу тебе выход.       Нокс подняла ладонь, призывая к молчанию. В огромном кабинете с высокими сводами ей остро не хватало воздуха. Негодование росло, вместе с ним просыпалась и ярость, стирающая необходимую сейчас бдительность. Всё неизбежно рассыпалось в руках, как Нокс ни пыталась удержать ситуацию под контролем. Сила не хотела, чтобы советница устояла на ногах. Стремилась вышвырнуть её из картины бытия, как наскучившую игрушку.       Но она ведь не была её игрушкой. Она была повелителем ситхов, Тёмным лордом. Той, кто направляет Силу, а не следует её воле. — Я знаю, о чём ты думаешь, Нокс, — вопреки беззвучной рекомендации заговорил чистокровный. Ей даже показалось, что искренне, хотя значение этого слова Ваурон должен был забыть сотню лет назад. — Что Дарт Марр на твоём месте не отступил бы. Использовал все силы, чтобы принудить Совет к миру и ударить по врагу единым фронтом. Но он не всегда был прав. За последние полвека я десятки раз видел, как он оступается, принимает неверные решения. Например, насчёт этой экспедиции. Понимаешь? — Избавьте меня от примитивных манипуляций. — Я верю, что ты разумнее, — с настойчивостью продолжал повелитель. — Вероятно, Марр в самом деле принял бы другое решение. Но он мёртв, а ты — нет. Иди собственной тропой, не дорогой чужих ошибок. — Вы знаете, на что способен Император, если его не остановить. Я… — Ты и Марр сделали, что могли, — мягко оборвал Ваурон. — Даже если этого было недостаточно… Войны не заканчиваются со смертью полководцев, Нокс. На место павших приходят другие. Пришло время уступить своё.       Она сжала кулаки, почувствовав, что почти не может удержать молнии Силы. Ваурон задел самый центр её сердца, где давно копились все те эмоции, которые Нокс не позволяла себе испытывать. Ярче остальных она ощущала не обиду, скорбь или сожаление — ненависть. За муки от сломанных уз. За то, что он оставил. За то, что взвалил на её плечи ношу, которую она не обязана была нести. За то, что превратил в кошмар то, что раньше стало бы радостью. За одиночество, которое убивало сильнее, чем всё остальное.       Мысль, прокравшаяся следом, напугала до дрожи.       Может, Ваурон прав. Это она сбилась с пути, а не другие.       Может, это больше не её война. — Дорого обошлось приглашение? — только и смогла едко спросить Нокс, демонстративно переключив внимание на гигантскую плиту из хранилищ Вишейта. Высадить полсотни вооружённых человек на Малакор без посторонней помощи было невозможно, и она догадывалась, в какую сторону смотреть. Чутьё редко обманывало советницу. К сожалению. — Ты про грабителя в имперском мундире? — вежливо уточнил Ваурон. — Достаточно. Губа у него не дура.       Долг за спасение своей жизни Ревел отдал уже очень давно. Нокс не винила его в том, что он захотел покинуть корабль, а не участвовать в ситхских политических играх. Хотя бы молчаливый уход Андроникуса не застал врасплох, как вышло с Ашарой. — До сих пор интересно, что вы намеревались предложить, — собравшись с силами, произнесла Нокс. — Я вернусь на Дромунд-Каас и не запомню ни одного лица в этом зале, — Ваурон сделал пару шагов, возвращаясь в поле её зрения. Никакой торжествующей ухмылки советник не изобразил — напротив, во взгляде читалось честное одобрение, вызванное готовностью выслушать. — Совет сие не порадует, но меня мало заботит его счастье. Никто из твоих слуг и союзников не будет подвергнут преследованию. Если желаешь, некоторые могут обрести мою протекцию. Ты же вольна выбрать любое место вне границ Империи. — И всё это, если я просто исчезну? — Не совсем.       Чистокровный чуть отодвинул полу накидки, отстегнул от пояса голокомм. Устройство плавно взмыло в воздух и повисло между повелителями. Нокс хорошо его рассмотрела: дорогой, с вычурной инкрустацией и наверняка обладающий широким функционалом. Например, записью. — Ещё ты признаешься, что убила Дарта Марра.