Pearl of the North

— Я не уверен, что эта одежда для меня подходит, — Чонгук закусывает губу, скептически оглядывая лёгкое белое платье на манекене. Этим утром принца разбудил взволнованный Хосок. Загадочно улыбаясь, он с утра пораньше отвёл Чонгука в покои, в которых с самого приезда на север кантуется Юнхо. Еле как разлепивший глаза Чон туго соображал, что происходит, а когда увидел посреди покоев всеразличные украшения, платья и прочую ерунду, то совсем перестал что-либо понимать. Чимин, каким-то боком тоже оказавшийся здесь, напомнил, что через пару дней состоится ежегодный бал-маскарад. Тот самый, ради которого знатные особы и ждут зимы, ведь так у них есть шанс встретиться с королём, даже если они его при встрече и не узнают. — Вылези хоть раз из своей крестьянской скорлупы, — недовольным тоном вещает Чимин. — Стань хотя бы на один вечер тем, кем ты являешься на самом деле. Юнхо поддакивающе кивнул пару раз, с восторгом глядя на ряд манекенов с красивейшими вечерними одеяниями. Неподалёку, ближе к окну, стояли коробки с различными туфлями, а на привезенном столике на колесиках красовались разнообразно украшенные маски, там же расположилась и шкатулка с украшениями. От обилия роскоши в одном месте Чонгуку становится неуютно. — Я не планировал… — Ну так начинай! Начинай планировать, — встревает Хосок, вертевший в руках одну из масок с павлиньими перьями. — Если ты посетишь этот вечер, то ничего не случится. В конце концов, тебя будет не узнать в любом из нарядов, они все кардинально отличаются от твоего привычного… костюма. Обычно Чонгук одевается во что-то простенькое, что-то, что не жалко будет запачкать. Оно и понятно: какой слуга станет носить вычурные наряды? Но проблема состоит в том, что принц одевался точно так же даже на своей родине. А толку наряжаться было, если видел его только Хосок? — И это отличная возможность раскрыть все карты перед королём, — доносится тихий голос из-под синего слоистого платья. Через мгновения из-под пышной юбки высовывается Юнхо. — Это было бы эффектно: ты, весь такой красивый и элегантный, приглашаешь его на танец; ты завораживаешь его своей природной грацией и после плясок вы уединяетесь где-то у фонтана. А потом бац! И снимаешь маску. Ну а потом ждём девять месяцев и встречаем маленьких наследников. — Ни за что! — кривится Чонгук, в миг оживляясь. — Обойдёмся без наследников. — Так с остальным ты согласен? — хохотнул Хосок. Не согласен. Он вообще не согласен идти туда, но всё равно идёт чисто из уважения к постаравшемуся Чимину и людям, доставившим сюда все эти наряды и украшения. На деле же Чонгук просто ищет отговорки, все присутствующие в покоях это понимают, но принц продолжает отрицать. Единственное, почему он вынужден пойти на бал-маскарад — это правда. Правда, которую заслуживает знать Тэхён, и которую Чонгук собирается поведать ему через пару дней на том вечере. Интересно, изменит ли король своё мнение, когда узнает настоящее лицо своего супруга? Тэхён ведь не понаслышке знает, что его жемчужинка именно тот, кого никак нельзя назвать распутником. Ким продолжает стоически верить в блуднический характер своего супруга, но что будет, когда правда всплывёт на поверхность? Будет ли Тэхён обращаться с ним так же хорошо, как обращается сейчас? Будет ли целовать и касаться так же трепетно, как касался ещё совсем недавно, на том самом ромашковом поле? Будет ли смотреть так же нежно и улыбаться ему обворожительно? Если да, то Чонгук, по плану Юнхо (так уж и быть), готов родить северному королю хоть десять наследников. Тэхён единственный, кого Чонгуку так страшно терять. Вырос в тишине и игнорировании, самостоятельно учился распознавать чувства и эмоции, а Хосок был