Пределы контроля

      Заккег свирепо махнул хвостом, взметнув с каменных плит под ним кучу сухой листвы.       Таллард проигнорировал предупреждение. Принял защитную стойку и плавно, не провоцируя его на преждевременную атаку, взял в ладонь рукоять. Животное пригнулось к земле, низко зарычав. Даже полулёжа оно было выше ситха.       И являлось преградой, не пускавшей их дальше внутреннего двора безымянной гробницы. — Осторожнее, — проводник Талларда сдвинулся в сторону, занимая удобную позицию для стрельбы. Так бесшумно, что под его ногой не хрустнула ни одна веточка. — Меч может не пробить шкуру. — А ты видишь в нём желание убежать, Ториан Кадера?       Фильтры мандалорского шлема шумно выпустили воздух.       Талларду несколько раз попадались заккеги, но щенки или молодые особи, по неосторожности угодившие в лапы браконьеров. Этот же… Ощущая зверя в Силе, повелитель бы сказал, что он почти старик, опытный и грозный. И помимо инстинктивного желания защитить территорию его что-то беспокоило. Точно присосавшийся паразит, не дающий нормально спать и охотиться.       Успокаивать животных, как делают джедаи, ситх, конечно, не мог. Внушить достаточно страха, чтобы заккег побоялся нападать — и без того измученное исполинское чудовище, усыпанное шипами, вряд ли собиралось легко поддаваться чужой воле.       Не зная, какие силы понадобятся в гробнице, Таллард молниеносно сорвался с места, уже в движении зажигая меч. Опешивший от внезапной атаки зверь не успел отреагировать, и красно-оранжевый луч отсёк два шипа с бока, однако действительно не повредил шкуру.       От ответного удара когтистой лапой ситх увернулся, снова пробуя достать заккега. Целился в шею, покрытую мягкой на вид чешуей. Над головой зашипели бластерные заряды, поначалу проверившие шкуру на прочность. Проворный зверь мастерски уходил от меча, а от выстрелов закрывался, поворачиваясь к Кадере спиной с толстыми пластинами. К неудовольствию и ситха, и мандалорца, все уязвимые места заккега находились в опасной близости от пасти, а брюхо слишком прижималось к земле, чтобы его можно было достать.       Избегая столкновения с массивным хвостом, Таллард подумал, что отсутствие согласованности в нападении затягивает схватку. Звериные когти просвистели в сантиметрах от его груди и едва не оставили царапины на защитной пластине. Испытав ещё несколько манёвров и чуть не словив выстрел ведущей рукой, Таллард отступил, подняв другую в команде остановиться. Стрельба прекратилась.       Выгадав момент, он бросился прямо в звериную пасть. Заккег вцепился задними лапами в плиту под собой, приподнялся на дыбы. Именно тогда ситх направил на него Силу, пытаясь удержать в уязвимом положении. Мандалорец сориентировался быстро, чего Таллард и ожидал. Несколько зарядов прошили обнажившееся брюхо заккега, а дело завершил точный удар ситхского меча.       Таллард выдохнул, с удовлетворением глядя, как звериная туша оседает на землю. — Достойная добыча, — Ториан, сняв шлем и подцепив его к поясу, приблизился к поверженному заккегу. Затем достал кинжал и принялся срезать короткие бивни у пасти. — Нужно принести доказательство клану.       Ситх безразлично пожал плечами, не став комментировать диковатые мандалорские ритуалы. Многое в жизни кланов казалось ему странным и непрактичным, но, находясь среди детей Мандалора в качестве гостя, он благоразумно помалкивал.       Бивни плохо поддавались виброкинжалу. Таллард воспользовался передышкой, визуально изучая весьма скромный мавзолей. — От Фессы новостей нет? — спросил он между делом. За период её отсутствия можно было завершить два-три заказа, а она обещала вернуться после одного.       