Истинная сущность человека

Если бы Куинлан был рядом, мне не было бы так горестно. Шива пытался просверлить во мне дырку, Баракус давил на меня, лишая присутствия духа, лишь один Каниш проявлял ко мне крохи симпатии, в том числе и через пополнение продуктами холодильника. Когда я увидел ассортимент, я даже сперва растерялся. Когда мы жили втроем с Куинланом и Баракусом, там обычно вешалась мышь. На этот раз глаза разбежались, и я мысленно поблагодарил его. Наверно, он хотел порадовать меня хотя бы так, или откормить. Закрыв холодильник, я прислонился лбом к двери. Мне было тяжело жить вот так, без поддержки, без друзей и особо без вариантов, когда над шеей была занесена гильотина в виде гнева Баракуса, который неустанно следил за мной. Я так и не мог понять, что ему было нужно от меня. Он считал меня игрушкой. Эта мысль неприятно холодила затылок и крайне злила. Каниш полагал, в общем, как и я, что Баракус развлекался, заведя человека. Я не знал, просто не мог сообразить, было это оскорбительным или все же в каком – то из двух миров – стригойском или человеческом - почетным. Вряд ли в этом был здравый смысл, и мне не следовало пытаться найти его, в этой крайней форме извращенного взаимодействия или попытке подчинения или что там было на уме у гибрида. Я снял перчатки, которые давно и неудобно стягивали мои пальцы. Когда Баракус заметил, что я хожу без них, он рявкнул, чтобы я надел их и не снимал. Я сразу выполнил его просьбу. Теперь же, по прошествии некоторого осмысления происходящего, я сомневался, что гибрид способен был причинить вред червю, ведь он считал, что это убьет и меня, а поскольку я зачем-то нужен был ему живым, то и за Куинлана не стоило беспокоиться. С другой стороны, все же, я мог в любой момент надоесть ему, и он убил бы одним выстрелом двух зайцев. Руки защипало, когда они ощутили прохладу воздуха. Я растер их, лишь чтобы опять упрятать в кожаную тюрьму. В мире, в который привел меня гибрид, все находились там. Баракус был у себя, днем он редко выходил, и я постучал, чтобы он молча пропустил меня. Гибрид всегда молчал и смотрел. Мне приходилось наступать на горло своей гордости, унижаться и просить. Я подозревал, что внутренне он обхохатывается, глядя на мои плотно сжатые зубы, с трудом выдавленные слова и смиренный взгляд, под которым пряталась злость. Я садился рядом с Куинланом и смотрел, как он трепыхается, выказывая свое недовольство. И с каждым днем мне начинало казаться, что движется он все медленней, и этот факт тревожил меня. -Он умирает. – Произнес я мрачно, не глядя на гибрида. -Инвиктусы почти бессмертны. – Парировал он спокойно, будто обсуждал какие-то политические новости. Но речь шла не о чертовых новостях! -Ему нужно тело. – Настойчиво произнес я. -Всем нам что-то нужно. – Почти философски заметил гибрид. И я сомневался, что он меня вообще слушал. Я резко развернулся к нему, моя злость перебралась в глаза. -Если хочешь кого-то пытать и медленно убивать, делай это со мной. -Это предложение? Ведь я могу. – Оживился вдруг гибрид. -Его из банки достань! И можешь утолять на мне свои извращенные наклонности. Он приблизился ко мне, я быстро поднялся с места в ожидании его действий. Гибрид всмотрелся в мои глаза и кивнул. Мое сердце ухнуло куда-то, когда он взял в руки банку. -Что ты делаешь? Он просунул руку внутрь и червь, поначалу нехотя, но обвился вокруг пальцев гибрида, уткнулся в его ладонь и, прокусив плоть, заполз внутрь. И ранка зажила прямо на глазах. Я смотрел на это со смесью удивления и страха. Какого черта? -Что ты сделал? – Удивленно спросил я. -Нашел ему тело. -Ты издеваешься, что ли? -Теперь он точно не погибнет на дне банки. -А если что-нибудь с тобой случится? -Значит, придется тебе беречь меня. Потому что иначе нам обоим придет конец. -Ты мне мстишь за корабль? За то, что я использовал твою симпатию ко мне и обманул? -Отчасти. Куинлан – это твой рычаг, только с его помощью можно втолковать что-либо в твою непутевую голову. -Так отпусти его! Я все понял. Я был не прав и сожалею об этом. -Ты сожалеешь, потому что Куинлан у меня. Но не из-за того, что ты натворил. -Ты ждешь, пока я осознаю свою ошибку? -Осознаешь, поймешь. Но не эту цель я преследую. -Скажи, чего ты хочешь? Чтобы мы стали друзьями? Союзниками? Тебе нравится мучить меня? Хочешь выпить меня? Скормить братьям? Я уже мозг сломал, пытаясь разгадать твои мотивы. И я не могу. Сдаюсь. -Ты мне нравишься. – Ответил гибрид. От этого заявления я лишился дара речи на мгновение. Гибрид говорил прямо, не увиливал. И это было таким странным и невероятным, что заподозрить в этом заявлении хотя бы намек на симпатию было невозможным. -В каком смысле? – Уточнил я, так как вариантов было великое множество. Начиная от самых безобидных и заканчивая…я не хотел об этом думать. -Во всех. -И что тебе надо? Конкретно. -Я уже говорил. И не раз. -Мне непонятно. -Мне нужны твое тело, твоя душа, твои силы, твои мысли. Я не мог взять в толк, чего добивался гибрид. Если вампиры не могли желать тело, то как Баракус все же желал меня? В каком виде? -Ты хочешь …разложить меня по банкам? – Уточнил я, косо глядя на пустую, уже вакантную склянку. -Нет, целиком как-то приятнее. Да и тебе удобнее, разве нет? Баракус шутил, ему было весело. Я же усиленно пытался осознать всю трагедию сложившейся ситуации. -Ты хочешь…владеть мной как рабом? -Не хотелось бы мне такого раба. Скорее, друга. -Именно поэтому ты делаешь все то, чего никогда не сделают друзья? -Я поступал с тобой все время не так, как мог бы. И как ты этого заслуживал. А мог я сделать многое. Иногда наша суть берет верх. Тебе ли не знать об этом. -А если у нас не получится дружить? -Я всегда могу заставить тебя. Или подождать, у нас впереди вечность. Даже такой, как ты, не сможет упорствовать так долго. -Заставить быть другом? Ты слышишь себя? Как такое вообще вяжется с понятием дружбы? -С моим понятием дружбы вяжется все, что я хочу. А вот что касается тебя, милый Фет. Если ты не понимаешь самого себя, как ты можешь понять других? Я не ответил ему, так как мои зубы вновь скрежетали от его обращения ко мне. Что он хотел сказать этим «милый»? Я раздраженно ждал продолжения объяснения. И оно последовало. -Пока неясные чувства ко мне тобой никак не осмыслены. Ты их не признаешь, а продолжаешь цепляться за ненависть и гнев, так как это куда проще. -Хочешь сказать, что я уже имею к тебе дружеские чувства? -Да. Теплые. Не такие сильные, как к Куинлану, но со временем они перерастут в подобные. В любом случае, я ощущаю эти чувства также ясно, как день и ночь. И еще много всего, конечно. Ты изобилуешь эмоциями. Я прикрыл глаза. Этого еще не хватало. -Ты ошибаешься. Ты убиваешь людей. Мы не можем дружить. -И ты убиваешь людей. Или убьешь. Твое видение это доказывает. Те крики, что ты слышал – что это было? Или будет. Ты убьешь многих за одного стригоя. Матерей, отцов, невинных детей. И кто из нас больший монстр? Я, утоляющий свой голод? Или ты, убивающий просто из-за плохого настроения? Глаза резко защипало, а в горле образовался комок. Я потупил взор. Это приходило в голову и мне, но я старался гнать эти мысли подальше. Он на этот раз был абсолютно прав, как и Куинлан, называя мои действия закономерностью. Случайностей не бывает. Хотя, бывают. Я случайность, рожденная как результат милосердия одного и предательства другого. Я был настолько же неправилен, как верен и точен был в своих выводах гибрид. Нестабилен, как химическая реакция. Опасен, как…Баракус. Гибрид сделал шаг ко мне, и звук этого шага был шаркающим, каким-то скребущим. Я посмотрел на его ботинки, тяжелые, грузные, как зародившееся в моей груди чувство вины, обещающее в скором будущем изматывающие страдания и переживания. Он взял мое лицо в свои руки и приподнял голову. Я крепко зажмурил глаза, и не желал их открывать. Я не хотел видеть в его глазах понимание и, возможно, жалость. Только не в глазах Баракуса, где холодом и жестокостью обычно было пропитано все, начиная от сердца и