dragon's bride

- Может подстричь тебе волосы? Только после того, как Кун провел пальцами по волосам, он понял, сколько времени ему потребовалось, чтобы добраться до кончиков. Он посмотрел на свое отражение в зеркале, заметив, что длина уже доходила до колен. Внешняя картинка ему говорила гораздо больше, чем время, счёт которого он потерял уже с первого дня его пребывания в обители дракона. Кун находился здесь довольно давно, но, тем не менее, он не мог точно сказать, прошел год, несколько месяцев или всего неделя. - Господин вроде на это не жаловался, - он накрутил прядку на палец, взглянув вверх и пытаясь вспомнить, говорил ли тот ему хоть слово об этом. Рекс Ляпис вообще почти не разговаривал с ним, когда они были одни, а большинство его комментариев относительно его внешнего вида касалось лишь нижней части его тела - то, насколько узкой была его дырочка, насколько мясистыми и мягкими были его ягодицы, как будто бы это все, что его волновало, - А что насчет предыдущих невест? Отращивали ли они свои волосы? Мадам села позади него, укладывая ладони на свои колени. - Не могу вспомнить.. - сказала она мягко, - Но у меня тоже были довольно длинные волосы. - Что же, тогда решено! - Кун отвел взгляд от своего отражения в зеркале, переворачиваясь и внимательно смотря на старушку, - Я тоже буду отращивать свои, - сказал он оптимистичным тоном, - Все-таки ты - бывшая невеста. Я хочу брать пример с тебя. Мадам мягко ему улыбнулась. - Это хорошо, - Старушка похлопала себя по коленям, намекая Куну улечься на них головой и немного отдохнуть, - Иди сюда, дитя мое. Улыбка сорвалась с губ Куна, и он подошел к старухе, встав перед ней на колени и уложив голову поудобнее. Почти каждую свободную минутку они проводят вместе, становясь все ближе, поскольку мадам - единственная, с которой Куну приходилось общаться. Он скучал по теплоте своей семьи, а старушка очень напоминала ему мать, которой у него никогда не было, когда он еще жил среди людей. Если быть честным, Кун больше не скучал по своей сестре так сильно, как раньше… Не потому, что он не заботился о ней, а потому, что начинал забывать; даже когда он мог заглянуть в мир смертных через эти волшебные пруды, хотя это только заставляло его чувствовать себя еще более далеким от нее. Наблюдение за ее взрослением, в то время как он все еще выглядел так же, приводило его в ярость, поэтому он решил просто сохранить воспоминания, которые у него оставались. Он определенно точно будет дорожить ими и вспоминать всю оставшуюся жизнь. Мадам прекрасно понимала это чувство, поскольку никогда не говорила о своей прошлой жизни; она сосредоточилась на служении своему господину, будучи верной невестой на протяжении около ста лет. Несмотря на то, что она вовсе не любила его, в какой-то момент она перестала его бояться и начала искренне о нем заботиться. - Интересно.. Смогу ли я заботиться о нем так же, как и ты, - подумал вслух Кун, чувствуя, как ее руки неторопливо поглаживают его золотые локоны. Со временем ее прикосновения стали неуклюжими; как быстро росли его волосы, так быстро женщина и старела. Она начала забывать о многих вещах и иногда засыпать в случайных местах; Кун всегда находил ее и отдыхал рядом с ней, заполняя тишину праздными разговорами, рассказывая ей о Ли Юэ, пытаясь сохранить в памяти воспоминания о своей прежней жизни. Когда-нибудь такое случится и с ним; он вырастет, начнет все забывать: уже не будет ни сестры, ни дома, по которым он будет скучать, потому что он просто не сможет этого вспомнить. Можно ли ждать этого с нетерпением? Или это просто эгоистичное желание забыться? Когда ласки прекратились, Кун взглянул на нее и обнаружил, что старушка уже спит. Он хихикнул и мягко взял ее за руку, поглаживая. - Мадам? Может, Вам лучше лечь в постель? Кун ждал, когда она хоть как-то отреагирует, но она этого не сделала. Через некоторое время он понял, что она больше не проснется никогда.

