Другая история

      Лето, всегда казавшееся бесконечным восторгом для детей, в этом году пролетело с невероятной скоростью, оставив после себя лишь легкую грусть и предвкушение новых приключений. Для семьи Блэков и их юного друга Гарри, эти последние недели июня и начало сентября стали особенно насыщенными, отмеченными теплыми семейными торжествами и важными прощаниями.       Конец июня принес в дом Блэков праздничное настроение. Блэки, чья семья уже успела стать близкой Гарри, собрались, чтобы отметить день рождения Гарри. Празднование прошло с размахом, демонстрируя крепкую связь и искреннюю привязанность, которая объединяла Гарри с его новой, хоть и необычной, семьей.       Время шло неумолимо, и вот уже наступил первый сентябрь. Последний день лета, когда солнце еще грело по-летнему, но воздух уже нес в себе прохладу осени, ознаменовал возвращение семьи Блэков домой, в Англию. Почти в полном составе — с присущей им энергией и, возможно, легким налетом меланхолии — они оказались на знакомом перроне вокзала Кингс-Кросс.       На перроне царила атмосфера смешанных чувств. На одной стороне — предвкушение новых знаний, встреч с друзьями и захватывающих уроков в стенах легендарной школы. На другой — легкая грусть расставания, ведь лето, полное семейных радостей и заботы, подошло к концу. Но даже в этой легкой печали было что-то светлое. Это было прощание, наполненное надеждой и верой в то, что Гарри справится, что он найдет свой путь, а главное — что он знает, что его ждут. — А тебе в школу не надо? — поинтересовался Поттер, посмотрев на рядом идущую сестру. Его отец разговаривал о чем-то с Марлин и Вальбургой, и катил его тележку с сундуком. — Первого сентября, начиная со второго курса, в Шармбатон отправляются второго сентября, так как первого проходит лишь распределение первокурсников и их экскурсия по школе, а старшим там делать нечего, — пожала плечами довольная Адара, такая перспектива ей явно нравилась. — К тому же у меня уже третий курс, и мне действительно не помешает еще один вечер дома, чтобы решить кое-что с уроками и предметами.       Они остановились недалеко от барьера, разделяющего два мира, и ждали когда к ним подойдут взрослые. Вдруг недалеко от них раздался громкий недовольный голос женщины. — Каждый год одно и тоже, как всегда толпа маглов, — Сириус, Марлин и Вальбурга обернулись в сторону говорившей женщины и синхронно поморщились, видимо узнав ее. — Какая там написана платформа? — 9 и ¾, — ответила девочка, посмотрев видимо на свою мать. — Зачем спрашивать, если она не меняется вот уже сколько лет? — спросила Марлин, поглядывая на рыжеволосое семейство. — К тому же такое явное нарушения статуса секретности. — А ты посмотри на них, Молли явно кого-то ищет, — хмыкнул Блэк, внимательно посмотрев на Гарри. — Послушайте, я сейчас наброшу на нас иллюзию, и мы пройдем через барьер. Как только мы окажемся на платформе, я тут же все сниму, но сейчас мы ведем себя тихо и не привлекаем к себе внимания.       Гарри кивнул и, взявшись вместе с отцом за тележку, с разбега вбежал в колону, разделявшую магловский и магический миры. Марлин улыбнулась и, приобняв дочь за плечи, вместе с ней и свекровью последовала вслед за мужем и сыном. Преодолев барьер, супруги Блэк грустно переглянулись, вспоминая моменты, когда всех их друзья еще были живы, а война не успела полностью поглотить их. Когда они еще были молоды и просто хотели жить и любить. — Гарри, — позвал мальчика Бродяга, когда они стояли у одного из вагонов, после того как Сириус помог внести вещи сына в одно из свободных купе. — Когда я был маленьким, то терпеть не мог, когда мне что-то запрещали, особенно что касалось дружбы. Я считал, что лучше всех знаю, что мне делать, кого поддерживать и с кем дружить, но я ошибся. Мы с Джеймсом ошиблись, и эта ошибка очень дорого нам стоит. Поэтому я очень прошу тебя не общаться с Уизли. Печать предателей крови на них не просто так и ваше общение в первую очередь может плохо сказаться на тебе и твоем здоровье.       