заканчивая взглядом. Тогда его руки скользнули на затылок, и он мягко, но настойчиво притянул меня к себе. И я не воспротивился. Я был, конечно, против его объятий, но сейчас я находился не в том настроении, чтобы спорить и вырываться. Когда его руки сомкнулись за моей спиной, я зарыл лицо в его шею. Обнимать гибрида было непривычным; но вроде как разделенная печаль на двоих уже не давила так сильно, не держала тисками? Когда я обнимал Куинлана, он бережно касался, никогда не сжимал с силой, всегда давая возможность отпрянуть. Сейчас же Баракус крепко держал меня, не до треска ребер, но весьма ощутимо, не давая забыть, кто передо мной. Он по-свойски повел носом, вдыхая мой запах. Стало быть, ему нравилось то, что он чувствовал. Его видение мира было отличным от людского. Как и все хищники, он видел, слышал и ощущал больше людей, совершенно иначе. И я не понимал, почему и зачем он вписал меня в свой мир, полный крови. Мир, в котором мое место было четко определено: весьма своенравная, забавная, но все же пища. Параллельно я про себя возблагодарил сущность стригоев, которые не могли желать большего, как люди. Потому что в случае с гибридом, я был уверен, он бы не ограничился объятиями и взял свое, не взирая на пол и на мой отказ. Потому что его желания, не особо скрываемые, были явно за пределами разумного. Как и мои по отношению к Куинлану, и, наверно, где-то глубоко внутри я понимал гибрида и не судил его строго. Когда я отстранился, я взглянул в его голубые глаза. Там я различил удовлетворение, смешанное с печалью. -Тебе нужно мое расположение. А мне нужен Куинлан. -Я не могу быть уверен, что вы не сбежите. Даже с твоим расположением. Я хоть и найду тебя везде, но это другое. -Когда ты будешь уверен, что я не сбегу? -Когда почувствую это. Твою преданность. Все время нашего общего времяпрепровождения он то и дело намекал или говорил прямо о моей неспособности контроля, не раз называл дураком и всем своим видом, грубыми толчками, ударами демонстрировал мою полную никчемность и слабость. И по какой логике, по каким законам неприязненных отношений это могло перерасти в его мозгу в желание…дружить? - Я обычный человек, в прошлом крысолов. Я не отличался особым умом или способностями, я был как все. Возможно, мечтал о семье. Баракус…у меня могли быть дети, жена. Семья. Ты понимаешь? Почему бы тебе не найти другую забаву? -Забавнее тебя вряд ли сыщешь на всем белом свете, уж поверь моему опыту. У тебя червь внутри. Как думаешь, какие родятся дети? Если вообще родятся. Тем более, Куинлан вряд ли позволит тебе обзавестись семьей. Он еще тот собственник. Как и я. Так что, считай, твоя человеческая жизнь завершилась, когда Куинлан тебя спас. Я молчал и переваривал сказанное им. В тех нескольких шагах, которые я сделал, отступая от гибрида назад, читалось мое несогласие с его словами и стремление сбежать. Скрыться от всего и всех, взяв с собой лишь Куинлана. Баракус бы нашел нас, непременно, но мы бы как-нибудь отстояли свое право на свободу и жизнь, какую нам бы хотелось прожить. ХХХ Вечером я нашел Каниша. Он, конечно, не особо прятался, но разговаривать со мной был не особо расположен. Мрачность завладела им целиком, поглотив крупицы благосклонности ко мне. -Привет. Он удивленно посмотрел на меня, как будто его так не приветствовали никогда. Он лишь кивнул, отведя взгляд. Еще недавно он находился в более миролюбивом настроении, если к нему были применимы человеческие понятия. Меня так и подрывало спросить, что произошло, но я погасил это желание, друзьями мы с ним не были. И я начал сомневаться, стоило ли начинать разговор, который я планировал целый день. -Чего тебе? – Спросил стригой, не глядя на меня. -Ничего. – Я все же решил подождать более подходящего момента. И когда я уже сделал шаг по направлению к дому, меня припечатала к месту его рука. -Чего ты хотел? – В его голосе уже не слышался металл, тон стал мягче. -Что-то случилось? – Не удержался я, сгораемый от любопытства. И неизвестно откуда взявшемуся сочувствию. -Тебя это не касается, Фет. -Ясно. Я хотел было отойти, но рука внезапно сжала плечо с силой, останавливая. Я возмущенно взглянул на него, попытавшись стряхнуть руку, причинявшую боль, но он не отпускал. -Каниш! Он, услышав свое имя, будто вышел из какого-то транса, все же отцепил судорожно сжавшуюся руку и тяжело посмотрел мне в глаза. -Баракус также держит тебя силой? – Взволнованно спросил я, всматриваясь в его глаза. -Мы связаны, Фет. Каждый из нас здесь находится по своей воле. Мы братья по крови и по духу. – Ровно ответил Каниш. -У меня тоже есть брат по крови и по духу. И он в руках твоего брата. – Выпалил я. На что я наделся, я не знал. -Значит, так решил Баракус. Я не сомневаюсь в правильности его решений. -А надо бы. В свое время он предал тебя. Лицо его поменялось в один миг, и я лишь успел отступить на шаг, когда руки стригоя схватили меня за грудки, резко рванув на себя. Схвати он меня за горло, то при таком сильном рывке оно осталось бы у него в руке. -Баракус прав. Длинный язык до добра тебя не доведет. – Он произносил тихие слова, зло глядя в мои глаза, и я четко различал кончик жала за зубами. – Зачем ты начал разговор про Куинлана? Надеялся, что я помогу тебе? Наивный. Я, скорее, выпотрошу тебя здесь, чем пойду против воли брата. Каниш встряхнул меня, наверняка чтобы я лучше усвоил сказанное, и резко отпустил. -Я не хочу предательства. Просто, прошу…поговори с ним, если не сложно. Или просто забудь. – Тихо проговорил я, разворачиваясь и уходя. Каниш отличался от братьев не только сильно преувеличенной плещущей через край нежной любовью к людям, но и нервозностью. Знакомиться ближе с Шивой я передумал, а то мало ли. ХХХ Я второй день лежал и пялился в потолок. Делать мне было нечего. Невыносимые скука и апатия навалились на меня, и я, закинув ноги на стену, отдыхал. Меня никто не тревожил, не отвлекал от созерцания узоров почти отвалившихся обоев и многочисленных трещин. Я предпочитал не высовывать свой нос, чтобы избежать встреч с тремя стригоями, будто одного мне было мало. Последний из тройки мне представлялся, судя по его взглядам в мою сторону, и вовсе нестабильным, который только и ждал момента, чтобы вцепиться в меня своими холодными руками. А этого я старался избежать, или отсрочить. Я вздохнул горестно уже, наверно, в сотый раз. И сон меня сморил. Я увидел Куинлана, он стоял передо мной и я немедленно смял его в объятиях. Я долго стоял и не хотел отпускать его, не желал. Но пришлось. Я всмотрелся в его глаза и наваждение прошло. Это был кто угодно, но не мой друг. -Ты не он. – Недоуменно проговорил я, ощущая, что я крупно ошибся. -Мы уже виделись. Я не он. – Подтвердил неизвестный мне стригой кивком. И кивок, и все его движения были чужими, даже близко не напоминающими жесты друга. -Виделись? Я не помню. Он усмехнулся, обнажая острые зубы. -Неудивительно. Память твоя уже не та. – Странная улыбка заиграла на его губах, и я вздохнул. Черт разберет этих стригоев и их мимику, они наводнили мою жизнь и облепили со всех сторон, даже во сне. -У меня она пропала. Кто ты? Похож на Куинлана, но… -У меня много имен. Называй, как хочешь. Не в этом суть. -Ты – это я? -Часть тебя. Да. -Как я могу разговаривать сам с собой? И не испытывать… странных ощущений. -Ты признаешь это, этого достаточно. -Я схожу с ума. Или уже сошел. -Все сходят с ума, так или иначе. Кто-то желает стригоя и путает дружбу с чем-то иным, а кто-то желает дружить с едой и ненавидит себя за это. Я усмехнулся. Как проникновенно. -Я понял, кто ты. Ты – здравый смысл, который дремлет большую часть времени. -Отрицать не буду. Как и подтверждать. Не всегда можно дать чему-то название. -Ты какая-то мудрая часть моего мозга. Где ты был, когда я решил позвать на помощь Баракуса? -Мы не сотканы из одних правильных и праведных дел. Увы. У тебя есть право на ошибку. Но только если ты сможешь ее исправить. -В этом и кроется весь трагизм. Баракус несгибаем, как гвоздь. -Баракус шантажирует