You know I can't leave you alone

С каждым днём возвращение домой было все радостнее. Невозможно понять с чем это связано, но настроение парня было лучше некуда. Может, все дело в том, что к нему медленно, но верно возвращался здоровый сон, и он с наслаждением погружался каждый вечер в прекрасный мир сновидений, дорожа каждой минутой, проведённой в нем. Или, может, успехи в учебе, закрытые долги и восстановленная репутация лучшего ученика потока вызывала такие эмоции? Возможно, весело проведённые встречи с друзьями за выпивкой, шутками и разговорами по душам привели его в состояние эйфории? Или все же дело в длинноволосом парне, который всегда встречал Сынмина с улыбкой на пухлых розовых губах, интересуюсь, как у младшего дела и внимательно слушая все его истории за весь прошедший день. Даже сейчас Хёнджин сидит за столом на кухне, подперев голову рукой и с блеском в карих глазах слушая очередной рассказ Сынмина, раскладывающего купленные по пути продукты в шкафчики и холодильник. - А потом меня просто прервали на полуслове и сказали, что этого достаточно, поставив пять в зачётку, представляешь? А я ведь даже до половины доклад не рассказал! Я же столько времени потратил, а они не дослушали! - негодовал брюнет, поставив последнюю коробку с хлопьями на верхнюю полку, и, закрыв дверцу шкафчика, повернулся к Хёнджину. - Не расстраивайся, Минни, ты же получил заслуженную оценку, так забей на них и радуйся, - расслабленно отвечал парень. Казалось, ещё пять минут и он заснёт прямо за столом, - Ну, не дослушали- значит дураки самые настоящие. Я бы слушал твой голос без остановки, - установил зрительный контакт, - Вникая в каждое слово и запоминая все, что ты говоришь, - тихий, низкий, пленительный голос. Сынмин от таких комментариев густо покраснел, приняв эту похвалу за открытый флирт. Хотя, какой флирт? Это же призрак, стал бы он в здравом уме пытаться соблазнить живого человека, когда они даже прикоснуться друг к другу не могут? Бред, это просто невозможно. - Ты покраснел! Я смутил тебя? - хитро улыбнулся Хёнджин, прищурившись, - Такой милашка. - Так, все, прекращай! - недовольно произнес парень, отворачиваясь обратно и находя интересным занятием разглядывание кухонного гарнитура. - Я, кстати, сегодня снова уйду к Феликсу, мы так и не закончили марафон с приставкой, - решил перевести тему. - Правда? Я думал, мы будем смотреть дораму, которую начали, - заметно погрустнел Хёнджин, - Ты же вчера был у него, успел соскучиться? - Дело не в этом, с чего ты взял? Я просто хочу поскорее выиграть его в UFC, - заметив непонимающий взгляд парня напротив, Сынмин уточнил, - Ну, та игра про бокс. - Понятно, ну, удачи тебе. Выиграй блондинчика, - пробубнил тот, вставая из-за стола и направляясь к выходу из кухни. Хёнджин хотел провести вечер в компании Сынмина. Он впервые обрёл за столь долгое время человека, с которым ему было комфортно, который разделял его интересы, переживал за него даже несмотря на то, что он буквально мёртв. Ким Сынмин дарил луч надежды после столь серых безнадежных дней, проведённых в этом проклятом доме, был той самой долгожданной белой полосой в его жизни, после мучительно долгой чёрной. С каждым его приходом в дом, душу Хёнджина сжимало от необъяснимых чувств, которые заставляли его как завороженного смотреть на младшего, изучая каждое его движение, каждую эмоцию. Стоило Киму только начать открывать дверь, Хёнджин тут же появлялся в прихожей, словно верный домашний питомец. Кто еще из них щеночек? А сейчас он злился. Очень сильно злился, ведь не хотел никуда отпускать Сынмина. Хотел закрыть его здесь, отгородив от успевших надоесть ему глупых друзей, злых преподавателей, что заставляли сидеть бедного парня днями и ночами за конспектами, да вообще от всего мира. Вечер должен был закончится дружескими посиделками с мороженым перед телевизором. Хёнджин планировал весь вечер наслаждаться обществом парня, но все его планы рухнули вмиг. Поэтому сейчас он просто растворяется в воздухе, стоило ему только зайти за угол, глуша в себе дикую злость, чтобы не показать ее Сынмину и не напугать своим внезапно изменившимся