Поттер кивнул, весело переглянувшись с сестрой. Перед отъездом отец уже проводил с ним подобную беседу с полной лекцией про печати и Предателей крови. — Не улыбайся так, — пожурила мальчика мадам Блэк. — Я конечно удивлена, но мой сын говорит серьезные и правильные вещи. И постарайся их соблюдать, милый. — Мама, — проворчал Блэк, закатив глаза. Годы шли, а эта женщина не менялась, пусть их отношения и стали гораздо теплее и доверительнее, чем когда он был ребенком и подростком. — Как я рада, что вы не ругаетесь, — улыбнулась пожилая женщина, подходя к Блэкам. — Здравствуй, Августа, — приподняла уголки губ Вальбурга, приветствуя давнюю подругу. — Да, я признала свои ошибки, жаль правда, что слишком поздно. — Главное, что хоть один из твоих детей с тобой, — вздохнула Августа, посмотрев на своего внука, которого Адара уже представляла другому мальчику. — Леди Августа, наш приемный сын, Гарольд Поттер-Блэк, наследник рода Поттер, — представила сына Марлин, ласково взъерошив ему волосы. Тот слегка поклонился, приветливо улыбаясь женщине. — Очень приятно, мастер Поттер, — хмыкнула Лонгботтом, внимательно оглядывая мальчика, словно убеждаясь, что с ним все в порядке и мысленно отмечая, что Дамблдор все-таки врал, когда говорил, что юный Герой Магической Британии воспитывается при нем и с мальчиком все в порядке. — Буду рада если вы с Невиллом станете друзьями.       Раздался первый гудок, возвещая о скором отправлении поезда. Именно в этот момент на платформу буквально ввалилось рыжеволосое семейство, которое видимо до последнего искало кого-то с магловской стороны, и мать семейства явно была сильно возмущена. — Гарри, ступай в вагон и помни, что я тебе говорил, — проговорил Сириус, обнимая мальчика на прощание. — Увидимся на зимних каникулах, а может быть даже раньше. — Не забывай о сквозном зеркале на экстренные случае, только не балуйся им пожалуйста. Ну и обязательно пиши нам, — также обнимая мальчика и целуя его в макушку, проговорила Марлин, после чего отошла к мужу, взяв его за локоть. — Мы будем очень по тебе скучать дорогой. — И помни, поступай куда угодно, но не в Гриффиндор, — сказала Вальбурга, обнимая Гарри и при этом поглядывая на вновь закатившего глаза старшего сына. — Удачи, братишка. Пиши мне, — улыбнулась Адара, повиснув на шеи мальчика, ставшего для нее младшим братом.       Раздался второй гудок и Поттер, пообещав написать всем сразу после распределения, поспешил вместе с новым знакомым занять место в купе. — Ну что, домой? — обняв дочь за плечи, спросил Сириус. — Давай заглянем на Гриммо, хочу лично проверить состояние дома, — попросила мадам Блэк, попрощавшись с Августой.       Сириус слегка поморщился, это дом он так и не полюбил, но все же согласно кивнул, не видя резких причин для отказа матери. Только они собрались покинуть платформу, проводив поезд взглядом, как дорогу им перегородила пара аристократов. — Тетя, — легкий реверанс в сторону Вальбурги, такой же в сторону лорда и леди Блэк. Люциус ограничился легким поклоном в сторону тетушки своей жены и кивком для Сириуса и Марлин. — Лорд Блэк, леди Блэк. Уделите мне пожалуйста немного вашего времени, я хочу поговорить. — Давай не здесь, — вместо сына и невестки ответила старшая ведьма. — Мы отправляемся на Гриммо, там и поговорите. Тут слишком много лишних ушей, особенно для семейных разговоров. — Ты сама справишься? — как-то обеспокоенно спросил Малфой, поглядывая на время и на родственников супруги. — Конечно, иди пока не опоздал, — улыбнулась Нарцисса, сжав руку мужа. Мужчина поцеловал жену в висок и, попрощавшись с родственниками жены, поспешил на выход с платформы.                   * * *Хогвартс-экспресс* * * — А как ты оказался с Блэками если не секрет? — спустя несколько минут молчания неуверенно и тихо спросил Невилл. — Просто все думали, что твой опекун Альбус Дамблдор, и тебя ожидали увидеть с ним, но никак не с представителями темной семьи. — Честно, я его даже не разу не видел, — пожал плечами Гарри. Всего за полтора года в семье Блэков он поправился, став более смелее и увереннее в себе. — Я до девяти лет жил у своей тетки со стороны мамы Лили и ее мужа. Они меня не любили, я у них вроде прислуги был. Однажды летом совершенно случайно врезался в Адару, а она была с родителями. Сириус сразу узнал меня и в тот же день забрал от тетки, и с тех пор я живу с ними, я их приемный сын. Мое полное имя Гарольд Поттер-Блэк. Да и к тому же Сириус и Марлин являются героями войны, награжденными Орденом Мерлина первой степени. — Повезло, — улыбнулся Невилл. — Я давно знаю лорда и леди Блэк, они очень хорошие и любящие родители, и когда я назвал их представителями темной семьи, то не имел ввиду ничего плохого, а просто констатировал всем известный факт. Правда с сестрой тебе не повезло. Ледяная принцесса, то еще родство конечно. — О ее прозвище что все знают? — удивленно спросил Гарри. — А то, — усмехнувшись, протянул Невилл. — Твоя семья хоть и редко появляется на светских раутах в Англии, зато многие англичане часто бывают на них во Франции и Америке, где твои бывают крайне часто.       Поттер улыбнулся, и несколько минут дороги мальчики разговаривали совершенно на разные темы, им было интересно узнать друг друга, особенно если они будут учится вместе. Они спокойно разговаривали, пока к ним в купе не ворвался рыжий мальчик. — Все остальные купе заняты, так что я к вам, — заявил веснушчатый мальчишка, даже не попытавшись спросить разрешения. — А если у нас тоже занято? — холодно поинтересовался Поттер, оглядывая незваного гостя. — Может быть мы кого-то ждем, а ты занимаешь его место. — Да брось, — махнул рукой мальчишка, проигнорировав второго мальчика, находившегося в купе. — Ты ведь Гарри Поттер, а я Уизли, Рон Уизли. Вся моя семья волшебники. Билл, мой самый старший брат, был лучшим учеником школы, Чарли играл в квиддич, носил капитанскую повязку. А Перси вот стал старостой. Фред и Джордж, конечно, занимаются всякой ерундой, но у них хорошие отметки, и их все любят. А теперь все ждут от меня, что я буду учиться не хуже братьев. Но даже если так и будет, это ничего не даст, ведь я самый младший. Значит, мне надо стать лучше, чем они, а я не думаю, что у меня это получится. К тому же когда у тебя пять братьев, тебе никогда не достается ничего нового. Вот я и еду в школу со всем старым — форма мне досталась от Билла, волшебная палочка от Чарли, а крыса от Перси. — Это конечно все хорошо, но зачем мне эта информация? — в лучших традициях бабушки Вальбурги, которые он успел перенять, поморщился Гарри, даже не глядя на говорившего. Невилл стушевался и тихо сидел, смотря в окно. — А ты помнишь что-нибудь о той ночи? — не обращая внимание на вопрос, спросил Рон. — Я ничего не помню и говорит об этом не хочу, мне не приятно, — четко сказал Поттер. Уизли непонимающе глядел на него, будто бы тот сейчас сказал самую ужасную глупость. — И да, меня зовут Гарольд Поттер-Блэк, а Гарри я только для друзей и родителей. Мы с тобой друзьями вроде бы не являемся, так что будь добр соблюдать манеры и обращаться ко мне полным именем. — У Уизли никогда не было такта, — брезгливо поморщившись, проговорил вошедший в купе Драко Малфой. — Наследник Лонгботтомов мое почтение, не ожидал найти вас в такой компании. — Наследник Малфоев, — кивнул Невилл, посмотрев на блондина. — Я приглашаю тебя в свое купе, заодно и познакомлю с друзьями, — проговорил Драко, как-то виновато посмотрев на Поттера. — Тебя, Невилл, тоже, думаю наше общество тебе будет приятнее, чем это. — Почту за честь, — кивнул Лонгботтом, вставая со своего места. Они с другими наследниками конечно не являлись друзьям и, но старались поддерживать нейтралитет и нормально общаться, так что общество Малфоя и его друзей ему действительно было ближе, и он ничего против них не имел. — Гарольд, это хорошее предложение, да и компания намного лучше. Поэтому предлагаю согласится.       