тебя Куинланом, но у него тоже есть слабое место. -Если бы у всех слабые места были здоровыми и бессмертными братьями - стригоями, то мы бы стали супер людьми. -Дело не в самой сути слабого места, а в его наличии. Он тоже уязвим, вот что это означает. -От этого мало прока. Если я причиню ему боль, мне самому станет больно. -Также он чувствует и твою боль. Душевную. -Ему плевать на это. Ведь он ее и причиняет! Тем более, ему нравятся мои душевные муки. -Ты сам себе причиняешь боль, накручивая в уме лишнее. А он лишь наблюдает, как ты изводишь себя. -Хочешь сказать, что когда я перестану так остро реагировать, то Баракус перестанет меня изводить? -Гибрид говорил, что ты забавен. Помнишь? -Хочешь сказать, что он делает это потому, что ему скучно? Нравится наблюдать за мной? -Да. -Тогда он убьет нас. Когда я перестану его «веселить». -Вот тут ты не прав. Если проанализировать все, что гибрид делал тебе, Баракус сказал правду о том, что ты ему нравишься. И Куинлан ему симпатичен. Насчет остального не могу поручиться, гибрид точно лгал тебе, но вот насчет чего и сколько раз... В общем, его бесит, когда ты …отталкиваешь его. Я нервно усмехнулся. Даже копия Куинлана запиналась на этом слове. -Он выстрелил ему в голову, а потом убил тело. А до этого усыпил. И меня он пытал. Вряд ли это симпатия. И дружба. -Куинлан еще жив. Как и ты. Это о многом говорит. Баракус мыслит иными категориями. Я взвешивал мнение стоящего напротив стригоя и нехотя признал, что он был…прав? Может, ответ на вопрос, что было нужно от меня Баракусу, был очевиден и прост с самого начала. Бритва Оккама. -Вот черт. Ты, наверно, прав. Жаль, что ты посещаешь меня нечасто. -Часто, вообще-то. Но ты ко мне редко прислушиваешься. ХХХ Я лежал и усмехался своим мыслям. Они не были веселыми, я отнюдь не вспоминал анекдоты, лежа в одиночестве. Я прикидывал в уме, что значила дружба для гибрида, и как именно мне следовало с ним «дружить», и это доводило меня до нервного смеха. Ситуация сама по себе была смехотворной. Возлюби врага своего, или умри. Всякую фальшь он бы непременно почувствовал, это и осложняло все дело, поэтому мне следовало…я не знаю. Если послушать гибрида, то я уже что-то ощущал, но я в упор не мог нащупать и отыскать хотя бы намек на доброе к нему отношение. Я его понимал частично…Также я с легкостью находил в себе ярость, обиду, злость, предубеждение, но не доброту, единение, даже до его пресловутой преданности мне оставалась целая миля, и я надеялся на то, что эта миля не была зеленой. Может, он и в этом лгал мне? Понимание чего-либо не означает солидарности и положительного отношения, это точно. Поэтому мое понимание того, что Баракус совершил ради братьев и совершит, а также эти его касания совершенно не делали меня мазохистом и соучастником убийств. А тот факт, что я скучал по нему…так это было просто делом привычки. Я просто привык видеть его в доме, а когда он опустел, я внезапно ощутил резкие изменения и мне они не понравились. Я все объяснил себе с такой легкостью, что остался ни с чем. У меня не было плана действий, у меня даже отношение к Баракусу стало каким-то…размазанным. Резко открывшаяся дверь в мою комнату вывела меня из глубокой задумчивости. Я вскинул глаза и увидел…объект моих размышлений. -Что? – Спросил я, не приветствуя его. Из принципа. -Подговариваешь братьев на подлость? – Спокойно поинтересовался гибрид, заходя и закрывая за собой дверь. -Нет. Только одного из них. -Глупый человек. -Я об этом и толкую тебе уже который день. Как мы будем дружить? Что это для тебя? -А что это для тебя? -Для меня друг – это тот, который отпускает второго моего друга, меня и не преследует нас. Вот кто будет другом для меня. -А для меня друг – это тот, кто не обманывает доверие, не требует отпустить второго друга и не сбегает подальше. -Чтоб тебя, Баракус! – Я засмеялся и прикрыл глаза. Я вдруг кожей почувствовал, что наше взаимодействие будет незабываемым. – Зачем пришел? -Ты сидишь здесь. А мы там. – Заметил гибрид. -Хочешь, чтобы я с вами пошел на охоту? Чтобы помог прирезать парочку людей? Или еще что. Ну так, знаешь, ради нашей дружбы. -А ты прирежешь? Парочку людей для нас. – Заинтересованно поинтересовался Баракус. Я серьезно взглянул на него и выпрямился. С ним не следовало шутить на подобные темы. -Что тебе нужно? -Взаимодействие. -Отлично. Сейчас же отправлюсь…взаимодействовать. Что-то еще? Баракус отрицательно покачал головой и его глаза замерли в одной точке, а через несколько секунд его взгляд снова стал осмысленным. -Что ты видел во сне? Сегодня. -Ты что-то уловил? -Я не знаю. Так что же? Первым порывом было солгать ему, чтобы взбесить. Его вечно ухмыляющееся лицо вновь бы стало мрачным и злым, а я бы ощутил удовлетворение. Если страдать, то не мне одному. Но потом я резко передумал. Мне было приятней видеть его уязвимую сторону, ту самую, которая так походила на человеческую, нежели сторону монстра. Пусть он лучше прибережет ее для Габриэля. -Во сне я видел стригоя, который походил на Куинлана, но не был им. Мы разговаривали. Баракус наклонил голову, чуть сдвинув брови. Проверял, правда ли это? -О чем? – Мягко спросил гибрид. Я вздохнул. Если правда, то уж точно целиком. - О чем еще нам разговаривать? О тебе. Он протянул, было, руку к моему затылку, но я быстро отпрянул. -Нет! Мои мозги – частная территория! Не лезь. – Громче, чем следовало, затараторил я. Потом добавил, чуть не забыв. – Пожалуйста. Я от души радовался, когда стригой слышал мое издевательское «пожалуйста». Уголки его губ чуть дергались, то ли стремясь выстроиться в улыбку, то ли искривиться от злости. -Я разговаривал сам с собой. Это была часть меня.– Примирительно начал я, заметив, что гибрид начал закипать. -Нет, такого быть не может. -Почему? -Потому что ты не псих. -Я в этом уже сильно сомневаюсь. Кто это тогда был? -Зависит от того, что он сказал. И как часто приходит. -Второй раз, наверно. Он много чего говорил…Куинлан предупреждал, что он чувствует во мне…часть тебя, его часть и меня. Может, твоя часть тоже решила ожить и заявилась ко мне? Ты тоже это ощущаешь? Что я – это не совсем я? -Ты – это ты. Вряд ли ты схватишь булаву или меч и пойдешь рубить налево и направо, не разбирая, кто перед тобой. Сначала ты будешь долго договариваться с противниками, пытаться понять их, решить дело миром. Лишь когда они ранят тебя или, скажем, Куинлана, только тогда ты ранишь кого-то из них, но ни в коем случае не убьешь. Когда он описывал меня, я казался самому себе со стороны каким-то нерешительным простаком и тюфяком. Неужели также обо мне думал и Куинлан? И с каких это пор попытка выстроить мир вместо кровопролитной войны стало зазорным делом, пустым? Баракус действительно мыслил иными категориями. Ему было гораздо комфортнее и привычнее стоять на горе смердящих трупов, чем держать белый флаг. В этом мы с ним не сойдемся во мнениях никогда. -Это неправда! Хотя, погоди…тот, кто приходил во сне, был спокоен, умен, ни капли не кровожаден, не советовал придушить кого-нибудь во сне. Ты прав, это была точно не твоя взбесившаяся часть! Я сидел и с вызовом ждал, когда его рука вновь окажется на моем горле, закрывая мой рот. Но гибрид как-то сдерживался, что было неожиданным. Наверно, он уже начал со мной «дружить». -Поэтому ты мне и нравишься. Сохраняешь свою хрупкую душу, не теряешь ее крупицы среди жестокости, обмана и зла. Но в то же время в тебе есть стержень. Я смутился. Когда гибрид повышал голос, называл разными эпитетами – это было привычно, знакомо. Но сейчас это больше походило на…комплимент? -Мне не по себе, когда ты начинаешь говорить мне такие вещи. -Я чувствую, что ты растерян. -А я не чувствую от тебя ничего, и это так несправедливо. Только физическую боль. -А ты предпочел бы ощущать мои душевные переживания? -А они есть? Ты чувствуешь так, как люди? -Есть. И я демонстрировал их тебе, помнишь? С тем насильником. -Помню. Но это не то. Баракус улыбнулся. -Ты говоришь о страданиях, переживаниях, сочувствии, жалости? Гибрид