единственным, кому не было плевать. В жизни принца не было места привязанности, но что делать теперь, когда она возникла и изменила столько всего таким наглым образом? Страшно до безумия. Чонгук хочет иметь возможность видеть, слышать и чувствовать Тэхёна. Хочет иметь возможность вдыхать его головокружительный запах до посинения и иметь право касаться альфы. Но вопрос в другом, даст ли ему подобное право Тэхён? — Не стоит из-за подобного так сильно напрягать голову, — перед Чонгуком, сидевшим на краю кровати, на корточки присаживается Чимин. Кладёт свою теплую ладонь на сжатую в кулачке холодную и поглаживает большим пальцем по тыльной стороне. Ему за переживаниями любимого племянника сложно наблюдать. — Если Король тебя оттолкнет по такой глупой причине, значит, он полнейший урод. Надо будет — помогу с расторжением брака и к себе заберу, — продолжает бодро вещать Чимин. — Будешь жить, как настоящий принц в моём поместье. Чонгук усмехается. Ему приятно знать, что есть человек, который поддержит его, не смотря ни на что. Будто у него появилась настоящая семья. В нужное время свою половинку альфа не нашел, о чём не сильно горюет. Чимин вполне мог бы стать замечательным отцом, жаль только годы уже не те. Альфе только в радость появление Чонгука в его жизни. Зачесав одним резким движением волосы назад, Чонгук встаёт с места, направляясь к манекенам с одеждой. Ну, будь что будет. — Хочу это.

○○○

Часики тикают, раздражая слух. Бумага шелестит, перо порхает по документам, выводя красивым почерком цифры и подписи. Час за часом тянется словно вечность. Последнее, чем хотел бы сейчас заниматься Тэхён, — это разбираться в поставках заграницу. Кто же знал, что это занимает столько времени? Ещё и Юнги, как на зло, сидит в креслице молочного цвета и следит, чтобы Король и шагу лишнего не сделал. Ким занят одним, но в голове совсем другое вертится. В руках у него перо с чернилами, а хотелось бы держать что-нибудь другое. Или кого-нибудь. С последней встречи с Чонгуком, в день открытия фестиваля, им видеться больше не доводилось. И тут не совсем понятно, прячется ли омега, или же просто слишком занят. Но, как бы Тэхён сильно не желал с ним встретиться, этого никак не удавалось. Словно сквозь землю провалился. А стоит кого-то спросить, где можно отыскать омегу, все сразу руками разводят, бросая банальнейшие отмазки, по типу «Совсем недавно виделись, но он уже ушёл», или «Понятия не имею, ещё не встречал его сегодня». И так уже несколько недель подряд. А ведь в памяти ещё свеж тот вечер в ромашковом поле. Смущённое личико принца так и застыло в памяти короля, как и зацелованные приоткрытые губы, сбитое дыхание и помутневший взгляд. Ему бы эту картину над кроватью повесить и любоваться вечность. Юнги, устав наблюдать за выстраданным выражением лица Короля, тяжело выдыхает и поднимается с кресла. Подходит к рабочему столу и забирает бумаги из под носа Тэхёна. — Иди давай, страдалец, — лис кивает в сторону закрытой двери, а когда встречается с непонимающим взглядом поясняет: — Юнхо уже две недели как помогает Сокджину в прачечной. Юнги с уверенностью может заявить, что, как только вернётся домой, то обязательно обведёт этот день в календаре красным карандашом. Потому что именно сегодня ему впервые удалось лицезреть, как король сурового севера бежит, спотыкаясь об сбившийся ковёр, и чуть ли носом в дверь не впечатывается. Зрелище уморительное, и Юнги еле как сдерживает смех, когда Тэхён останавливается у закрытой двери, поправляя одежду и успокаиваясь, и бросает грозный взгляд на помощника. Лис тут же возвращает своему лицу серьёзный вид, но когда дверь за Кимом захлопывается, то практически сразу срывается на истерический смех.

