Slice of your pie

Сара проснулась под раздражающий писк электронного будильника и перевернулась на спину, чтобы его вырубить. Зелёные палочки сложились в шесть пятнадцать. Сара хрипло застонала и села на кровати, стирая с лица паутину сна. За поднятыми жалюзями разгоралось утро. Натянув широкие домашние штаны, девушка отправилась в ванную и поплескала в лицо ледяной водой. Из мутноватого зеркала на неё смотрела непричёсанная, до неприличия бледная девушка. Под глазами залегли тени. Спустившись вниз, Сара прошла через гостинную напрямик к кухонной арке и открыла холодильник. С минуту таращилась на до отказа забитые полки, а потом, пока никто не видит, приложилась прямо к пакету с апельсиновым соком, запрокинув голову. – Выглядишь, как шлюха. Сара поперхнулась и резко обернулась, кашляя. – Ирэн?.. Ничего подобного от мачехи она никогда не слышала, несмотря на их натянутые отношения, Ирэн на её памяти вообще не произносила слов крепче, чем «ублюдок». Женщина стояла у окна неподвижно, как манекен, её лицо было в тени. Сара нервно сглотнула, чувствуя нарастающее волнение. Странное ощущение неправильности не отпускало. – Сара? Девушка обернулась. Ирэн, сонно потирая глаза, стояла в арке, закутанная в большой махровый халат. У окна никого не было. – Доброе утро, Сара. – слегка испуганно поздоровалась мачеха. – Доброе утро. Девушка проследила, как женщина подходит к плите, достаёт сковородку, наливает масло... – Что я тебе говорила по поводу сока? – А? – Сара только сейчас вспомнила про пакет в своей руке и, будто очнувшись, полезла в посудный шкафчик за стаканом. – Что никому не нужны мои микробы. – Именно. Зашкворчали разбитые яйца, забурлила кофеварка. Кухня наполнилась привычными домашними звуками. Женщина в халате с закатанными рукавами помешивала бекон, напевая под нос какой-то старый мотивчик, потом наманикюренным тонким пальцем заправила за ухо бледно-рыжую прядь. Это была Ирэн. Её Ирэн. «Выглядишь, как шлюха.» А та, у окна.... Что это вообще было? Может, сок испортился? Сара отпила из стакана, убирая пакет в холодильник. Да нет, нормальный. Так, надо успокоиться. Девушка сама, без указки, начала накрывать на стол под удивлённым взглядом мачехи. Да так и застыла с неразложенными вилками в руке. Тоби. Тоби! Ведь его вчера... – А вот и ма-а-ама! – в кухню вошёл Роберт, держа одетого в синие ползунки Тоби. В руке у мальчика была погремушка. – Сара, тебе нехорошо? – Ирэн раскладывала бекон по тарелкам, взволнованно поглядывая на падчерицу. – Да окно на ночь плохо прикрыла, протянуло, наверное, пока спала. Все уже расселись, когда Сара снова застыла с насаженным на вилку куском яичницы у рта. Она не помнит, как ложилась спать. Может, она не спускалась к Тоби и просто вырубилась, когда взлослые ушли? И не ходила в душ... Ванная. Зеркало. У неё по утрам такие встрёпанные волосы, когда она засыпает с мокрой головой. – Сара, сходи померяй температуру. Может, стоит вызвать врача? – Снова Ирэн. Непривычно заботливая, но настоящая. – Да, пожалуй. Девушка отложила вилку и пошла на второй этаж, в ванную. Аптечка в зеркальном шкафчике... Ванная. Зеркало. Отражение. Мужчина. Горячая вода обожгла руки, поднялся пар. Сара чертыхнулась и взглянула на зеркало. «Забудь о ребёнке». Мылом. Ребёнок. Ночь. Пустая кроватка. Мужчина в зеркале. Человек в кресле. «Я хочу, чтобы гоблины забрали тебя прямо сейчас!» – Чёрт... Градусник показывал положенные тридцать шесть и шесть, да и чувствовала себя Сара как всегда, за исключением провала в памяти. Приснилось. Ей всё точно приснилось. А надпись на зеркале – дурная шутка, тем более что там уже ничего нет. – Сара, одень Тоби! – донеслось снизу. Девушка спустилась и вошла в спальню Ирэн и Роберта. Тоби сидел на кровати в окружении разложенной одежды. Ирэн красилась у зеркала. И совершенно не замечала взгляд Тоби. Жуткий. Прямой. Недетский. Жёлтые звериные глаза вместо младенческой синевы. У Сары волосы на голове шевелились, пока она одевала обычного, на первый взгляд, ребёнка. А Ирэн беззаботно подхватила мальчика на руки, воркуя: – Сейчас мама отвезёт тебя к няне, а сама поедет на работу, да, зайка? И глаза у него были обычные, синие. Сара бездумно закрыла входную дверь на внутренний замок и осталась совершенно одна в непривычно огромном и холодном доме. *** Крашеная блондинка сидела на коленях перед проигрывателем и перебирала разбросанные по полу пластинки. – Может, их? – она приподняла обложку одной из пластинок, где в полумраке белели две маски. – Как хочешь, Микки. – безразлично ответила Сара, закидывая руку на лоб. Жалюзи были плотно закрыты и модный «маллет» Микки золотился в жёлтом свете торшера, стоящего в углу. Игла запрыгала по самому краю, пластинка зашипела, а после тишину прорезала уверенная гитара и чёткие барабаны. Почти сразу вклинился резкий высокий голос. Ритм изменился, добавился нетипичный, хорошо слышный бас. Сара, хоть и чувствовала себя вымотанной, начала непроизвольно покачивать ступнёй в такт.

