Пределы контроля

— AC-04 + мисс Ливи = хорошая команда, — весело сообщил дроид. Репульсоры с шумом включились, помогая ему преодолеть ступеньки. — AC-04 + новый сканер = высокая производительность // AC-04 = нравится подарок. — Вот не надо думать, что это подарок! — заворчала идущая рядом Нокс. — Инвестиции, дроид. Инвестиции.       Пусть не слишком продвинутый, Эйси обладал достаточным функционалом, чтобы с пыльных горшков перевести Нокс на уровень повыше. Бывшее когда-то в ходу оружие, средней ценности украшения и реликвии мелких, быстро исчезнувших цивилизаций. За прошедший месяц она хорошо закрепила все правила, которым обучилась когда-то в доме Нормана. Просить дорого, даже если хлам. Придумать загадочную историю, овеяв дешевку мистическим ореолом. Расставаться с каждой вещью, как с фамильной реликвией, несмотря на то, что открывала контейнер всего дважды.       Вся её жизнь теперь состояла из правил. Кантины — выше среднего, чтобы отсеять основную массу охотников за головами. Не дольше пяти дней в регионе. Меньше светиться снаружи. По возможности — разные космопорты для прилета и вылета. Сэкономить на еде, но не скупиться на взятки. Имперские миры — под строгим запретом. Нейтральные — лучше всего. Но иногда…       Выйдя из дома очередного счастливого коллекционера, Нокс с облегчением закрыла глаза. Нежно-розовый вечер Кьяридды коснулся лица теплым ветерком, и она сладко вдохнула нагретый воздух, разбавленный тревожностью приближающейся к республиканской планете войны.       Иногда приходится рисковать. — Знаешь, кем я себя порой чувствую, Эйси? — Нокс не стала сразу идти в храм Кьяридд, где временно обитала. Повинуясь запрещенному «правилами», но непреодолимому желанию, свернула в густой дикий сад, захвативший центр города. — Слабоумной квочкой, которой примитивные механизмы заменили мозги на птичьи, чтобы весь ужас положения ненароком не осознался. Соседняя система после чистки Закуулом лежит в руинах, этой осталось недолго, союзников нет, за мной организована грандиозная погоня, а мне…       Она хихикнула, присев на каменный борт фонтанчика. Несколько капель воды с тем же озорством брызнули в лицо. — А мне не хорошо, но нормально.       Тронув кольцо под курткой, Нокс вновь подумала, что давний подарок Скорджа не что иное, как обычное украшение. Без сокрытых частот и таинственного союзника — старая железка, случайно завалявшаяся в кармане. Которая одновременно питает уверенностью, что из любого тупика будет выход, и подстегивает не попадать в них, дабы не уязвлять ситхскую гордость чужой помощью.       Она плохо знала чистокровного, но почему-то была уверена, что на такой трюк ума у него бы хватило. Проверить теорию, к счастью, случая пока не представилось.       Исполинская статуя Кьяридд на первый взгляд занимала куда больше места, чем весь город подле неё. Златокожая богиня стояла на коленях, сложив перед собой ладони, будто оберегала брошенное в землю семя, и одновременно эти ладони служили вратами в храм: стоявший в них человек едва был размером с ноготь. Ни один кьяриддец не осмеливался войти внутрь, хотя святилище не охранялось — сёстры-служительницы выступали против любого насилия, и, что странно, никто не покушался на их безопасность.       Нокс была не согласна с ними во всём. Она не разделяла идеи радикального пацифизма вплоть до готовности умереть, не оказывая сопротивления. Считала отвратительной праздничную традицию раз в год выходить нагими в храмовый сад и искать любовника, согласного увеличить популяцию жриц «благословением богини». Её выводили из себя рассуждения, что война — изобретение и удел глупых мужчин, ничего не понимающих в жизни, а женщине следует дарить мирозданию надежду, заботу и материнскую любовь. Однако их убеждения сыграли Нокс на руку — беременной гостье жрицы были рады настолько, словно она собиралась подарить их Кьяридд кого-то вроде пророка или мессии, а затем немедленно начали душить навязчивой опекой. Мать-настоятельница также погадала на каких-то зернах и со знанием дела сообщила, что будет девочка. Заодно предложила отдать на обучение в храм.       