настроением. Заметив, как Хёнджин быстро удаляется в сторону выхода, Сынмин окликнул его, но тот просто исчез. - Хёнджин? Ты куда? - пытался дозваться до него парень, - Джинни? Но ответа не было. Простояв в проходе с минуту, размышляя о том, что из сказанного могло не понравиться старшему, Сынмин сделал вывод, что ничего обидного из его уст не прозвучало. Пожав плечами и решив не копаться в странном поведении призрака, он направился в свою комнату, чтобы одеться потеплее и отправиться к Феликсу с Чанбином. *** - Сынмин, если ты ещё раз опоздаешь, я лично развешаю часы в каждом уголке твоего дома! Целый час я уговаривал Чанбина не начинать без тебя? Знаешь, чего мне это стоило? Ты сегодня остаёшься у нас, иначе он от меня живого места не оставит, - недовольно и с ноткой страха в своём низком голосе говорил Феликс, открывая дверь перед другом. - Я не виноват, меня задержали, - он начал оправдываться. - И кто же? У тебя дома кто-то кроме нас бывает? Хана точно не было, они сегодня уехали к родителям Минхо. Так кто это? У тебя появилась девушка? Парень? А отвечать было нечего. К нему действительно никто никогда не приходил домой. Он не любит чужих у себя в доме - привычка с детства, когда родители не пускали к ним друзей Сынмина ни под каким предлогом. Сначала он расстраивался, обижался, затем злился на родителей, ведь другим детям было разрешено водить своих друзей к ним домой и показывать свои комнаты, игрушки. Он сам не раз бывал у своих друзей, но они у него - никогда. Со временем это вошло в привычку, а затем он начал видеть в этом смысл, ему начало нравиться, что никто не бывает у него, не видит его душу, ведь то, как обставлен дом, спальня, ванная - прямое отражение внутреннего мира человека, его порядок и видение мира через простую расстановку предметов интерьера. Люди могли подсознательно начать тянуться к нему, видя в нем родственную душу, чувствуя себя комфортно в его домашней обстановке, либо наоборот - стараться меньше контактировать, ведь Сынмин для них мог не создавать чувство комфорта и уюта и соответственно интерес к нему со временем мог теряться. Ему этого не хотелось, поэтому он сам выстраивал нужные ему отношения с людьми и расставлял их на нужном для себя расстоянии, никогда не подпуская ближе звания «хороший знакомый». Феликс и Джисон были исключением, только они могли спокойно находиться, ночевать, да даже жить в доме Сынмина, не доставляя ему дискомфорт, и чувствовать, словно они находятся у себя. И раз Хан уехал, а Феликс стоит перед ним прямо сейчас, то парню ответить нечего на вопрос блондина. Не станет же он говорить, что слишком заболтался с призраком погибшего в его доме парня? Феликс либо не поверит и продолжит допытывать его вопросами, либо вызовет скорую для него, а дом опечатает и скажет Чанбину сжечь дотла. Поэтому все, что остаётся ему сделать - нагло врать в лицо лучшему другу. - Да, девушка, но знакомить вас не собираюсь и даже имени не скажу, не пытайся узнать, - пресекая все вопросы, сказал Сынмин, проходя, наконец внутрь дома. - Это не честно! Скажи хотя бы какой цвет волос! - не унимался тот, хныча за спиной у младшего и топая за ним. - У кого? - подал голос Чанбин, услышавший лишь конец диалога. Он сидел в гостиной, склонившись над коробкой с пиццей и жуя уже второй кусок. - У Сынмина появилась девушка и он не хочет говор…, - заметив, что Чанбин все-таки начал есть без них, Феликс тут же замолчал, забывая, о чем до этого шла речь, - Со Чанбин, ну я же просил! Я всего лишь отошёл встретить Сынмина! Нас не было не больше двух минут! - Целых две минуты! А я ещё до этого час ждал! - своим громким голосом возмущался старший. Сынмин начал смеяться с этой ситуации, которая повторялась изо дня в день. Чанбин с таким звериным аппетитом имел отличную фигуру, что всегда было поводом для зависти: широкие плечи, большие бицепсы, рельефные грудь и пресс. Конечно, за этим стоят еженедельные, а иногда и ежедневные походы в качалку, но с таким количеством съеденного оставаться в той же форме, а то и лучше - все ещё вопрос из разряда «Загадки человечества». Вечер проходил в приятной дружеской атмосфере. Парни