произносил эти слова, будто перечислял пакостных вредителей, бессовестно съевших весь его урожай. -Да. -Мой ответ изменит твое отношение ко мне? Повлияет на мой образ, который ты создал в уме и который боишься изменить? -Я догадываюсь об ответе. Внутри ты уязвим, поэтому и нужна броня из холодности и жестокости. -Видишь, ты не настолько глуп, в чем усиленно стараешься убедить окружающих. Баракус сжал руку в кулак, и я подумал о друге. -Как он? – Взволнованно спросил я, глядя на правую руку гибрида, где и находился Куинлан. -В порядке. – Ответил Баракус, протягивая руку после секундного колебания. – Дай руку. Я неуверенно вложил руку и почувствовал резкую боль. Я отдернул ее и увидел, как червь уже наполовину влез внутрь. Через мгновение он заполз туда целиком. Второй рукой я пытался нащупать его тело, однако безуспешно. Я вертел ладонь, но не мог увидеть червя. -Он внутри. Ждет новое тело. Захочешь увидеть очертания – позови его, подумай о нем. И он проявится. Я сидел и улыбался, глядя на свою ладонь. Я также был крайне удивлен и обрадован. -Ты…отпускаешь нас? – С надеждой в голосе спросил я. -Нет, и не подумаю. Проявляю сострадание и сочувствие. – Холодно, резко и отстраненно произнес Баракус, поднимаясь со своего места. Когда он был уже у двери, я сказал негромкое «спасибо» ему в спину. Искренне и благодарно. Замерев на мгновение, но так и не повернув головы, он молча вышел из комнаты. ХХХ Я нетерпеливо ждал, когда новое тело очнется. Я внимательно вглядывался в веки, которые вот-вот должны были приподняться. И я увидел бы глаза друга. Баракус, наблюдающий за мной, немного приоткрыл рот. Наверно, я удивлял его. Или веселил. Но он молчал, и я лишь примерно догадывался о том, что гибриду было интересно смотреть на нас. И еще любопытнее чувствовать мои переживания. Когда я дождался движения век, то облегченно выдохнул. Глаза распахнулись, являя миру нового Куинлана. Он медленно поднялся и осмотрелся, я же подошел к нему и присел рядом. Голубые глаза смотрели на меня. -Куинлан? – Взволнованно спросил я, наклоняясь к другу. Стригой моргнул, а когда он кивнул, я подал ему руку и помог встать на ноги. Я так долго ждал этого момента, когда снова увижу Куинлана. Но я стоял и не двигался, прикрыв глаза. Сердце глухо и сильно билось в груди. И моя голова ощущалась какой-то легкой и звенящей. Что-то было не так. Я прикоснулся к вискам и зажмурился. Холодные пальцы коснулись лба. Неприятные ощущения прекратились, и я вопросительно взглянул на Куинлана. Что это было? Он кивнул, и я прижался к нему, судорожно сжав в объятиях. Его руки обвились вокруг меня, и я носом коснулся его шеи. Я не слышал стрекотания его жала, так как пока оно отсутствовало, и запах был пока не его, но ощущение того, что Куинлан снова был со мной, делало меня если не счастливым, то довольным. Я услышал глухое урчание жала Баракуса и отстранился. Я слишком поздно заметил, как Куинлан смотрел на гибрида. Смесь злости и жажда расправы смешались в его голубых глазах. И я скорее почувствовал его намерение прикончить Баракуса, немедленно расправиться. Я быстро встал перед Баракусом, закрыв его собой, и выставил вперед руки, останавливая стригоя. -Нет. Подожди. Поговорим? Куинлан недоуменно посмотрел на меня, явно подмечая расположение моего тела. Я стоял не РЯДОМ с ним, а напротив него. Закрывая собой врага. -Что ты делаешь? – Спросил стригой, и во взгляде читалось неодобрение. -Не надо. Идем? -Ты защищаешь его? – Когда в голосе прозвучала знакомая мне сталь, я опустил голову. -Нет. -Отойди. – Стригой скорее приказал, чем попросил, гневно глядя на меня. Баракус сзади даже не пытался мне помочь и вмешаться, остудив пыл Куинлана. Я оглянулся и увидел, что он смотрел с вызовом на него, будто специально провоцируя конфликт. -Боже! – Воскликнул я, не зная, какую из сторон начинать убеждать разойтись. -Не надо. Просто…разойдитесь. – Попросил я, теперь встав к ним боком, и руками пытаясь их развести. Я вертел головой из стороны в сторону, не сводя с них глаз и мысленно пытаясь усмирить Квинта. И Баракуса, который явно чувствовал мою тревожность и волнение, но не старался мне помочь. Куинлан схватил меня за руку и дернул к себе, а затем легко толкнул в сторону дома. -Нет! – Запротестовал я. – Баракус! Он быстро взглянул на меня и снова обратил свой взор на стригоя, который еще не обратился до конца, поэтому был априори слабее. Баракус подлетел к стригою и схватил того за шею, Куинлан же с силой ударил рукой вскользь по голове гибрида, оставляя глубокие борозды. Гибрид шею выпустил из рук, но нанес удар снизу-вверх по челюсти. Я не мог смотреть на это, поэтому быстро ушел в дом, в комнату гибрида. Пистолет, которым Баракус выстрелил в голову моего друга, нашелся быстро. И я, проверив магазин, также в спешке вышел на улицу. Где находились Каниш и Шива, неясно. Я подошел к дерущимся, но остановился на приличном расстоянии от них, чтобы Баракус не смог быстро преодолеть разделявшее нас расстояние и обезоружить меня, и выстрелил в сторону гибрида, попав в землю рядом с его ногой. Он остановился, свирепо глядя на меня. Я навел оружие ему в голову, взведя курок. Я встревоженно оглядывал повреждения друга, но, казалось, они не были серьезными. Куинлан также замер, оглядев меня. -Вы оба. Хватит. – Серьезно проговорил я, прицеливаясь. -Опусти оружие. – С явной угрозой в голосе прорычал Баракус. -Пули не убивают Инвиктусов. Помнишь? Тебе не о чем волноваться. – Заверил я. – Ты быстрый. Но не быстрее пули. Куинлан ухмыльнулся уголком губ. И повернулся к Баракусу. Тот также чему-то ухмыльнулся, и я понял причину только когда кто-то болезненно вырвал пистолет из рук, а затем схватил за горло, прижал к спине и сдавил трахею, лишая кислорода. Я отчаянно вцепился в удерживающую меня руку и начал вырываться с удвоенной силой. -Не дергайся. – Приказал над головой незнакомый мне голос. Шива, догадался я. Оказалось, он все же умел говорить. Я быстро перевел взгляд на Куинлана, который тревожно смотрел мне в глаза. Когда он кинулся в мою сторону, его перехватил Баракус и ударил в грудь. Ноги подкосились, и он грузно опустился на колени, затем гибрид саданул его по затылку и стригой упал навзничь. И тут мне подумалось, что сейчас история снова повторится. Его вновь убьют, и теперь уже нас двоих рассадят по банкам, так как Баракус перестанет церемониться со мной. Легкие жгло, я не мог вдохнуть, и паника билась в груди. Именно тогда рука чуть ослабила хват, и я смог вдохнуть полной грудью. Я с ужасом смотрел на лежащего Куинлана и старался убедить себя, что это не тот эпизод из моего кошмара, точно не он. Баракус подошел ко мне, и Шива отпустил мою шею, отходя от меня на несколько шагов. -Он жив? – Слабым голосом спросил я, тревожно оглядывая лежащее на земле тело. -Ты бы выстрелил в меня? – Неожиданно спросил гибрид. -Не в голову. – Нехотя, но честно ответил я. Когда я сделал шаг по направлению к другу, Баракус схватил меня за предплечье, останавливая. -С ним все будет хорошо. – Заверил меня гибрид, сдавливая руку. – Если он еще раз нападет на меня или на братьев, то снова окажется в банке. Он резко отпустил меня и ушел, а Шива, еще раз взглянув на меня с неприязнью, последовал за ним. Я присел на землю рядом с Куинланом и положил руку на его голову. Я так и просидел рядом до тех пор, пока он не очнулся. ХХХ Когда он медленно поднялся, я быстро вышел из состояния дремы. Была ночь. С неудовольствием я заметил, что жало уже сформировалось, как и проявились завитки на горле. Также на месте оказались и шрамы на лице. -Ты в порядке? – Спросил я, чтобы не молчать. Дождавшись кивка, я указал на дом. -Идем? И там поговорим. Жало Куинлана недовольно заурчало, и я с облегчением заметил, но он все же последовал за мной. Я закрыл за нами дверь. Комната, выделенная гибридом, не была рассчитана на двоих, поэтому отличалась небольшой кроватью и малыми размерами. Но я был готов с радостью предоставить возможность Куинлану набраться сил, а сам бы я