Нокс обещала подумать. Лучше уж расти с этими полоумными, чем с ней.       При условии, что храм столько протянет.       Но долго оставаться на Кьяридде Нокс не могла. Тучи над планетой сгущались, в городе становилось всё больше республиканских войск. Оккупировали космопорт, заняли и огородили несколько кварталов, выскребли из кантин всю выпивку. Нокс особенно не волновалась: у неё уже был договор с одним перевозчиком, который согласился вывезти её и не светить перед военными.       Требовалось лишь завершить кое-какое дело.       Кредитов на него уходило немерено, но они пока были. Тяжесть чипов крупного номинала всю дорогу давила на грудь беспокойством, и вскоре Нокс обнаружила истинную его причину.       Она покинула сад и свернула с почти закрытого на ночь рынка на улицу бедного жилого квартала, чтобы срезать путь к храму. За ней по тому же маршруту направился мужчина в неприметной грязно-желтой накидке. Нокс перешла на параллельную линию, готовясь в случае чего выйти на оживленную аллею. Он двинулся следом. Значит, за ней. В то же время со стороны торговой площади показался второй. Под похожей накидкой мелькнул безвкусный синий мундир.       Люди Режера. Коллекционера, который сегодня купил идолов, вывезенных Нокс при побеге с Ганои две недели назад. Почти десять тысяч кредитов были достаточно серьезной суммой, чтобы не хотеть с ней расставаться. Нокс с досадой размяла запястье. Надежда, что республиканцы в среднем почестнее хаттов, растаяла за секунду.       Она повернула пояс так, чтобы меч был под рукой. Ещё в поместье она видела ножны у охранников и предположила, что местные предпочитают ближний бой.       Потом переключила бластер в активный режим. До ближнего боя нужно ещё добраться. — Не смей высовываться, дроид, — строго приказала она Эйси. — Ты мне требуешься целым.       Всё началось в узком переходе между высокими гладкими стенами домов. В сгущающихся сумерках возникла сначала одна фигура, блокируя проход, потом вторая — сзади — отрезала путь к площади. Благодаря малому расстоянию Нокс с первого раза попала в того, что заходил со спины, но дальний ушел от второго, третьего, четвертого выстрелов. Пятый рассыпался об энергополе на такой дистанции, что шестой раз стрелять не имело смысла. Нокс быстро сунула бластер обратно и достала второе оружие.       Фиолетовая вспышка поставила нападающего в тупик, и он на мгновение растерялся; сделал едва заметный полушаг назад.       В Нокс зато сомнений не было. Прочный сплав клинка незнакомца неуклюже отразил несколько ударов, а потом прихвостень Режера, словно поверив в собственное бессмертие, перешёл в уверенную контратаку. Световой меч парировал оба выпада, но от контакта с лучом раскалился до огненно-красного. От ещё одной попытки атаковать попросту сломался, к великому торжеству Нокс.       Оставшись безоружным, незнакомец тут же выбросил ладони вверх и, не глядя в глаза, опустился на колени. Покорно, почти по-рабски.       Лезвие загудело громче, проходя через его мягкую человеческую шею.       Милосердия в Нокс не было тоже.       Развернуться в этот момент её вынудила даже не интуиция — рефлексы. Идентичный металлический клинок блеснул в сантиметрах от лица, в последнюю секунду заблокированный лучом. Яркий свет собственного оружия ослепил Нокс точно так же, как и третьего противника — белокожую женщину с такими же белыми, бесцветными радужками и вертикальными зрачками, сузившихся от лиловых пульсаций плазмы до узких щелочек. Инородка тут же расцепила оружие, с молниеносной, нечеловеческой скоростью взмахнула мечом. Будь у Нокс восприятие Силы, она всё равно с трудом смогла бы отразить такой удар. Острый металл впился в левое бедро, по ощущениям до самой кости.       