Пределы контроля

      Двери клуба со скрипом закрылись, и гвалт возбуждённой толпы ненадолго стих. Ночной переулок встретил бледно-желтым светом технических фонарей, желанной прохладой и дурным запахом. Охранный дроид, не ожидавший увидеть гостей среди мусорных контейнеров и списанных вывесок, что-то уныло прогудел.       Сарт морщился, словно чувствовал в воздухе весь нечестивый дух Нар-Шаддаа. Он безуспешно подёргал за ворот, пытаясь облегчить приток кислорода. Ультрамариновая ткань смыкалась на горле железным кольцом и не собиралась поддаваться. Поначалу Нокс было весело смотреть, как страдает джедай-жертва моды, но за вечер неугасающее недовольство выбранным ею костюмом стало раздражать. — Хватит сопеть, — Нокс толкнула компаньона в плечо. — Нам нужны кредиты. — И я предпочёл бы более честные методы их заработка. — Нет-нет. Было сказано «безобидные». Азартные игры — самый безобидный способ заработать несколько десятков тысяч за вечер. Ты ведь не соглашаешься кого-то грабить. — Это всё равно мошенничество, Нокс. — Ради нашего дела! — воскликнула она. Затем коротко глянула на хронометр. — Пошли. У нас есть ещё время.       Джедай заворчал, протестуя. — Тогда дай мне меч, и через час у нас будет целое состояние.       Браммас упрямо потоптался на улице ещё несколько минут. Нокс терпеливо ждала, пока он смирится с необходимостью возвращаться. Предложение заработать на играх джедай воспринял без энтузиазма, но согласился с доводом, что пострадает лишь пара чужих кошельков. Правда, когда дошло до карт и фишек, настроение Сарта резко упало. Использовать Силу, чтобы обманывать соперников и предсказывать комбинации, он считал дурным делом.       Туманные болота Белкадана поглотили описанный в книге жертвенник. Бескрайние равнины Райчела оставили на виду величественный ситхский храм, и мародеры выскребли всё до голых камней. Вулканы Проксиды похоронили в пылающих недрах гробницу повелителя. Неудачи, преследовавшие Сарта и Нокс в Далонбиане, подкосили бы дух любого живого существа, но оба отказывались принимать поражение от куска кожи и ветхих страниц. Однако отправиться в пространство хаттов их вынудила другая проблема — накопления Браммаса подходили к концу. Припасы и кредиты таяли на глазах. Чтобы их восполнить, Нокс предложила дерзкий план. Сарту пришлось согласиться.       Целый день без работы над «Вершиной бездны» воспринимался как выходной. Утро ушло на обучение джедая азам сабакка и хаттских рулеток, а оставшееся время Нокс потратила на прогулку по торговым аллеям.       Нар-Шаддаа в числе многих планет подверглась атаке Закуула, но трусливые хатты быстро приняли новые правила игры. После разрушения десятков крупных районов они инициировали переговоры, и теперь в небе за рекламными проекциями ярко мерцала надзорно-боевая станция, а по проспектам шагали бездушные дроиды, выискивая нарушителей порядка.       Променад был зоной, свободной от закуульцев. Всё так же работали многочисленные казино, игорные клубы, кантины и моллы, но ставки стали меньше, а цены на всё — выше. Приличное платье, поддельные драгоценности и приведение себя в достойный вид стоили как месячный запас провизии и топлива для «Беглеца». Однако разводить на кредиты мелких клерков из дешёвых клубов Нокс не видела смысла. А для настоящей добычи требовалась соответствующая приманка.       Стоило им вернуться в клуб, как Нокс собственническим жестом подхватила спутника под локоть. Чагрианин, с которым они весь вечер обменивались взглядами, подмигнул ей, выражая радость возвращению. Нокс демонстративно отвернулась, но постаралась, чтобы инородец заметил спрятанную улыбку. — Так ты привлекаешь излишнее внимание, — Сарт упрямо повёл их в угол потише. — Можешь вести себя менее вызывающе? — Нет. Так у нас появляется больше соперников за столом. — А-а-а. Я думал, всех обманывает мой образ провинциального дурачка, — он неуклюже поправил борт пиджака. — Заметно же, что костюм не по мне. — Твой глуповатый вид также играет нам на руку. Ох, не переживай, ты прекрасно выглядишь.       