Звук пиления кости мгновенно стих. — Это не твоё дело, — чуть ли не по слогам выговорил Кадера. — Вот как, — протянул Таллард. Дерзкая интонация мандалорца буквально вынуждала его поддразнить. Отношения всё равно с первой встречи не заладились. — Боишься, что я уведу твою подругу?       Ториан резко дёрнул бивень, отламывая его полностью. — Она не моя «подруга». Но и у тебя нет права интересоваться. — С чего повелителя ситхов должны волновать ваши примитивные правила?       Мандалорец, разозлившись, подошёл так близко, что закрыл собой обзор на гробницу. — Не смей, — в ярко-синих глазах загорелся вызов, который сложно стало проигнорировать.       Таллард ступил вперёд, сокращая и без того маленькое расстояние. Уж чего он не любил, то это когда ему пытался указывать кто-то, кроме вышестоящего лорда. Особенно считающие себя взрослыми сопляки. — Не смей что? — Рассчитывать на её взаимность. Ты не мандалорец. — Для ученика мисс Лок ты слишком импульсивен, — холодно укорил его ситх. — Она-то не теряет самообладания в любой ситуации.       Почти в любой. Всё-таки достаточно мило смущается, когда мандалорское наречие не скрывает её истинного мнения. — Это я её учу, — возмутился Кадера. — Традициям, языку и…       Таллард, не выдержав, рассмеялся, зная, что с высокой вероятностью получит по лицу. Кадере на вид было не больше двадцати, а при освобождении ситха из каасской тюрьмы он допустил такую ошибку, какую не сделал бы и десятилетний. Ну точно учитель. — Мне всё равно, что с тобой будет, — бросил мандалорец прежде, чем вернуться к сбору трофеев. — Но оскорбляя Фес своим… вниманием, ты оскорбляешь весь клан Лок, aruetii. Не жалуйся, когда они придут за тобой.       Остаток пути они прошли молча. Даже когда густые джунгли, захватившие всю наружную площадку, остались позади, а утренний пейзаж сменился холодом открытой ситхской гробницы, Кадера не проронил ни слова. Таллард не оскорбился. Ему нужен был опытный проводник, а не компания. Но у главы клана оказалось своеобразное чувство юмора: не мог же Гадар не подозревать, что они гарантированно сцепятся по первому же поводу.       Внутри мавзолея Ториан тем не менее многозначительно задержался у входа, пропустив ситха вперёд. Гордый, но не безрассудный.       Небольшой дроид-фонарь, позаимствованный в лагере, взмыл в воздух и осветил первый зал. Вместе с ним — четыре тела в мандалорских доспехах. Лёгких, подметил Таллард. Разведчики. — Недавние, — Кадера проявил больше интереса к соплеменникам, осмотрев каждого, пока ситх изучал три расходящихся от зала коридора. — Первый умер от рваных ран — заккег добрался. Остальные… похоже… — Похоже что? — раздраженно поторопил Таллард. — Бластерные ожоги. Краска с брони слезла от удара вибромеча. Бились между собой, — закончил Ториан. — Что-то свело их с ума. — Не сказал бы, что удивлён. Тут сильное присутствие Тёмной стороны. Дальше рекомендую не идти. — Я не боюсь, — решительно заявил Кадера. — А если тебя там убьют… — Все с облегчением выдохнут? — Но проблему это не решит, — огрызнулся мандалорец.       От коррибанских гробниц дксунская отличалась не только снаружи. Непривычно узкие проходы между камерами будили чувство клаустрофобии. Таллард свободно касался потолка и при этом не мог вытянуть руку в сторону — поджидай на пути опасность, коридор станет смертельной ловушкой. Фонарь плыл впереди, но освещал от силы метра три. А переход выглядел бесконечным.       Когда он наконец сменился вторым залом, Таллард вздохнул свободнее. Мелкие шипастые ящерки разбежались из-под его ног, нырнули в щели между кладкой. Пройдя несколько метров, повелитель понял, что привлекло их сюда. Пища.       