Три новых года до счастья

Я уехал из Нью-Йорка через неделю после нашего с Бейкером разговора, и хоть мы ничего конкретного не решили, мне стало полегче. Хорошо все-таки, что я смог объясниться с альфой и узнать его намерения. Ему, на удивление, немного требовалось. Он звонил мне сам пару раз за эту неделю, и мы разговаривали о всякой ерунде: о фестивале хот догов, о неудобности залов ожидания в аэропорте, о чрезвычайно жарком лете. Эти разговоры отвлекали меня и позволяли привыкнуть к присутствию Бейкера в моей жизни. Он, видимо, надолго в ней обосновался. В августе мне пришло приглашение на закрытый показ — фильм был готов. Уф, еще один волнительный момент! Интересно, как там все получилось? Как будет выглядеть полностью смонтированный фильм с озвучкой и спецэффектами? Восторженный Шейн, позвонивший мне, задавал такие же вопросы, и мы договорились отправиться в кинотеатр вместе. Во мне все еще бурлила эйфория, хотелось с кем-то поделиться своей радостью, и я решительно набрал номер Бейкера. Он ответил почти сразу, будто у него не было никаких дел. Я, вообще-то, до сих пор не знал, чем конкретно альфа занимается. — Стивен, добрый день. Рад вас слышать! У вас все хорошо? — Да, более чем. Просто мне пришло приглашение на предпоказ, — я вдруг подумал, что Бейкер в курсе. Он, наверное, первым получил такое же. — О, это прекрасно! Значит вы приедете? — с затаенной надеждой поинтересовался Бейкер. — Конечно, — фыркнул я. От тона альфы исчезла вся моя неуверенность. Он действительно был рад меня слышать. — Ни за что не пропущу такое событие! Мне очень хочется увидеть конечный результат. Я первый раз участвовал в процессе, это, конечно, тоже фантастика, но вот что получилось… После обработки, после озвучки и со спецэффектами думаю, это будет грандиозное зрелище. — Я тоже думаю, что так будет. Но в центре все равно история, ваша история. Без такой чудесной истории не было бы фильма. — А, фу! Вы мне льстите, — пробормотал я, заливаясь румянцем. — Нисколько. Мне нравится, как вы рисуете, и нравится, что вы в одиночку придумываете все: и сюжет, и рисовку. Это, наверное, сложно? — поинтересовался Бейкер. — Ну вообще да, но я просто не могу поделиться своей работой с кем-то! — эмоционально воскликнул я. — Тогда мой комикс будет не мой. Понимаете меня? — Понимаю, — отозвался альфа. — Вы перфекционист. И в какой-то мере это неплохо. — А в какой плохо? — выпятил я нижнюю губу, хоть Бейкер и не видел моей живой мимики. — Плохо в том, что вы тащите все на себе. Иногда стоит делегировать полномочия. — О, узнаю большого начальника. И ничего я не тащу. — Стивен, вы несколько раз засыпали на озвучке, — ласково протянул Бейкер. — И постоянно характерно разминали шею. — Ну… — вынужденно согласился я, — возможно, я очень увлекающаяся натура. И иногда рисую допоздна. Точнее до утра. — За вами нужен глаз да глаз, — вздохнул Бейкер, — чтобы напоминать вовремя поесть и лечь спать не позднее трех часов. — Я сова, мне комфортнее работать ночью. — Но спать тоже иногда надо. — Мы тут вряд ли придем к согласию, — пропыхтел я. — Если у меня поперло вдохновение, я должен рисовать. Иначе — застой. — Я понял, — отозвался Бейкер. — Значит буду искать другие способы соблюдения вашего режима дня. Я распахнул рот от удивления и уставился в пространство. Это что сейчас такое было?! Подкат? — Стивен, — забеспокоился Бейкер из-за моего продолжительного молчания, — я сказал что-то не то? — Нет-нет, — поспешил успокоить его, — все