Пределы контроля

      Ситх поморщился, когда тело девушки на алтаре дёрнулось, пронзённое импульсом энергии. Мгновение назад оно лежало совершенно безвольное и нагое, напоминая мертвеца, и проявляющиеся признаки жизни выглядели по-настоящему мерзко.       Зарион терпеть не мог ситхскую магию. Насмотревшись всевозможных извращений ещё на Коррибане, он предпочитал меч. И сдохнуть, когда Бездна позовёт окончательно.       Девушка разомкнула губы. Сначала они еле двигались, беззвучно вторя словам ведьмы, потом слова превратились в различимый шёпот. Медные волосы, разметанные по алтарю, зашевелились от порывов невидимого ветра. Тело взмыло над каменной поверхностью, ни на секунду не прекращая повторять за повелительницей заклинание. Всё громче и громче, пока обе не начали выкрикивать его так оглушительно, что Зарион с трудом поборол желание заткнуть уши. Тёмная сторона пела не сладким убийством, а выла скрежетом ржавого ножа по дюракриту.       Когда он был уже готов выйти и подождать снаружи, девушка упала обратно на алтарь и тяжело задышала.       Ситх подошел как раз в тот момент, когда она распахнула ядовитые золотые глаза и уставилась на него. Зарион молча протянул ей накидку. — Надоело однообразие?       Та перевела взгляд на бездыханное тело у подножия алтаря. Молодая светловолосая женщина, но изуродованная так, что Заш скривилась от отвращения, представляя, как считанные минуты назад была ею. Сожженное лицо, к которому кибертехник не сразу смог приладить фоторецептор, оплавленные от всплесков энергии механические кисти. Имплант, простиравшийся от виска до челюсти, также скрывал отсутствие ушной раковины.       Заш набросила на плечи накидку, но гневное выражение никуда не ушло. Пусть у неё снова были красивые ухоженные руки и остальные органы, боль от их отсечения и извлечения не желала оставаться вместе со старым телом. Телами. — Ты её просто дразнишь, отращивая себе новые, — подхватил мысли Зарион. — Неужели лучше каждый раз заново терпеть наказание за провал, чем… — Чем что? — огрызнулась она. — Ходить калекой? Будь ты способнее, мне бы не приходилось каждый раз терпеть это! — Присутствуй в неудачах моя вина, я бы подвергался пыткам вместе с тобой. — О, что ты, — оскалилась Заш. — Асине нужны все твои части тела. Особенно язык. — Осторожнее, ведьма.       Она пропустила через пальцы новые волосы и, пускай вымученно, улыбнулась благосклоннее: — Извини, дорогой. Ритуалы плохо на меня влияют.       Заш поднялась, босиком сделала несколько нетвердых шагов, приспосабливаясь к телу. Оно ощущалось легче и грациознее, чем прежнее, но всё равно было не тем. Ни одно не подходило полностью и рассыпалось быстрее, чем хотелось бы, не способное удержать чужое могущество. Тот сосуд, который был необходим, пока находился вне досягаемости. Но Заш не сомневалась: рано или поздно она найдет несносную ученицу, и период унижений и боли закончится долгожданной расплатой. Для всех.       Она фыркнула собственной неозвученной идее.       Или стоило смириться и подыскать дашейда. — Ты сегодня молчаливее, чем обычно, — невозмутимо защебетала повелительница, начав разбирать непослушными руками завал на столе. Столько поисковых ритуалов, сколько она перебрала, не знал ни один ситх. — Говорят, они будут у столицы через считанные недели, — хмуро отозвался Зарион. — Дарт Эствар пытался отбить Кальсунор, пока Закуул собирает силы для удара, но его флот уничтожили, едва он вышел из гиперпространства. Впечатление, что проклятые дроиды уже повсюду.       Заш отмахнулась. Скучные военные сводки её интересовали меньше всего на свете. — Никто ещё не брал Дромунд-Каас, лорд Зарион, — беспечно успокоила она, открывая шкатулку со сложным электронным замком. — А если и случится беда, то тво… наша повелительница что-нибудь да придумает. В вопросах политики у меня к ней претензий нет. — Зато есть ко всему другому. — Я лояльна, как и ты. До поры до времени.       На дне извлеченной на свет заиндевелой пробирки поблескивала одна-единственная капля крови. Но хватит ещё на попытку. Теперь повелительница жалела, что не взяла когда-то с ученицы дюжину. — Заш.       Она тихо зарычала, услышав его приближение. — Всего минуту, дорогой. — Не тяни время понапрасну.       Холодные пальцы Зариона тут же коснулись шеи, подняли густые волосы. Тело само пошло дрожью от неприятного контакта, хотя настоящая Заш его бы легко выдержала.       Ещё более холодный металл прилип к коже с противным писком. Игла ошейника вошла между позвонков, пустила первый болезненный разряд. Не молнии Силы, безусловно, но к четвертому удару разницы никакой. — Удобно сидит? — не сдержал издёвки Зарион.       Заш промолчала, но сложила пальцы между собой, скрывая собирающуюся в них энергию.       У неё было достаточно терпения, чтобы дождаться, когда он ответит за каждую остроту.