Точнее, ещё два человеческих трупа, но в более ужасном состоянии, чем прежние. — Ade, — голос Ториана дрогнул, когда он привлёк к ним фонарь. — Дети. Обоим на вид по тринадцать, были вооружены. Видимо, выслеживали добычу. Часть ритуала, чтобы вступить во взрослую жизнь. — Укрылись от заккега в стенах гробницы, — предположил Таллард. — Не учли, что здесь куда опаснее, чем в лесах Дксуна. — Не похоже, что их разорвали тук’аты или отродья, — мандалорец, борясь с нежеланием, сел около одного из тел. — Хоть степень разложения и сильная, повреждения должны были остаться.       Таллард с трудом подавил злость. Ведь так сложно сказать «эй, ситх, всё началось с пропажи детей, возможно, они вскрыли гробницу». Туманные и бесполезные объяснения про злого духа никак не могли помочь составить картину происшествия. Теперь догадки обрели вес, но Таллард и его компаньон к ним совсем не подготовились. — Ты умеешь оберегать сознание от влияния Силы? — на всякий случай узнал ситх. — Относительно. Один деваронец немного учил.       «Относительно».       Таллард постарался отогнать эмоции и прислушаться к густой, вязкой тьме вокруг, но вместо этого услышал… топот.       Кто-то убегал, и быстро.       Не дожидаясь Кадеры, ситх кинулся за звуком, подсвечивая себе путь мечом. Мандалорец отстал на десяток метров, однако к следующему расширению, оказавшемуся погребальным залом, успел догнать.       Здесь, будто защищая собой саркофаг, на них угрюмо смотрел подросток, по виду принадлежащий к клану Шиса. — Ты из группы, которая искала добычу? — как можно нейтральнее спросил Таллард, сохраняя расстояние. Кадера попытался подойти, но повелитель удержал его ладонью. — Вы потревожили меня, — в голосе мальчика лишь фоном сквозили детские ноты. — За это вы умрёте. — С ним что-то не так, — вполголоса высказался Ториан. Незаметным щелчком он переключил бластер в оглушающий режим. — Чувствителен к Силе, и его контролирует дух. Призрак, — тихо пояснил Таллард, ощущая, как в тщедушном теле плещется несоразмерная для него энергия. — В ситхской гробнице не так много вариантов развития событий.       Он поймал на себе выжидающий взгляд Кадеры. Такой, словно мандалорец ожидал сейчас увидеть мистическое таинство Тёмной стороны по упокоению пробудившихся призраков. С призраками Таллард дел почти не имел. Пару раз, исследуя коррибанские гробницы в ходе испытаний, натыкался на замученные эхо Силы, оставшиеся от военачальников, жён и рабов древних ситхов. Больше жуткие, чем опасные сущности, способные причинить вред разве что растерявшемуся аколиту. Но в целом он догадывался, как обращаться с обозлёнными духами.       Потому выставил перед собой меч. — Не будем с ним говорить? — удивился Ториан. — Ну попробуй.       Тоже не расположенный к разговору подросток извлёк из-за пояса световой меч. Ядовито-жёлтый луч вспыхнул, на мгновение затмив сияние плавающего фонаря. И тут же размылся в рывке.       Стремительную атаку Таллард отразил плохо, потому что не ожидал подобной прыти от мальчишки. Ростом не больше полутора метров, костлявый до впалых щёк, он обрушил оружие с неимоверной силой, и лезвие ситха задело колонну рядом, дрогнув под поспешно отведённым ударом.       Больше преимущества повелитель не дал, тут же перейдя в нападение. Предвзятость по отношению к ребёнку выветрилась моментально. Неизвестно, какой древний лорд одарил его силой; Таллард сражался с духом, а не сосудом. Яростным, изворотливым и опасным, поэтому все посторонние размышления уступили место глубокой концентрации на бое.       