Поттер кивнул, помня наставления отца по поводу Уизли, да и не видя особых причин для прямого отказа, и вышел из купе с двумя молодыми аристократами, не обратив внимания на возмущенный взгляд рыжего мальчишки. — Я хотел извинится за ситуацию в ателье, — тихо проговорил Малфой, оглянувшись на приемного сына его дяди и пропуская Невилла вперед. — Ерунда, не перед мной тебе кажется извинятся надо, ты ведь не меня оскорбил, — покачал головой Гарри. Они молча дошли до купе в другом вагоне, где уже сидели видимо друзья Малфоя. — Опа, какие люди, — усмехнулся Нотт, с которым Гарри успел познакомится, когда тот несколько раз за эти полтора года вместе с отцом приезжал к Блэкам во Францию. — Теодор, Дафна, — приветственно кивнул Поттер, Невилл поступил точно также. — Уже знакомы? — удивленно спросил Драко, пропуская гостей в купе и представляя оставшуюся девушку. — Это Персефона Паркинсон, наследница рода Паркинсон. С Лонгботтомом знакомы, а это Гарольд Поттер-Блэк, в миру известен как Мальчик-который-выжил, приемный сын героев войны, которые по совместительству являются моими дядей и тетей, а также лордом и леди Блэк. — Лучше просто Панси, мне не особо нравится мое полное имя, оно только для официального тона, — кивнула девочка, улыбнувшись Невиллу. — Но заочно мы с Гарольдом уже знакомы, правда благодаря отцу лично это сделать получилось только сейчас. — Можно просто Гарри, — приветливо улыбнувшись всем в купе и сев между Дафной и Драко. — Драко спас нас от Уизли, — хмыкнул неожиданно посмелевший Невилл, присаживаясь рядом с Ноттом и Паркинсон. Последняя что-то тихо прошептала ему, показав на книгу, которую держала в это время в руках. — Я слышала, как он активно искал тебя, Гарри, перед отправкой поезда, — отозвалась Дафна. — Да и после по всему поезду прошелся, так бестактно на мой взгляд.       Дорога к Хогвартсу, которая для многих учеников является нервным ожиданием неизвестности, для Гарри Поттера обернулась удивительным знакомством. Оказавшись в одной карете с юными представителями слизеринских семей, Гарри продемонстрировал неожиданную дипломатичность. Он сумел найти общий язык с Драко Малфоем, заверив его, что не имеет ничего против «слизеринцев» как таковых. Более того, он ясно дал понять, что его личный конфликт с Адарой — это их дело, хотя признал, что всегда будет на стороне сестры.       Кульминацией этого неожиданного сближения стал эпизод с рыжим мальчуганом, который, видимо, пытался вернуть Гарри в купе, где находился сам. Однако, стоило Гарри лишь намекнуть, что пребывание в компании потомков «пожирателей смерти», как он их называл, бросает тень на память о его родителях, как его незваный гость был немедленно выставлен за дверь. Любопытно, что инициаторами изгнания оказались именно те самые «детки пожирателей», которых Рон, по сути, обвинил. В этот момент Гарри, нисколько не смущаясь, заметил, что он является приемным сыном лорда и леди одной из самых темных семей. Эта фраза, брошенная им небрежно, но с явной значимостью, не могла не оставить след в сознании присутствующих.       Остальная часть пути прошла, к счастью для всех, в атмосфере полного спокойствия. Юные волшебники с увлечением обсуждали тонкости квиддича, предстоящие светские мероприятия и делились небольшими, но важными подробностями своей жизни. Гарри, наблюдая за их оживленными беседами, смехом и шутками, чувствовал, как внутри него зарождается теплое чувство. Он впервые за долгое время улыбался и смеялся искренне, отмечая про себя, насколько ему комфортно в этой компании. Мысль о том, что он мог бы стать друзьями с этими ребятами, казалась ему вполне реальной и даже желательной.       