Никто, кроме тебя

Пахнет кофе и выпечкой с корицей — Олег почти полностью заслонил духовку, не разобрать, что там. Сергей скользит взглядом по бедрам в шортах и татуировке на спине, пару секунд любуется, как красиво ходят мышцы, когда Олег высыпает в сковороду нарезанные овощи и помешивает лопаткой. Затем проходит в кухню и останавливается в паре шагов у Олега за спиной. В духовке шарлотка. Сергей хмыкает. Еда — излюбленный вариант Олега загладить вину. Они вчера толком ничего не обсудили, но, положа руку на сердце, Сергею и не хочется об этом говорить: Олег сам знает, что сплоховал, пошатнул его авторитет в глазах Леры. Что толку обсуждать, если можно сразу перейти к извинениям? — И омлет, и шарлотка — а на часах еще и девяти нет. Что, даже кофе в постель планировался? — Не поверишь, но да, — Олег косится на него через плечо и приподнимает уголок губ в полуусмешке. — Мне расценивать это как извинения за вчерашнее? — интересуется Сергей с напускным равнодушием. Олег неопределенно ведет плечом. — Можно и так сказать. — Тогда одного завтрака будет маловато, не находишь? Сергей подходит вплотную, кладет ладонь Олегу на поясницу, ведет вверх между лопаток и чуть сжимает плечо. Олег под его рукой ощутимо напрягается, перестает помешивать овощи. — В спальню? — хрипло спрашивает тот. — Или тут на столе? Тянется выключить конфорку, но Сергей перехватывает запястье. — Не отвлекайся, — коротко бросает он, — следи за омлетом, чтоб не пригорел. Олег чуть вздрагивает. Сергей усмехается — знает, как того ведет от приказных ноток в голосе. Ныряет обеими руками Олегу под мышки, чтоб не ограничивать в движении, и касается кончиками пальцев сосков. Олег рвано выдыхает. Силиконовая лопатка, которую тот сжимает до побелевших костяшек, застыла в воздухе и мелко подрагивает. — Если пригорит, извинения не засчитаю, — тихо предупреждает Сергей и сжимает затвердевшие соски. Олег снова дергается, но послушно возвращается к овощам в сковородке. Сергей довольно хмыкает и скользит одной рукой ниже, по напрягшемуся животу, накрывает поверх шорт ладонью твердый член и притирается собственным к заднице Олега. Встает моментально, в паху скручивается возбуждение — хорошо, тягуче-сладко. Секса не было уже три дня: выбирали миссию для девчонки, усиленно тренировали, а вчера и вовсе поссорились. Сергей стягивает шорты — белья на Олеге нет, — лезет пальцем между ягодиц, проверяет догадку. Внутри скользко, палец проходит свободно — готовился. Реально собирался принести завтрак в постель, и себя заодно. Сергей ухмыляется и толкается сразу двумя пальцами. Смазки так много, что аж хлюпает. Проворачивает кисть и без прелюдий надавливает под нужным углом. Олег охает, приваливается бедрами к краю столешницы. Обычно тот не любит бросать что-либо на полпути — даже ради секса. Если взялся за что-то, сперва закончит и отвлекаться не будет. Но сегодня по-другому: без раздумий пойдет на поводу у Сергея, сыграет по его правилам. — Мне кажется, пора добавлять яйца, — вкрадчиво напоминает Сергей и прикусывает загривок. Олег шарит по столу рукой — будто на ощупь, глаза, видимо, закрыл, — хватает миску со взбитой смесью и выливает в сковороду. Сергей коротко облизывается. У него крышу сносит от того, как Олега каждый раз мажет, стоит засунуть тому что-то в задницу. Всегда было интересно: сможет ли тот хоть немного соображать, если отправить на дело с пробкой внутри. Член стоит уже почти до боли. Сергей сдергивает свое белье и слитым движением входит в Олега на всю длину. Тот протяжно стонет, бросает лопатку в сторону и упирается в столешницу обеими руками, прогибается в пояснице, подставляясь. Сергей звонко шлепает по ягодице. — Омлет, Олег, — командует он. — Следи за омлетом. Олег медлит, словно сказанное не сразу доходит, и Сергей шлепает еще раз. — Это же будет скрэмбл? — капризно тянет он. — Не хочу обычный. Олег, со свистом выдохнув, снова берется за лопатку и помешивает содержимое сковороды. Сергей трахает Олега размашистыми ритмичными толчками, крепко держит того за бедра, фиксируя. Наблюдает через плечо, как член Олега зажат между пахом и столешницей, трется о деревянный край, блестит темной головкой. Так и хочется наклониться и взять в рот, слизать предэякулят. Сергей, прикусив губу, сбивается с темпа, ускоряется. Лезет одной рукой выше, к груди Олега, кружит пальцем вокруг соска, с нажимом растирает. Олег дышит рвано, шумно. Напряжен всем телом, ощутимо подрагивает. Забыл, наверное, про омлет, но Сергею уже на это плевать. — Кончай, — приказывает он и сжимает соски обеими руками, сам в Олеге чуть замедляется. Тот запрокидывает голову, несколько раз толкается бедрами в столешницу и с хриплым стоном изливается. Сперма бьет сильными толчками — на деревянный край, на индукционную плиту, даже на омлет. Красиво до безумия. Сергей не выдерживает, с остервенением дотрахивает Олега и кончает внутрь, ложится грудью на горячую спину и прикрывает глаза. — Блядь, — вяло выдает Олег спустя несколько секунд, — надо было хоть крышкой омлет накрыть. — Я бы сказал, что с удовольствием попробую и по такому рецепту, но омлет все же пригорел, — мурлычет Сергей. — Извинения не приняты, прости. Придется готовить заново. И обязательно приправить спермой, теперь хочу только так. Олег прыскает со смеху, отталкивается от столешницы, выключает конфорку и отставляет сковородку. — Значит, на завтрак только шарлотка. Сергей широко улыбается. — А на обед — омлет? Олег разворачивается, коротко целует в губы и со смешком кивает: — Омлет, омлет.