нормально, просто немного неожиданно такое слышать. Ведь мы не… — Я помню. Простите, что не сдержался, — альфа прозвучал как-то расстроенно, а я испытал чувство стыда, хотя, отчего бы? А Бейкер, между тем, видимо встряхнулся, потому что следующий вопрос задал уже обычным, нормальным голосом: — Вы планируете остановиться в том же отеле, что и обычно? — Да, там довольно удобно, — я тоже взял себя в руки, — и цены приемлемые. Хоть и плачу не я. — Что ж, это хорошо, — проговорил альфа, и мы надолго замолчали. Я не знал, что сказать, немного сбитый с толку признанием Бейкера. Он, наверное, искал какие-то слова, которые я не восприму в штыки. Но никто не завершал разговор. Пауза была долгой и невероятно неловкой, а я лихорадочно пытался найти новую тему для беседы и вдруг совершенно неожиданно выпалил: — Какой суперспособностью вы бы хотел обладать? — Что, простите? — опешил Бейкер. — Ну… раз уж я рисую супергероику, то это вполне закономерный вопрос. Так какой? Суперсилой, суперскоростью, рентгеновским зрением? — Это всё характеристики Супермена. — О! А вы, наверное, Бэтмен? — поддел я Бейкера. Этот мой вопрос нас немного оживил, расшевелил и позволил поболтать подольше. Бейкер рассмеялся. — Нет. Человек — летучая мышь мне не нравится. И потом, вы спрашивали про силу… Сила Бэтмена — деньги. — Пока совпадает, — хмыкнул я. — Мне больше нравятся способности Рида Ричардса, — со слышимой в голосе улыбкой говорит Бейкер. — Да? — удивляюсь я его странному выбору, а потом до меня доходит: — Оу! И до альфы, видимо, тоже. — Нет! — восклицает он. — Не в том смысле! Вы не о том подумали! — Откуда вы знаете, о чем я подумал? Я думал исключительно об эластичности Ричардса. — Стивен! — простонал Бейкер и без особой надежды уточнил: — Мне теперь не отмыться? — Не знаю — не знаю, мистер Фантастик, — продолжил веселиться я. Это действительно было забавно — слышать в голосе Бейкере досаду и чувствовать, как он краснеет. Держу пари, он сейчас как помидорка! — Ладно, оставим меня, со мной все ясно, — наконец протянул альфа. — А вы чем бы хотели обладать? Телекинезом? — Нет, это для Марси. Мне больше нравится идея летать, — мечтательно заметил я. — Как Супермен? — Многие супергерои умеют летать. Для некоторых это просто дополнительная функция к чему-то основному. А вот мне всегда казалось, что полет сам по себе охренительная такая способность. Мне всегда хотелось уметь летать. Чтобы, знаете, в любой момент взять и улететь. Куда угодно. Хоть в ближайший магазин, хоть в другую страну. А что, это удобно! — Совершенно с вами согласен. Полезная способность. Гораздо более полезная, чем моя, — хмыкнул Бейкер. — В выбранной вами тоже есть несомненные плюсы, — я старался говорить серьезно, но смешки все равно пробивались наружу. — В сантиметрах. И засмеялся, с удовольствием слушая в ответ раздосадованный стон альфы. Вдоволь отсмеявшись и смахнув из уголков глаз слезинки, я смог выговорить: — Большое спасибо за разговор, Эван, мне просто жизненно важно было с кем-то поговорить. — Всегда пожалуйста, Стивен. Я рад, что вы мне позвонили. Если вам понадобится что-то еще — звоните в любое время, — отозвался Бейкер. — Спасибо, — прошептал я, — пока. И быстро скинул вызов, намеренно не дожидаясь ответного прощания. Ведь если альфа ответит тоже «Пока», это будет означать некоторый крохотный шажок в наших с ним «отношениях», а я пока этого не хочу. Ну, то есть хочу, но не могу себе в этом признаться. Нужен какой-то толчок.