○○○

— Ещё долго? — хнычет Хосок, развалившись на траве, и наблюдает за сосредоточенным младшим омегой, перебирающим уже стираные наволочки для подушек. Мало кому удавалось застать всегда сдержанного и уравновешенного Чон Хосока таким. Чонгуку вот удалось. Забавно, что свою более мягкую сторону старший проявил только с приездом на север. Раньше принцу доводилось видеть только сильную сторону. Зато теперь Хосок в его глазах похож на обычного человека, а не на вечно серьезную, несокрушимую скалу. Чонгук не питает тёплых чувств к подобным людям; безэмоциональным, спокойным и холодным. Подобных индивидов ему и в прошлом хватило. Сейчас только прошло обеденное время, со своими обязанностями Хосок уже давно закончил и теперь ждёт пока закончит и Чонгук, чтобы вместе прогуляться по рынку. Так или иначе, в центре до сих пор проводятся различные ярмарки. Чонгук спокойно складывал в разные стопки уже высохшие вещи, как вдруг замечает расширившиеся до размера блюдец глаза Хосока, смотрящего куда-то за спину принцу. Младший хмурится, оборачиваясь, и практически сразу икает испугано, когда сталкивается нос к носу с тем, от кого столь долгое время бегал. — Привет, потеряшка, — ухмыляется альфа. Чонгук сглатывает нервно, отступая на шаг от стола, на котором и раскладывал вещи по стопкам. — Почему потеряшка? — неуверенно сипит Чонгук. — Потому что уже не один день тебя ищу, — Тэхён улыбается как всегда обворожительно, но в то же время как-то хитро, и медленно наступает вперёд. — Прячешься? — Чонгук молчит, делая ещё один шаг назад, а альфа, впротивовес, продолжает наступать. — Смею предположить, от меня? Хосок, поднявшись с травы, тихо проходит мимо открытой комнаты прачечной и спешит удалиться, мысленно тысячу раз извиняясь перед Чонгуком. — Я? С ч-чего бы? — голос омеги предательски дрогнул, когда спиной тот упёрся в стенку. — Ты плохо умеешь врать, — ох, знал бы Тэхён как же сильно ошибается. Чонгук сглатывает нервно, когда оказывается окончательно зажатым в тупике. Позади стена, а спереди — широкое тело, которому стоит сделать один последний шаг и всё, не будет у омеги больше способов отступления. — Выглядишь напугано, — хмурится король, наклоняясь ниже так, чтобы лицом стать наравне с омежьим. — Эй, Жемчужинка, — шепчет уже более ласково, касаясь макушки, неизменно обтянутой зелёной тканью, своей ладонью, и поглаживает осторожно. Глаза Чонгука зажмурены, словно он боится чего-то. — Посмотри на меня, — с макушки альфа рукой спускается к лицу, останавливая ладонь у щеки и поглаживая со всей осторожностью. Будто касается фарфоровой куклы. Чонгук глаза поочередно открывает, смотря на Тэхёна недоверчиво. — Разве я сделаю тебе больно? — тон его как никогда ласковый, что омегу и настораживает. Чонгук привык к контакту с людьми, но к таким неожиданным ещё не успел. — Прости, — икает принц. — Я не просил тебя извиняться, ты ведь ничего плохого не сотворил. Просто ответь, я делал тебе хоть раз больно? Обиженное «Да» так и стремится сорваться с языка, но Чонгук вовремя его прикусывает. Делал ли больно? Физически ни разу, но вот словами задевал неоднократно. Взять в пример даже их первую встречу. Именно из-за тэхёновых слов в сердце омеги затаилась стойкая неприязнь, не желавшая уходить оттуда месяцами. — Нет, — выдыхает Чонгук, впервые позволяя своим глазам встретиться со взором Короля. — Тогда не отталкивай меня, — уже обе ладони Тэхёна обхватывают бледные щеки, из-за чего розовые губки омеги выпячиваются чуть вперёд. — …позволишь? Большим пальцем альфа легонько ведёт по пухлой нижней губе, чуть оттягивая её вниз. Чонгук глазами по лицу Кима бегает и, промычав что-то, машинально пытается поджать губы, но из-за ладоней, всё так же сжимающих его