Средство от спеси

Невинно и кротко Варя целует Князя. Её губы касаются совсем легонько, неуверенно, ведь она не знает, что делать дальше. Да и стеснение, видимо, брало верх. Владу же сносит от этого крышу. Истошные вопли разума заглушаются инстинктами. Внутреннее стремление к власти ликует, ведь сейчас девушка, казалось, была готова на все, чтобы он помог ей утолить этот плотский физический голод. Он углубляет поцелуй, беря инициативу в свои руки, отчего Варя заметно расслабляется. Аккуратно касаясь языком нёба, её языка, слегка прикусывая пухлые губы, но так, чтобы не вызвать отвращения, Князь открывает для девушки доселе не испытанное чувство всепоглащающего удовольствия. Её тело уже требует большего. Силясь добиться большего контакта, она цепляется за него, пальцами зарывается в мокрых волосах. Варя льнет спиной к стенке, притягивает Морока к себе, чтобы тот был как можно ближе, надеясь тем самым унять огонь внутри, но по сути лишь распаляя его в обоих. Князя долго просить было не нужно: он сразу чувствовал, чего требовало тело девушки. Прижав волшебницу к стене, рывком поднимает её за бедра, чтобы той удобнее было обхватить его торс ногами. Девушка отрывается от ненасытных губ и откидывает голову назад, жадно глотая ртом воздух и тем самым открывая прекрасный вид на тонкую белую лебединую шею. Как зачарованный Морок чуть касается кожи на девичьей шее губами. До ушей доносится сладостный звук его победы. — Морок. — приглушённый стон неконтролируемо сорвался с уст Колючки. От разрывающих ее изнутри ощущений она даже выронила из рук бумажный пакет с давно остывшей выпечкой. Пакет упал на кафельную плитку, наполовину обнажив содержимое. Каждый из них слышал до сих пор лишь дыхание партнёра, сердца их в унисон бились в бешеном ритме и ничего иного, казалось, не существовало, а потому посторонний звук обоим показался оглушительным. Продолжая руками исследовать невинное девичье тело, Князь ненароком останавливает взгляд на лежащей на полу коробке. В глаза сразу бросились блестящая розовая этикетка с характерной надписью и пустующее место среди аккуратных сладостей внутри. Влада как кипятком ошпарило. Подозрение закралось в сознание, притупив физическую потребность. Он отстранился от девушки и внимательнее к ней пригляделся. Да, щеки её пылали алым, губы от поцелуев были припухшими. Это было, скорее, следствием их страсти, а вот глаза. Пальцами ухватившись за подбородок, Морок повернул лицо волшебницы к свету. Зрачки были расширены, а блики сверкали в форме сердец. Тут ему всё стало ясно. «Соки инкуба» — зелье, способное свести с ума от желания и шалящего либидо любую девушку в зависимости от дозы. Судя по тому, что Колючка была готова отдаться даже ему — Мороку, которого так люто ненавидела, доза в одном пирожном была лошадиная. Князь поморщился. Осознавать тот факт, что победа его оказалась просто действием волшебной дряни, было неприятно. В сердце кольнуло. Она ведь терпеть его не может. Не то, чтобы это ранило его чувства — нет, здесь скорее была неудовлетворённость. Во-первых, моральная. Ну а во-вторых, физическая — хорошо так себе ощутимая. Вернув способность здраво рассуждать, князь поглядел на девушку. Она была действительно бесподобна. Все женские достоинства были при ней: аккуратная грудь собланительно выглядывала из разреза блузы, тонкая талия была утянута толстым чёрным ремнём, а аппетитные бедра — обтягивающей кожаной юбкой. Пряди, неопрятно выбиваясь из толстой объемной косы, обрамляли аккуратное личико. В чертах лица ещё оставалось что-до подростковое, возможно даже детское: скулы не были явно выражены, придавая вид детской «припухлости». От одной только мысли об этом Владу стало не по