***

Для предпоказа сняли роскошный кинотеатр АркЛайт, нагнали журналистов, организовали фуршет. К моменту, как мы с Шейном приехали, в фойе толкалось уже порядочное количество человек. Наш режиссер беседовал с кем-то, рядом с ним крутился босс из НоваФильма, по соседству Вермонт раздувался от гордости перед камерой, и Шейна тоже очень быстро взяли в оборот, разделив нас. Я отошел к столикам с шампанским, наблюдая за другом издалека. Что ж, мне не очень обидно, так, процентов на сорок. Но ничего страшного, это ведь не премьера, это просто показ черновика. Если фильм не одобрят, он отправится на доработку и премьеру, запланированную на сентябрь, отложат. Роберта сегодня не было, и кроме Шейна я ни с кем тесно не общался. Поздоровался с кем-то из съемочной группы и стал ждать друга, прогуливаясь у витрин с костюмами из какого-то мюзикла. В АркЛайт периодически проводились выставки костюмов и реквизита, и сейчас пришло время «Лака для волос». Мне в свое время фильм не понравился, но костюмы посмотреть вблизи было занятно. Интересно, наш фильм когда-нибудь удостоится своей выставки? Я вдруг подумал, что у Марси нет своего супергеройского костюма. Какое досадное упущение! Вторая часть комикса была почти готова, но концовку я еще могу изменить, подсунув Марси ткань и иголку с ниткой. И это будет просто бомба. Комикс завершится на такой неоднозначной ноте, ведь на протяжении всего повествования Марси не стремится становиться борцом со злом, а в конце на тебе! Перед глазами замаячила третья часть, у меня даже руки зачесались в предвкушении работы. Надо срочно записать свои идеи, пока я их не забыл. Тут, кстати, и любовную линию можно включить. Можно даже Дрейка вернуть в качестве злодея. Скинуть его в чан с кислотой и готово. Я мстительно похихикал — после кислоты на его изуродованное лицо можно будет нацепить маску и злорадствовать над Вермонтом, который жутко не любит, когда его лицо чем-то закрывают. Что ж, на такое кинопродолжение я согласен. Надо будет позвонить Роберту и обрадовать его и боссов НоваФильм. Они получат, что хотели. — Ты чего скалишься? — возник передо мной Шейн. — Настроение хорошее, — беззаботно отозвался я и улыбнулся еще шире. — У меня тоже, — друг меня обнял и заозирался: — Тут классно. Что тут есть еще интересненького? — Шампанское. — О! То, что надо! — и Шейн потащил меня к столикам. Зальчик в кинотеатре был не слишком большой, и свободных мест почти не было. Неудивительно: почти вся съемочная группа, актеры, журналисты, продюсеры… К счастью, обошлось без вступительных речей: погас свет, загорелся экран, и сразу, без рекламы, начался фильм. Первый раз смотрю кино в кинотеатре без обязательного блока рекламы в начале. Это круто, надо признаться! Не знаю, как другие, но я просидел все два часа, пока шел фильм, с раскрытым ртом, настолько все оказалось шикарно. Мне понравилось буквально все: игра актеров, операторская работа, музыкальное сопровождение, спецэффекты. Их-то на стадии монтажа я не видел, и когда снимали кадры в павильоне, было сложно понять, где будет бдыщь, и какой силы будет ба-бах. Но теперь все встало на свои места. И это был мой комикс. То, что я нарисовал, ожило, заговорило и задвигалось. И под конец фильма, от осознания реальности происходящего, я расплакался. Тупо смотрел в экран, а из глаз у меня бежали слезы. Это не сон, это происходит на самом деле. — Вау! — только и смог выдохнуть Шейн, когда все закончилось, и зажегся свет. — Эй, Стивен! Друг тронул меня за плечо, заметив, что я плачу. — Все нормально, — я улыбнулся ему, но мой голос дрогнул от переизбытка эмоций, — просто я до сих пор не могу поверить, что все получилось. — Все получилось, — друг сжал мне руку, а потом заключил в объятия. Пришлось подняться с кресел, но все вокруг обнимались, так что мы никому не мешали. После показа в ресторане при кинотеатре был банкет и вот тут уже без речей не обошлось. И пока мы втягивались всей толпой в двери, я успел заметить внутри Бейкера, и сердце у меня екнуло. А на губах