щеки, этого сделать не удаётся. Тэхён воспринимает это как согласие. Проходится языком по чонгуковым устам, ощущая лёгкий привкус персика. Тот же привкус ощущался на губах принца и в момент их первой невинной близости. Ким настойчиво сминает своими губами чужие, дурея. Сладость приятно оседает на языке, подталкивая к действиям. Чонгук противиться не смеет, или же просто не хочет. Позволяет прыткому языку вновь скользнуть дальше. Принц старательно пытается сосредоточиться на приятных ощущениях, но в голове набатом бьётся навязчивое чувство вины. Впервые в своей жизни Чонгук кому-то соврал и впервые в жизни борется с собственной совестью. И надо же ей было проснуться в столь неподходящий момент! Неожиданный звук из дверного проёма заставляет короля с принцем на пару одновременно вздрогнуть, прервав поцелуй с характерным звуком. На полу валяется грязная одежда, выпавшая из навернувшегося тазика, а собирает ее Сокджин, нервно сгребая всё назад в тазик. То, что он увидел, невозможно было бы представить даже в самых глупых фантазиях. Король зажимает у стены в прачечной обыкновенного слугу и творит немыслимое. Кому расскажет — не поверят. Сокджин испарился так же неожиданно, как и появился, оставив за собой в помещении стойкий запах неловкости. Чонгук хлопает своими белыми ресницами, смутно понимая, что только что произошло и смотрит на тихо посмеивающегося Тэхёна, которого эта ситуация совершенно не напрягает. — Что смешного? — скулит Чонгук, роняя лоб на крепкое плечо. — Как я теперь ему это объясню?

○○○

Вот и настал день "X". Хосок с Юнхо, как только время перевалило за полдень, сразу же затащили не особо сопротивляющегося принца в его же покои. Самым взволнованным был Юнхо. Может, ему и не удастся увидеть бал-маскарад собственными глазами, но зато он может беспрепятственно наводить красоту на человеке, который сможет посетить этот вечер. — Я… это правда я? — выдыхает Чонгук, неверяще глядя на себя в зеркало. Ноги скрыты белыми высокими туфлями, доходящими до щиколоток, на теле приятно сидит белое лёгкое платье с ненавязчивым цветочным узором, а на голове занимает своё почётное место корона. Не королевская, конечно же, а сделанная из прозрачных «кристаллов» и белых бусин, имитирующих жемчуг. Буквально лет тридцать назад корону было позволено носить лишь членам королевской семьи, но с приходом новой власти изменились многие законы и ограничения. Теперь любой человек, имеющий достаточно денег, может себе позволить носить подобный головной убор. Единственное, чего не хватает, — маска. Сейчас она мирно лежит на застеленной кровати. Красивая, бесспорно. А главное — облеплена жемчужинами. Символично. — Помни, если что-то пойдёт не так, ты всегда можешь на меня рассчитывать, — вкрадчиво вторит Чимин, стоящий у окна. Чонгук кивает заторможено, не в силах оторвать от себя глаз. Светлые волосы притягивают большую часть внимания. Весь образ принца вышел каким-то чересчур светлым: белое платье, белые туфли, бело-прозрачная корона, белая маска и подвеска с двумя жемчужинами. Омега носит её не снимая. Сегодня тот день, когда правда вскроется. А в случае неудачи — вскроется Чонгук. Когда принц впервые так пошутил, то получил словесный нагоняй от Хосока и грозный взгляд от дядюшки. Шутка вышла неудачной. — Держи, покажешь это при входе и тебя впустят, — Чимин протягивает тяжёлый позолоченный кулон на длинной цепочке, и Чонгук благодарно его принимает. — Это знак того, что ты принадлежишь аристократичной семье. А это, — кивает он на ромбовидную подвеску, — знак моего герцогства. И не забудь маску. Без неё тебя даже с кулоном не впустят. Чонгук кивает, намотав подвеску с гербом себе на руку, как браслет, а маску нацепив на лицо. Время пришло.