себе. Вдруг в полной мере представилась вся аморальность сложившейся ситуации. Ему, взрослому мужику, уже стукнул стольник, а он прыгал по школе в облике смазливого двадцатидвухлетнего пацана и обучал детишек физкультуре. Иначе эти детские скакания по спортзалу назвать было нельзя: даже на начальных этапах своей подготовки на занятиях по боевым искусствам, Морок тренировался в разы больше. Отец никогда с ним особо не церемонился. Помнится, как, будучи совсем ребенком, он обливался слезами из-за саднящих ран, пульсирующих гематом по всему телу да и, в целом, мышечной боли. Никогда не замечая в себе склонности к педофилии, сейчас он в прямом смысле и вовсе чуть не изнасиловал семнадцатилетнюю школьницу. Такую соблазнительную и так требующую его внимания. Чёрт. Юноша смотрит на Варвару с нескрываемым раздражением, она же отвечает лишь вопросительным взглядом, в котором не прослеживалось ни капли осознанности. Между ними словно шла немая беседа. Князь с небывалой нежностью проводит рукой по розовой щеке, тонкими ловкими пальцами убирает выбившиеся пряди с лица девушки. Свое немое извинение он заканчивает поцелуем, но не таким, как вначале. Его губы чуть касаются её. Он словно силится распробовать вкус нового, только открывшегося для него чувства, природа которого пока была ему непонятна. Просто хотелось растянуть этот момент наподольше, запечатлеть в памяти эти образы как можно детальнее. Отстранившись, князь перехватывает ноги ошалевшей девушки и сгребает ее в охапку, на что та уже даже не сопротивляется. Только с разочарованием выдыхает опаляющий жаром воздух. Сил у Вари не было совершенно, но стоило признать: она ещё никогда не чувствовала себя в такой безопасности, как сейчас. Казалось, всё, что ей нужно было в жизни, — это Влад под боком и его большие тёплые ладони на её коже. — Засранец. — она прячет голову на груди князя. Морок улыбается уголками губ: колючка неисправима. Большие стрелки на позолоченном циферблате часов остановились на римской девятке. Относить Варю в их общую с другими волшебницами «Сказочного патруля» комнату было, как минимум, неразумно: во-первых, вид у колючки пока был не совсем подобающий, а во-вторых, в коридоре ему вполне вероятно мог встретиться кто-то из учеников, а того хуже — учителей. Оставить девушку одну — от одной мысли юношу передернуло. Конечно, в таком случае всё было вполне объяснимо, но даже малая вероятность того, что за это колючке что-то будет или, что ещё хуже, с ней в таком состоянии может что-то случится, исключали этот вариант. Стоило, однако, признаться: причиной решения оставить пока Варвару у себя была потребность самого Морока в её присутствии. С девушкой на руках, князь ногой распахнул дверь в тренерскую и с осторожностью уложил Варю на знатно потрепанном временем диванчике. Здесь он посапывал после особо тяжёлых тренировок, проводимых им для поддержания тела в тонусе. Только почувствовав опору под собой, волшебница прикрыла глаза. Сознание пока плавало где-то в глубинах разума, не находя выхода, но вот все чувства у девушки были обострены до предела. Перед глазами всё плыло: предметы в буйном водовороте начинали кружиться, стоило только открыть глаза. Мысли яркими искрами возникали и тут же потухали. Кожа, лоскутами содранная с темного диванчика, обжигала холодом. А в объятиях Влада было так тепло и уютно. Варя как потерянный ребенок оглянулась вокруг, и, попытавшись встать, потерпела неудачу. Влад только на секунду вышел закрыть входную дверь в спортзал и собрать с пола злосчастные сладости. Подобным в этом районе занимался только Хлебопек, но цена на такие пирожные была просто космической. Маловероятно, что Волшебный Патруль решил устроить себе