опять заиграла улыбка — я был дико рад его видеть. С прошлого раза мы больше не разговаривали, но альфа писал мне сообщения с пожеланием хорошего дня или в три часа ночи желал приятных снов. Я обычно ему отвечал, что спать еще не собираюсь, а Бейкер присылал на это грустные смайлики. Мысли о третьей части комикса, поулегшиеся в голове во время просмотра фильма, снова запрыгали по черепной коробке, и мне срочно захотелось подойти к Бейкеру и рассказать, до чего я додумался, но я сдержался. Кивнул ему в знак приветствия, светя улыбкой как ненормальный. С удовольствием отметил его удивленное лицо и гордо прошествовал к своему месту, которое, естественно, оказалось рядом с Шейном и за одним столом с Бейкером. О, это прекрасно! Я весь банкет смогу на него пялиться и смущать взглядами. Торжественные слова босса из НоваФильм я пропустил мимо ушей, не вслушиваясь в стандартные фразы про успех и тяжелый труд, а вот интересующего меня альфу послушал. Бейкер оправил пиджак, застегнул пуговицу, заставив одежду сидеть по фигуре, и начал: — Присоединюсь ко всему ранее сказанному и добавлю, что успеха невозможно было добиться без вас всех. Каждый был на своем месте и сделал все возможное для нашего фильма. Талантливые актеры очень точно воплотили образы героев. Гениальный режиссер смог запустить сложнейший процесс создания фильма. Операторы, осветители, звукорежиссеры сделали наш фильм четким, цветным и говорящим. И вообще каждый за этим столом постарался на славу. Но особо я хочу отметить человека, без которого бы точно не было никакого фильма. Без создателя комикса, без Стивена Брио. Все обернулись ко мне, а я покрылся красными пятнами. Бейкер ловко выставил меня на первый план. — Спасибо за ваш труд, Стивен, — альфа отсалютовал мне бокалом и выпил. За ним последовали все остальные, сочтя своим долгом сказать мне «спасибо». На некоторое время наш стол потонул в гуле голосов. Бейкер уже с места еще раз мне кивнул и занялся салатом. У, засранец! После такого смущающего начала дальше вечер пошел гладко и спокойно. Люди вокруг шутили, смеялись, ели и пили. Особенно пили. Часа через полтора притушили свет, и все стали сползаться в центр зала на танцпол. Мне танцевать особо не хотелось, меня больше смущало, что Шейн таинственным образом улизнул из-за стола под шумок минут десять назад и до сих пор не появился. Мой друг, возможно, хлебнул лишнего и как бы чего не натворил, о чем будет потом сожалеть. Поэтому я отправился на поиски. Бейкер, беседующий с режиссером, проводил меня взглядом. Я двинулся сразу в сторону туалетов, потому что куда еще, и очень быстро наткнулся на целующуюся парочку. Ушел бы, наверное, чтобы не мешать, если бы действующими лицами в этой пикантной сцене не оказались Шейн и Вермонт Де ла Мар. Он зажал моего друга у стены и со страстным остервенением вгрызался ему в губы, попутно тиская за задницу. Сколько, интересно, Шейн выпил, раз позволил подобному случиться? Он, конечно, взрослый мальчик и все такое, но Вермонт — последний человек, с кем у него должен случиться секс. Несколько минут удовольствия не перекроют последующую горечь и отвращение к себе. Я должен спасти друга. — Что вы такое творите?! — воскликнул я достаточно громко, чтобы отвлечь голубков. Де ла Мар глухо зарычал и обернулся, смерив меня взглядом. Он выглядел жутко недовольным. — Проваливай, продюсерская подстилка! — прорычал он. — Обязательно, только Шейна заберу и свалю. Шейн! — Малыш остается, — осклабился альфа и плотнее вжался бедрами в Шейна. Тот всхлипнул и потерся в ответ. — Шейн, тебе это не надо! — попробовал воззвать я к разуму друга. — Малыш сам разберется, что ему надо, — ответил вместо Шейна Вермонт. — Отпусти его, — попросил я альфу, — а не то я позову охрану. — Он уже совершеннолетний, — Вермонт не собирался сдаваться без боя. — Может находиться где и с кем хочет. — Шейн! Ты явно этого не хочешь и потом будешь сожалеть. Пойдем со мной! — Отстань, Стивен, — прохныкал Шейн, потому что коварный Вермонт стал толкаться вперед, проезжаясь