Wingless

Утро начинается с будильника, который Чонгук, проснувшись с первыми звуками, торопливо выключает, чтобы не разбудить ангела. К счастью, Тэхен лишь переворачивается на другой бок, что-то неразборчиво бормочет, но так и не просыпается. Зато занимает расправленными крыльями большую часть кровати, и Чонгуку приходится досыпать еще пару часов на самом краю. Сегодня у него заслуженный выходной, который он изначально должен был провести в Токио за работой. Но теперь он дома, а значит, может позволить себе наконец выспаться. Даже когда ближе к полудню он просыпается снова, наконец чувствуя себя достаточно отдохнувшим, ангел все еще спит, всеми конечностями обняв одеяло, без которого Чонгук уже успел замерзнуть. И только когда Бам тычется носом в его ладонь, жалобно заглядывая в глаза, он вспоминает, что у Джиен тоже сегодня выходной. Значит, Бам голоден, а завтрак придется как-то приготовить самому. В холодильнике должны быть блюда, которые достаточно просто разогреть, но он не уверен, можно ли кормить Тэхена чем-то обычным после долгого голодания. В итоге он, приведя себя в порядок, спускается вниз, первым делом кормит Бама и затем исследует содержимое холодильника. Должно быть, ангелу подойдет суп из водорослей. Себе же просто достает кимбап и разогревает блинчики с джемом. Этого должно хватить для их семейного бранча. Справившись с едой, он поднимается наверх, думая, как тяжело будет заставить себя разбудить сладко спящего ангела, но эта задача решается сама собой, потому что в спальне он встречает Тэхена, уже сидящего на краю кровати и сонно протирающего глаза. — Проснулся? Как ты себя чувствуешь? — садится рядом и приобнимает за плечи. Чонгук все еще чувствует себя виноватым. Если бы он лучше контролировал свои эмоции, этого бы не случилось. — Как будто меня ударили по голове чем-то тяжелым, — Тэхен поднимает на него усталый взгляд с большими темными кругами под глазами. — Тебе стоило выпить только одну таблетку. Они очень сильные. Потерпи немного, сейчас позавтракаем и выйдем на свежий воздух, от него должно стать лучше. — Нам нужно поговорить, — ангел звучит непривычно серьезно, — У меня было много времени подумать, и я нашел решение проблемы. Такой слабый, уставший, совсем без сил. И при этом спешит тут же перейти к серьезному разговору. — Я тебя слушаю, — садится поудобнее, очень заинтересованный решением, которое придумал ангел. — Для этого понадобятся твои деньги. И много, — Тэхен поднимает уверенный взгляд. — Хорошо. И что за решение? — Оплати мне операцию по ампутации крыльев, — решительно, будто он ставит условие, а не советуется с ним. Неожиданно. — Я смогу жить, как человек. Найду работу, буду жить обычной жизнью… Несмотря на абсолютную нереалистичность его предложения, Чонгук должен быть мягким. — Стоп, — он прервал его, — И какой у тебя план? К такому решению нужно подойти серьезно. — Я же говорю, найду работу, какую-нибудь простую, для которой не нужно учиться… — Нет, нужен детальный план. Если ты собираешься совершить что-то подобное, ты должен продумать абсолютно каждую мелочь. Например, что ты возьмешь с собой? Ангел задумался, явно не ожидав такого вопроса. — Телефон, зубную щетку, немного одежды, ах, да, зарядник… — Так. И что дальше? Ты вышел на улицу. Что будешь делать? Ступор и задумчивый взгляд. Тэхен понятия не имеет, как выживать в мире людей. — Пойду куда-нибудь… — он уже не выглядит таким уверенным, — Меня пустит кто-нибудь к себе пожить, если я пообещаю заплатить потом? — Тэхен, — Чонгук мягко взял его за руку, — Я понимаю, что ты сильный, но ты слишком мало знаешь об этом мире, чтобы выжить. Люди очень жестоки не только к ангелам, но и друг к другу. Я бы с удовольствием дал тебе свободу, если бы был уверен, что ты справишься. — Значит, не веришь в меня? — ангел горько усмехнулся. — А ты сам-то уверен, что справишься и не попадешь в беду? Только честно. Он тяжело вздохнул и сделал паузу, обдумывая его слова, пока Чонгук гладил кончики растрепанных со сна перьев. — Ну а как еще? — совсем