***

      За стеклом витрины стояла фигурка.       Похожие встречались по всему пространству Империи, поэтому Нокс не могла по внешнему виду определить регион. Маленький терракотовый воин ещё из тех времен, когда ситхи не знали культуры, был облачён в подобие плаща. В глубоких бороздах примитивного узора оставалась синяя краска. — Знаешь, почему я никогда не заводил детей, «Тёмный лорд»? — наконец задал первый вопрос чистокровный. Укол давно забытым титулом она не пропустила.       «Потому что от таких, как ты, инстинкты велят бежать, а не размножаться». — Они — легкая мишень для мести и манипуляций, повелитель Даэр, — ответила она желанными им словами. Подбородок остался высоко поднят, а тон — мерным и уверенным. Больше не было смысла притворяться испуганной ученицей. И Даэр не оценит очередного лукавства.       На голове — смешной шлем с перепончатыми крыльями. Видно, изображенный воин когда-то встретил стаю шайраков и, выжив, принялся вселять ими ужас в других.       Стекло забликовало от пробравшихся в комнату рассветных лучей и скрыло фигурку. Несмотря на долгое ожидание и усталость, Нокс начисто отгораживала себя от эмоций любыми способами. Нельзя было давать чистокровному пользоваться ими. — Лишь в одном случае.       Его шаги стихли прямо за спиной. Нокс не обернулась, но больше всего на свете хотела вцепиться ситху в горло и закончить устроенную неторопливую пытку. Он не обрушивал гнев целиком — понемногу нагнетал давление, отчего она чувствовала себя запертой в крошечной комнате, из которой вытравливали воздух. — Когда тот, кто подарил его тебе, по-настоящему дорог, — так же ровно объяснил лорд. — Его отец дорог тебе?       Вопросы как удары оружия — точные, выверенные. Каждый имел цель и бил прямо в неё. Ситх вынуждал её приходить к определенному выводу, но, несмотря на патовое положение, Нокс не желала покорно идти в приготовленную ловушку. Она могла сделать хуже. Но могла и вывернуться. — Я не хотела этого ребёнка. Меня устраивало моё положение и власть. — То есть он тебе не нужен?       Она промолчала. Ответ на вопрос был либо лживый, либо неправильный.       Затем повернула голову, чтобы иметь зрительный контакт, но короткое движение обернулось невыносимой болью. Ноги подкосились, и Нокс тяжело рухнула на колени. Молния Силы, испытанная впервые за много месяцев, показалась сравнимой с молотом, ударившим по стеклу.       Локти дрожали, удерживая от окончательного падения, но Нокс не позволила себе распластаться на полу. Ногти заскрипели по камню, и в терзающих спазмах она попыталась пробудить хоть подобие щита.       Поздно было думать над словами Гнева Императора. За фасадом флегматичного и язвительного старика скрывалась натура ситха. Жестокая, беспощадная и лишённая всего того, что уравновешивало это в его ученике.       Даэр опустился рядом, нарочито легко, без возрастной немощности. Когтистые пальцы легли на плечо и сжали с притворным утешением. — Как думаешь, переживёт твоё дитя ещё две? Три? Остановится ли крошечное сердечко прямо в твоей утробе или тебе удастся застать несколько первых и последних вдохов?       Собственный вес, приходящийся на руки, начал ощущаться вдвое тяжелее. Наверное, Нокс должна была испытать страх после его слов, но чувствовала лишь гнев, застилающий глаза так, что она не могла разглядеть ладони перед собой. — Просто скажите, что вам нужно, — процедила Нокс уже без притворной вежливости. — Правды! — потеряв всякое терпение, воскликнул чистокровный.       Он поднялся, и в поле зрения осталась лишь пара чёрных сапог. — Я не солгала ни в чём, лорд, — она сделала усилие над собой и села, прислонившись к ящикам стола в качестве опоры. Больше сил понадобилось, чтобы вернуться к устраивающему Даэра тону. — За мной охотится бывший мастер, Тёмный Совет и Рука Императора. Я служила в Пирамиде Древних Знаний, пусть и на её вершине. И от вас мне действительно нужна была временная безопасность. Ничего больше. — Кто этот джедай? — Мастер Сарт Браммас, — его судьба Нокс сейчас не заботила вообще. — Член Высшего совета джедаев. — Откуда он тебя знает? — Некоторое время мы сражались на одной стороне. Несколько членов Тёмного Совета пытались избавиться от власти Императора, и среди джедаев нашлись подходящие союзники. Наш альянс распался давно. — Значит, предатели? — Заступники, — пылко возразила Нокс. — Я не знаю, сколько вы провели в изоляции, лорд, но Император давно не то создание, которое вы знали. Он разрушил Зиост, превратив всё живое в пепел. Его цель одна — уничтожить галактику ради своего бессмертия. — И куда тебя привела борьба? — с очевидным укором поинтересовался Даэр. — В тупик, как видите, — фыркнула Нокс. — Потому что она и не могла ни к чему привести. Мы лишь тени его могущества, как говорит Рука.       