Fireflies and dogfights

Runnin' hot in the heat

– Мик, сделай громче, – попросила она. Та послушно выкрутила колёсико громкости, села, прислонившись спиной к кровати. Сара видела, как «маллет» подпрыгивает от резких движений головы.

My heart's in the country

My feet's in the city with you

Мик запрокинула голову и улыбнулась. Сара, унесённая мощным гитарным потоком куда-то далеко, всё же отметила, что у неё глаза необычного голубого оттенка. Красивые.

So I take a swig of whiskey

Jump into the saddle with you, you, you

And I just can't seem to break

The shackles of the city boy blues

– Даже не верится, что мы в среду едем на их концерт. Уже придумала, что наденешь? – А? Концерт? – Сара совершенно не помнила ни о каком концерте. – Да, детка, концерт в соседнем городе, – Мик усмехнулась, – только я и ты, никаких родителей. Она встала, плюхнулась на кровать к стенке и устроила свои ноги поверх Сариного живота.

All my neighbors think I'm crazy

And my girl thinks I'm losin' my cool, cool, cool

«Ты и я». Прозвучало слегка двусмысленно. – Эй, подруга, чего краснеешь? Это тебя так с одной банки джина развезло? Сдаёшь, зайка.

And I just can't seem to break

The shackles of the city boy blues

Well, I got the city boy blues

Well, I got the city boy blues

Микки соскочила и открыла окно на проветривание. Тут же повеяло холодом – погода стояла совсем не летняя, несмотря на начало июля. – А что у вас с Майком? – Мик, пританцовывая, поправляла макияж перед зеркалом. Сара некоторое время смотрела на её покачивания обтянутыми в короткую джинсовую юбку бёдрами, а потом честно ответила: – Трахаемся. Подруга расхохоталась и взялась за расчёску. – А как же бабочки в животе, светлое чувство любви и свидания в парке с робкими поцелуями в щёчку? Тут засмеялась уже Сара. – Ну не приличная я девочка, что поделать.

I got the city boy blues

Got the blues, got the blues

Hey yeah, city boy blues

Hey yeah

Да, приличные такое не слушают. – Сара. – М? Мик повернулась к ней, бесстыдно стянула домашнюю майку, под которой ничего не было, и, пока Сара таращилась на её грудь, встиснулась в подхваченный со стула блестящий топ. – Прогуляемся?