В подтверждение её словам официантка-забрак, разносившая закуски, одарила Браммаса милой улыбкой. Он либо действительно не замечал повышенного интереса со стороны женщин, либо игнорировал. Вряд ли в анклавах поощрялось побуждение юных учениц к подбрасыванию любовных писем под дверь. На фоне манерных богачей и уродливых инородцев джедай смотрелся ещё выгоднее — молодой смуглокожий мужчина, очаровательный в своей неловкости и с дикой для такого окружения добродушной улыбкой. Не будь он столь благочестив, то имел бы все шансы уйти отсюда с настоящей спутницей. — Мне тут нравится не больше, — мрачно добавила Нокс, пока разглядывала столики в поисках вакантного места. — Но в предыдущий визит на Нар-Шаддаа мне приходилось копошиться в грязи сотней уровней ниже. Ради чистых стульев и отсутствия вони я готова потерпеть. — Тем не менее ты как рыба в воде. — Потому что мне всё это знакомо. Ядовитый свет. Красный шелк. Мерзкие лица. Ходячие кошельки, считающие, что всё покупается и продается. Жалко, что большинство сегодня расстанутся с деньгами, а не жизнью. — Здесь и без того опаснее, чем кажется. Мы не будем учинять ненужных проблем. — Какое благородство, — разочарованно вздохнула Нокс. — Ну хоть на этом спасибо.       Хаттские казино везде выглядели одинаково, будто на бесчисленных баронов работал один и тот же архитектор. Безвкусные разноцветные ковры, голографические скульптуры и растения, под потолком — сотни причудливых ламп, делающих металлические арки и борты столов ослепительно яркими. Даже дроиды-разносчики были покрыты толстым слоем золотой краски, имитирующей ауродий. Впрочем, зная хаттов, Нокс не исключала, что ауродий настоящий. Количество позолоты у них определяло уровень заведения.       Возможности присоединиться к игре пока не появлялось. Нокс для вида подержала в руках бокал с игристым вином и поставила на поднос другой проходящей мимо официантке. Металлические обручи, на которых держалась юбка девушки, сильно врезались в кожу.       Нокс была не в восторге от своего платья, но, глядя на хаттскую рабыню, ощутила себя в нём лучше, чем секунду назад. Тёмно-зеленый саавский бархат плотно облегал бедра, а книзу расходился не сковывающими движения волнами. Длинные рукава были расшиты сине-золотыми пятнышками, какие встречаются на кончиках птичьих крыльев, и продолжались сотнями изумрудных нитей почти до пола. Пальцы всё время норовили запутаться в этих нитях, зато метки на предплечьях оставались надежно скрытыми. Правда, перед выходом Сарт деликатно отметил, что в рукавах необходимости не было — с таким вырезом никто бы и не обратил внимания на шрамы и клейма.       Браммас первым увидел ганда, проигравшего последние жетоны в сабакк, и потянул обоих в его сторону, чтобы успеть на следующую игру.       Нокс нравилось тайно руководить процессом. Она не полагалась на Сарта и сама выбирала ставки. Говорила, когда приложить усилия для победы, а когда следует отпустить ситуацию и проиграть. Весь вечер Сарту умеренно «везло», но не настолько, чтобы вызвать подозрения. Капелька власти, влияния, обмана — крошечная, но всё равно согревающая душу.       А в качестве каменной стены, ограждающей от вероятных трудностей, имелся могущественный мастер-джедай. — Две тысячи? — с трогательной доверчивостью спросил Браммас, поворачиваясь к ней. Иногда трудно было разобрать, остается он в роли или на самом деле всецело опирается на её решение. Не без причины. Игроки выбывали один за одним, оставляя в горке блестящих фишек целое состояние, а их собственное — медленно и верно росло. — Ставь пять, милый, — прощебетала Нокс. — Я чувствую, что нам должно повезти. — Как бы вам, голубки, не пришлось домой пешком добираться, — едко уколол его последний соперник, господин Итан Гойл. Нокс бы даже назвала его приятным — годы Гойла не пощадили, но безжалостность матерого шулера удачно сочеталась с природной харизмой. Кредитов и везения у него тоже было в достатке. Восемь несчастных уже отступили. Гойл не планировал покидать стол, пока не заберет банк. — Бросьте, Итан, — Нокс, сидевшая рядом с Сартом, ободряюще сжала плечо подельника. Не помогай она надевать костюм, то предположила бы, что под ним полный комплект боевой брони — до того джедая сковывало напряжение. — Судьба к нам сегодня на редкость благосклонна.       