занял место на полу. Когда я повернулся к нему, стригой смотрел на меня. Слишком пристально, на мой взгляд. Я шагнул к нему. Он не пошевелился. Тогда я осторожно взял его руку и приложил к своему затылку. Мне нечего было скрывать от него, да и так было гораздо быстрее поведать ему о том, что тот благополучно пропустил, сидя в банке. Пальцы на затылке ожили, так знакомо начав перебирать волосы, и мои глаза защипало. Мне было невыносимо плохо от его отсутствия. Куинлан имел полное право злиться на меня, даже мстить, при желании, ведь целиком на мне лежала вина за смерть его тела. Но я не хотел, чтобы он ненавидел меня. А все остальное я вполне мог вытерпеть. Не без труда, но точно мог бы. Стригой притянул меня ближе, крепко обхватив за талию. Вторая его рука замерла, и я ощутил давление в области касания холодных пальцев. Прикрыв глаза, я попытался расслабиться и откинул голову на его плечо. Когда он удовлетворил свое любопытство, обе его руки легли на плечи и отстранили меня. Давно спящее желание некстати вспыхнуло в груди, и я тяжело вздохнул. Это было весьма не вовремя. Руки, держащие плечи, резко переместились на лицо. Он притянул меня и жестко впился губами в мои губы, сминая поцелуем. Поначалу удивившись, я ответил на поцелуй. Его жало знакомо достигло языка и… я ощутил резкую боль, будто жало прокололо или оцарапало мой язык. Я резко отстранился и провел рукой по губам, пачкая ее кровью. Я нахмурился и недоуменно посмотрел на стригоя. Я пытался в его глазах отыскать намек на сожаление, но он точно знал, что делал. Это была не случайность. Я отступил от него на шаг, мне не нравился вкус металла во рту. А также не нравилось, когда он причинял мне боль. Мое желание было вытеснено полным непониманием, почему стригой так поступил. Куинлан ухмыльнулся, его рука взметнулась к моему горлу и сжала, притягивая ближе. -Я ощущаю голод. – Признался Квинт, не сводя глаз с моей шеи. -Какой именно? – Уточнил я. -Кровь. Когда я не отреагировал на его ответ, он пояснил. -Я спрашиваю разрешение. -Ты знаешь ответ. И я буду благодарен, если ты перестанешь душить меня. Он немедленно разжал руку, будто забыв на некоторое время, что она с силой сжимала мое горло. Я шагнул к нему, открывая доступ к шее, но встретил его недовольный взгляд. Я упорно не понимал, что ему не нравилось, поэтому не двигался и хмурился. Моя тяга к нему была придавлена грузом вины и сожаления, а также моральной усталостью. Я одновременно желал его внимания и противился ему. У меня не было сил. На ум мне пришло, что, возможно, на него повлияла душная банка. Он там пересидел. -Что не так? – Недовольно спросил я. – Я знаю, что…не послушал тебя. Злись на меня, запри в карцере, ударь. Но не веди себя так! -Баракус выстрелил в меня, они втроем буквально растерзали меня. А что делаешь ты?…Совсем потерял разум? Я вздохнул. Должно быть, так и было. Я был заражен безумием стригоев. У меня не было ответа на его вопрос, почему я был против кровавой мести Баракусу. Мне претило это и все. Наверно, мне уже стоило сидеть и пить чай с кроликом и спрашивать у гостей, в чем отличие ворона от письменного стола. Поэтому я упрямо молчал. -Может быть, мое присутствие здесь лишнее? Куинлан знал, что мне будет плохо без него. Жутко одиноко. -Если ты так хочешь…можешь идти. Глупо тратить на меня время. – Я не смотрел на него, боясь, что, видя его глаза, я не смогу сказать ни слова от жалости к себе, к нему, от обиды. От того, что я вовсе так не считал и, скорее, отгрыз бы руку, чем позволил ему уйти. Однако удерживать его рядом просьбой и давлением на чувства ко мне было подлым и выше моих сил. Я желал ему чего-то лучшего, чем провести жизнь с глупым мужчиной. – Ты можешь найти себе девушку, с которой проживешь счастливую жизнь. Жить с мужчиной – это уже перебор, даже по меркам стригоев. Звук хлопнувшей двери пригвоздил меня к месту, и я стоял, не шевелясь, не знаю сколько. Когда я смог двигаться, я просто подошел к кровати и упал на нее. Мысли кружились, как опавшие листья, но я не цеплялся за них. Пусть кружат и ложатся ковром под осенние деревья, украшают их. А я побуду пока здесь, в тишине. И одиночестве. ХХХ Когда боль в плече стала сильной, я, кажется, нахмурился. Боль была неприятной. Вообще, мне было плевать, пока плечо находилось на месте. Я не собирался открывать глаза, пока его не выдернут. Или вырвут. Но и тогда мне было бы без разницы, ведь тогда я умер бы от потери крови. Больно, да, но все равно. Плечо, рука, нога, голова. Хотя…лучше бы сразу голову. Я буркнул что-то типа «свали» и опять листопад начал кружить, унося меня из этого мира, в который я не желал возвращаться. Лучше кружить и опадать, чем жить и страдать. Щеку обожгло, и я отмахнулся. Какого хрена щека заболела? -Фет! Опять этот голос, обладатель которого виновен в том, что я лишился друга. Кому будет приятно узнать, что друг начал благоволить врагу? Или не врагу уже. Я не знаю, все было так сложно. Проще кружиться листвой, красной, желтой, местами зеленой. Затылку стало вдруг холодно. Холодно и одиноко. А такое могло быть? Наверно. В мире стригоев и не такое бывает, наверно. Дерево, под которым я стоял, было могучим. Ствол, почти необъятный, сильный прочно врос в землю. И листья, падающие вниз, походили на водопад. Оглушительно громкий хруст веток возвестил о госте, и я резко оглянулся. Баракус. Ублюдок собственной персоной. Причина моего одиночества. -Ты в курсе, сколько здесь проторчал? – Раздраженно начал говорить он. Я безразлично пожал плечами. -Две недели ты находишься…здесь. – Его губы кривились в неудовольствии. -И что? – Я не понимал, зачем он пришел. Лично я не вмешивался в его дела с братьями, даже не мешал ему жрать людей. И особо не мешал ему неволить меня. Куинлан был прав, он был лишним. Лучше ему действительно не видеть, как я начинал симпатизировать гибриду. -Ты не можешь находиться здесь. – Когда я услышал его тон, когда уловил приказные нотки, мое терпение подошло к концу. -А ты…не смеешь мне указывать. Ты меня просто достал уже. Со своими братьями, со своими…стригойскими замашками. Оставь меня в покое! Сильный порыв ветра поднял в воздух опавшую листву и закружил в вихре, а затем приземлил. На место. В отличие от поступков Баракуса, это зрелище было прекрасным. -Я не могу оставить тебя здесь. Куинлан ушел. Я не заметил, как поначалу относительно спокойный, мой голос сорвался на крик. -Да пошел ты! Куда подальше. Я подошел к нему ближе, насколько позволяло мое чувство личного пространства. -Ты кое-чего не смог учесть, явившись сюда. – Я придал голосу твердость и холодность, как любил делать гибрид. Он наклонил голову набок, слушая меня внимательно. -Что же это? – Мягко спросил гибрид, и на его лице вновь появился легкий намек на раздражающую меня ухмылку. -Это моя территория. Я поднял руки в стороны и налетевший ветер мощно и сильно превратил лежащую листву в лавину из жалящих листьев. Баракус прикрыл руками лицо, стараясь укрыться. Но разве от стихии можно спастись? Когда он исчез, я вновь присел и прислонился к стволу, пропуская листья между пальцев. Да, здесь было отличное место, чтобы любоваться на природу. И чтобы умереть. ХХХ Здесь невозможно было следить за временем. Его просто не было. Место без людей, без стригоев, без лжи, обмана, разочарований. Почти идеальное. Когда пришел он, я недоверчиво посмотрел на шрамы, которые должны были находиться на месте, но отсутствовали. Не-Куинлан снова явился. И остановился напротив меня. Я с досадой подумал, что где бы я ни закрылся, меня везде находят. -Ты промахнулся с внешностью. Куинлан уже сменил тело. -Моя цель не обмануть тебя. -Баракус считает, что ты – не часть меня. Так кто же ты? Зачем приходишь? -Он прав и не прав. Я прихожу, когда ты зовешь. -Ты…Натан? -Холодно. Я закатил глаза. Он решил поиграть со мной в игры? -Баракус? -Горячо. – Он улыбнулся одними глазами. -И как так вышло, что ты совсем не похож на него? -Походи я на него, ты бы не звал меня. -Я имею в виду, по характеру. -А ты