Slice of your pie

Они сидели вокруг проигрывателя, как вокруг доски Уиджи , – скрывающие напряжение за напускным весельем. Сара попросила поставить что угодно, только не Mötley Crüe. После объяснения причины столь внезапной неприязни раздался громкий хохот: – Серьёзно?! На Сикса?! Он похож на него?! – Иззи, хорош ржать! – воскликнула уже отсмеявшаяся Мик, перебирающая пластинки. Сара сидела в белой майке Мик и всеми силами изображала смертельную обиду, хотя ей и самой стало смешно – впервые за неделю. – Офигеть у тебя предпочтения, Сара, – продолжал забавляться Иззи. – Хотя, было бы интереснее, если бы он был похож на Мика... Тут Сара прыснула со смеху, не выдержав. Когда веселье поутихло, Мик триумфально извлекла из-под груды пёстрых обложек новую, ещё в плёнке, пластинку. – Совсем забыла, у меня же есть новый альбом Боуи! – похвасталась она, подцепляя плёнку ногтем. – Ну, почти новый... Завертелась пластинка. – Иззи, можно неудобный вопрос? – Сара подтянула колени к груди и обхватила руками. Этот вопрос мучил её с набережной. – Валяй, – пожал плечами парень. – Почему ты мне помогаешь? Тот невесело ухмыльнулся. – Классическая история: пострадал сам, теперь помогаю таким же придуркам. У меня была сестра, на два года младше... *** 1985 – Лиз, ты заебала краситься, Фреду плевать, какого цвета у тебя веки, меня парни ждут! Иззи поставил ногу на гитарный кейс и уставился в бормочущий телек. – Не плевать! – по скрипучим ступенькам громко сбежала Лиз и перевесилась через перила. Рыжие хвосты качнулись. – Значит, он уёбок, и любит тебя только за внешность, – констатировал её старший брат и поднялся с продавленного дивана. – Ой, свою неформальную мораль ты можешь засунуть себе в задницу, рокер недоделанный. – Лиз по-детски показала язык. Иззи вздохнул. – Если у нас с парнями всё выгорит, маме больше не придётся работать, а тем более выходить в ночные смены. И тебе, малолетней дуре, тоже. Сможешь шататься с мужиками сколько угодно. – Да? Что-то сейчас ты нихуя не зарабатываешь, – дёрнула плечом сестра. – Зарабатываю, – возразил Иззи. – Кто купил новую плиту, а? – Ой, да ты всё равно бездарность! – беззаботно воскликнула Лиз, огладив юбку. – Выметайся давай, а то Дэн уже спит, и Фред скоро придёт... Её зелёные глаза мечтательно затуманились. – Было бы проще, если бы я был бездарностью... – вздохнул Иззи, и ушёл в ночь. *** – Я ушёл тогда, чтобы они не чувствовали лишений, а лишился их всех... Это был последний раз, когда я видел Лиз и Дэна живыми. Когда я утром вернулся домой, Дэна нигде не было. Я только потом понял, что он пропал уже за несколько дней до, а Лиз и мама... *** Возле дома стояли полицейские машины. Конечно, его пустили. Он взбежал на второй этаж через две ступеньки, растолкал людей в форме и увидел то, что будет являться ему в кошмарах ещё очень долго. Тело матери болталось в петле, с одутловатым, чужим лицом, а Лиз... Лиз умерла во сне. Такая же, как обычно, только бледная, казалось, стоит поцеловать её в лоб, и она проснётся... Но она уснула навсегда, о чём красноречиво сообщало первое трупное пятно. *** – Фред не пришёл тогда, загулял с кем-то. У меня – прочнейшее алиби. – А твою маму... Это тоже из-за него, да?.. – осторожно спросила Сара. Мик молча встала и начала шарить по карманам джинсовки, висящей на гвозде, в поисках сигарет. – Нет, она сама. Отец Дэна бросил её недавно, работа, дом... А тут разом потеряла двоих детей: один исчез, вторая наглоталась таблеток... – Таблеток? – По официальной версии. Никаких таблеток там не было, а вот кусков стекла – предостаточно. И воздух такой... Заходишь в дом, а он стоит будто в другой реальности. Сара понимающе кивнула. – Пожил у тётки, потом дом продали и переехали с парнями в одну развалюху, но зато в город побольше. Вплотную занялся музыкой, а заодно – этим гадом. Просиживал вечера в библиотеке. Мик затянулась. – И кто он? – спросила она, выпуская дым. Иззи задумался. – Ну, что-то вроде языческого бога. Гоблин. – наконец ответил он. – По истечении некоторого срока, все дети, которых он украл, превращаются в гоблинов – его слуг. А девочки... Никто не знает. Известно только, что он соблазняет их исполнением желаний, морочит голову иллюзиями. Сами знаете. – Знаем, – эхом откликнулась Сара. – Давайте ложиться, а? – Предложила Мик, открывая окно. Сигаретный дым пополз из комнаты. – А завтра, как только Сарины предки свалят, надерём этому педофилу зад.