тихо, уже без былой уверенности, — Это единственный вариант. — Ты можешь стать счастливым и свободным, не лишаясь крыльев. Просто нужно потерпеть и пока просто набираться сил. Тебе нужно привести в порядок мысли и психику. Поправить здоровье, узнать много нового об этом мире. Моя мама найдет тебе работу. Ты даже сможешь жить отдельно. Но пока стоит подождать. Я буду помогать тебе и защищать, как раньше. Моя служба безопасности постоянно следит за домом. — Сколько? Я чувствую, что мешаю тебе… — Тэхен, — Чонгук приподнял его лицо за подбородок, заставляя заглянуть себе в глаза, — У всех бывают дни, когда ничего не клеится. С тобой бывало такое, что ты держался, переносил тяжелые события, а потом срывался из-за какой-то мелочи? Например, уронил чашку, или порезал палец? Тэхен едва заметно кивнул. — А в нашем случае это была не мелочь. Я разозлился, потому что ты в очередной раз подверг себя опасности. И мне жаль, что я был с тобой настолько жестким. Я просто хочу, чтобы ты был осторожным и не попадался на глаза посторонним. И ты мне совсем не мешаешь. В его взгляде все еще безграничное доверие. Оно оказалось не настолько хрупким, каким Чонгук его представлял. Вместо ответа Тэхен вдруг обнял его, утыкаясь носом в шею и устроив холодные руки на спине. От такого жеста у Чонгука перехватило дыхание. — Я не хочу расставаться с тобой. Это очень странно, знаю, но… — шепчет, почти задевая губами его кожу и вызывая мурашки, — Мне ни с кем еще не было так хорошо. Мне было так больно, когда ты сказал, что это не мой дом. Я знаю, но… я еще нигде не чувствовал себя как дома, кроме этого места. — Это твой дом тоже, хорошо? Просто давай уважать просьбы друг друга. Если мы живем в одном доме, важно делать так, чтобы нам обоим было комфортно. Я никуда тебя не выгоняю. В последнее время, когда ты появился у меня, я почувствовал себя намного счастливее. Ты практически стал моей семьей. Мне хочется радовать тебя, проводить с тобой больше времени, приходить с работы раньше. И я очень не хочу терять тебя. — И я тебя… — Тэхен обнял его крепче и тяжело выдохнул, — Он теперь знает, где я… — Я позабочусь о твоей безопасности. Его больше здесь не будет. Все хорошо. Я обещаю сделать все возможное, чтобы он до тебя не добрался. Ангел слегка отстраняется, и Чонгук тут же легко чмокает его в лоб. По-другому с ним просто невозможно. — Почему ты целуешь меня в лоб? — Тэхен озадаченно хмурится. — Тебе неприятно? Я не буду так делать, если тебе это не нравится. — Нет, наоборот, мне приятно. Но от этого странное ощущение. — Где? В чем дело? — Вот тут, — он слегка похлопал себя по груди, — Мое тело странно на это реагирует. — Все в порядке, это нормально, — Чонгук не сдержал смех, глядя на то, как ангел пытается разобраться в своих чувствах, — У нас с тобой остыл завтрак. Надо будет как-то ненавязчиво подтолкнуть его к пониманию. — Я не хочу есть… — Тебе и нельзя сейчас много. Пару ложек, хорошо? — Угу… — Чонгук уже встал, когда Тэхен вдруг потянул его обратно, — Полежим еще? — После еды, ладно? У нас сегодня нет прислуги, чтобы разогревать все по несколько раз. — Чонгууук… — тянет лениво, так и оставаясь на кровати, — Может не будем есть? — Я уже все приготовил, — тянет ангела обратно и в итоге просто подхватывает на руки. Несмотря на худобу, ангел все еще очень тяжелый. Учитывая массу крыльев, он весит почти как сам Чонгук. Но это не мешает Чонгуку, хоть и с трудом, донести его до лестницы. — Ну ладно, хватит, я вижу, что тебе тяжело, — Тэхен тихо хихикает и спрыгивает на пол. Чонгук весь мир готов отдать за его улыбку. *** Когда на следующее утро Чонгук уже надевает пальто у выхода, Тэхен, встав из-за стола, вдруг обращает внимание на мелкие снежинки, кружащиеся за окном. Еще раньше он заметил необычно белый свет, наполнивший дом, но не предал ему значения, слишком глубоко погрузившись в свои мысли. Но теперь, когда он наконец заметил снег, восторг вытеснил из головы все остальное. — Там снег! — он побежал к выходу и торопливо натянул кроссовки, едва не сбив Чонгука