Мелкие

Сэм родился 2 мая 1983 года. В тот день Дин впервые ночевал с папой один. Крошечный Сэмми вместе с их мамой остался в больнице. Отец обещал, что уже через день-другой они смогут забрать их домой. Кажется, ничего еще в своей жизни Дин Винчестер не ждал с таким нетерпением. Даже визита Санты с подарками в ночь Рождества. И никогда еще дни для него не тянулись так долго. Так бесконечно. Отец хмыкал и в ответ на его стотысячное: "Па, ну когда? Уже поехали к Сэмми и маме. Ведь можно?" — называл егозой и велел потерпеть. Дин вздыхал и шел назад в детскую, чтобы проверить, в порядке ли кроватка, готовы ли вещи и игрушки для Сэма. Не пропал ли огромный плюшевый заяц, которого он заприметил во время похода в магазин сразу после больницы. Вцепился в длинные уши и никак не хотел отпускать, плакал и все время твердил, что "мистер Кролик понравится Сэмми". Продавщицы хлопали накрашенным глазами, а Джон Винчестер, странно смущаясь, им объяснял, что у мальчика только родился младший братишка, и первая встреча произвела на него неизгладимое впечатление. Дин рядом сосредоточенно пыхтел, но не стал объяснять, что совсем не в каком-то там впечатлении дело. Просто когда Сэмми — малюсенький, будто кукла, открыл глаза и посмотрел прямиком на него, в груди дрогнуло и стало теплее. Стало так хорошо, как бывает, когда ты болеешь, и мама приходит укрыть тебя одеялом, приносит в постель теплый чай и бульон, обнимает, покачивая, поет про ангелов на ночь. Почти так же, но только сильнее в несколько раз. Там, в больнице, Сэмми беззубо ему улыбнулся. Дин замер и вдруг громко шепнул: "Я так люблю его, мама". Медсестра, что пришла забрать его брата на какие-то там процедуры, пораженно ахнула и что-то залепетала. Брата, правда, забрать он не дал. Ей пришлось подождать, пока Джон увезет старшего сына домой под предлогом похода в магазин за вещами для Сэма. Они забрали их из больницы в четверг. Сэм всю дорогу спал у матери на руках в своем голубеньком одеяльце. Дин во все глаза смотрел на спящего брата и время от времени наклонялся, чтобы понюхать мягкий пушок на его голове. Сэмми пах молоком и, кажется, солнцем. Рядом с Сэмми было тепло и становилось светлей. Вечером Дин никак не соглашался оставаться в своей комнате, опасаясь, что брат проснется ночью в кроватке и испугается от того, что остался один. "Солнышко, не волнуйся, все будет в порядке. Мы услышим через радио-няню, если Сэм будет плакать, и тут же придем", — обещала клятвенно мама. И вроде Дин даже поверил. Но сорвался в половину первого ночи на первый же отчаянный плач и оказался в комнате Сэмми еще до того, как туда же прибежала усталая сонная мама. Она застыла в дверях, наблюдая, как Дин, просунув руку в кроватку, поглаживал брата по спинке, что-то шептал, а Сэм улыбался и больше не плакал. — Солнышко, тебе давно пора спать. Давай ты пойдешь ляжешь, а я дам бутылочку Сэму? — Но он не голоден, ему страшно спать одному. Мама, понимаешь, я ему нужен. Можно Сэмми ляжет со мной? Не волнуйся, мистер Кролик за нами присмотрит. — Милый, не думаю, что это возможно. Она достала младшего из кроватки, и тот тут же зашелся пронзительным плачем. Таким горьким и громким. Джон, прибежавший на рев, не мог не заметить, что и старший близок к истерике. — Что случилось? Мэри, может быть, он хочет есть? Или живот заболел? — Когда я пришла, он не плакал. Рассматривал Дина. Теперь Дин считает, что Сэм должен спать вместе с ним. — Мы можем попробовать. Сынок, возьмешь брата на руки? — А можно? Дин задохнулся от восторга, когда маленькое теплое тельце осторожно вложили ему в руки. Рев тут же смолк, как будто кто-то дернул рубильник. — А ты у нас громкий, правда? Не бойся. Никогда не бойся, я рядом. Сэмми, я всегда буду тебя защищать. Сэм причмокнул и, приткнувшись к плечу старшего брата, закрыл глаза. Уже через пару секунд он тихонько сопел. — Я не понимаю... — проговорила беспомощно Мэри. Джон достал с комода мистера Кролика перед тем, как помочь старшему сыну вернуться в кровать вместе с так доверчиво льнущим к нему младшим братом. Кажется, этой ночью им все же удастся поспать.