знаешь его характер? -Я уже ничего не знаю. Утратил нить с реальностью. И с чего бы мне тебя звать? ТЕБЯ? -Ты ранишь мое сердце. – Он театрально схватился за грудь, чуть отклоняясь назад. И это существо издевалось надо мной. -Так все же? -Ты отрицаешь мое наличие. Ты не хочешь меня. -Конечно, я не хочу тебя. – С явным раздражением произнес я, начиная нервничать. -Тебе нужна девушка, и поскорее. А иначе ты сойдешь с ума, подозревая в каждом слове и жесте отсыл к постели. -Наверно, ты прав. Вижу то, чего нет? – Я криво улыбнулся. Так и было. -Верно. Я имел в виду, что ты отрицаешь мое наличие. Воспринимаешь меня как чужака. Именно поэтому твоя сила…чудит. Ты не можешь контролировать ее из-за дисбаланса. -Куинлан ушел. Это уже не имеет никакого значения. -Он вернется. Баракус его позовет. Наступит на гордость, но призовет. Мне стало грустно от того, что стригой вернется не по своей воле, а потому, что ему скажут про мою скорую смерть. Грустно и предательски обидно. -Откуда ты знаешь? Ты вообще, как существуешь во мне? Растворен в клетках? В каком ты виде? И как ты разговариваешь со мной? Вот червя я понимаю, а вот что касается тебя… -Наверно, я эфемерен, я не знаю. Но я есть и влияю на тебя. Ты меня таким видишь. -Как я могу вообразить чужую часть в теле друга? - Приди я к тебе в теле Баракуса, ты бы убил меня, наверно. Но уж точно не стал бы разговаривать. -Ты самостоятелен, как Натан? -Нет. Будь я самостоятелен, ты бы стал Джекилом и Хайдом. А так…просто слегка нестабильный человек. -И что мне с тобой делать? -Принять. -Как? -Как-нибудь. Это не сделает тебя жестоким. Ты останешься собой, только самоконтроля будет больше. Я надеюсь. Все равно выхода у тебя нет. Я усмехнулся. Да, действительно, стоящее рядом существо было от Баракуса. Упоминание о выходе чего только стоило. -Ты как Дьявол. Явился и соблазняешь меня продать душу. -Ты уже ее продал. Существу, о котором слагают легенды и снимают фильмы ужасов. Целиком и безвозвратно, ни капли не сожалея об этом. -Одним больше, одним меньше? Он усиленно закивал. -Если я приму тебя, ты перестанешь приходить? -Приду, если ты сойдешь с ума. Поболтаем. Я поднялся на ноги, моя футболка зацепилась за сучок на дереве, и я ее дернул, вырвав кусок ткани. Следовало признать, что место было не совсем идеальным. Когда я вновь взглянул на не-Куинлана, тот уже принял вид Баракуса. Я нахмурился. -Что мне следует делать? -А как ты думаешь? Я никак не думал, вся эта ситуация была странной до жути. Я подошел к нему и притянул к себе, сжимая, крепко. Было легко говорить о том, чтобы смириться и принять. На деле же…это казалось почти невыполнимым. Я отстранился, не-Баракус выглядел каким-то недовольным. -Я не принял тебя? -Нет. Я замолчал, размышляя, что такое это «принятие» на самом деле. Уж точно не обнять крепко. Это было глубоким осознанием и согласием не только с убийственной силой, но и его воздействием на меня. Я до сих пор точно не мог сказать, каким было его влияние, где был я, а где скрывался он. Все было размытым, каким-то неопределенным, нечетким. С другой стороны, если я не ощущал в себе ничего нехарактерного, пугающего и идущего вразрез с моей натурой, может быть, он вписывался в меня куда лучше, чем я мог представить? Я положил руку ему на плечо. -Я принимаю тебя. – Неуверенно сказал я, ожидая чего-то. Но снова ничего не произошло. Не-Баракус устало вздохнул. -Снова мимо. – Сердито произнес он. Я всплеснул руками. -Я не знаю, что еще мне сделать. Может, тебе лучше таким и остаться? Если ты эфемерен, то тебе должно быть без разницы! -Мне есть разница, раз ты меня выделил и призываешь. -Если я здесь умру, тебе не о чем будет беспокоиться. – Грустно сказал я, отходя от него. -Червь лечит тебя. Вряд ли ты здесь умрешь. -Тогда тебе с Баракусом не о чем волноваться. Какая ему разница, сижу я на крыльце или лежу в кровати. А, или в кровати я не так «забавен». Не услышав ответа, я обернулся, чтобы убедиться в том, что не-Баракус уже исчез, даже не попрощавшись. Я вновь остался один. ХХХ Если бы Куинлан не пришел, меня бы засыпало сверху листьями. И я бы превратился в сугроб. Не снежный, но лиственный. Поначалу я решил, что это опять не-Баракус или кто там внутри меня приходит без конца. Но потом я скорее ощутил, что это был мой друг. Я резко вскочил и подошел. Он хмуро оглядывал окрестности, а когда его глаза остановились на мне, я не заметил в них тепла или симпатии. Я сразу как-то сник. Я, конечно, не думал, что он кинется в мои объятия после разлуки, но такой отстраненности я уж точно не ожидал. -Развлекаешься? – Спросил стригой, глазами указывая на дерево и опадающие с него листья, запас которых был нескончаемым. -А ты? -В мыслях не было. -Баракус тебя позвал? -Нет. -Ясно. Если это было все, что он хотел сказать мне, то лучше бы он вообще не приходил. Злость начала копошиться внутри, портя и без того плохое настроение. Но кто был виноват, обычно делает первый шаг. -Мне извиниться перед тобой? Чего ты хочешь? -Твои извинения мне неинтересны. -Зачем ты пришел тогда? -Ты губишь себя здесь. Это не то место, в котором можно жить. -Я и не живу здесь. Просто…нахожусь. -Целый месяц? -Месяц, два, три…какая разница? Живи своей жизнью. А я буду жить своей, как хочу. -Ты весьма изобретательный молодой человек. -О чем ты? -Ты шантажируешь меня собой. Потому что знаешь, что я вряд ли допущу, чтобы ты навредил себе. -Я учился у лучших. – Хмуро произнес я. Куинлан ухмыльнулся. -Ты собираешься уходить отсюда? -Я останусь здесь. – Уверенно сказал я. -Пока я не вернусь? Я не ответил, просто смотрел на него и думал о том, что даже умереть нормально не могу. -Мысли о смерти тебе не идут. – Заметил стригой, наклоняясь и поднимая лист с земли. Он критически осмотрел его со всех сторон и бросил вниз. -А что мне идет? -Полное отсутствие здравых мыслей. Он медленно подошел ко мне и остановился совсем близко. Первым сильным желанием было коснуться его, но я не стал. Это было бы проявлением слабости. Но я так скучал по нему, по его хмурому взгляду, упрямой линии губ, по его бледной коже с просвечивающими венами, даже по его обидным высказываниям. Я был согласен на все, чтобы он вернулся. Если он хотел проходиться по моему недостаточному интеллектуальному развитию, я бы позволил. Даже если бы он хотел ранить меня или разорвать на части – я бы с удовольствием согласился. Мне не сложно, когда дело касается Куинлана. Если нет, то я сидел бы здесь. И ни за что не высунул своего носа отсюда. Потому что там меня ничего не ждет. И никто. -Ты вернешься? – Спросил я, в глубине души боясь ответа. -Мне бы не хотелось находиться в доме с братьями. Я обессиленно опустил голову. Холодные пальцы поддели мой подбородок, приподнимая ее. -Но я попробую поговорить с Баракусом. И очень надеюсь не оказаться снова в банке. ХХХ Распахнув глаза, я резко вскочил. И без сил упал обратно на подушку. Если червь меня и лечил, то явно делал это без особого энтузиазма. Повернув голову, я заметил Куинлана. Он задумчиво хмурился, что и было его естественным состоянием. За его спиной стоял Баракус. И тогда настал мой черед задумчиво хмуриться, потому что стригой позволил гибриду оказаться за спиной. Наверно, разговор между ними прошел успешно. Куинлан был рядом, и я встрепенулся, ожил и ощутил прилив сил. Я снова сел и опустил ноги на пол. -Не упади. – Заботливо предупредил Баракус, складывая руки на груди. Мне вдруг по-мальчишески захотелось сложить пальцы в неприличный жест. Но голова закружилась, и я отвлекся, попытавшись встать на ноги. Тело ощущалось так, будто принадлежало не мне. Я с трудом мог двигать руками и ногами, еле стоял и вообще чувствовал себя препаршивейше. Куинлан подошел ко мне и подставил плечо. Я взглянул на него с улыбкой и благодарно принял помощь, опершись. Мне хотелось обнять его, но не когда Баракус не сводил с нас глаз. Я просто сжал пальцы на плече, благодаря молча. Я вопросительно посмотрел на гибрида. -Куинлана я не держу. Он может уйти. Ты останешься в любом случае. Что