История Кевина. Демоны в моей голове.

Красный Ниссан Микра въехал на заправку и остановился. Женщина вытерла мокрое от слез лицо и повернулась к сидевшему на пассажирском сидении мальчику. Некоторое время молча всматривалась в его детское личико и ясные голубые глаза. Потом вышла из машины и, обогнув ее, открыла пассажирскую дверь. Нырнула внутрь, отстегнула ремень безопасности и взяла мальчика на руки. Быстро пересекла заправку и, подойдя к магазину, опустила его на землю. Испуганно огляделась по сторонам. — Стой здесь, Кевин, и никуда не уходи, я скоро за тобой вернусь, — сказала она, ласково смотря на мальчика. Потом поправила ему синюю футболку, заправив в светлые джинсы. Присела и зашнуровала его белые кеды. — Вот, держи мистера Тиндли, он тебя защитит, — и она вручила ему старого, потрепанного медведя с оторванной лапой и одним глазом. Он выглядел так, словно его только что нашли на помойке, достали из мусорного бака, отряхнули и забрали с собой. Кевин принял из рук матери медведя и крепко обнял его, прижимая к себе, веря, что эта старая игрушка и вправду сможет защитить его. Женщина сидела на корточках возле сына и смотрела на его хмурое лицо с такими глубокими, не по возрасту умными, глазами, и ее собственные наполнялись слезами. Она должна его оставить. Демоны внутри рвали душу на части, и она боялась, что однажды не сможет их контролировать и причинит собственному сыну боль. Она чувствовала их каждой клеточкой своего тела. Слышала их шепот в голове, который с каждой минутой становился все громче. Они кричали, говорили и смеялись, требовали и принуждали. — Все будет хорошо, Кевин. Все будет хорошо, — говорила она, гладя мальчика по волосам. Он опустил взгляд и стал еще серьезнее. Она знала — Кевин догадывался, что в этот раз мама за ним не вернётся. Мама болеет и ей нужна помощь. — Я люблю тебя, Кевин, — женщина поцеловала его в лоб, слезы навернулись на глаза. Потом она поднялась, и не оборачиваясь, быстрым шагом направилась к машине. Через сто метров она позвонила в полицию и заявила о брошенном на заправке ребенке. *** Кевин сидел на жестком деревянном стуле в полицейском участке и исподлобья смотрел на проходящих мимо людей. Они были толстые, худые, лысые. Красивые и не очень. В форме, как эта тетенька, что сидела рядом с ним, и в обычной одежде. Хлопали двери и без конца звонили телефоны. Кто-то даже ругался. Кевину захотелось закрыть уши руками, чтобы не слышать плохие слова. — Как тебя зовут? — спросила тетенька, заглядывая Кевину в глаза. Он молчал, только сильнее прижимал потрепанную игрушку. — Ты не хочешь говорить? Где твои родители? — Мама сказала, что приедет за мной.— проговорил Кевин. — Ты помнишь где живешь? — спросила полицейская. Кевин отрицательно покачал головой. Они так часто с мамой переезжали, что Кевин уже и забыл, где был его настоящий дом. — Что же нам с тобой делать? — Я хочу к маме, — пробубнил Кевин и его глаза наполнились слезами. Он шмыгнул носом. «Ты взрослый мальчик, Кевин, а взрослые мальчики не плачут» — проговорил в голове голос мамы. Он не взрослый, а совсем маленький. Ну и что, что ему шесть. Кевин снова шмыгнул носом, и слезы покатились по щекам. Он изо всех сил держался, чтобы не разреветься в голос. — Мы обязательно найдем твою маму, малыш, — сказала тетенька. — Сиди здесь, я скоро вернусь, — она поднялась, оставив Кевина одного, и зашагала по коридору. Он огляделся и вжался в стул, забиваясь в угол, как маленький котенок. Кевину было страшно и грустно. Хоть бы кто-то поговорил с ним. — Привет, — вдруг услышал Кевин. Он обернулся, но на стуле рядом никого не было. — Привет, я здесь, — снова сказал голос. Кевин посмотрел на своего медведя. — Привет, — робко ответил он игрушке. — Ты настоящий? — Да, я настоящий, — ответил медведь. — Кто ты? — спросил Кевин, не веря, что тот может говорить. Так не бывает, игрушки не разговаривают, разве только в мультфильмах и сказках. — Я твой друг, — сказал медведь голосом, похожим на его собственный. — Друг? — Ага. А ты будешь мои другом? — спросил медведь, и Кевину показалось, что тот подмигнул ему своим единственным стеклянным