○○○

Повсюду мерцают огни, музыка настойчиво льётся в уши, а тысячи смешавшихся между собой ароматов неприятно прилипают к стенкам лёгких. Сегодня именно тот самый редкий день, когда люди улыбаются по-настоящему. Эмоции на лицах гостей сегодняшнего вечера кажутся более живыми, а всему этому поспособствовал такой незначительный фактор, как анонимность. Здесь почти никто друг друга не знает, и потому надобность в наигранной вежливости отпадает. Сегодня нет смысла стараться сохранять свой доблестный образ перед другими представителями аристократии. Этот вечер словно глоток воздуха для многих присутствующих. — Вы меня совсем не слушаете, — обиженно напоминает о себе девушка. Тэхён улыбается ей через силу, попивая шампанское. Девица, с длинными черными волосами и в фиолетовой маске с россыпью явно не дешёвых камней, пристала к альфе с самого начала вечера. Ким и так не был особо рад мероприятию в этом году, а сейчас так вообще из последних сил держится. — …как и в прошлом году? — девушка продолжает лепетать о своем, кокетливо наматывая на длинный указательный палец темную прядь. — Вы опять меня не слушаете! — она обиженно дуется, ошибочно полагая, что этот жест выглядит мило, только вот альфу от этого воротит, но он продолжает уверенно держать незаинтересованное лицо, в надежде что рано или поздно она сама уйдет. — Вы что-то сказали? — ровным тоном интересуется Тэхён, не без удовольствия замечая на лице девушки что-то напоминающее злость. — Я говорю, может, потанцуем? Как и в прошлом году, — она не отступает, лишь ближе пристраиваясь, и плечом как бы невзначай касается чужого. — Неужели вы не помните? Мы танцевали с вами в прошлом году. — Не хочу вас огорчать, но вы могли меня с кем-то спутать, — король отступает на шаг, но девушке хоть бы хны. Настойчивая. — Это точно были вы. И в позапрошлом году тоже. — Даже если так, логично полагать, что я много с кем танцевал. И в прошлом, и в позапрошлом го… На мгновение Тэхёну показалось, что у него помутнился рассудок. Глаза на долю секунды поймали то, чего явно не может здесь быть. Альфа тут же принимается осматриваться по сторонам, от чего чуть не роняет с лица свою маску, завязки на которой за последний час успели ослабнуть. Но, как бы старательно он не вглядывался в смутно знакомые лица, желаемого не находит. «Совсем крыша поехала» — думается Тэхёну. От танца с девушкой королю отказаться не удаётся. И, сжимая одной ладонью руку, обтянутую перчаткой, а другую кладя на талию, альфа пускается в пляс. Девушка выглядит весьма довольно, закусив губы, изогнувшиеся в победной усмешке, пока Тэхён тем временем смотрит будто сквозь неё. Хочется быть совсем не здесь и не эту руку в своей сжимать. — Ну и? Он тебя не узнал, или вы ещё не виделись? — Юнги, облокотившись о стену, лениво наблюдает за вальсирующими людьми, среди которых, сливаясь с массой, танцует и король. Чонгук неоднозначно вздыхает. Осталось совсем немного. Выхватив из руки лиса бокал шампанского, омега опрокидывает его в себя залпом, еле заметно морщась, чем вводит в ступор Мина. — Прости, это для храбрости, иначе я грохнусь в обморок до того как он меня увидит, — на лице принца на секунду нервная усмешка мелькает. — И да, не думаю, что он заметил меня. Глаза сами цепляются за танцующую пару. Девушка с изящной фигурой, в фиолетовом платье до щиколоток, с чёрными перчатками, идущими до предплечий и своими прямыми длинными волосами, так красиво блестящими в свете множества огней, выглядит более чем красиво. И она очень неправильно смотрится в руках Короля. Видя её, становится стыдно за свой вид. Но эту мысль Чонгук старательно прогоняет, потому что отлично помнит своё отражение в зеркале. Он выглядит не