Она закусила губу до крови, перенесла вес на правую ногу. Волнами в груди поднималась знакомая ярость, вот только для неё больше не было выхода. Нагло ухмыльнувшись, инородка снова напала, но удар был встречен Нокс на редкость твёрдо и достойно. Противница даже хмыкнула одобрительно, опять оказавшись разделенной с её лицом скрещенными мечами.       Неожиданно зрачки бледной женщины расширились, затопили всю радужку. Она непонимающе глянула вниз на источник странного звука, отшатнулась, обнаружив месиво из ошметков одежды, сгоревшей кожи и чёрно-синей крови. А через секунду замертво упала на спину. — Открытие: ситхи редко сражаются честно, — Нокс, всё ещё пытаясь побороть непрошеную дрожь, убрала бластер. — Инородная тварь.       Будь Нокс суеверной, как местные жрицы, то пришла бы в зловещий трепет от картины, как внутренности, разорванные выстрелом в упор, забрызгали и её, особенно живот. Но в галактике все либо хищники, либо жертвы. И покуда кровь чужая, переживать не о чем.       Она поборола желание сползти по стене, потому что рана немедленно дала о себе знать острой режущей болью. — Правила, — прошипела Нокс сквозь зубы. — Их придумала умная ты месяц назад, чтобы ты безмозглая не попадала в такие ситуации.       Она перевязала её как умела, но кровь, кажется, останавливаться не собиралась. Пока они шли к аллее, Эйси тревожно пищал, то и дело пытаясь подставить корпус, чтобы Нокс могла на него опереться, но после обещания разбить ему проектор покрутился на месте и исчез за углом.       Перед глазами неумолимо плыло, и когда Нокс усилием воли сфокусировала взгляд, то обнаружила не только дроида, но и человеческую девочку, которую количество различной крови на случайно встреченной женщине совсем не смущало. Аккуратные золотые косички, чистое зеленое платье и чудовищная невозмутимость наводили на мысли о начавшемся бреде. — Вам нужна помощь, мэм?       К великой радости, она не была похожа на послушницу Кьяридд. Последовательницы местного культа помимо прочих недостатков не признавали целительства и любую травму считали ниспосланной своей треклятой богиней. Ни о каком лечении в храме и речи не шло: максимум перебинтовали бы на скорую руку и утешающе погладили по голове. — Тут есть настоящий врач? С инструментом? Образованием? Просто желанием помочь? — А! Я знаю, кто вам нужен! — встрепенулась девочка. — Я провожу, это рядом.       Пыл ребёнка не понравился, но другого выхода Нокс не видела. Умирать в храме от кровопотери хотелось ещё меньше, чем встречаться с незнакомым костоправом. — Дорого? — хромая, она поплелась за девчонкой, на всякий случай держа бластер поближе. — Почти бесплатно, — благоговейно сказала она. — Помогает за так, но, если не помираешь, нужно лекарства купить. Говорит, подоч-ч… подчет… — Подотчетное. — Ага.       Девочка вдруг остановилась и поделилась так искренне, что Нокс невольно отпустила рукоятку оружия: — Он хороший, правда. Иногда разрешает ему помогать. Я теперь тоже хочу стать доктором.       Восторга незнакомки Нокс не разделила, потому что в надвигающейся ночи слишком ярко и слишком близко горели огни энергобарьеров вокруг оцепленной войсками зоны.       Проводница остановилась у неприметно-серого, как все прочие, здания и показала рукой на вход. Нокс глянула на голографический знак и протяжно взвыла.       Ну конечно.       Эмблема Республики.       Последние силы ушли на пять ступенек до двери. Нокс помедлила ещё минуту, но ясно понимала, что обратный путь осилить уже не в состоянии. Потому — будь что будет. — Ого! — на миг из-за белой перегородки выглянуло лицо темноволосого человеческого мужчины. — Мне говорили, что на Кьяридде есть храм-сокровищница самых прелестных девушек в галактике, и, красавица, ставлю миллион кредитов, что ты оттуда.       