You know I can't leave you alone

Полтора года назад Хенджин работал в маленьком кафе на окраине города, чтобы хоть как-то прокормить себя и оплатить жилье за этот месяц. Хозяин просил слишком большую сумму за маленькую жалкую студию, в которой постоянно что-то протекало или ломалось. Двадцать пять квадратных метров и миллион проблем - вот обычный день парня. Сегодняшний - не исключение, ведь из-за разбитого клиентом стакана, который решил свалить свою вину на официанта, из его зарплаты вычли четверть честно заработанных денег. - Теперь придется полмесяца жрать только проклятый рамен. О нормальной пище можно забыть, - ворчал он себе под нос, переодеваясь из униформы в старые потертые джинсы, рубашку, что осталась со школьных времён и кроссовки, которые, судя по их состоянию, прошли войну. Настроение было хуже некуда. Ещё и хозяин обещал зайти в девять, чтобы забрать плату за аренду и покряхтеть о том, какой же Хенджин неблагодарный съёмщик, и что если он хоть как-то проколется, то его тут же вышвырнут отсюда. В общем, его ожидал ежемесячный вынос мозга, ничего нового. Дойдя до дома, он увидел у подъезда ворчливого старика, который ожидал его уже довольно долго. - Совсем совесть потерял, ты, мелюзга?! - начал визжать своим противным голосом, - Почему я должен тебя ждать? Назови мне хоть одну причину не выселять тебя сейчас же за такое неуважение! Я тебя приютил, дал кров, а ты ведёшь себя, как неблагодарный щенок! - его крик мог разбудить не только этот, но и парочку соседних районов. - Я работаю до девяти часов вечера, вы же прекрасно это знаете, - поморщил нос Хенджин, протягивая конверт с деньгами в руки старику, - Вот, держите, здесь ровно за месяц. - Здесь не хватает тридцати тысяч, - пересчитал тот деньги и злобно ухмыльнулся, глядя прямо в глаза опешившему парню, получая удовольствие от его растерянного вида. - Но нет, здесь все верно, ровно двести пятьдесят тысяч, - недоумевал Хенджин. - Цены выросли. Если хочешь тут жить - плати двести восемьдесят тысяч вон, или выметайся. - Хорошо, - он отдал жадному старику оставшуюся сумму и быстро ушёл домой, стараясь заглушить клокочущий внутри гнев, который тисками сдавливал грудь и горло, чтобы не прибить этого человека прямо на улице. Проблем тогда станет в два раза больше, начиная с выселения и заканчивая полицией. - Как же бесит! - рычал он, с шумом захлопывая дверцу холодильника, предварительно достав оттуда бутылку пива, - Ненавижу, пусть сгорит в аду! - он открыл бутылку и сделал два больших глотка. Алкоголь слегка обжег горло и начал понемногу ослаблять напряжение парня. Он размышлял, как же он докатился до такой жизни? Как только родители узнали о том, что он хочет бросить школу, то сразу поставили ультиматум - либо школа, либо они перестают с ним общаться, предварительно выставив за порог. Естественно, будучи в возрасте юношеского максимализма, он выбрал второй вариант, считая, что сам сможет справиться со своими проблемами. Но на деле все оказалось далеко не так просто: семнадцатилетнему парню практически невозможно найти нормальную по оплате работу, не погружаясь в мир наркоты и криминала - этого он уж точно не хотел. Поэтому сначала он мыл полы в заведениях, разносил почту, работал в доставке, но это не приносило много денег и ему хватало лишь на еду и кровать в общежитии. Спустя полгода ему исполнилось восемнадцать, и он смог устроиться в это кафе, где работает уже два года. Денег хватает на съем собственного жилья и более-менее нормальную еду, если, конечно, не будет никаких вычетов из зарплаты. Допив первую бутылку, он сразу пошёл за второй. Проходя мимо зеркала, он обратил внимание на своё отражение: некогда крашеные в благородный блонд волосы сильно отрасли, у корней уже был его родной цвет. Лицо сильно похудело, щеки впали, под глазами были синяки от недосыпа и банальной усталости. Сам его общий вид смело можно было назвать «кожа и кости». Сегодняшний вечер он решил посвятить самобичеванию и размышлениях о том, как же жизнь несправедлива. Снова. Проснувшись утром от будильника, он снова проклял свою никчемную жизнь и начал собираться на работу. Приняв душ, почистив зубы и надев вчерашний наряд, он заварил себе лапшу средней остроты, параллельно замазывая несовершенства кожи, вызванные постоянным стрессом. Косметика хоть немного привела его в приличный вид, сделав цвет его лица более живым. На работе его опять же ожидала смертная скука, капризные клиенты и желание послать все к чертям. И вот к нему подходит очередной клиент: парень с короткой рыжей причёской. Его волосы - первое, что бросалось в глаза и приковывало внимание. Он был красив, в меру накачан и приковывал к себе немало взглядов женской половины заведения. - Здравствуйте, мне, пожалуйста, карамельный капучино. Оплата по карте, - вежливо попросил он. - Добрый день, карамельный капучино, по карте, - продублировал заказ Хенджин, с трудом перестав разглядывать клиента, - Можете прикладывать, будет