фантастическую пижамную вечеринку со звездочками перед глазами. Как только этот простофиля умудрился продать выпечку с веществами, близкими человеческим наркотическим, ребенку? Влад, скрипя зубами, подумал о том, чтобы наведаться к старому приятелю. Старик совсем из ума выжил. В тренерской послышался глухой стук. Юноша сию же секунду сорвался с места. Варя, тупо уставившись в стену, сидела на досчатом полу. Она явно силилась преодолеть себя и, собирая обрывки мыслей, пыталась хоть о чём-то подумать. Вид того, как девушка хмурила лоб, морщила нос и, в общем, шевелила всеми возможными мимическими мышцами, его позабавил. Он прыснул со смеху, стараясь не засмеяться. Сейчас она как никогда напоминала ему маленького ребенка, которого утром пнули с кровати и заставили куда-то идти. — Ты, — активная умственная работа продолжалась. Ещё сильнее нахмурясь, девушка буравила Влада тяжелым взглядом. Вот сейчас она уже как никогда напоминала ему ту, обычную Варвару. — Я, — в глазах князя мелькнули игривые искорки, уголки губ медленно поплыли вверх. Компромата на неё у него теперь было выше крыши, что не могло не вызвать у князя ребяческий восторг. Конечно, использовать его он будет аккуратно и только для подколов, но всё же. Такая идеальная, всегда правильная Варечка. Девушка потихоньку начинала приходить в себя. Дистанция от полуобнаженного Князя явно действовала на девушку отрезвляюще. Он подошёл к своему столу, тем самым приблизившись к Варе. — Боже, ты одеться можешь? — девушка не скрывала своего раздражения. Чувствуя, что вид подтянутого тела юноши снова вызывает головокружение, она отвернулась. — Ну, во-первых, тут условия ставлю я, — увидев возмущение на лице девушки, Князь продолжил. — Ты в моём кабинете, раз, — он загнул палец. — Два — ты же меня чуть не изнасиловала! Я, бедный учитель, был соблазнён. Это харассмент, знаешь ли. — Что, да как ты. — образы один за другим начали сменяться перед глазами. Стыд накрыл её с головой. Издав непонятный булькающий звук, она спрятала ладонями лицо. Ей была неизвестна причина такой потери контроля, что достаточно сильно её беспокоило. Морок в трениках — это, конечно, очень сексуально, но ведь не является поводом напрыгивать на него. — Давай, вставай, а то простудишься, — стоило юноше начать приближаться к Варе, как та неуклюже вскочила с пола. Но побочка давала о себе знать — не удержав равновесие, она чуть было не упала. Вовремя подоспел Морок, который мгновенно оценил ситуацию и состояние Варвары. Он подхватил девушку прямо в полёте. Щёки её от близости Морока вновь зарделись, приобретя пунцовый оттенок. — Так, знаешь, у меня ещё столько дел сегодня, — она опрятнула от него и, судорожно ломая пальцы и не зная куда девать глаза, попятилась к выходу из спортзала. — Пойду я, ладно? Не дожидаясь разрешения, она побежала к выходу. Морок прислушался. До ушей донеслось щелканье дверной ручки и тихие ругательства Колючки. Он покрутил ключи в руках и, нагло улыбаясь, вышел так, чтобы она его увидела. Глаза девушки стали размером с два больших блюдца. Медленно, размеренными шагами он дошел до двери. Поставив руки по обе стороны от Вари, он тем самым преградил ей путь к отступлению. Щелкнул замок. — Прошу, — юноша галантно открыл перед ней дверь, и она, проскользнув, сразу унеслась в сторону ученических комнат. Момент, пока Морок открывал дверь и смотрел ей прямо в глаза, показался Варе бесконечным.

***

Про свою догадку о пирожных Князь умолчал. Для начала стоило самому во всём разобраться, пока в это не влез «Сказочный патруль» со своими криками, волшебной пыльцой и показушничеством. Дело всё же было достаточно деликатное. Да и как же он мог упустить такой шанс подраконить Варвару.