Всё равно прокралась нехорошая мысль, что лучше бы ему не оказаться Фридоном Наддом или кем-то вроде него. Позорно проигрывать подростку на глазах мандалорца очень не хотелось. Ториан держал оружие наготове, но в пылу поединка ему редко выпадала возможность сделать выстрел, не ранив при этом напарника. Лезть в ближний бой под руку ситху он правильно счёл неудачным решением.       Сосуд призрака не был безупречным. Меч Талларда заблокировал удар и мастерской контратакой оставил жжёную полосу на закрытом кожаной броней плече. — Как смеешь ты касаться принца Тета, чернь? — свирепо взревел дух. Звучание его голоса выходило за пределы тела ребёнка, разливалось по залу так, будто доносилось из каждого камня. — Которому по праву рождения принадлежит титул короля Ондерона? — То есть королём ты так и не стал, принц? — громко пошутил Ториан.       От рёва ненависти содрогнулся весь мавзолей, и каменная пыль посыпалась из щелей потолка.       Зато Таллард, кажется, понял, как мандалорцы разозлили духа, проведшего в уединении долгие, долгие века.       Теряя инициативу в схватке, мальчик отпрыгнул, в одно движение оказавшись на крышке саркофага. Его пальцы согнулись, обрушив на Талларда растрескавшийся эхин колонны. Пока ситх защищался от каменного дождя щитом Силы, он бросился в направлении Ториана, намереваясь положить конец раздражающим сгусткам энергии. Но мандалорец вовремя оставил бластер и удар меча отразил уже активированным электропосохом.       Отвлёкшись на Кадеру, Тет допустил ошибку. Выпущенная в спину гроздь молний Силы отбросила его на несколько метров. Вскрикнув от удара о стену гробницы, подросток осел и не поднялся.       Таллард, не теряя бдительности, подступил ближе. Тяжёлые хрипы, казалось, приподнимали тело одержимого целиком, но гримаса боли становилась слабой и угасающей. Ворот зелёной туники прилип к обгоревшей коже. Побеждённому призраку умирающее тело теперь было неинтересно, и его невидимая, но осязаемая тень вернулась в саркофаг.       Ситх, с разочарованием сжав губы, занёс меч. — Стой!       Краем глаза Таллард проследил за приближением Кадеры. Мандалорец, не делая резких движений, опустился рядом с ребёнком, повернул к себе его бледно-серое лицо с тянущейся изо рта красной струйкой. Тот не понимал, что происходит, едва удерживаясь в сознании. Таллард сомневался, что надолго. — Я ничего не могу сделать. Только закончить всё быстро, — сухо, не позволяя эмоциям вмешиваться, сказал повелитель. — Он не способен сопротивляться духу, а Тет от него не отцепится, пока не отомстит за потревоженный покой. — Могу я? — Ториан болезненно сдавил посох, прежде чем отложить его. — Не знаю что. Остаться или… вдруг, Тет успокоится, если… — Мальчик опасен для клана. Твоя жертвенность не поможет, — продолжал настаивать Таллард. — Он не контролирует Силу, а влияние призрака наверняка сделало его безумным. Это как выпустить ранкора в густонаселённый город. — Но ты не уверен. — Я уверен, что мой меч гарантированно решит проблему.       Кадера придержал голову ребёнка, когда та безвольно опустилась на плечо. Потом обернулся на ситха. Его синие глаза смотрели внимательно, словно не хотели давать никакой возможности солгать. — Ему уже не стать мандоа’д. Ты бы смог обучить его? — Я… — Таллард запнулся, не зная, как конкретнее сформулировать мысль. — Давно никого не обучал.       