менее обворожительно, а этим глупым накручиванием самого себя выводит. Отвлекшись на более повседневные разговоры, Чонгук перестаёт наблюдать за альфой в танцующей толпе. Не хочет травить себе душу. Проще дождаться нужного момента и покончить с этим раз и навсегда. Оттолкнет? Ну и пусть. Будет больно и обидно до ужаса, но зато принц не останется ни с чем. Ведь теперь у него есть Чимин, Юнхо и немало хороших знакомых. …за размышлениями о насущных проблемах Чонгук не видит того, как король резко прерывает танец и срывается в неизвестном направлении, оставив девушку в недоумении. Чонгук не видит и взгляда пронзительных глаз, скрытых за черно-серебряной маской, что так настойчиво въелся в тонкую фигуру в белом облачении… Всё происходит быстро, за один короткий миг. За запястье кто-то неожиданно ухватывается и дёргает на себя, заставляя развернуться. Чонгук и пискнуть не успевает, больше ошарашенный произошедшим. На принца, сжимая больно тонкое запястье, во все глаза смотрит Тэхён. Не делает ничего, просто стоит и всматривается в серые глаза омеги, приобрётшие в ярком освещении розовый оттенок. Эти глаза точно нельзя спутать с чьим-либо ещё. — Как грубо, — фыркает Чонгук. Помнится, Тэхён говорил, что врать омега не умеет совершенно. Что ж, это действительно так, но зато притворяться он умеет просто великолепно. Поэтому, собрав остатки воли в кулак, принц цепляет на себя маску, поверх той, что уже красуется на его лице, и продолжает: — Вы делаете мне больно. Тэхён переводит медленно взгляд на свою руку, цепляясь за стремительно краснеющий след на бледном запястье. Опускает медленно, краем уха слыша, как сменяется мелодия на более медленную. Что, чёрт возьми, происходит? Именно этим вопросом задаётся Тэхён, когда рядом с омегой замечает и Юнги. Последний плечами пожимает, мол я не при делах, и, подхватив ещё один бокал шампанского, уходит в неизвестном направлении. Чонгук неловко мнётся под настойчивым взором короля, тайно мечтая провалиться под землю. — Может, — задумчиво растягивает буквы Тэхён, чувствуя явную неловкость. На мгновение даже чудится лёгкий персиковый аромат, — потанцуем? — и протягивает руку в приглашающем жесте. Принц не отвечает сразу, в первые секунды недоуменно хлопая глазами, и смотрит на протянутую ладонь. Но ещё спустя мгновение, тяжело вздохнув, вкладывает свою ладонь в чужую руку. Всё равно терять нечего.

○○○

Всё идёт не совсем так, как рассчитывал Юнхо несколькими днями ранее: «ты завораживаешь его своей природной грацией и после плясок вы уединяетесь где-то у фонтана. А потом бац! И снимаешь маску». Маску снимать не пришлось, Тэхён сразу его узнал и первым пригласил на медленный танец. Позже им пришлось уйти, ведь разговаривать о личных темах там, где людей толпится больше, чем на базаре в обеденное время, было не совсем удобно. Ну хоть здесь Юнхо угадал— они и впрямь уединяются у фонтана, подальше от лишних глаз и ушей. Тишина сегодняшнего вечера прерывается лишь тихой музыкой, льющейся из дворца, и стрекотом сверчков. Чонгук сидит на фонтане, бултыхая ногами в воздухе, и вдыхает вечернюю прохладу. Сидящий рядом Тэхён и звука не издаёт, лишь жемчужную маску принца в руках вертит и глазами красивый профиль прожигает. Но со временем молчание начинает нагнетать и Ким попросту сдаётся, тихо говоря: — Что всё это значит? Промычав вопросительно, омега хмуро смотрит на короля. Суть вопроса не совсем ему ясна. — О чём ты? — в тон ему говорит принц. — Я про… всё это, — яснее не стало. — Давай поступим иначе, — Чонгук спрыгивает с фонтана на землю и начинает маленькими шажками двигаться по кругу, вокруг всё того же несчастного фонтана. — Я расскажу тебе кое-что, о чём уже давно обещал