готово через 5-8 минут, - милая улыбочка и вот, таинственный рыжий парень тоже завис, с интересом рассматривая Хвана. - Мы с Вами нигде раньше не встречались? Хотя, такую красоту, я, наверное, должен был запомнить, хах, - нервно посмеялся парень, смущаясь только что вырвавшемуся комплименту. Он со мной флиртует? - подумал Хенджин, - Неожиданно, но приятно. - Не думаю, что мы раньше виделись, но за комплимент спасибо, - рыжеволосый ему приглянулся. Выглядел он не бедно, а значит в дальнейшем мог бы помочь парню с его проблемами с финансами. На маньяка тоже не был похож, соответственно проблем с ним в дальнейшем возникнуть не должно. Просто обычный парень, ведомый лишь красивым личиком Хвана. - Если ты не против, то мне хотелось бы взять твой номер. Может, как-нибудь увидимся? - с надеждой спросил тот, - Меня зовут Бан Чан, но для друзей я Крис. - Вот ваш капучино, - Хенджин отдал Чану стаканчик с кофе, который ему передал бармен, - И да, можем увидеться, Крис, - он одарил рыжеволосого самой своей очаровательной улыбкой. Спустя месяц они не могли и дня провести друг без друга. Спустя два - Хенджин уже собирал свои вещи для переезда в дом Чана, предварительно разобравшись с ворчливым стариком - хозяином съемной квартиры. Чан владел автомастерской, где иногда и сам проводил время, помогая работникам в загруженные дни. Ему очень нравились машины и все с ними связанное. Ещё с детства отец привил ему любовь к автомобилям, утверждая, что они тоже живые и с ними нужно обходиться осторожно и следить за их состоянием. Возможно, именно это наставление помогло малышу Чану в будущем стать владельцем одной из самых успешных автомастерских города, клиенты которой всегда оставались довольными. Спустя еще полгода Хенджин нашёл работу, о которой не особо любил рассказывать своему парню. Тот сначала обижался на недомолвки со стороны младшего, но в конце концов смирился, решая не лезть в чужое личное пространство. «Если будут проблемы - он обязательно мне расскажет» - так думал Чан, каждый раз видя, как уставший Хенджин приходит с работы, выкладывая в коробку с общими сбережениями пачку банкнот. Однажды Чан заметил, что у Хвана в кровь сбиты костяшки рук. - Откуда это у тебя? Что случилось? На тебя напали? - старший начал переживать по этому поводу. Он не хотел, чтобы кто-то причинял боль его возлюбленному. - Ничего не случилось, просто упал и каким-то образом приземлился не на ладони, а на кулаки. Сам в шоке от абсурдности ситуации, - посмеялся тогда Хенджин. Но на этом все не закончилось. Чем больше он приносил денег - тем больше было на нем ссадин и тем мрачнее становился сам парень. Чан много раз пытался выяснить причину его поведения, но все было тщетно. Всегда находились какие-либо нелепые отмазки, либо его просто-напросто игнорировали, молча уходя в душ, а затем в спальню. Даже секс в их отношениях изменился. Если раньше Хенджин любил чувственный и нежный секс с поцелуями и прелюдиями, любил стонать и извиваться от ощущений, которые ему доставлял Чан. Любил засосы, которые оставлял его парень на нежной коже ключиц, на шее, на всем теле. И просто обожал то, как идеально входил в него член Чана, доставляя неземное удовольствие, волнами растекающееся с каждым толчком. Сейчас же он стал требовать грубости, часто просил взять его за шею, сам покрывал болезненными укусами тело Чана, наслаждаясь его шипением от каждого оставленного следа зубов. С утробным рыком говорил брать его жестче, быстрее, глубже. А однажды, придя домой в просто ужасном настроении решил взять Криса. Откуда у младшего было столько силы, что позволило ему справиться с парнем, который был больше его в разы? Чан задавался этим вопросом ещё долгое время, но в тот момент его волновала лишь его беспомощность: руки его были связаны неизвестно откуда взявшейся веревкой, а ноги широко разведены и привязаны к ножкам кровати. Ни мольбы, ни угрозы не могли привести в чувства сумасшедшего парня. Его не смущало то, что старшему было настолько больно, пока Хван без подготовки толкал в него свой член на сухую, что у того выступили слезы, не смущали эти болезненные хриплые стоны, когда голос уже был сорван. Хенджин лишь гнался за собственным удовольствием, упиваясь видом боли и отчаяния на лице своего парня. Он кончил спустя пятнадцать долгих мучительных минут, наслаждаясь этим ощущением, затем вышел и, придя в себя, наконец понял, что он натворил. В панике он заглянул в глаза старшего, что неподвижно лежал на кровати и сверлил гневным взглядом лицо Хвана. - К-Крис, я…, - он не знал, что сказать, как оправдать своё недавнее поведение. Ведь это было просто ужасно, иначе описать прошедшие полчаса было просто невозможно. - П-прости… если сможешь…, - с его глаз начали литься слёзы. Он плакал, пока отвязывал Чана от кровати, затем ушёл, ни сказав ни слова. В ту ночь он совершил самую крупную ошибку в своей жизни, из-за которой Бан Чан начал относиться к нему совсем по-другому.