Тени сливались в одну

Бинхэ плохо спал ночами, он скулил, плакал и безостановочно просил прощения. Шэнь Юань плакал вместе с ним, пытаясь разбудить и утешить. Несколько ночей Бинхэ ждал, пока его учитель уснет, а затем подобно вору пробирался к его постели. Сидел подле, слушая чужое дыхание и ожидая рассвета, который чувствовал по теплу солнечных лучей на своём лице и влажному от испаряющейся росы воздуху. Шэнь Юань, проклятый наивный дурак, надеялся, что всё будет хорошо. Пока Бинхэ, его милый Бинхэ, не разбудил его посреди ночи. Сжавшийся в комок, бледный и плачущий, он разрывал сердце. - Учитель, простите меня, простите. Я буду хорошим, пожалуйста, только не сталкивайте меня в Бездну... Мне холодно, учитель, так холодно и больно... Шэнь Юань, задыхаясь от слёз, затаскивал Бинхэ на свою постель и бережно обнимал его, пытался разбудить. Но только к концу ночи, они оба, вымотанные и измождённые, смогли провалиться в глубокий сон. Шэнь Юань проснулся от того, что его нервно ощупали руками, потому что Бинхэ не мог понять, где находится. Сердце сжало от боли и нежности. Боги, он ведь действительно любит его. Любит этого нежного барашка, эту сладкую липучку. Шэнь Юань готов был расплакаться от того, как чувство любви, вины и нежности переполняло всё его существо. - Учитель? - тихо, на пробу, когда добрался пальцами до улыбающегося лица. Шэнь Юань поймал чужую руку и прижал её к губам. - М. Доброе утро, Бинхэ. Боги, столько времени заботиться и беспокоиться и не понимать, что любишь. Шэнь Юань чувствовал, словно у него только сейчас включился мозг, и всё сошлось. Не было страха, ведь Бинхэ, его Бинхэ, вернулся к нему. К нему, жалкому и глупому трусу, который отвергал и боялся, причинял боль. Бинхэ замер пойманной бабочкой, напуганный неожиданной лаской. Шэнь Юань расплылся в улыбке. Мой нежный цветочек, я окружу тебя любовью... - Учитель, что... - Бинхэ плохо спал этой ночью, - продолжил покрывать дрожащую ладонь нежными поцелуями, пока лицо полудемона, всё ещё наполовину скрытое повязкой, было прекрасно в удивлённом и смущённом выражении. - Поэтому этот Шэнь решил, что они будут спать вместе. Мой ласковый, мой нежный, ты не должен бояться, ты больше не один. Твой глупый учитель не оставит тебя. Не бойся. Бинхэ, его Бинхэ, со всхлипом прижался в ответ. Руки и грудь Шэнь Цинцю стали влажными от слёз. - Учитель... Учитель, так темно и страшно, я так хочу увидеть тебя... - Бедный мой, ты был совсем один, ты столько пережил, - наглаживает по спине и макушке. - Пожалуйста, прости меня. Теперь всё обязательно будет хорошо. Ты поправишься, а я обязательно буду рядом. Мы со всем справимся. - Я верю, - плакал Бинхэ, - я верю. В моём мире... В мире, лишенном света, в мире, полном красок, Шэнь Цинцю - единственное, что имеет смысл. Пожалуйста, пожалуйста, можно я останусь? - Только Бинхэ, - обнял лицо руками и принялся гладить, нежить, осыпать поцелуями, голосом, прикосновениями, лаской обозначая своё присутствие. Размывая ауру одиночества, которая насквозь пропитала его любимого мальчика. - Всегда только Бинхэ. Ло Бинхэ жался к нему, дрожал и тянулся к теплу, которое наконец-то просочилось сквозь ледяную пелену тьмы, которая годы назад затянула сначала его сердце, а потом и глаза... - Я правда могу остаться? - Конечно, малыш, - поцелуй в напряжённый лоб. - Позволь этому Юаню позаботиться о тебе.