Она невольно приподнялась, намереваясь возразить, что ничто не бессмертно. И до того, как оказаться в этой западне, она, лучшая из ситхских ведьм, имела все шансы от него избавиться.       Даэр, к сожалению, заметил невысказанный протест. — Меня не поставили во главе Сферы древнего знания, — первой проговорила Нокс, отрывисто и жестко. — Я добилась своего места. Пока вы прятались, я делала то, что требовалось для защиты Империи. Что касается Императора… Я попыталась. И мне не стыдно было отступить, когда возможности атаковать иссякли!       Внутри возникло инстинктивное сопротивление, когда тело приготовилось к повторному нападению. Дерзкая отповедь, но Даэр не разозлился. — И сейчас скулишь на полу, не в силах даже подняться без посторонней помощи, — уже веселее парировал он. Похоже, проявление воли сделало его благосклоннее.       Даэр приблизился и протянул механическую руку, словно не он сам минуту назад угрожал молниями ей и её ребёнку. Отбросив гордость, Нокс приняла её и через мгновение оказалась вплотную к чистокровному. За запахом ветхих книг и терпкого масла ощущался его собственный — инородный и звериный. Чувствуя его, Нокс начисто забыла, что говорит с разумным существом. — Выясни, что джедаю здесь нужно, — вполголоса приказал ситх, не отпуская её руки. Кожа под механическими пальцами горела, однако Нокс не попыталась вырваться. — Если окажешься бесполезна — ты знаешь, что последует.       Оставшись одна, она сразу насильно выбросила Даэра из головы. Сконцентрировалась на том, что занимало не меньше: вытащенная на свет частичка собственной души, которая до сих пор хотела сражаться. Не имея Силы, оружия и малейших преимуществ. Пусть голыми руками, но яростно желала свернуть шею хоть кому-нибудь из бесконечно длинного списка врагов. Слово «отступить» было выбрано не случайно. Оно прозвучало естественно, вторя мыслям, которые Нокс усердно усыпляла месяцами. Были они проявлениями дурного характера или шепотом Тёмной стороны, пробиравшимся через немую стену разорванной связи, Нокс так и не разобрала. Но заверила себя, что отныне не будет их заглушать. — Ради тебя мне приходится быть кем-то другим, — вздохнула она, ласково тронув живот рукой. — Но я не знаю, сколько ещё получится притворяться.

***

— Ты беременна, — после долгого молчания заключил джедай. — Что, так заметно? — Достаточно. Хоть я и плохо вижу дальше вытянутых рук.       Его тон остался таким же добродушно-ироничным, какой она запомнила по Явину, но прослеживалось в нём нечто неискреннее. Впрочем, находясь за решеткой лорда ситхов, немудрено было растерять жизненный оптимизм.       Вопрос «как с тобой обращаются» был откровенно лишним. За ночь пришедшую в негодность робу сменил черный костюм без деталей, какой носили местные рабы. Размера Сарта не подобрали, и рукава рубашки открывали загорелые запястья с белой паутиной шрамов. Раны джедая обработали. В углу камеры, закрытой силовым полем, стоял поднос с нетронутым обедом. — Не могу пока есть, — Сарт заметил внимание к обстановке. — Жутко тошнит от седативов.       Нокс хмыкнула. Наверняка слуги были в настоящем ужасе, когда их послали привести джедая в порядок. И значительно перестарались с мерами безопасности. — Спасибо, — спешно добавил он. — Если это ты велела обо мне позаботиться. — Будь у меня здесь хоть капля власти, я бы приказала оставить тебя истекать кровью.       