глазом, а на плюшевой мордочке появилась улыбка. — Буду, — печально проронил Кевин. — А почему ты плачешь? Тебя кто-то обидел? — поинтересовался медведь. — Меня бросила мама, — шмыгнул носом Кевин, вытирая рукой мокрый глаз. — Ну теперь у тебя есть я. Я тебя не брошу. — Правда? — уже веселее спросил Кевин. — Правда-правда. Теперь мы всегда будем вместе. — А где будем? — Где захочешь. — Я хочу домой. — Пойдем домой. — Мне нельзя уходить. — А мы никому не скажем. Смотри, никому нет до тебя дела. Кевин огляделся по сторонам. И правда, на него никто не обращал внимания. Взрослые люди проходили мимо, словно его и не существовало. — Ты трусишка? — насмешливо проговорил медведь. — Нет. — Тогда чего ты сидишь? Кевин не решался сделать то, что сказал ему мистер Тиндли, это было бы неправильно. Ему четко сказали сидеть и никуда не уходить. Мимо прошел какой-то дяденька и даже не взглянул на него. Кевин сдвинулся на самый край стула, ноги коснулись пола. Он снова огляделся, с опаской всматриваясь в длинный коридор. Тетеньки-полицейской нигде не было. И она ушла, бросив его одного. Тогда Кевин слез со стула и сделал шаг. Было страшно уходить. Ну где же она? Ее слишком долго нет. — Мне страшно, — прошептал Кевин. — Никто даже не заметит, что тебя нет. Мы пойдем гулять, — проговорил голос. Кевин зажмурился. — Я не боюсь. Я не боюсь, — шептал он. — С кем ты разговариваешь? — вдруг послышалось сзади. Кевин оглянулся. За спиной стояла полицейская и держала в руках папку. — И куда ты собрался? — С ним, — и Кевин протянул ей медведя. — О?! Он твой друг? — она присела на стул, Кевин присел рядом. — Ага. Он сказал, что будет меня защищать, — весело ответил он, болтая ногами. Кевин усадил медведя на колени и что-то замурлыкал себе под нос. — Ты знаешь, у меня тоже есть друг, — заговорщицки проговорила женщина, принимая игру этого маленького напуганного мальчика. — Правда? — Кевин с детской наивностью заглядывал ей в глаза. Она кивнула. — Его зовут мистер Попрошайка. — Он тоже медведь? Женщина улыбнулась. — Нет. Он кот. Большой рыжий толстый кот. — Он тоже говорит с вами? — Ну, в какой-то степени, да. По-своему. Иногда мне кажется, что он что-то знает, только сказать не может, — и она улыбнулась, а потом чуть тише добавила: — Ладно, пойдем, за тобой приехали. — Мама? — глаза Кевина вспыхнули радостью. Женщина сникла и с ее лица сошла улыбка. — Нет, малыш, — она поднялась и протянула ему руку. — Но там тебе будет лучше, чем здесь. Там ты подождешь свою маму. Кевин спрыгнул со стула и ухватился за протянутую руку. Они направились к выходу. Когда они вышли, Кевин увидел, что возле входа стояла машина, а рядом с ней стояла другая женщина. На ней был коричневый костюм с юбкой и туфли на низком каблуке. Волосы у нее были забраны назад. Женщина подошла к ним ближе и мило улыбнулась. — Привет. Как тебя зовут? — спросила она. — Он не говорит, — досадно ответила полицейская. — Кевин. Меня зовут Кевин, — ответил мальчик. Женщины переглянулись. — А фамилия, ты помнишь? — спросила женщина в костюме. — Галлахер, — ответил Кевин. — Хорошо, Кевин. Меня зовут миссис Мардж Потер, я директор приюта для детей. Ты побудешь там некоторое время. Пока твоих родителей или кого-нибудь из родственников не найдут, — говорила женщина в костюме. — Хорошо, — согласился Кевин, отпуская руку полицейской. Он сначала посмотрел на нее, потом перевел взгляд на Потер и протянул ей руку, а второй — обнимая медведя. За десять лет, которые Мардж Потер занимала должность директора приюта, она видела многих детей из разных семей, с разными жизненными ситуациями, со сломленными детскими душами, и Кевин не был исключением. Еще один брошенный, никому ненужный ребенок. Мардж сомневалась, что родители Кевина найдутся. Только изредка случалось, что дети возвращались обратно в семью. Но, Мардж изо всех сил надеялась, что возможно, хоть кто-нибудь из родственников мальчика будет его искать, иначе его ждет нелегкая судьба — скитание по приемным семьям и детским домам. Будет большой радостью, если ей удастся устроить его в хорошую, приличную семью, ведь мальчик был просто прелесть. Красивый, очаровательный