тебе рассказать, а позже задашь мне интересующие тебя вопросы. Тэхён хмуро следит за медленно шагающим омегой, окончательно сбиваясь с толку. Разве это тот самый паренёк, стыдливо красневший от каждого вздоха короля в его сторону? Разве это тот самый омега, что совсем недавно говорил нескладно в присутствии альфы? Откуда сейчас в его тоне столько уверенности? Сейчас принц не выглядит столь же застенчивым и нерешительным, коим показывал себя ещё недавно. Но Королю не обязательно знать, что ради этого он за один присест опрокинул в себя три бокала шампанского. Голова слегка идёт кругом, но это того стоило. Повезло ещё, что хоть здравомыслие всё ещё при нём. — Для начала: тебя интересует, как я попал на бал? — в ответ уверенный кивок. — Всё предельно просто: на самом деле один из двух твоих помощников — мой близкий родственник, — и вытягивает вверх руку, где звякнул золотистый кулон, демонстрируя. Реакции альфы Чонгук не видит. Те самые три бокала шампанского начали давать о себе знать — голова закружилась и пришлось сосредоточиться на попытке устоять на ногах. — Что там дальше? А! Точно, ты знал, что ты мой муж? — звучит как-то уж совсем пьяно. Не стоило ему, ни разу в рот спиртного не бравшего, так сразу и много пить. Чонгук вновь присаживается рядом с альфой, который глаз с него не сводит. — Ты пил? — глупый вопрос, всё ведь и без лишних слов ясно. — Конечно! Иначе бы не смог с тобой сегодня поговорить. Смелости бы не хватило, — омега вздыхает опечалено и изо всех сил старается усидеть на месте, и не упасть ненароком в фонтан. — Ну вот, ты меня с мысли сбил! Я не помню о чём говорил. А Тэхёну смешно. Действительно смешно. Поначалу его не отпускали переживания и вопросы, но сейчас, глядя на такого омегу, он не может сдержать тихого смешка. А ещё он думает, что Чонгук несёт какой-то пьяный бред, но это пока. — Вспомнил! — выкрикивает Чонгук. — Я не Юнхо. — И кто же ты тогда? — ухмыляется альфа. Он всё ещё не воспринимает слова Чона всерьёз. А ведь правильно говорят: пьяные люди — самые честные. — Чон Чонгук, младший из сыновей восточного короля и… как ты там говорил? Ну, когда мы впервые в саду встретились. Блядун, точно, — и даже этого не хватило, чтобы убедить короля. Тот по-прежнему странно ухмыляется. — Не веришь? А что если я скажу тебе, что в тот сад слугам было строго настрого запрещено входить? Это место сугубо для членов королевской семьи и садовников. Вот и спала наконец улыбка с тэхёнового лица. Взгляд помрачнел, а брови вверх поползли. — Маленькая подсказка: садоводством я отродясь не занимался. В одно мгновение наступает гнетущая тишина. Тэхён молча бегает глазами по чонгуковому лицу, пока принц медленно осознаёт сказанное. Разум слегка проясняется и Чонгуку становится неожиданно стыдно за своё непринужденное поведение. — Прости, — шепчет омега, прерывая минутную тишину. — Ты был прав, врать я не умею. Потому что как только пытаюсь, то меня начинает сжирать совесть. — Зачем? — оживился Тэхён, вкрадчиво вторя: — Зачем тебе нужно было поступать так? — в голосе его проскальзывают раздражительные мотивы. — Как так? Ты про роль Юнхо? — вопрос был риторическим. — Потому что так я не чувствовал себя трупом. За эти полгода у меня было больше возможностей, чем за все семнадцать лет жизни. За эти полгода я впервые не чувствовал себя куском дерьма. За эти полгода я улыбался больше, чем на протяжении всей жизни. В жизни бывают печальные ситуации, когда, к примеру, человек длительно подвергается постоянному насилию. Но вы и понятия не имеете до чего может довести игнорирование и всестороннее молчание. Понятия не имеете каково это — быть живым призраком. — Здесь меня не обходили стороной и не пускали