Нокс обожгла тень на светопроницаемой ширме ледяным взглядом и молча бросила грязную куртку на столик возле кресла. Вот в чём подвох. Только клоун мог вести условно-бесплатный приём на третьесортной планетке. — Нож, — буркнула Нокс, входя в рабочую зону. — Давай на кушетку, — он с усталым вздохом стянул перчатки и позвал меддроида: — Дорогая, гемостат, скан, подготовка, первичный отчёт. Ну ты, умница, и без меня всё знаешь.       Женоподобная машина с длинной цилиндрической головой выпрямилась, словно комплимент действительно был ей приятен. Механический голос тоже ответил чересчур ласково для дроида: — Приступаю к работе, доктор Кимбл.       Эйси попробовал заглянуть в чистую зону, но меддроид, повернув корпус градусов на сто пятьдесят, подала такой громкий запрещающий сигнал, что ассистента подбросило над полом. Затем, хладнокровно закончив поручения, она передала логи доктору и принялась готовить для него рабочее место. — Не любит коллег, — извинился за компаньонку Кимбл. — Ты посмотри, — он поднёс пад ближе к лицу. — И неглубокая. Знаешь, тут в трех кварталах к северу есть игорный клуб. Рекомендую посетить, пока удача не иссякла.       Нокс сдавила холодный поручень, пренебрежительно фыркнув. С самой Нар-Шаддаа всё шло относительно гладко, но какие-то головорезы в переулке… Пока у неё получалось справляться с непредвиденными проблемами, но что будет потом? Каждая новая схватка давалась сложнее. Привычный баланс тела смещался, фокус удерживался с усилием. Скоро она едва ли сможет защититься, а поиски безопасного места затягивались. Но в то же время казалось, что Сила подбрасывала ей крупинки милости, точно пыталась удержать на плаву. Тормозила корабли, заводила за угол заигравшихся допоздна златовласых девчонок, выталкивала республиканских хирургов за неприступные стены военных баз. При всей гордости Нокс не гнушалась хвататься за любую.       Может быть, всё правда шло так, как должно. — Что делаешь завтра? — подмигнул Кимбл, пока дроид двигала табурет и раскладывала инструменты. — Потому что гарантирую, через пару часов ты сможешь пойти на свидание.       Она зажмурилась, стараясь не разозлиться. Безусловно красивый, обаятельный и темноглазый республиканец своей непринужденностью лишь действовал на нервы. — Ага. Вижу, опоздал, — с наигранным разочарованием констатировал он, сев у кушетки. — Сколько? — Не знаю, — Нокс удивилась вопросу, потому что сама легко бы приняла крошечный бугорок за хороший ужин в кантине. — Дней сто десять. Это важно?       Он страдальчески прикоснулся запястьем ко лбу, стараясь не задеть перчатки. — Конечно, важно! Элли, — он окликнул механическую помощницу, — неси ортамин обратно в рефрижератор. Посмотри… лентрин? Нет, рискованно. Патрокаин… ушел на того дуроса. Хм. Может… — Да шей так уже. И хуже было, — раздраженно вставила Нокс. — Точно! Тот спрей для амфибий, Элли. Не совсем то, но лучше, чем без него.       На языке горечью отпечатался белый свет стерильной лампы. Убранная кровоостанавливающая салфетка вызвала новую волну боли, и на секунду Нокс подумалось, что легче уж остаться без ноги. Но вместе с холодом и легким запахом водорослей ощущения притупились. — Жаль говорить, но шрам останется, — спокойно пояснил доктор. — Кольто-камеры у меня нет, регенератор ткани слабенький. Сделаю, что смогу — нельзя красивые ноги штопать спустя рукава. На самом деле у меня тут ничего нет — всё-таки не корусантский медцентр. И даже не госпиталь за забором. — Так ты оттуда? — Пять недель с ними, — он чуть качнул головой. — Орали с полковником до хрипоты, когда я потребовал кабинет в городе. Днём там, ночью здесь. — Тебе что, мало работы? — Считай… хобби. К тому же красоток больше.       Несмотря на игривый тон, его манипуляции ничем не отличались от дроидских — такие же сухие и точные, без лишних прикосновений. — Как себя в целом чувствуешь? — Как будто подцепила каллитского червя-паразита, и он устроил гнездо в моих потрохах. — То есть нормально. По крайней мере, он не сожрёт тебя заживо. — Вот уж повезло. — Был бы скан помощнее, — мечтательно протянул Кимбл, щёлкнув стареньким сшивателем. — Люблю угадывать пол, прежде чем проверить монитор. Впрочем, с людьми не так интересно. Вот у трандошан… — От работы не отвлекайся.       