***

Рекс Ляпис всегда кремировал тела, причем огонь разжигал своими собственными руками: достаточно было щелкнуть пальцами, и пламя начало пожирать плоть женщины, которую он забрал более ста лет назад. В этом не было ничего особенного, просто ритуал, к которому он привык, когда заключил контракт. Необычным было лишь то, что с ним была его новая невеста, безутешно плачущая, когда тело начало гореть. Он не мог вспомнить, как реагировали его прошлые невесты, когда он кремировал предшествующих им; большинства из них попросту не было рядом в этот момент. Но Кун попросил позволить ему присутствовать, умолял его дать ему возможность попрощаться. Он заметил, как тело Куна содрогалось в плаче, а его длинные волосы скрывали выражение его лица; он плакал с того момента, как нашел его рядом с трупом женщины, и продолжал плакать до сих пор. Он плакал, нет, рыдал сильнее, чем во время их совместных ночей; он плакал так долго, что мог заново наполнить каждый пруд в этой обители. - Почему ты так оплакиваешь ее смерть? - в конце концов спросил он, не в силах понять, что причинило ему столько боли. Кун убрал волосы с лица дрожащими руками, подняв взгляд и встретившись им со своим хозяином. Выражение его лица было несчастным, глаза распухли от непрекращающихся слез. - А почему вы нет? - горько спросил он, - Вы не будете скучать по ней? - он вытер текущие из носа сопли тыльной стороной ладони, - Она.. Она была вашей невестой. Дракон в непонимающем жесте наклонил голову. - Невесты не живут долго. Именно поэтому ты и находишься здесь. Кун икнул, поморщившись от его слов. - Тогда.. Когда и я умру.. - он прижал руки к груди, губы подрагивали, - Вы тоже не будете скучать по мне, господин? Плачущий юноша увидел свое отражение в янтарных зрачках дракона, надеясь на честный вразумительный ответ, как будто бы тот смог бы облегчить его боль. Бог встал перед ним на колени и безжалостно повалил его маленькое тело на пол. Он грубо разорвал его одежду, и Кун закрыл глаза, гадая, было ли это ответом на вопрос, которым он задавался. Его хозяин грубо брал его, пока тело предыдущей невесты горело рядом с ними; запах достиг его носа, заставляя глаза Куна вновь щипать от жгучих слез. Он рыдал при одной лишь мысли о старушке, но, по крайней мере, сейчас он мог обвинить в этом также вздутый и пульсирующий член своего господина, который чуть ли не разрывал его насквозь при каждом толчке бедер. О, мадам.. думал он, вонзая ногти в спину своего хозяина, чтобы хоть как-то стерпеть все это, хорошо ли я о нем забочусь? Когда Рекс Ляпис закончил, его вялый член тут же выскользнул из влажной и растраханной дырки: его семя постепенно вытекало, давно смешавшись с кровью Куна. Даже после того, как он провел много таких ночей, его невеста все еще истекала кровью каждый раз после спаривания. - Избавься от костей, - приказал дракон, поправляя свою одежду, оставляя маленькое голое тело лежать на земле, - Я буду ждать тебя этой ночью. Кун медленно моргнул, его взгляд поднялся на небо, где проплывали ленивые облака. Иногда это место можно было обманчиво принять за рай. - Да, хозяин. Юноша услышал, как его хозяин уходит, и, очнувшись один, наконец решил привести себя в порядок. Он чувствовал, как семя его хозяина стекает по его ногам, и задался вопросом, следует ли ему сначала очистить себя, прежде чем заняться тем, чем ему сказали. Я буду ждать тебя этой ночью... За что? Он посмотрел на стол, на котором ранее находилось тело, но нашел там только кости и пепел; пламя уже давно погасло. Он впервые видел человеческие кости, но больше его расстроил тот факт, что они принадлежали старушке, которая каждый день ухаживала за ним. Он робко протянул ладонь, чтобы дотянуться ей до черепа, и его глаза снова наполнились слезами. Он не сможет больше прижаться к ее теплому лбу. - Что я буду делать без вас..? Тщательно подбирая кости и складывая их в остатки одежды, он долго бродил по владениям в поисках места, где можно было бы их захоронить. Он не мог их просто так выбросить. В конце концов он пришел в место, в котором не был довольно давно - островок с деревом, залитым лунным светом. Кун встал на колени и начал копать яму руками, делая ее достаточно внушительной для небольшой кучки костей. Он осторожно поместил останки старушки внутрь, стараясь не скидывать их как попало, а затем присыпал все землей. Закончив, он какое-то время смотрел на проделанную работу, не обращая внимания на покалывающую боль в кончиках пальцев. Он хотел плакать, но больше не мог этого сделать - слезы как будто отказывались вытекать из глаз. - Прощайте, мадам. Он предпочел остаться там до наступления ночи, и только знакомый звон колокольчика смог наконец-то вывести его из транса. Но он слишком поздно осознал, что не сможет добраться до покоев дракона к назначенному времени. Он никогда не приходил после своего хозяина; старушка всегда напоминала ему, как важно для него приходить в покои вовремя. У Куна была единственная цель - доставить удовольствие своему хозяину, и он не имел права заставлять его ждать ни минуты. Это случилось именно в тот день, когда старушки не было рядом, чтобы напомнить ему, и он опоздал настолько сильно, что у него даже не было времени на подготовку; он ворвался в комнату, пульс отдавался громким стуком в ушах, лицо его было бледным и испуганным. Руки дрожали. - Хозяин.. Я.. Его шею крепко сжали рукой, а