Браммас кивнул, нисколько не растерявшись от её холодности. — По правде говоря, я и не рассчитывал на тёплый приём. — Что ты здесь делаешь? Какого…       Она не смогла найти воздуха на большее количество звуков. Волна болезненного онемения прокатилась по телу. — Плохо себя чувствуешь? — вместо ответа спросил он. Ладонь Нокс непроизвольно разжалась, требуя отреагировать на ненужную заботу молнией Силы. — Не твоё дело. — Лорд Нокс… — Всё из-за тебя! — сорвалась она на крик. Гнева было так много, что Нокс уже не пыталась его контролировать. Вспышка резкой боли последовала за ним, но прошла так же быстро, как и возникла. — Ты знаешь, что нет, — мягко возразил Сарт, прикладывая пальцы к энергополю. — Дыши глубже. Ровнее. Нет причин волноваться.       К великому огорчению, в помещении не было ничего, чем она могла бы в него швырнуть. Нокс прислонилась к стене напротив и зажмурилась, считая вдохи и выдохи. — Что ты здесь делаешь? — повторила она спокойнее. — Долгая история. — Ну так попытайся кратко. — Я не надеялся тебя встретить, — Сарт с трудом сел на край койки — сломанную ногу зафиксировали, но кость ещё не срослась. — Пока Совет вёл войну, я выполнял особое поручение: искал след ситхского императора. За месяцы я посетил десятки мест — чудовищных, наполненных мощью Тёмной стороны, но не нашел ничего, пока в момент отчаяния мне не явилось видение. Я стоял на крошечном пике посреди бескрайней пропасти. Мрак окутывал мои ступни, а лицо слепил невыносимый свет. Но я чувствовал нить в своих руках ясно. Правда, я так и не смог расшифровать послание Силы.       Пальцы закололо от напряжения. «Вершина бездны». Должно быть, она явилась в видении. Так называлась книга, которую Нокс переводила для Даэра. — Тогда я отдался Её воле, — продолжал джедай. — Путешествовал без цели и плана неделями, а как всё закончилось — тебе известно. Я не искал тебя, лорд Нокс. Но когда увидел минувшей ночью, то понял. Ты — та, кто поможет мне выяснить, чего добивается Сила. — Нет, — отрезала Нокс. — Не смей меня в это втягивать. — Ты уже оказалась втянута.       Она разочарованно обвела себя рукой. — Тебе нужна другая Дарт Нокс. Тёмный советник. Могущественная ситхская ведьма. Но я не она. Во мне не осталось ни капли Силы. — Дело не в Силе. — Дело всегда в Силе. Ей кажется забавным играть живыми существами, как марионетками, и заставлять исполнять свои капризы. Вот только я больше не собираюсь плясать на её нитках. Я пробовала следовать подсказкам Силы, и знаешь, куда меня это привело? — Дело… — В тупик, — оборвала она со злостью, повторяя сказанное Даэру. — Я лишилась всего, и под всем я имею в виду не дурацкий титул и роскошные резиденции. Даже не могущество и власть.       Щеки обожгло непрошеной влагой, которую Нокс мгновенно стерла. Ей было достаточно только его. — Дело не в Силе, — настойчиво повторил джедай. — Её ноша всегда тяжела, но всегда по силам идущего. Сила выбрала тебя, потому что ты способна идти её путями. И необязательно владеть ею, чтобы делать то, что предназначено. — Я не хочу никаких путей Силы. Ни видений, ни знамений, ни дрянных пророчеств. Я хочу…       Она хотела сказать покоя, но с языка срывалось — мести. Браммасу, Даэру, Заш, Асине, Вишейту — всем, кто планомерно превращал её жизнь в безбрежный ад. А Сила словно нарочно держала её в клетке, как бешеного зверя, для которого пока не пришло время. — Мне жаль, Нокс, но я ничем не могу помочь. Я такой же пленник, как и ты.       Не Даэра, верно поняла она. Силы и её проклятой воли, забросившей его в забытое галактикой место. — Помоги мне, — просьба Сарта, раздавшаяся за спиной, больше была похожей на требование.       Нокс вышла, потому что не могла находиться в его обществе и не иметь возможности причинить вреда. — Ты бы видела лицо повелителя, — простонал Чартан, перехвативший её у входа. — Я думал, он убьет вас обоих и меня заодно. — Не скажу, что мы были далеки от подобного исхода, — мрачно отметила Нокс.       В глазах снова потемнело от боли, но чистокровный вовремя подхватил её за руку, позволяя на себя опереться. — Давно?       Она сердито качнула головой, не услышав толком вопроса. — Перенервничала, — успокоила себя Нокс. — Такой… насыщенный… день. Нужно отдохнуть.       Чартан, ни на миг не потерявший выдержки, активировал комлинк. — Нэва. В медотсек. Сейчас же.       Нокс подняла на него вопросительный взгляд. — Всю жизнь на ферме, — невозмутимо объяснился чистокровный. — Там часто… нервничают. Бывает, по нескольку раз в год.