Он прыснул, позабавленный приказной интонацией. — Есть, мэм.       Каким бы странным не был республиканец, действовал он на редкость быстро и профессионально. И получаса от входа не прошло, а Нокс уже чувствовала, что может уйти на своих двоих.       Пока она одевалась в холодные, промокшие до омерзения вещи, Кимбл с энтузиазмом потрошил прозрачные шкафчики с препаратами. Отбрасывал одни и доставал другие, хмуро щурился, поглядывая на пациентку, и затем выкладывал третьи. — Ты не увлекайся, — со слабой ухмылкой посоветовала Нокс. — У меня на всё добро кредитов не хватит. — Да пусть этот старый хаттов выродок-снабженец слюной захлебнётся, — он не прекратил вытряхивать запасы. — В красном — анальгетик, но из горла не пей. Пятнадцать капель, если прижмёт, не чаще раза в сутки. В жёлтом — комплекс для гетеротроф… в общем, старайся каждый день. С белой этикеткой…       Он с горечью посмотрел на небольшую в целом, но существенную для маленькой удаленной планеты груду туб и коробок. — Пять недель, я говорил? — Кимбл растёр высушенные антисептиками руки. — Пять недель в мобильном госпитале. Эвакуаторы каждые несколько часов, вереницы искалеченных тел, потому что у проклятых закуульских дроидов нет цели обезвредить, и тот, кто дотянул до сортировки, дотянул вопреки. И дело даже не в том, что я художник, а не ремесленник, а в том, что за прошедший месяц видел больше смертей, чем за три года до этого. Потому и выкраиваю каждый момент на гражданских — кто-то опрокинул на ногу чан с кипятком, у кого-то зоб раздуло после свидания с красоткой, кто-то орёт целыми сутками, потому что рога режутся. Жизнь, дорогая. В полном своём очаровании.       Он выдохнул, словно всё это копилось внутри давно и, озвученное, было наконец отпущено. — Мог бы пить коктейли на Зелтросе, — проворчал себе под нос. — Всё дурное влияние джедаев. Но отчего-то… Хорошо, когда кто-то появляется, а не умирает. Радостно. — Много ли радости в такой дрянной галактике для ребенка. — Ты этот настрой брось, — строго велел доктор. — Меньше нервничай, больше гуляй, держись подальше от линии фронта. Всё будет в порядке.       Она кивнула, скрыв за глотком настойчиво подступающий к горлу ком.       В коридоре показался чем-то сильно опечаленный иторианец, и Кимбл встряхнул головой, возвращая себе боевой настрой. Потёр красные уставшие глаза, но не смог не спросить напоследок: — Сходим через годик на свидание?       А Нокс не смогла не вернуть улыбку в ответ. — И не мечтай, республиканец.       У частных ангаров лениво блуждали первые пассажиры. Вещей с потерей в бою половины гардероба стало ещё меньше. Нокс, обремененная лишь небольшой сумкой, внимательно следила, как девушка-курьер отсчитывает кредиты. — Мне тебя потом искать по всей системе? — саркастично спросила Нокс, увидев, что количество перевозчика удовлетворило. — Гильдия Ниэ никогда не нарушает контракты, — без тени веселья заверила девушка. — Даже… странные. Просто высадить дроида на необитаемой планете и всё? — И всё, — развеяла сомнения Нокс. — Какая проблема? — Никакая. Кредиты ваши, — курьер равнодушно пожала плечами, — и дело ваше.       Её. Кое-кто из старых врагов и без того прожил слишком долго. Пусть Нокс ещё не могла встретиться с Дарт Заш лично, но была обязана попробовать избавиться.       Пока девушка готовила корабль, Нокс в последний раз подошла к Эйси. Лампа проектора мигнула тусклым огоньком, будто дроид понимал, что расстаются они навсегда. — Всё понял? — она строго щёлкнула его по крышке корпуса. Садиться до сих пор было больно. — AC-04 = доставит сообщение по введенным координатам, — чёткими сигналами подтвердил дроид. — AC-04 = не предоставляет информацию о наличии сообщения // AC-04 + попытка несанкционированного доступа = деактивация // Доступ к сообщению: Хатгорн Иенфорд.