по паху своего «партнера». — Я не буду сожалеть, я хочу этого! — Ты слышал его? — злорадно ухмыльнулся Вермонт. — Малыш хочет остаться со мной и получить свой долгожданный оргазм, а потом отсосать мне. Проваливай! — Ладно, — вздохнул я. — Если тебя не страшит охрана, тогда я сейчас позвоню Бейкеру. — Что он мне сделает?! — запальчиво выкрикнул Вермонт. Он пытался выглядеть нормально, но чувствовалось, что одно упоминание Эвана Бейкера заставляет Вермонта трястись от страха. — Не знаю, — я показательно медленно вытащил трубку из кармана. — Давай позвоним и узнаем. — Да пошел ты, сученок! — выплюнул Де ла Мар мне в лицо, отлепился от Шейна и быстро убежал по коридору прочь. Я вздохнул, схватил друга за руку и потащил за собой в туалет. Умыл его холодной водой, похлопал по щекам, приводя в чувство. — Какого черта, Стивен! — Шейн меня оттолкнул и смахнул с лица воду ладонью. — Тебе это было не надо, — покачал я головой. — Давай я сам решу, что мне надо, а что нет! Не лезь в мои дела! — ткнул он меня пальцем в грудь и тоже быстро унесся. — Ох, — привалился я к стене и легко побился лбом. Я знаю, что поступил правильно, и знаю, что Шейн сказал это все не со зла. Он просто пьян. Умыв и себя холодной водой, я неторопливо вернулся в зал, размышляя остаться ли мне еще или уже можно потихоньку трогать в отель. И почти убедил себя уехать, как ко мне подошел Бейкер. Он успел «потерять» пиджак и закатать рукава у рубашки, и я впервые видел его в таком неформальном прикиде. — Добрый вечер, Стивен. Наконец-то удалось до вас добраться. — Добрый, — улыбнулся я. У меня немного отлегло от души, и слова Шейна отодвинулись на второй план. — Как вам сегодняшнее мероприятие? — поинтересовался Бейкер. — И фильм? — Все просто замечательно! Вечер чудесный, а фильм… Я в таком восторге, что и словами не описать. — Это хорошо. Может, потанцуем? — предложил альфа и взглянул на меня с затаенной мольбой. В принципе, мой отъезд в отель подождет. Я подал Бейкеру руку, и он повел меня на танцпол. Там уже топтались с пяток пар, мы стали шестыми, и как раз музыка сменилась на медленную. Класс. Бейкер держал меня крепко и на комфортном расстоянии. Я чувствовал его тело, но мы нигде не прижимались друг к другу — альфа давал мне шанс для маневра. — Я был так рад, когда увидел сегодня вашу улыбку в начале вечера, — заговорил он, когда первая скованность пропала. Бейкер очень хорошо двигался: плавно, легко, спокойно. Уверенно вел, направляя меня в нужную сторону, и не наступал мне на ноги. Просто десять из десяти. — Только сейчас вы светитесь уже не так ярко, — продолжил альфа. — Что-то случилось? — Ничего особенного, — мотнул я головой, не желая возвращаться к недавнему происшествию. — Стивен, — мягко протянул Бейкер, и когда он так делал, я просто не мог устоять. — Ох, я помешал Шейну заняться грязным сексом в кабинке туалета, а он слишком резко на это отреагировал. — Зачем вы это сделали? — изумился Бейкер. — Не понравился его партнер, — сморщил я нос и пояснил на немой вопрос альфы: — Вермонт Де ла Мар. — Действительно не самый лучший кандидат, — согласился альфа. — Как он себя вел? — Никак не хотел выпускать свою добычу из рук. Пришлось пригрозить вами. Только это и помогло. Вы внушаете ужас даже на расстоянии. — Надеюсь, не вам? — Нет, мне вы нравитесь, — спокойно проговорил я, потому что эти слова сами слетели у меня с языка. — Я польщен, — Бейкер прижал наши сцепленные руки к своей груди. — Вы мне тоже безумно нравитесь. — А я думал, вы в меня влюблены, — фыркнул я. Это, наверное, алкоголь развязал мне язык. Сколько я успел выпить? Больше, меньше Шейна? Скорее всего, меньше, ведь пока не полез к альфе целоваться. Но целоваться не хотелось. Хотелось медленно перетаптываться под красивую музыку в центре банкетного зала ресторана АркЛайт. — Я не просто влюблен, я люблю. Поспешное признание, но мы с альфой просто на разных этапах наших отношений. Он знает меня на два года дольше, у меня же впереди еще пять месяцев, чтобы узнать его получше.