Гойл безразлично пожал плечами. Дроид-дилер оперативно выдал игрокам по две карты и замер, ожидая, когда прозвучат ставки нового раунда. — Вечер меня утомил, — в глазах мужчины появился хищный блеск, стоило ему переключить внимание на общий банк. — Как насчет того, чтобы добавить огня?       Он сдвинул к центру три четверти жетонов. Нокс понадобилось заметно больше времени, чтобы подсчитать их. Сто тысяч в банке. Ещё сто — ставка. Количество гостей клуба, наблюдавших за игрой, резко увеличилось.       Всеобщий интерес приковала их часть стола. Столбики фишек были внушительными, но не тянули на сумму ставки. Гойл не мог не заметить и точно сделал предложение не для того, чтобы просто поиздеваться над соперником. — У нас девятнадцать, — осторожно ответил Сарт. — Невероятно! — с плохо скрываемой издевкой всплеснул руками он. — И тебе совсем нечего поставить? — Корабль, — вмешалась Нокс, не дав джедаю ответить. — Легкий корвет. Каламарские верфи. Но фишечек придется добавить.       Гойл, не сводя с неё глаз, невозмутимо толкнул вперед всё, что было на столе. Сарт глубоко вдохнул. На лице прекрасно читалось мнение, что лучше потерять ставки и остаться при девятнадцати тысячах, чем лишиться ещё и корабля, но джедай никак не мог подобрать слов на её безрассудство. — Мне не нужно рыбье суденышко, — небрежно бросил Итан. — Родная, где ты нашла такого идиота, который не видит настоящего сокровища перед носом? — Похоже, вам и вправду скучно, — под разочарованные вздохи публики Сарт начал подниматься, однако Нокс так сильно вцепилась в его ладонь, что он скривился от боли и был вынужден сесть обратно. — Девятнадцать тысяч, — тоном профессионального торговца предложил Гойл. — И в случае проигрыша твоя бойкая подруга подпишет со мной… как бы так выразиться… Двухлетний трудовой контракт на сопровождение. — Это слишком, — категорически заявил джедай. Нокс всё ещё удерживала его, и только поэтому он остался за столом. — Ставь, — твердо сказала она.       Нокс также собиралась съехидничать, что в третий раз быть проданной в рабство уже не так страшно, но ладони предательски похолодели. Безусловно, джедай бы ни за что не допустил такого поворота событий, и вовсе не из-за книги. Но он не был всесилен. В любой момент всё могло пойти не так.       Толпа затихла. Клуб пропитало предвкушение, потому что необычные ставки в таких местах обожали больше всего. — Нет. — Ставь, — Нокс повторила, наклонившись к самому уху и прошептав ласково, как любовнику. — И если проиграешь, я прирежу сначала его, потом — тебя.       Браммас, с великими усилиями уступив, молча отодвинул от себя фишки. Нокс заключила, что два года рабства покажутся мелочью по сравнению с грядущей отповедью.       За игрой она следила слабо, чтобы ненужное волнение не отвлекало Сарта. Семь и семь. Взятая из колоды — минус три. Итан берет одну. Следующая — четыре, но рандомайзер тут же превращает её в ноль. Минус один. Тройка. — Надо же, — довольно усмехнулся Гойл, наконец выкладывая карты в фиксирующее поле. Медленно, наслаждаясь каждой растянутой секундой. — Двадцать три. Чистый. Редкая удача. — Согласен, — кивнул Сарт, нисколько не удивившись. — Подозрительно редкая. — Не расстраивайся, — легко отмахнулся он от обвинения. — Бывает, что людям не везёт. Но я человек добрый, дам вам время попрощаться. Только не здесь — не люблю драмы. — Бывает, что не везёт, — всё так же кротко повторил за ним джедай.       В поле перед ним легла нулевая карта. Отрицательная тройка в руках зашлась помехами рандомайзера и на стол опустилась двойка. Последняя — три.       Нокс засмеялась так, что её голос перекрывал восторженный гул гостей.       Действительно, расклад идиота.