голубоглазый ангел. Как можно было его бросить? — При нем было что-то еще? — спросила она. — Нет, только этот медведь. Он не выпускает его из рук, — ответила полицейская. — Хорошо, — кивнула Мардж. Она взяла Кевина за руку и повела к машине. **** Пейзажи один за другим сменялись за окном, будто кадры в фильме. Поле переходило в лес и обратно. Высоковольтные столбы тянулись вдоль дороги, соединяясь друг с другом толстыми проводами. Они словно держались за руки, боясь потеряться. Как те дети, которых Кевин видел из окна квартиры, когда подолгу оставался один дома. Тогда он залезал на подоконник и смотрел на мир сквозь пыльное стекло. Было интересно наблюдать за внешним миром. Кевин припал к окну, когда они проехали мимо ветряной электростанции. Она была так близко. Ее большие лопасти крутились медленно, словно винт огромного самолета. Электростанция осталась позади, и Кевин сел ровно, прижав мистера Тиндли к груди. Его увозили в неизвестном направлении. А как же мама? Как она найдет его, если она не знает, куда его увезли? Беспокойство охватило Кевина, когда он увидел большие кованые ворота, а за ними дом. Он не хочет туда. Машина плавно въехала во двор приюта, и гравий зашуршал под ее колесами. Кевин сидел на заднем сидении, держа на руках своего нового верного друга. Он посмотрел на медведя и мысленно сказал ему, что немного боится нового места, но тот молчал. Тогда Кевин отвернулся к окну. Во дворе играли дети, их было очень много. Одни бегали за мячом по зеленой лужайке, другие сидели прямо на траве, а некоторые стояли, как вкопанные, взглядом провожая авто. Они знали — если директор Потер уезжала, значит она привезет кого-то новенького. Кевин отвернулся от окна и вжался в сидение. Мардж посмотрела на него в зеркало заднего вида, заметив на лице мальчика замешательство и испуг. — Кевин, все хорошо? — спросила она. — Ничего не бойся. Я уверена, твоя мама скоро найдется, — пыталась она приободрить его. Мардж заглушила мотор и вышла из машины. Подошла к задней двери и, открыв ее, пригласила Кевина выйти, протянув ему руку. Но он не спешил. Словно маленький зверек, он смотрел на нее и окружающий мир из своего убежища. Ему было страшно, он никого не знал, кроме этой женщины. — Давай, выходи, не бойся, — ласково сказала Мардж, поманив его рукой. — Иди Кевин. Я с тобой, — послышался уже знакомый голос извне. Кевин шел рядом с миссис Мардж и чувствовал на себе любопытные взгляды других детей. Они прошли через большой холл, похожий на арену в цирке, посередине которого росло дерево, а вокруг него замкнутым кругом стояли лавочки. Чуть дальше была широкая лестница с большими перилами, до которых дотянуться можно было, если только встать на цыпочки. Она уходила вверх и поворачивала налево, теряясь где-то там. Вдруг сверху послышался топот ног и хохот сотни голосов. Мардж остановилась, замерев буквально в нескольких шагах от лестницы и отступила в сторону. Крепче взяла Кевина за руку. Он выглянул из-за нее и увидел источник шума. Сверху вниз по лестнице неслась стайка мальчишек, один другого старше. Они перепрыгивали через ступеньку, что-то выкрикивали и смеялись. Один из них (наверное главный, подумал Кевин. Он бежал впереди и выглядел старше всех) увидев Потер, затормозил на последней ступеньке и в его спину врезались остальные, столкнув его вниз. Мальчик растерянно уставился на Мардж. Захлопал глазами. — Хулиганим, мистер Джейсон? — спокойно проговорила Потер, смотря на детей. — Напомните мне, сколько раз я предупреждала вас, молодой человек, об играх на лестнице? — Извините, миссис Потер, — виновато пробубнил мальчик, которого Потер назвала Джейсон. Кевин украдкой смотрел на него. Взлохмаченные рыжие волосы, хмурый, неприветливый взгляд. Футболка вылезла со штанов и задралась, выставив на показ впалый живот. Грудь Джейсона тяжело вздымалась от скоростного спуска вниз по лестнице. Он настороженно посмотрел на мальчишку, прятавшегося за юбкой директора. Странный какой-то. Кевин опустил взгляд в пол. Этот мальчик смотрел на него недобро, даже как-то зло. Оценивал новенького. Как волчата, они принюхивались к новенькому