с ног, — Хочу погулять! — Я совсем забыл купить тебе более теплую одежду… Надень шапку. И недолго, хорошо? — Можно взять Бама? — Ему тоже нужна обувь в такую погоду, а она где-то… — Джиен, выведи мне Бама, пожалуйста! Я хочу успеть погулять, пока не закончился снег. — Да, конечно! — послышалось откуда-то со стороны столовой, и Тэхен торопливо натянул шапку. — И шарф, — Чонгук плотнее укутал его в большой голубой шарф и внимательно осмотрел с ног до головы. — Хотел бы я погулять с тобой… Его радость так заразительна, что невозможно не поддаться соблазну. Так что Чонгук торопливо достает телефон. — Чимин, доброе утро. Перенеси брифинг на полчаса позже. Скажи, что из-за сложных погодных условий, — и подмигивает Тэхену, который довольно улыбается, — Они будут только рады. И сам спокойно попей кофе. Чимин — единственный, кому легко сходит с рук шутка про прогулку с Тэхеном, которую тот отпускает в ответ на такую просьбу. Только ему позволено быть посвященным в жизнь босса настолько глубоко. — Идем гулять, — Чонгук сбрасывает строгое пальто и меняет его на теплую куртку, — У нас есть полчаса. Тэхен с восторгом бежит за ним и, едва ступив на крыльцо, подставляет лицо мелким колючим снежинкам. Они оседают на теплых щеках, щекоча кожу, и ангел счастливо улыбается, впервые за всю жизнь выйдя на улицу в снежную погоду. Осматривает уснувший сад под еще совсем тонким белым покрывалом, так и хочет пробежаться среди заснеженных ветвей. Дыхание вырывается паром, морозный воздух пахнет так вкусно и особенно, что хочется вдыхать его полной грудью. Снежинки тут же оседают на черных перьях, покрывая их легкой вуалью, а Тэхен спешит набрать снег в ладони, собрав его с перил. Он сразу тает в руках, и ангел, смеясь, стряхивает воду. — Да постой ты, вот варежки! — Чонгук торопливо проталкивает его руки в тепло и позволяет набрать в ладони снег еще раз, чтобы Тэхен наконец смог разглядеть снежинки. — Они такие красивые! — ангел принимается ловить их языком, и Чонгук, смеясь, обнимает его сзади, стараясь согреть крылья. Он и сам начинает радоваться, как ребенок, глядя на то, как счастлив Тэхен, который наконец-то почувствовал все прелести зимней прогулки. — Ты… греешь крылья? –он оборачивается, смеряя Чонгука удивленным взглядом, — Крылья почти не чувствуют температуру! Почти как волосы! — и смеется, читая в его глазах искреннее недоумение. — Правда? Совсем не мерзнут? — У тебя мама ангел, как ты мог этого не знать? — Тэхен оборачивает его в кокон из крыльев и улыбается, — Это я тебя должен греть! Перья достаточно плотные и хорошо сохраняют тепло. Чонгук обнимает его за талию, крепче прижимая к себе, и чувствует такое тепло внутри этим морозным утром, что не может перестать улыбаться. — Ты такой милый в шапке и шарфе! Ну просто чудо! — гладит щеку, сняв одну перчатку, и не может отвести взгляд от искрящихся счастьем глаз. Кто бы мог подумать, что для счастья ангелу нужно так мало? — Ты тоже милый! И почему ты сам без шапки? — Тэхен прикрывает руками его уши и смахивает снежинки с темных волос. Смотрит в глаза с такой заботой и благодарностью, что Чонгук от переполняющих чувств забывает, как дышать. Наконец-то он снова чувствует себя живым. И любимым. Когда Тэхен на эмоциях вдруг чмокает его в губы, он не может поверить в произошедшее. Сердце замирает, как и ангел, видимо, сам удивленный своими действиями.Оба так и смотрят друг другу в глаза, деля одни и те же эмоции на двоих. Ситуация, кажется, требует объяснений, но оба не спешат ничего говорить. Да и что тут можно сказать? Тэхен наверняка и сам в шоке. — Бам! — он чуть не падает, когда пес, поскользнувшись в непривычной обуви на плитке, врезается в него с довольным лаем, и наконец переключает на него все внимание, отряхивая черные бока от снега. Так и оставив Чонгука стоять и пытаться осознать произошедшее. Было ли это проявлением простых эмоций, или ангел выразил более глубокие чувства? Остается только гадать, наблюдая, как его счастье веселится с Бамом, который радуется снегу не меньше ангела.