***

— Я не понимаю, как ты можешь дуться, имея на руках столько кредитов, — Нокс до сих пор хихикала, вспоминая перекошенное от ярости лицо Гойла.       После триумфальной победы джедай всю дорогу молчал и лишь сказал, что ему нужно «проветрить голову». Поэтому они неспешно двигались к стоянке аэротакси на другом конце проспекта. — Я не дуюсь, а пытаюсь упорядочить мысли. Слишком большое напряжение пришлось испытать сегодня.       Прогулка стремительно начинала утомлять. Ступни ныли от неудобных туфель, и Нокс едва боролась с желанием идти босиком. Раньше её не беспокоили ни тяжелые доспехи, ни величественные многослойные мантии, но привычка выбирать удобную и неприметную одежду сформировалась быстро, и другая теперь тяготила.       Она недовольно ткнула себя в бок. Вероятно, стоило подыскать меч и вернуться к упражнениям. — Выкинь произошедшее из головы, — легкомысленно посоветовала Нокс. — За двести пятьдесят тысяч можно купить на Аюлли дом с прислугой, закопать треклятую книгу на заднем дворе и не вспоминать о ней до конца жизни. — Твой план не учитывает, что от Аюлли скоро может ничего не остаться. — О. Всё время забываю, что мы тут спасаем галактику, — проворчала она. — В любом случае, я тебя поздравляю. Ты выиграл особенный приз — ужин со своей гениальной спутницей. И он пройдёт…       Нокс придирчиво вгляделась в неоновые знаки, горящие по всему проспекту ярче фонарей. — Вон в той сияющей башенке у фонтана.       Сарт открыл рот, планируя отказаться, но, видно, заметил, что Нокс тоже устала и признаваться в этом не собиралась. — Пусть прозвучало как нежелательный флирт, но я считаю, мы заслужили небольшую награду. Ты молодец, Нокс. Весь вечер в скоплении неприятных людей и ни одного убийства. — Нежелательный?! — Неоправданный, — иронично исправился джедай. — Ты ведь и так без труда втягиваешь меня в сомнительные переделки.       Она обиженно скрестила на груди руки. — И не надейся. Если бы тебе довелось родить хоть одного ребенка, ты бы тысячу раз подумал, прежде чем с кем-то опять флиртовать. — Я слышал, что у бамбури, разумных гуманоидов, потомство вынашивает мужчина. И никто из них не жалуется. — Отвратительно. Но аппетит ты мне не испортишь. — Всё твоя имперская ксенофобия.       Нокс мстительно пихнула его локтем и с удвоенной скоростью зашагала в сторону приглянувшегося ресторана. Для состоятельных гостей мгновенно нашлось отличное место у панорамных окон. Нокс, не глядя в меню, велела нести всё самое лучшее. — Меня беспокоит не то, что ты заставила заниматься мошенничеством и играть на жизнь человека, — откровенно поделился джедай, едва сев за столик. — А то, что я позволил тебе это сделать. Понятно, что ты так привыкла. Манипулировать, принуждать, смущать. Но не нужно обращаться со мной, как с остальными людьми. Мужчинами. В некоторых ситуациях я готов пойти навстречу, даже если ты считаешь, что это противоречит моему кодексу. Тебе необязательно искать точки влияния. Я всегда открыт для диалога и хотел бы ожидать того же в ответ. — Никто из учеников ещё не ослеп от благостного сияния твоей Силы? — Во мне столько раздора, сколько я не желал бы иметь. И сдерживать его гораздо труднее, когда ты давишь на границы. — Я постараюсь, — мученически вздохнула Нокс. — Большего обещать не могу. — Большего и не прошу.       