Впереди их ждало распределение по факультетам, которое, несомненно, внесет свои коррективы в этот хрупкий мир взаимоотношений. А затем — долгие, семь лет учебы. Однако, глядя на рассвет новой дружбы, зарождающийся среди тех, кого раньше разделяли предрассудки и семейные истории, возникает вопрос: будут ли эти семь лет по-настоящему скучными? На этот вопрос может ответить лишь время, и, судя по началу, оно готовит немало сюрпризов.                         * * *Гриммо 12* * *       По прибытию на Гриммо Вальбурга с невесткой и внучкой отправились осмотреть дом, оставив Нарциссу и Сириуса разговаривать во дворе, где когда-то прошло их детство и с которым было связанно так много общих воспоминаний. — Ну и? — спросил Блэк, прерывая повисшие между ними молчание. — У меня времени увы не так много, мне еще дочь в школу отправлять. — Да, прости, — вздрогнула Цисси, посмотрев на брата. — Я думаю пятнадцать лет ненависти и молчания хватит нам всем. Я должна была прийти раньше, но, как бы глупо это не звучало, боялась, что вы не захотите со мной разговаривать. Я так боялась разрушить свой мир, в котором так долго жила, что выбрала Беллу, когда должна была поступить совершенно наоборот. — Глупости, — нахмурился Сириус. — Я вообще-то тоже хотел поговорить, но то не было времени, да и не знал я с чего начать если честно. Плюс я очень был занят Гарри, это мне нужно было прийти. Извини меня, кузина. За все прости, я во многом был не прав — И ты меня, — улыбнулась аристократка. — Все оказывается так просто, обычное прости, на которое не хватало сил целых пятнадцати лет. Я, правда, очень боялась сама не могу понять чего. Каждый день просыпалась с мыслью, что напишу тебе или Меде, но все никак не могла найти слов и каждый раз откладывала на другой день. — Проблема Блэков в том, что все мы слишком гордые, чтобы извиниться, — хмыкнул Бродяга, неуверенно обняв сестру, а та неожиданно резко расплакалась, спрятав лицо на плече у брата, наслаждаясь такими забытыми объятиями, которые так сильно любила в детстве. — Какие мы идиоты, — всхлипнула девушка. — Пятнадцать лет не могли сказать просто прости, потеряв столько времени, когда ты даже с тетушкой помирился, хотя у вас ссора посильнее была. — Знаешь, когда стоял вопрос о моем примирение с мамой, моя жена сказала такую фразу, — тихо прошептал Блэк, успокаивающе гладя кузину по спине. — Сказать прости бывает очень сложно и на это это могут уйти многие годы, мы тому яркий пример. Вот только в случае с моей матерью, чтобы извинится пришлось пережить смерть отца и пропажу Рега, благо с тобой до такого не дошло. — Я хочу увидеться с Медой, — прошептала Нарцисса, утирая катившиеся по щекам слезы. — Прости после родов я стала слишком эмоциональной, хотя Люциусу это вроде даже нравится. — Меда во Франции, тоже рвется поговорить с тобой, но все смелости не хватает, — улыбнулся Сириус, утирая большими пальцами слезы с глаз кузины. — Мы на Самайн бал устраиваем, как раз это следующий день после ритуалов, так что мы пришлем приглашения. Если появится желание, мой дом открыт для тебя. — И Друэллу с Сигнусом предупреди, хватит им в Англии сидеть, заперлись в своем поместье, не видно, не слышно их. И пусть хоть на одно мое письмо соизволят ответить, — попросила Вальбурга, подходя к сыну и племяннице. Нарцисса кивнула, пообещав, как можно быстрее поговорить с родителями. — Пап, опоздаем, — напомнила наследница рода Блэк, показав отцу на время. Тот кивнул и попрощавшись с сестрой, вместе с дочерью и женой активировал порт-ключ, возвращаясь домой.