в их стае. В их глазах Кевин выглядел маленьким и слабым. — Это уже пятое предупреждение на этой неделе, Эшли, — строго сказала Мардж, пожурив воспитанника. Из-за его спины выглядывали еще две головы. Мальчишки топтались позади своего предводителя, с опаской поглядывая на директора и с любопытством на новенького. — Я вынуждена буду применить к вам наказание. — Простите нас, миссис Потер, мы больше не будем, — в один голос произнесли мальчишки. На лице Мардж появилась едва заметная, добродушная улыбка. — На этот раз я вам поверю. Идите, — сказала она. Мальчики заспешили к выходу, а Мардж с Кевином поднялись по лестнице на второй этаж. Она могла бы передать его одной из воспитательниц и пойти заниматься своими делами, но Мардж хотела сама проводить Кевина в его новую комнату, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Мардж не понимала, чем ее так зацепил этот ребенок? Она считала себя мамой для всех детей в ее приюте и относилась ко всем одинаково. Вот только Кевина ей хотелось обнимать больше всех. Она подвела его к одной из комнат и открыла дверь. — Это твоя комната, Кевин. Проходи. Он неуверенно шагнул внутрь. Маленькое сердечко гулко стучало в груди. Все было чужое, незнакомое. Запахи, звуки — все заставляло Кевина вздрагивать и все сильнее прижимать к груди своего плюшевого защитника. Он обвел испуганным взглядом комнату. Она была небольшая, всего с одним окном посередине. У одной из стен стоял шкаф для одежды, чуть дальше — письменный стол с небольшой стопкой книг на нем. По обе стены — две двухъярусные кровати, их разделял еще один стол, поменьше. Кровати были аккуратно застелены. Стены в комнате напоминали цветочную клумбу. Кевин вздохнул, и на глазах выступили слезы. Он шмыгнул носом и почувствовал на своем плече руку. — Все будет хорошо, Кевин, — добродушно улыбнулась Мардж. — Кто здесь живет? — спросил он, подняв на нее взгляд. — Питер, Стивен, Эшли, и теперь — ты, — ответила она. — А где они? — На улице. Играют. Через час обед. За тобой придут, — ответила Мардж. — Заходи, а мне нужно идти. Кевин остался один. Он прошел и сел на одну из кроватей. Прижал к груди медведя, обняв его руками так крепко, что, если бы у того были косточки, то они бы точно затрещали. Кевин судорожно вздохнул. Он чувствовал себя опустошенным. Мама и раньше оставляла его, уходила куда-то (никогда не говорила куда), и он подолгу сидел один в комнате, ожидая ее возвращения. Раньше мама всегда возвращалась. Приносила ему сладости. А однажды принесла игрушку — это был мистер Тиндли. Хоть старый медведь и выглядел ужасно, Кевину он очень понравился. — Она ведь вернется за нами? — спросил Кевин. С улицы доносился галдеж и крики детей. Кевин слез с кровати, оставив там медведя, взобрался на стол и прислонился руками к окну, посмотрел вниз. Высоко. Внизу, под окнами, раскинулась цветочная клумба, а вдалеке виднелись верхушки леса. За спиной послышался топот и смех. Кевин спрыгнул со стола и забрался на кровать. Забился в самый угол и прижал медведя к груди. Опасливо уставился на дверь. Через минуту в комнату вбежали трое мальчишек. Увидев, что в их комнате находится посторонний, они замерли на пороге. Стали толкать друг друга и переговариваться шепотом. Кевин узнал их. Это были те самые мальчишки, которых он видел внизу. — Здесь занято, — проговорил один из них, с рыжими волосами. Но Кевин не сдвинулся с места, только сильнее сжал в своих руках мишку. Эшли. Кевин помнил его имя. Мальчик с недобрым взглядом. — Ты что, глухой? Эта кровать занята, — громче повторил мальчик. — Да ладно тебе, Эш. Пускай сидит. Жалко, что ли? — сказал другой, в очках. Он отделился от компании и двинулся к Кевину. Испугавшись того, что сейчас может произойти, Кевин, забился в угол, забравшись на кровать с ногами. Мальчик подошел и сел. Поправил очки на носу. Кевин ждал от него нападок в свою сторону, но мальчик просто сидел и смотрел на него сквозь стекла очков. А потом улыбнулся. — Я — Питер. Вообще-то, это моя кровать. Но, если хочешь, можешь спать здесь, а я полезу наверх. А тебя как зовут? — Кевин, — слова тихо сорвались с губ. — Я — Питер, — повторил