Его хмурое выражение наконец-то развеялось. Как бы Браммас не противился задержке на Нар-Шаддаа и кулинарным излишествам, хорошая кухня и уютная атмосфера быстро вернули джедаю привычное благодушие. Нокс, поддерживая устоявшийся контакт, в красках поведала историю, как добывала артефакт для Дарта Танатона и чуть было не умерла, пробудив разъяренного духа. Сарт, отсмеявшись, клятвенно пообещал приукрасить события в своих записях и не выставлять бывшую повелительницу ситхов безрассудной наивной дурой.       К несчастью, вечер закончился ещё до того, как Нокс потребовала десерты. Браммас тихо успел пробубнить «я же говорил», и через мгновение у столика появилась пара крепких гаморреанцев, сопровождавших уже знакомого мужчину. — Вам что-то нужно, господин Гойл? — дипломатично спросил джедай.       Тот без разрешения придвинул стул и уселся между ними. За столиком стало ужасно тесно. — Только то, что мне причитается, — Итан с шутливой галантностью кивнул Нокс. — Обманывать нехорошо. А я знаю, что вы жульничали. — Клуб был приличным, — возразил Сарт. — Любое электронное устройство или подложные карты использовать невозможно. Вы огорчены потерей крупной суммы, но не… — Я не знаю как, и мне, честно говоря, всё равно, — оборвал Гойл. — Но неужели вы думали, что выйдете сухими из воды? Что, первый раз на Нар-Шаддаа?       Он продолжал испытующе смотреть на Нокс, будто ответа ждал именно от неё. Сарт неодобрительно покачал головой и тоже повернулся к спутнице.       Нокс со стоном закатила глаза, мотая в мыслях всю его невысказанную нотацию об опасности, азарте и мере. Конечно, риск был. Но и награда вышла соответствующей. — Ставку и половину общего банка вы можете получить назад, — вежливо предложил решение конфликта джедай. — Это всё. — Очень мило с твоей стороны, но нет, — Нокс встала, громко заскрежетав стулом.       Вспыхнувший яростью Гойл попытался было перехватить её за запястье, но она с такой силой выдернула руку, что мужчина покачнулся, потеряв равновесие. — Нокс!       Отчаянный оклик Сарта прогремел с опозданием, потому что нож, которым она разделывала запеченную тушку одупиндо, уже вонзился в спину Итана. Тот вскрикнул и беспомощно замахал руками, силясь достать его, однако не мог дотянуться. Охранники, стоявшие на почтительном расстоянии, рванули к хозяину, но заколебались, увидев зелёную вспышку светового меча.       Нокс не прицеливалась и не думала об убийстве — джедай сумел бы предугадать её намерения и обязательно бы вмешался. Удар в позвоночник оказался удачным. Гойл быстро обмяк, завалившись на скатерть.       Браммас, похожий на огромную грозовую тучу, исчез за её спиной, не сказав ни слова. А Нокс невозмутимо подняла с тарелки отрезанный ломтик мяса и с наслаждением положила в рот.       Кисло-сладкий вкус соуса идеально дополняли испуганные женские крики за спиной и ровно два шипящих удара светового меча. Естественно, мастер-джедай потом будет злиться. Но зато деньги и сэкономленное на бесполезных переговорах время остались при них. И никаких манипуляций.       Отбросив унылые мысли о грядущем скандале, Нокс с улыбкой заключила, что вечер удался на славу. Жаль только, что ужин закончился так поспешно.