***

На следующее утро Шейн сам приехал ко мне в отель с покаянным видом и виноватой моськой. — Прости, Стивен! Я такой дурак. — Не без этого, — впустил я друга в номер. — Как голова? — Выпил таблетку, — отмахнулся Шейн, — пройдет. Ты на меня не сердишься? — Нет конечно. Ты же был пьян. — И все же! — воскликнул мой друг и поморщился от приступа головной боли. — Неужели я был настолько пьян, что разрешил этому козлу меня лапать?! — Мы по-прежнему можем его засадить, — нахмурился я. С Вермонта бы сталось облапать омегу и без разрешения. — Наплевать на него, — скорчил гримасу Шейн. — Лучше расскажи, как прошел твой остаток вечера. И желательно где-нибудь за завтраком. Я не успел ничего съесть. Проснулся и сразу к тебе поехал. — Ну пойдем поедим, — согласился я. Мы выбрали милое местечко и заказали себе почти половину меню бранча. Шейна мучило похмелье, я просто за компанию. — Ну так? — повторил друг вопрос и с удовольствием отхлебнул крепкий черный кофе. — М-м-м! Блаженство! — Да ничего особенного не было, — пожал я плечами. — Как только ты поставил меня на место (Шейн от этих слов скривился), я тоже был готов уехать. Но меня перехватил Бейкер и пригласил потанцевать. — Ты танцевал с Бейкером? — вытаращился Шейн и весь подался вперед, наваливаясь животом на стол. — И говоришь, что ничего особенного?! Я дернул плечом и занялся своими вафлями. Горячие, сладкие, со свежими ягодами — пальчики оближешь! — Стивен! — Шейн потряс меня за плечо. — Не будь обломщиком! Сказал «А», говори и «Б»! Подробности, мне нужны подробности. — Мы просто танцевали. Разговаривали. Какие подробности тебе нужны? Шейн изобразил руками что-то гигантское, словно говоря, что вообще любые и побольше. — Ну… Бейкер хорошо танцует, ни разу не наступил мне на ноги. — Так, ладно. А говорили о чем? — О вас с Де ла Маром. — Пф, хороша тема, — проворчал с набитым ртом Шейн. — И я сказал, что Бейкер мне нравится. Хорошо, что Шейн успел пережевать и проглотить бо́льшую часть еды, потому что остальное просто выплюнул в тарелку — так сильно я его шокировал. У него, казалось, даже похмелье прошло, потому что друг замахал руками и заговорил слишком громко для полуденного кафе. Народу было немного, но на нас все же стали смотреть с неодобрением. — Ты! Ты сказал, что он тебе нравится? Стивен, серьезно? — Шейн, поспокойнее, — попросил я, виновато кивая окружающим. — Да, я сказал, что Бейкер мне нравится. И я был совершенно серьезен. — А он что? — друг забыл про еду и горел желанием растерзать меня своими вопросами. — А он сказал, что любит меня. По лицу Шейна было видно, что его сейчас удар хватит — он был весь красный, с дико выпученными глазами и распахнутым в идеальной «о» ртом. — Ничего особенного? — замогильным голосом произнес он. — Это ты называешь «ничего особенного»? Ты мне вообще друг? — Конечно, — закатил я глаза на излишнюю драматичность Шейна. — Тогда почему такие важные новости ты сообщаешь мне мимоходом? Это же, блин, НОВОСТИ! — друг показал руками размер этих самых новостей. — Это все ничего не значит, — я отодвинул от себя пустую тарелку и промокнул губы салфеткой. Я доел, мне было вкусно. — Блин, ему признаются в любви, а он говорит, что это ничего не значит. Стивен, такое впечатление, что это ты вчера перепил, — раздраженно проворчал Шейн, складывая руки на груди и нахохливаясь. — Просто ты очень впечатлительный. Между нами с Бейкером не может ничего быть. — Но почему?! — снова повысил голос Шейн. — Мы неистинные… Мне вдруг стало очень грустно. День, начавшийся относительно нормально, дальше пошел немного не туда, и разговор с другом только сгустил краски. Мы в тишине закончили свой бранч и так же тихо разошлись. Мне пора домой, чтобы доделать второй комикс и оперативно начать третью часть.