мальчик. — Тебя тоже бросили? Меня мамка сюда привезла, Эша бабушка, а у Стивена никого нет. — Хватит трепаться, Питер, — зло бросил Эш. Он прошел к кровати, которая стояла напротив и забрался на нее с ногами, сев по турецки. — Я просто хочу подружиться, — ответил тот. Кевин посмотрел на мальчика в желтой футболке и синих шортах, ожидая и от него нападок, но Стивен молчал. Потом он прошел и залез на верхнюю кровать, ту, на которой сидел Эшли. — Ай, не смотри на него так, он не разговаривает, — пояснил Питер. — Почему? — тихо спросил Кевин. — Потому что придурок, — отозвался со своего места Эшли. — Сам ты придурок! — выкрикнул Питер. — Что ты сказал, очкарик? — вскочил на ноги Эшли. — Что слышал! — ощетинился Питер. Как два волчонка, они были готовы сцепиться в любую секунду. Рычали и скалились друг на друга. Кевин чувствовал, как накаляется обстановка в комнате. Прижав мистера Тиндли, он закрыл глаза и стал считать до ста. Один… Два… Три… Четыре… — Это что здесь происходит? Громкий голос прервал его счет, и Кевин открыл глаза. На пороге комнаты стояла женщина. Она строго смотрела на ребят, как на нашкодивших котят, уперев руки в бока. Но это была не миссис Потер. Она выглядела старше. Была одета в темные брюки и такого же цвета футболку. Ее лицо было сердитым. — Он первый начал! — выкрикнул Эшли, указав на Питера. — Неправда. Эшли опять обзывается, — ответил тот. — Все, Эшли, мое терпение кончилось. Каждый раз одно и то же, — подойдя, сказала женщина. — Ты отправляешься к директору, — она взяла хулигана за руку, и под пристальные взгляды вывела из комнаты. Кевин сел на край кровати. — Что с ним будет? — спросил он. — Ничего. Поругают, посидит наказанным, — ответил Питер, пожав плечами, а потом сказал: — Пойдем, сейчас будет обед. За обедом Кевин практически ничего не съел. Поковырял ложкой кашу и отпил сок. Еда хоть и была вкусной, но ему не хотелось. Каждый раз, слыша шаги, Кевин, оборачивался в ожидании, что за ним пришли. Ужин прошел так же. Кевин не отчаивался, он ждал, что мама вспомнит о нем. К вечеру, когда за окном совсем стемнело, и всем было велено идти спать, надежда стала угасать, и в маленьком сердце поселилось отчаяние. Свет погас, и в комнате стало темно и страшно. Приют погрузился в сон. Ребята спали, каждый в своей кровати. Кевин подтянул повыше одеяло и прижал мистера Тиндли. Он судорожно вздохнул, вспомнив сегодняшнее утро. Мама с самого утра была не в настроении. Долго была в ванной. Плакала и что-то бормотала, пока он ждал ее под дверью и просился в туалет. Но она не открывала, только сказала через дверь, чтобы он прекратил и подождал еще немного. Кевин не мог больше терпеть. Он забежал в кухню, подтянул стул к раковине, в которой горой была сложена грязная посуда (как давно мама ее не мыла, Кевин не знал. Для него всегда была чистая тарелка), и пописал туда. Потом он хотел есть и заглянул в холодильник, но там ничего не было. Вчера они съели пиццу, которую принесла мама. Еще Кевин вспомнил, как открыл шкаф и нашел там начатую пачку с хлопьями, только молока не было, и он съел их так. Потом он играл с мистером Тиндли. Потом хлопнула дверь в ванной, и вышла мама. Она бродила по комнате в распахнутом халате и все твердила: — Эти чертовы таблетки не помогают. Они хотят меня отравить. Я им не позволю. Нет-нет, им не удастся меня провести. Кевин сидел на стареньком диване и наблюдал за мамой. Сегодня был один из таких дней, когда ей было плохо. — Они наблюдают. Они пробрались под кожу. Снова пойдет дождь и смоет их лица. Он смоет их лица, и я не узнаю их. Они заберут… Нужно спрятать… — бормотала мама, а ее взгляд блуждал по комнате. А потом она одела Кевина и оделась сама. И они уехали. А потом он оказался здесь, и мама не вернулась за ним. — Мама, — тихо всхлипнул Кевин. — Я хочу домой. — Эй. Ты там что, ревешь? — сверху скрипнула кровать и показалась голова. Питер свесился вниз, пытаясь в темноте рассмотреть Кевина, близоруко щурясь. — Нет, — шмыгнул носом Кевин. — Не реви. Миссис Потер найдет тебе новую маму. Вот увидишь. Она многим нашла, — и Питер скрылся на своей койке. Кевин не хотел новую маму.