Почти шесть лет. Первого и единственного ученика он взял, едва получив титул лорда, но обучение не продлилось дольше нескольких месяцев. Зулар, вроде бы так его звали, погиб в бою на Балморре, и, как Таллард выяснил из отчёта, довольно бездарно. Его вины в смерти неопытного юноши, самовольно вступившего в неравную схватку, конечно, не было. В том, что не успел объяснить важность субординации — отчасти была. Осталось неуловимое чувство собственного провала, которое, надеялся Таллард, пройдёт со временем. Но потом в полную силу развернулась война, ему вверили регион, где ни дня не проходило без республиканской атаки или диверсии, а затем и Дарт Марр свалил на него добрую половину своих дел. Многие ситхи пытались добиться расположения Талларда и подсунуть отпрыска ему или, ещё лучше, Тёмному лорду через него. Но ни он, ни Марр не выделили времени для новых учеников. Его попросту не было.       Он ещё раз взглянул на подростка. Одарён, в приемлемом для обучения возрасте. Может, выживет, если мандалорец, в ожидании вердикта нервно постукивающий по крышке медпакета, ему поможет. Однако слабый разум, скорее всего необратимо повреждённый тёмной сущностью, являл собой плохие вводные данные.       Таллард собирался наотрез отказаться, но на мгновение представил, что, будь тогда рядом с Зуларом он или другой ситх, из того идиота уже вырос бы полноценный лорд. Или не вырос бы.       На Балморре никого не было.       Здесь есть. — Ладно. Помоги, — сдался Таллард, видя, что время уходит. — Но я приму решение не сейчас. Понаблюдаю за ним, и, если мальчик не подойдёт для обучения, тебе придётся убить его самому.       Лицо Кадеры немного посветлело, и он немедленно приступил к оказанию первой помощи. Таллард обходил погребальный зал, собирая разбросанные посмертные инсигнии и небрежно закидывая их обратно в саркофаг. Неизвестно, как бы это сказалось на спокойствии принца Тета, но хуже он уж точно не сделал бы. В довершение ситх закрыл саркофаг и, согнав немного крови с рассечённой об осколки колонны кисти, начертал на каменной крышке традиционное пожелание больше не просыпаться, выразив вместе с тем безмолвную надежду, что его древнеситхский всё так же хорош, как и в Академии.       Когда захоронение было приведено в относительный порядок, Таллард проверил успехи мандалорца. Снова кольнула мысль, что стоило убить мальчишку и закинуть тело к костям мёртвого повелителя. Говорил это холодный расчёт или Тёмная сторона, ситх не мог разобрать. Но рисковать судьбой целого клана, потому что задремавшей где-то совести приспичило спасти очередного неразумного ребёнка, наплевавшего на правила… безрассудно, по меньшей мере.       Тела всех павших мандалорцев они вынесли во внутренний двор. Ториан остался ждать помощи, а также присматривать за мертвецами и выжившим: звери, способные учуять запах крови за сотни метров, вряд ли отказались бы от лёгкой добычи. Таллард вернулся запечатать усыпальницу от других случайных гостей. Всю оставшуюся энергию он потратил, чтобы Силой обрушить каменный портал, ведущий в глубины гробницы.       Вылазка затребовала больше внутренних сил, чем физических, и ситх несколько минут стоял, прислонившись затылком к прохладной, тянущей сыростью стене. За шумом в ушах не слышалось даже шелеста джунглей Дксуна и воинственного птичьего клёкота.       Что-то потревожило, как предчувствие грозы задолго до её первых признаков. За гранью человеческого восприятия, волнение в Силе.       Прогнав его, Таллард поспешил к напарнику. Ни транспорта, ни подмоги клан Шиса ещё не прислал, а Кадера лихорадочно ходил вокруг тел, держа в одной руке бластер, а в другой — голокомм. Проекция девушки, наверное, его возраста, с аугментациями безупречной тонкой работы, тоже не выглядела спокойной. Ториан что-то быстро сказал ей и отключился. — Кто она? — спросил ситх.       Кадера, помедлив, убрал устройство на пояс. — Ассистентка Фессы. Следила за кораблём Лок, хоть та и запретила. — Он сделал ещё несколько шагов, будто пытался оттянуть то, что всё равно пришлось бы сказать. — И нашла только выгоревший остов.