Blackwork

      Стрелка часов неспеша плыла по циферблату. Казалось, будто бы время нарочно тянулось так медленно. Регулус сидел на кровати, от волнения раздирая кожу на костяшках пальцев. Экран телефона постоянно напоминал о непрочитанных уведомлениях. Барти приглашал его выпить пива, но ему было не до этого.              Сириус не сказал, к которому часу вернется, от чего становилось невыносимо сидеть в неведомом ожидании. Он мог прекратить это, написав Джеймсу, позвонив ему, извинившись лично и разобравшись наконец в сложившейся ситуации. Но он боялся, что может сделать только хуже.              Когда в замочной скважине послышался скрежет ключа, Регулус чуть не лишился рассудка, подскочив с кровати и в считанные секунды оказавшись у входной двери. Толкнув дверь спиной и зайдя внутрь, Сириус вздрогнул, не сразу заметив стоящего позади него брата.              – Господи, ты чего так пугаешь, – воскликнул он, закрывая бедром дверь и вручая тому пакеты с продуктами.              Регулус быстро заморгал, провожая его взглядом до комнаты. Сириус неторопливо стянул с себя толстовку и широко зевнул, упав на кровать.              – Чего стоишь, как истукан, – пробурчал он, заметив, что Регулус, как маленький щенок, последовал за ним, – поставь ты уже эти пакеты.              Он недовольно фыркнул и быстрым шагом преодолел коридор, оказавшись на кухне. Выпрашивать у Сириуса информацию он не собирался, слишком сильно его гордость наступила ему на шею.              – Ты был прав, Реджи, работать со шрамами не так уж и сложно, – прозвучал его довольный голос из комнаты.              Регулус не ответил, продолжая выставлять продукты на стол. Было трудно обращать внимание на такие мелочи, как молоко, поставленное на винную полку, и коробку печенья, закинутую в морозилку. У него заканчивалось терпение и всего трясло от негодования.              Когда Сириус соизволил войти в кухню, Регулус чуть не приложил его затылком о стену. Он уже не понимал, что именно вызывало в нем столько злости и раздражения, поэтому испытывал эти чувства ко всему, что его окружало. Вцепившись ладонями в столешницу, он оперся на руки и опустил голову, прикрыв веки. По его плечу скользнула рука, но он одернул ее.              – Вы двое сведёте меня с ума, – произнес он, сделав глубокий вздох. – Серьезно, как два оленя, упёрлись рогами и ни один не сдвинется с места.       – Что он сказал? – тихо спросил Регулус, устремив рассеянный взгляд перед собой.              – Ничего особенного. Я предложил заехать к нам, но он отказался.              Регулус кивнул, сомкнув губы между зубами. На удивление, ему стало легче. Словно с плеч сняли тяжелый груз. Но ненадолго. Он повернулся и взглянул на Сириуса, который пил сок из стеклянной бутылки, задумчиво глядя на стол.              – Из–за меня, – это был не вопрос, скорее утверждение. Сириус неохотно кивнул.              – Он оправится, вот увидишь. Джеймс не умеет долго злиться, ты же знаешь, – он легонько толкнул его плечом. Регулус покачал головой.              – Но он все еще злится.              – Не думаю, – Сириус повернулся и поставил бутылку, взглянув на брата. – Он беспокоится за тебя.              – Что? – не веря своим ушам, отозвался парень. – Беспокоится?              – Да, дурачок, – мягко рассмеялся Сириус, – потому что он чуткий и милый.              Регулус рассерженно пнул ножку стола, опустившись на стул. Это было ужасно бестактно тыкать ему в лицо словами, которые случайно вырвались у него в порыве чувств. Сжав переносицу, он позволил себе пропустить мимо ушей все замечания Сириуса по поводу его бездействия. Что он мог сделать? Друга он уже потерял.              – Что насчет адвоката? – решил он сменить тему.              – Завтра узнаем. Джеймс должен уточнить у отца, все–таки он не последний человек в этом городе.              – Даже не знаю, чего Сивый пытается этим добиться, – произнес Регулус, прокрутив в ладони яблоко, которое выпало из тарелки. Переведя взгляд на Сириуса, чтобы услышать его версию, он заметил, что тот нервно закусил губу. Вся эта ситуация с Фенриром действовала на нервы похлеще всего остального. – Если дело не в деньгах, какой смысл гнобить репутацию?              – Может, все дело рук конкурентов, – выдавил Сириус, прислонившись к столешнице. Было трудно поспорить с этим, но Регулус понял, на что он намекал.              – Барти не стал бы, он мой лучший друг.              – Этот Крауч тот еще паршивец, – с большим энтузиазмом продолжил Сириус. – Он никогда не вызывал у меня доверия.              – Я ему передам, – нацепив улыбку, ответил Регулус, оглянувшись на брата. Тот гневно зыркнул. – Это определённо кто–то из Косого переулка. Хотят монополизировать рынок. Бизнес Марлин протянул недолго.              – Она просто не умеет его строить.              – Как и ты.              – Если бы не Макдональд, мы бы сейчас плескались в какой–нибудь грязевой луже.              Мэри помогала во многих вопросах, касаемо бухгалтерии и финансов. На ней были аренда и маркетинг. Без нее они действительно бы не сдвинулись с мёртвой точки. Но весь этот малый бизнес они делили поровну, не выделяя кого–то главного и не вешая ярлыки владельцев, управляющих и исполняющих обязанности работников.              – Не важно, откуда он взялся, – сказал Регулус, устало потерев виски, – надо избавиться от него, как можно скорее.              Сириус не любил говорить об этом, и Регулус понимал почему. Они очень долго шли ко всему этому делу, чтобы так просто его потерять. К тому же, паника никогда не была хорошим союзником в стрессовой ситуации.       Они поужинали, каждый в своем углу, и разбрелись по комнатам. У Сириуса была привычка включать музыку во время того, как он сидел над эскизами, поэтому приходилось плотнее закрывать дверь, чтобы это не отвлекало от чтения. Перелистнув уже третью по счету страницу, Регулус понял, что совершено упустил смысл прочитанного. Он отложил книгу и взглянул в окно, за которым сгущались сумерки.       – Надеюсь, ты позвонил не для того, чтобы отказаться, – проворчал голос Барти на другом конце линии. Регулус фыркнул.       – Ты действуешь мне на нервы.       – Какие мы нежные, – парень сплюнул и торопливо зашагал под звуки сигнала машин. – Давай, Блэк, оторви уже свою ленивую задницу и составь мне компанию.       – Не хочу становиться союзником твоего алкоголизма, – Регулус удобнее устроился между подушек, не сомневаясь в том, что надолго задержится в них.       – Мерзавец, – протянул он скрипучим голосом. – Позвонил, чтобы послать меня?       – Хотел кое–что узнать, – возразил парень, сменив позу из–за нервозности. Барти шмыгнул носом и недовольно вздохнул. – Ты знаешь, кто может натравить гончих среди местных?       – Тебе для чего? – полюбопытствовал он. – Для себя или сам собираешься кому–то подложить свинью?       – Мы следуем правилам в этой игре, – ответил Регулус и услышал, как на другом конце насмешливо фыркнули.       – И в этом ваша проблема, Реджи. Никто не играет честно, когда дело касается конкуренции.       – Я думал, ты играешь, – возразил парень, приподняв бровь.       – Только так, чтобы все подумали, будто бы я тот еще тип и со мной лучше не связываться. Это называет блеф, малыш. И вам пора этому научиться.       Регулус отнял трубку от уха, сделав глубокий вздох, прежде чем продолжить слушать его нравоучения. Он терпеть не мог, когда Барти переходил с ним на отцовский тон. Тот услышал молчание и издал горловой рык недовольства.       – Ты же не думаешь, что это я?       – Сириус думает, – Регулус действительно не подозревал своего друга в чем–то подобном. Они достаточно хорошо общались и многое пережили рука об руку, чтобы так подло поступить друг с другом.       – Передай ему, что мне проще лично извалять в дерьме этого засранца, чем пытаться сделать что–то исподтишка, – на заднем фоне послышалась музыка и звон бутылок. Барти обменялся с кем–то рукопожатием и уселся с характерным вздохом, словно ему было под шестьдесят. – Я могу сделать пару звонков, узнать, кто пытается спланировать облаву.       – Это привлечет внимание, – Регулус собрал в легкие воздух, шумно выдохнув, – а оно нам сейчас не на руку. Просто подумал, может, у тебя есть мысли на этот счет.       – Понял, тогда сворачиваемся, Мальсибер обычно натравливает проверки, Эйвери переманивает клиентов. Если это не одно из этого, значит, на горизонте появился кто–то новый.       – Либо это не связано с этим, – протянул Регулус.       – Не стоит упускать этот вариант. А то потом будет – беда откуда не ждали, – Барти обмолвился парой фраз с барменом и свернул на прежнюю тропу. – Уверен, что не хочешь присоединиться?       – Пока, Барти.       Он сбросил вызов и растянулся на кровати, пытаясь разобраться в сумбурном потоке мыслей, занимавших его голову. Кем бы ни был этот Фенрир, его намерения явно были нечистыми. Любой другой уже давно взял с Сириуса процент за нанесенный ущерб, пусть в этом и не было вины мастера. К тому же, на стороне его брата и их салона было довольного много сторонников, пусть даже Сириус отказывался принимать чью-либо помощь.       Когда речь заходила о Джеймсе, Сириус напрочь отказывался втягивать его в неприятности, но в итоге все-равно шел к нему. Джеймса не нужно было уговаривать, он сам всегда предлагал протянутую руку помощи и был готов до последнего отстаивать честь за своих друзей. Эта черта характера всегда была присуща его пылкому нраву, что невероятно располагало к себе. Казалось, рядом с ним любой становился неуязвим, но на Регулуса это действовало иначе, потому что он был его единственной слабостью. Парень дал себе время, чтобы успокоиться и прийти в себя, прежде чем провалился в глубокий сон, где он снова молил о прощении и целовал желанные, но неприступные губы.