ж, ничего нового. Я кивнул. Куинлан остается, а все остальное не имеет значения. Гибрид покинул комнату, и мой лоб как магнитом притянуло к плечу стригоя. -Тебя необходимо вылечить. – Заметил Куинлан куда-то в мою макушку. Я согласно кивнул, но и не думал шевелиться. -Фет. Я нехотя выпрямился и сел на кровать, протягивая руку. Стригой проделывал это уже не раз и я просто всматривался в его новый облик, пытаясь привыкнуть. Предыдущее тело было более поджарым, в отличие от этого. Немного выше меня, он выглядел мощнее, поэтому крепежи для меча на спине немного жали. Цвет глаз сохранился, однако форма стала другой. Разрез глаз стал более узким и длинным, поэтому его взгляд теперь стал каким-то хитрым. -Любуешься? – Осведомился Куинлан, уже закончив начатое, но не поднимаясь с корточек. -Пытаюсь привыкнуть. – Заметил я с тяжелым вздохом. -Теперь наши с Канишем глаза не похожи? -Цвет один. Но теперь формы разные. -Отлично. Только по одной этой причине следовало сменить тело. – Произнес стригой, поднимаясь на ноги. Почему ему казалось оскорбительным походить на брата Баракуса, я не стал обдумывать. Я подпер голову рукой, думая о том могучем дереве, возле которого я просидел месяц. Мне показалось странным, почему я выбрал именно дерево, его осенний вариант. -Баракусу нравятся деревья. Лес, природа, все такое. – Заметил стригой раздраженно, осматривая ящики в столе. -Не начинай. И перестань намекать на…на… -На что? – Почти невинно поинтересовался Куинлан, подходя ко мне. -Ни на что. -Вот и славно. Я вздрогнул, когда ощутил холодное прикосновение пальцев к щеке. Я посмотрел на него и накрыл его руку своей. -Каково это, сидеть в банке? Куинлан усмехнулся. -Я не помню. -Я приходил к тебе. Но не попытался тебя отбить у него. Я даже бежать не пытался. -Наконец-то Василий Фет начал использовать голову по прямому назначению. -Ты бы, наверно, придумал что-нибудь. И все равно бы вырвался на свободу. -Но ты - не я. Тем более, их трое. А это, поверь, проблема куда серьезнее. Я встал, и руки сами сомкнулись за его спиной, а голова удобно расположилась рядом с шеей. Я прислушивался к мерному урчанию жала и думал, чем был занят стригой целый месяц, тосковал ли он по мне. Его руки отстранили меня, но лишь затем, чтобы губами прижаться к губам. На этот раз его жало не ранило, а бережно касалось. Руки прижимали властно, не позволяя отстраниться. И если в прошлый раз я был инициатором, то сейчас пришла очередь стригоя руководить процессом. Должно быть, познав прелести человеческих поцелуев, он вписал их в свою систему демонстрации чувств. И действительно тосковал по мне. Мне стало не хватать воздуха, и я прервал поцелуй, глядя на Куинлана из-под ресниц. Он был спокоен, как и я. Все тревоги отступили на второй план, их место заняли спокойствие и умиротворенность. Наверно, наконец-то я взял свои желания под контроль, так как не тянул его больше в постель, неистово жаждая непонятно чего. Я хотел его, безумно, но только душу и сердце. Чтобы он находился рядом, поддерживал меня, уважал, понимал, доверял. И, кажется, мне хотелось преданности. Куинлан улыбнулся мне, как мог улыбаться только он. Не-Баракус говорил мне про принятие. Что ж, следовало начинать с того, что не являлось сложным. Например, с сущности Куинлана. -Я не еда, я понял. Но мне бы было очень любопытно почувствовать, каково это. -Это больно. – Заметил Куинлан, отводя взгляд. -Пусть так. Я прошу. Стригой наклонил голову, будто серьезно обдумывал это. Я уже давно заметил, что он серьезно подходил ко всему, даже к таким, казалось бы, пустякам, как моя просьба. -Это не пустяк. – Серьезно произнес стригой, прочитав мои мысли. -Удовлетвори мое любопытство. -Как пожелаешь. – Согласился стригой, проводя пальцем по артерии. Он одной рукой обхватил меня за спину, другой захватил шею сзади. Когда подвижные когти оцарапали шею, я напрягся, ожидая сильной боли. Но стригой непонятно почему вновь медлил. И затем я почувствовал резкий болезненный толчок в шею. Я дернулся, но руки удержали меня на месте. Острая боль сменилась на тянущую, когда когти проникли под кожу и прокололи артерию. Боль не была невыносимой или сводящей с ума, просто боль, которую можно терпеть. Голова стала казаться мне тяжелой, а ноги будто отказывались держать мой вес и начали подгибаться. Мне становилось все тяжелее стоять прямо, глаза начали слипаться, словно мной завладевал сон. Но друг меня держал крепко и надежно, не давая упасть. Когда Куинлан втянул жало, я уже почти висел на нем. Тогда он без труда перекинул меня через плечо и, донеся до кровати, уложил на нее. Все это он проделал с такой легкостью, будто я ничего не весил. Вновь достав нож, он нанес порезы на наши ладони и вылечил меня. -Удовлетворен? – Спросил Куинлан, глядя на меня сверху вниз. Я кивнул. Я не мог утверждать, что мне понравилось. Как-никак частичное изымание из тела органа, хоть и в жидком виде, не очень воодушевляет и не заставляет ждать повторения. Однако, было не так уж ужасно, как мне всегда казалось со стороны. Я поднялся и прикоснулся к уже зажившей ране. Куинлан наблюдал за мной с интересом. -Жалеешь? -Ни капли. Это много значит для меня. -Что именно? – Он помедлил, прислушиваясь. - Принятие? Моей сущности. -Да. -Так тебе посоветовал поступить твой новый гость? -Такое вообще бывает? -Твой организм выделил чужака. И, наверно, пытается бороться с ним. -У меня голова лопнет. От всего этого. -Могло быть хуже. – Заметил стригой, искоса глянув на меня. Судя по его виду, он был не в восторге от моей комнаты. Конечно, вся эта ситуация, в которую я его втянул, была ему неприятна. Как и мне. -Как нам выбраться из всего этого? – Тихо спросил я, глядя куда-то в пустоту. -Надо подумать. А тебе следует сходить перекусить. -Не хочу. - Не сиди здесь. -А ты? -Хочешь, чтобы я с тобой пошел? – С усмешкой спросил стригой, снимая ножны со спины. Куинлан повел плечами и поморщился. Да, крепежи беспощадно жали. Я отрицательно мотнул головой и нехотя поплелся к холодильнику, надеясь никого не встретить там. И в кои – то веки высшие силы благоволили мне сегодня. Когда я вернулся, Куинлан протянул мне ноут. Наверно, мои глаза загорелись, так как я увидел на его лице намек на улыбку. -Спасибо. – Радостно произнес я, принимая подарок. Теперь можно было вообще не выходить из комнаты. -Это не подарок. – Сухо сказал Куинлан, и продолжил, заметив мои нахмуренные брови. – А стимул. Тебе нужно учиться стоять за себя. Ты должен использовать силу для защиты. -Это невозможно. Она бесконтрольна. -Так сделай ее контролируемой. -Сделай? Каким образом? И кто будет меня учить этому? -Я. -И речи не может быть. – Наотрез отказался я. -Тебе придется. -Я могу случайно ранить тебя. Или убить. Я не буду этого делать. -Тем лучше будет мотивация преуспеть. Начинаем завтра. С утра. -Нет. – Наотрез отказался я. -Я не спрашиваю твоего мнения. И он вышел из комнаты, мягко прикрыв дверь. Я же раздраженно посмотрел на ноутбук, будто это он был таким бесцеремонным. ХХХ Куинлан нанес удар в плечо. Несильный, скорее толчок, чем действительно удар. Я скривился и отступил. Чего он добивался этим, кроме как наставить очередных синяков? Он шагнул вперед и снова ударил в плечо. Сильнее. Я возмущенно взирал на него, вновь шагая назад. -Отвечай же. – Потребовал стригой, наступая. Я не хотел отвечать, злиться и снова пытаться усмирить стихию внутри. Я боялся, что когда-нибудь я в этом не преуспею. И все случится, как в видении. Мне до сих пор было неясно, предотвратил я его или лишь приблизил. Поэтому не стремился как-либо использовать силы, не хотел нервничать, ненавидеть. Сильные эмоции я предпочитал не испытывать, насколько это было возможно. Куинлан же будил их внутри. Я бы с удовольствием сбежал в лес, к примеру. Но бегать от стригоя было бы глупым. И я стойко, даже смиренно сносил его тычки. Когда из дома вышел Баракус, мое настроение упало до нуля. Я готов был провалиться сквозь землю. -Я могу помочь избить Фета, - негромко предложил гибрид, на