брезгливые взгляды. Пока никто не знал правды, всё было хорошо, — Чонгук зевает, прикрывая рот ладонью. В сон клонит неумолимо. — Тебе и так известно, что обо мне говорят простые люди, но знаешь ли ты что я сделал, чтобы заработать подобную славу? — Тэхён отрицательно кивает, старательно разгребая образовавшуюся кашу в мыслях. — Родился. Бессмыслица какая-то. Всё это время король был убежден, что его супруг, лица которого он раньше знать не знал, заносчивый, наглый и распутный омега. По крайней мере именно так его описывал каждый второй житель востока. Слухи не берутся из неоткуда, именно так он был убежден и точно так же думает до сих пор. Если у Чонгука такая слава, то это значит, что в своё время что-то этому поспособствовало. — В день нашей свадьбы, когда мы столкнулись в саду и я спросил, почему ты не хочешь брать в супруги принца, ты ответил: «кто захочет брать в мужья блядуна?». С того момента я тебя и возненавидел. И сделал всё, чтобы не быть в статусе нелюбимого супруга северного короля: подговорил Хосока подыгрывать мне, слёзно умолял Юнхо поменяться местами. По итогу же всё равно оказался рядом с тобой. Что ещё хуже — я тебя полюбил. Тэхён, хоть и пребывает в немалом шоке от раскрывшегося, старается молчать. Чонгуку надо выговориться, а Ким хочет знать всё. Сердце ёкает на словах о любви, но альфа старательно это игнорирует, полностью сосредоточившись на рассказе. — Я ведь всю жизнь провёл в тишине, в своей небольшой комнатке с всегда зашторенными окнами, а общение с людьми сводилось к минимуму. И не потому что я не хотел, а потому что не хотели другие. У меня был только Хосок, но открыто с ним разговаривать я смог только когда приехал сюда, на север, — перед глазами плывёт. Чонгук стоит в шаге от того, чтобы провалиться в сон. — Ещё я раньше очень много болел, но когда попал сюда, то больше недуги меня не посещали. Возможно, мне просто не подходил восточный климат, кто знает. Чонгук и сам не замечает как начинает отходить от темы. Приходится чуток поднапрячь уставший мозг, чтобы закончить начатое. — Помнишь ты сказал, что слухи не появляются из ниоткуда? Так вот знай, что большинство слухов так и образуется: кто-то ляпнул, остальные поверили, подхватили и начали добавлять понемногу от себя. Таким образом, даже не зная что такое секс, я стал, как ты выразился, блядуном, — Чонгук помнит себя в те годы. Ему тогда от силы лет тринадцать было. Откуда ребёнку, ограниченному в общении, было знать о таких тонкостях взрослой жизни? — Больше всего я боялся, что, выйдя замуж, ничего не изменится. Был уверен, что вновь буду на постоянной основе обитать в тёмной комнате, а рядом неизменно будет только Хосок. Тогда-то мне и пришла в голову эта идея — поменяться жизнями с кем-то более свободным. Чонгук замолкает. Больше нет слов, да и не хочется больше ничего говорить. Устал. Какой смысл кому-то что-то доказывать, даже если этот кто-то — это Тэхён? Мало верится, что от этого будет много пользы. Принц смотрит на Короля, лицо которого не выражает ничего. Оно нейтральное. Хочется понять что в его голове творится, но это вне чонгуковых сил. Омега так и уснул, убаюканный молчанием и приглушенной музыкой из дворца. Голову на плечо Тэхёну роняет, совершенно не заботясь ни о чём. Столько волновался, что к вечеру на переживания и опасения просто не осталось сил. Тэхён со своего плеча мужа не скидывает. Наоборот, за талию придерживает, чтобы тот ненароком не упал в воду в фонтане или на холодный асфальт. В голове море вопросов, но ответы на них он будет требовать позже. Сейчас необходимо многое обдумать, прежде чем принимать какие-либо решения. Но одно ясно точно — этого омегу он далеко от себя больше не отпустит.