заканчивали свой марафон видеоигр, ели вкуснейшую пиццу и пили содовые. С каждым проигрышем своему другу, Феликс становился все более шумным и экспрессивным: буквально вскакивал с дивана во время каждой финальной игры, много кричал, а то и толкал, нечестным образом стараясь заполучить желанное первенство. Но все же победа была за Сынмином. Второе место было принято отдать Чанбину, который не поддавался и не жалел своего парня в схватках, но выиграть Кима так и не смог. Играя роль расстроенного проигрышем, Феликс ругался и дрался с победителями, угрожая тем, что больше никогда не приготовит выпечки для них двоих. Внезапно телефон Сынмина начал громко пищать, чем напугал всех троих. Такая сигнализация могла означать лишь одно - в его дом кто-то хочет проникнуть или уже проник. Система охраны дома предусматривала мгновенное оповещение владельца при сработавшей сигнализации. И именно в этот момент кто-то решил его ограбить. Хотя, кому он нужен? Возможно, система просто дала сбой и ничего страшного не произошло. - Сработала сигнализация. Я поеду домой, проверю, что случилось. Скорее всего ложная, но лучше перестраховаться, - сказал парень, убирая телефон в карман и вставая с дивана. - Может, нам с тобой съездить? Вдруг там действительно кто-нибудь есть? - взволнованно сказал Феликс, забывая о своей обиде на друга. - Не думаю. А если и так, то я тут же вызову полицию, не волнуйтесь, - уже из коридора говорил Сынмин, параллельно вызывая себе такси до дома. - Хорошо, напиши, как будешь дома, все ли в порядке? - сказал Чанбин, тоже переживая за него. - Обязательно. Весь путь на такси до дома занял не больше 20 минут. Подъезжая к зданию, ничего необычного видно не было: ни следов взлома, ни посторонних вблизи. Дверь была заперта, как нужно, а это значит, что тревога была действительно ложная. Зайдя в дом, Сынмин сделал вывод, что и внутри тоже всё на месте, даже деньги в прихожей остались нетронутыми, лишь экран пульта управления сигнализацией мигал красным, который парень тут же отключил. - Хёнджин? - он только сейчас заметил блондина, стоявшего в темном углу прихожей и молча смотрящего на него. - Уже вернулся? Быстро вы сегодня, - как ни в чем ни бывало сказал тот, лениво подходя чуть ближе и смотря себе под ноги. - Сработала система охраны, ты не знаешь, почему? - Ну, только если немного, - нехотя ответил, все ещё не смотря в глаза. - Я не понимаю, вымысле немного? Это твоих рук дело? - Сынмин не мог понять, какие игры с ним затеял старший. - Я просто соскучился по тебе, поэтому искал способ привлечь твоё внимание, но с сигнализацией вышло действительно случайно. Не злись, пожалуйста. Мне просто было очень одиноко без тебя, я стал слишком зависим от тебя, сильно привык к твоей компании, вот и не смог сдержаться и не найти способ вернуть тебя домой. Прости, - виновато промолвил он, наконец, поднимая свои красивые глаза на парня в прихожей. - То есть я летел сюда, сломя голову просто потому, что какой-то призрак захотел себе компанию на вечер? - негодовал Сынмин, - Это шутка какая-то? Я думал, что сюда кто-то пробрался или же вообще случился пожар! Я столько всего обдумал, пока мчался! Так нельзя делать, Хёнджин, ты понимаешь? - голос постепенно становился громче, а слова - больнее. Хёнджин слушал возмущения младшего, сжимая кулаки до хруста в костяшках и свирепея на глазах, но Ким этого не видел, уже проходя сквозь парня и направляясь к себе в спальню. - Я спать, Хёнджин, до завтра прошу меня не беспокоить, иначе я просто перееду отсюда, - холодным тоном, не принимающим возражений, сказал Сынмин и захлопнул дверь. -Ну уж нет, отсюда ты точно не уйдёшь, - в голове у парня жужжал рой из мыслей, как удержать младшего возле себя. Он стал одержимым, постоянно нуждался в обществе Сынмина, в его голосе, движениях, взгляде, направленном только на него. Ему нужно, просто жизненно необходимо стать единственным в жизни парня, чтобы он добровольно не хотел общаться ни с кем другим, кроме Хвана. Такая нездоровая цель появилась в голове все ещё стоящего в прихожей парня. И самое ужасное, что его план уже начинает воплощаться в жизнь.