этот раз полу серьезно. Ну, конечно же. Куинлан не обращал внимания на его высказывания. Стальная выдержка. Задумавшись, я отвлекся и стригой поставил мне подножку и я свалился. -Хватит. – Рявкнул я, но потом усмирил внутреннее негодование. -Может, Баракус сделает то, что у меня не получается? – Поинтересовался Куинлан, глядя мне в глаза. Я лег на землю, откинув голову. Я все ждал, когда же чертово солнце уже встанет и прогонит стригоев в дом. Но оно как назло задерживалось. -Баракус сделает из меня отбивную только потому, что ему это нравится. -Отрадно, что ты это осознаешь. Но не тогда, когда это действительно необходимо. -Ты про Габриэля? – Я поднялся на локтях, недоуменно глядя на стригоя. -Он мог бы забрать его, и мы бы были свободны. Я посмотрел на гибрида, он прекрасно нас слышал, хоть и стоял далеко. На его лице отражалась злость, но он сдерживал себя от действий. -Нам следует закончить этот разговор. – Хмуро произнес я, поднимаясь на ноги. Куинлан пытался разозлить гибрида намеренно и мне это не нравилось. -Нет. Я мог бы связаться с Габриэлем и передать наши координаты. И тогда бы Баракусу пришел конец. Как и его братьям. Я настороженно смотрел на гибрида, его грудь тяжело вздымалась и опускалась. -Хватит. – Прошипел я. Если Баракус выйдет из себя, завяжется драка и Куинлан вновь будет один на один с тремя стригоями, и тогда его снова запрут в банку. Куинлан даже не оглядывался, будто ему было плевать на то, что за спиной находится сильный соперник. -Возможно, я уже так и сделал. Эти слова были последней каплей для терпения гибрида и он сорвался с места. Страх за друга, сильный, мощный зародился в груди и осел тяжелым камнем. Стремление защитить Куинлана, не дать ему погибнуть смерчем закрутилось внутри и мое внутреннее «я» потянулось к другу, пытаясь закрыть его от нападающего. Все случилось очень быстро. Баракус двигался молнией, и также стремительно и резко он отлетел на несколько метров, так и не коснувшись стригоя. Я вздрогнул и почувствовал его жгучую боль в спине, схватившись за поясницу. Вокруг нас с Куинланом поднялась пыль, и волна взрыва прокатилась на несколько метров. Когда пыль вокруг улеглась и боль стала терпимой, я смог рассмотреть, каковы были последствия, Баракус стоял на ногах, уже подоспели его братья. На губах Куинлана играла усмешка. Как у победителя. Теперь я понял, чего добивался стригой. Он спровоцировал Баракуса напасть, чтобы я использовал силы для его защиты. Хитрый, циничный ублюдок. Он прекрасно знал, на какие слабые стороны надавить, чтобы обе стороны действовали, как надо. И чтобы Баракус заодно перестал испытывать ко мне благосклонность, и я, в свою очередь, также бы стал его ненавидеть. Шестеренки сработали, как подобает. От злости меня распирало. Я ожидал, что вот-вот наведенная боль от гибрида скрутит меня и опрокинет на землю, но он просто наблюдал за мной. И было в его глазах что-то уязвленное. А потом все трое, как по команде, развернулись и ушли. Надо было что-то сказать, но слов не было. Растерянность и раздражение лишили меня дара речи. И я просто смотрел на стригоя. Я остался сидеть на ступеньках в одиночестве, наблюдая восход и думая о том, что Куинлан избавился от того, кто ему набил оскомину. И теперь в моей жизни вновь присутствовал только друг. Я никогда не задумывался, мог ли стригой ревновать. Наверняка мог. Я бы ревновал, заведи стригой такого знакомого. И если продолжать размышлять в таком русле, то я бы также предпочел избавиться от него. Поступок друга был логичным и понятным, но отчего-то неприятным, поэтому я не спешил в комнату. Наверно, мне следовало радоваться тому, что мы с ним друзья. А не враги. Потому что в противном случае он бы нашел оригинальный способ истребить меня, моих родных и близких. ХХХ Ночевать под деревом мне не хотелось, отчего-то аж мурашки по спине бегали. Поэтому пришлось вернуться в комнату к Куинлану. Когда я зашел, он сидел на кровати и читал какую-то книгу. Он оглядел меня поверх издания и снова погрузился в мир книги. Я закрыл дверь и, нерешительно подойдя к кровати, молча лег на сторону у стены. -Моя сила – от него. Я, кроме одного случайного раза, никогда не использовал ее против него. – Проговорил я в подушку. -Сила контроля разума у тебя от меня. И ты ее пытался использовать на мне, но не сработало. Ты не помнишь этого. Думаю, Баракус переживет данную трагедию. Я повернул к нему голову. -Ты доволен? – Спросил я серьезно. -Следовало остудить твой пыл к гибриду уже давно. -И ты пытался. Когда ушел на месяц. Куинлан смерил меня взглядом, но ничего не ответил. Я уже начал засыпать, когда Куинлан заговорил. -Баракус тебе не станет другом. В твоем понимании. Ты лишь еда, ему любопытно наблюдать за тобой. Лелеять несбыточные надежды, оберегать их – в твоем духе. -А что в твоем духе? Разве для тебя я не такой же забавный человек? Ты с радостью запер меня, когда мои силы вышли из-под контроля. И сегодня ты добивался того же ради своей мести. -Просто ты, Фет, упрямый идиот. Кроме как вынудить тебя – больше вариантов убедить не существует. -Габриэль – наследник Хозяина. А я – твой? Или ты в любой момент заберешь червя. – Резко сменил я тему. -Ты разочаровываешь меня все чаще. Но я не жалею о своем выборе. -Ты закрыл меня. А что еще ты можешь сделать, если моя сила… -И снова встает вопрос, насколько я могу быть жесток к тебе. Он смотрел сверху вниз и в моей груди снова начало зарождаться дикое желание прикоснуться, не смотря на мою злость и недовольство. Но я мысленно приказал этим устремлениям убираться прочь, а сам я уткнулся в подушку, чтобы не видеть стригоя. Рука легла на спину, и я вздохнул. Посылая к черту контроль и самоконтроль. Я развернулся и поднялся, присев. Наши глаза встретились. И я коснулся его щеки, бережно. Я не хотел большего и также не хотел отстраняться. Так бы и сидел, не двигаясь и растворяясь в его бездонных глазах, повидавших так много. Его глаза скользнули на мое горло, и я понял без слов его желание, соглашаясь и прижимаясь к нему, обвивая руками его спину. Одна его рука зарылась в волосы, другая обняла спину. Вновь резкий укол в шею и снова тянущая, вытягивающая из меня силы боль. Я начал слабеть гораздо раньше, чем в прошлый раз и Куинлан осторожно уложил меня на подушку, как только втянул жало. Я видел в его глазах удовлетворение и тепло и улыбнулся. На этот раз он не использовал нож. Его жало вновь показалось и он, прислонив коготь к моей ладони, оцарапал ее. То же самое он проделал со своей ладонью и соединил наши руки, крепко сжав. Когда я смог двигаться и вновь набрался сил, я протянул руку к его губам и провел по ним. Упрямая линия губ даже со сменой тела осталась таковой, чему я был рад. Хоть что-то не изменилось. -Ты что-то теряешь? Куинлан вопросительно наклонил голову. -Когда меняешь тело, ты остаешься прежним? Или что-то теряешь. – Уточнил я свой вопрос. У него был приятный голос, мне нравилось его слушать. Но только когда звериный рык не примешивался к человеческой речи. Я всегда вздрагивал, когда слышал его. -Я прежний. – Ответил стригой, ограничившись парой слов. -Да. – Подтвердил я, полу прикрыв глаза. Потом резко открыл. – А если мое тело умрет, я тоже умру? Или Натан меня перенесет в другое тело? Куинлан долго молчал. Мне было интересно, что он думал по этому поводу. Я считал, что мы с Натаном были разными существами, и я бы умер, а он бы переполз в другое тело. -Ты бессмертен, как и я. Не надейся избавиться от моей компании так скоро. Я был не согласен с ним, однако проверить, кто из нас был прав, не представлялось возможным. Куинлан сидел рядом, и мне было уютно, как никогда. Глаза начали закрываться, а я все смотрел на неподвижно сидящего друга и не хотел засыпать. Он взглянул на меня лишь один раз, и, увидев, что я клюю носом, вновь задумался. Я изо всех сил старался держать глаза открытыми как можно дольше, чтобы продлить момент. Куинлан наклонился и коснулся моего лба. Я прикрыл глаза и не заметил, как уснул. Мне ничего не снилось.