тело словно впечатали в стену. Кун поморщился и поднял свой взгляд, встретившись с янтарными зрачками, от которых у него всегда дрожали колени. - Где ты был? - серьезным, хриплым голосом спросил его хозяин; ему не нужно было сдавливать шею рукой, чтобы достичь необходимого эффекта; его полуприкрытый взгляд был достаточно острым, чтобы глаза юноши наполнились слезами. - Простите меня! - Кун всхлипнул, обхватив запястье своего господина, не в попытке заставить его ослабить хватку; просто желая держаться за него, - Пожалуйста, простите меня.. - Кун закрыл глаза, по его щекам покатились слезы. - Я.. Мне пришлось ее похоронить. - Я же сказал тебе избавиться от останков, а не хоронить их. - Простите меня, простите.. - умолял он, - Я просто не мог.. Я не мог заставить себя так поступить с ней.. Рекс Ляпис отпустил его через мгновение, и Кун свалился на колени, хрипло кашляя и всхлипывая. Дракон скинул свои одеяния, взглядом намекая на свой еще пока что вялый член. - Бери в рот. - Д-да, хозяин, - Кун заправил свои длинные и торчащие в разные стороны волосы за уши, его дрожащие руки обхватили горячую плоть. Он облизнул головку, а затем обхватил ее губами; знакомый вкус наполнил его рот, соленый, как и его слезы. В тот момент его движения были максимально неуклюжими, но, тем не менее, он старался удовлетворить своего господина изо всех сил. Как и в ночи, которые уже прошли, и которые придут в будущем, он был и будет вынужден раздвигать перед драконом свои ноги; ему даже не дали времени, чтобы как следует оплакать смерть близкого человека. Поскольку у него не было времени подготовиться, его господин использовал свою собственную сперму в качестве смазки, медленно проталкивая член через сморщенное отверстие. Кун тяжело дышал, цепко хватаясь за простыни; независимо от того, сколько раз они этим занимались, ему все равно было больно до слез и непривычно к огромному драконьему размеру. Но, по крайней мере, в тот момент до крови не дошло. Его господин наклонился и слизнул раздвоенным языком следы слез на его щеках. - Ты снова плачешь. - Простите.. - Кун извинился, спешно растирая остатки слез на лице руками, - Я.. Ничего не могу с собой поделать.. - Нет, - Дракон приподнял его таз, держась за ляжки, и толкнулся бедрами, вытягивая стон с губ Куна, - Я не против послушать твое нытье в постели. Кун уткнулся лицом в подушку, пока его втрахивали в кровать, все еще чувствительного после предыдущего спаривания, которое было днем, во время кремации тела старушки. Именно тогда его вновь осенило. Его хозяин брал его, наполнял его своим семенем, оставляя следы по всему его телу, а затем уходил. Кун просыпался один на пустой холодной кровати, а вокруг него больше не было ни души. Он задрожал и начал плакать и метаться, морщась от этой мысли. - Я не хочу.. Не хочу.. Маленькая ладонь коснулась лица Дракона, и тот открыл глаза, увидев печальное выражение лица своей невесты. - Что такое? Сквозь пелену слез Кун не мог определить, с каким выражением на него смотрел хозяин, было ли ему действительно любопытно или он просто обеспокоен его внезапным прикосновением. - Я не хочу быть один.. - прошептал Кун, рискуя своими прикосновениями к нему без спроса, - Не уходите, господин.. - умолял он, придерживая его лицо и прижимая большой палец к теплым губам. Оставьте меня… Не оставляйте меня. Дракон позволил этим нежным рукам прикасаться к своему лицу; эти трепещущие прикосновения были по ощущениям на коже были как бархатные крылья бабочки. - Не хочешь? Кун покачал головой., - Нет.. Я.. Не хочу, так что, пожалуйста.. Не оставляйте меня.. - он зажмурился, запрокидывая голову, чувствуя, как член дракона внутри него внезапно стал становиться толще, - Х-хозяин..? - он посмотрел вниз, сжимая руки на чужих широких плечах, - Хозяин.. Вы становитесь больше.. Следующие действия вызвали из его рта еще более громкие вскрики, заставив зрачки закатиться до предела; Тело Куна судорожно задрожало, когда он почувствовал себя набитым до предела, а разумные мысли покинули его голову; он почувствовал себя иначе: его тело от макушки до кончиков пальцев ног охватили пылающие ощущения. Его ресницы задрожали, а ртом он пытался судорожно хватать воздух, когда почувствовал, как дракон спрятал лицо в изгибе его шеи и больно укусил. Кун застонал, чувствуя, как клыки впиваются в его плоть, а горячее семя продолжает наполнять его, причем сильнее, чем когда-либо. Дракон продолжал толкаться в него, даже после того, как кончил, зубами терзая кожу и высасывая кровь своей невесты. И только спустя длительное время он наконец-то остановился, чтобы слизать остатки крови из раны и вытащить свой обмякший член. Ноги Куна подрагивали, а дырочка инстинктивно сжималась вокруг пустоты. Он вздохнул, застенчиво сомкнув ноги, чувствуя себя необычайно опустошенным и в то же время очень заполненным. - Господин.. - спросил Кун, как только смог отдышаться, - Что.. Что вы сделали..? Рекс Ляпис облизнул губы, избавляясь от следов чужой крови. - Ты сказал: я не хочу быть один. Кун смотрел на него, глядя прямо в его желтоватые зрачки; янтарные глаза светились, как кончики рогов, которые прорастали из его головы. Точно так же, как и в их первый раз. И Кун снова почувствовал это. - Теперь ты больше не будешь один. Его глаза расширились, когда он положил ладонь на живот. Он буквально мог чувствовать, как они движутся внутри него.