Blackwork

      Традиционный звон бокалов в рождественскую ночь Джеймса прошел за семейным столом. У семьи Поттеров всегда собиралось много друзей и близких родственников, которых его родители радушно принимали в семью. Рождество запомнилось ему звенящим смехом, шумными разговорами и танцами после полуночи. Несколько раз его донимали разговорами о женитьбе, и ему приходилось отшучиваться, корректно переводя тему на собеседника. Теперь эти мысли не давали покоя и ему самому. Не то, чтобы он торопился с женитьбой, но была вообще в его жизни такая перспектива?              Вернувшись домой на следующий день, он едва успел открыть дверь, как его телефон захватили нескончаемые звонки проснувшихся друзей.              – С Рождеством! – звонко пропел в трубку Сириус, исполнив несколько праздничных баллад за утренней рутиной.              – И тебе доброго утра, Сириус, – зевнул Джеймс, прижав телефон щекой к плечу, и принялся разбирать пакеты, упакованные миссис Поттер. Несколько праздничных блюд, упакованные коробки подарков и сумасшедшее количество вязаных зимних вещей ручной работы. – Как прошло твое Рождество? Пожалуйста, без подробностей.              – О, ты такой милый, – проворковал парень в ответ, и на фоне послышался хлопок входной двери. – Я уже почти у твоего дома.              – Да–да, вижу тебя.              – Прекрати, соколиный глаз, я еще не одет.              – Ты буквально только что сказал, что ты у моего дома, и я слышал входную дверь.              – Посмотрите на этого ушастого няня, он слышит звуки! – в трубке послышался чей–то сварливый бубнеж. – Реджи передает тебе привет.              «Ох, блять, просто завали», – снова голос на заднем фоне. Джеймс промычал что–то в ответ, но вряд ли сам разобрал что.              – Мое общество такое токсичное, – драматично вздохнул Сириус и сменил тон. – Ладно, буду через десять минут.              Сириус никогда не спрашивал разрешения, потому двери Джеймса всегда были открыты для него. Он мог ворваться к нему в любое время дня и ночи, не беспокоясь об удобном времени. Джеймс не возражал, потому что Сириус задавал темп его жизни, был одним из тех, с кем можно было пойти на любую авантюру. Правда, это время давно закончилось, и они стали кем–то вроде старых супругов, постоянно ворчащих друг на друга.              – Закрой глаза! – воскликнул Сириус, как только Джеймс открыл ему дверь.              Тот закатил глаза и положил на них ладонь, толкнув дверь вслепую. Сначала Сириус несколько минут пытался стянуть с себя куртку, в которой застрял его рукав, а затем зашелестел пакетами.              – Открывай! – прошептал он дрожащим от возбуждения голосом.              – Блять, ты серьезно?! – брови Джеймса взлетели до небес, когда он увидел, в чем был одет Сириус.              – Да, это я, – самодовольно усмехнулся парень, бросив в него футболкой. – Надевай.              Джеймса захлестнуло волной смеха, когда он увидел собственный портрет на футболке друга. Под ним был написан его номер с фразой: «позвони ему, если найдешь мое бухое тело». Идентичная футболка была в его руках, только на ней во всем своем неподражаемом великолепии было напечатано лицо Сириуса.              – Теперь можно не переживать, что твое бухущее тело скинут в какую–нибудь сточную канаву, а доставят прямиком ко мне.              – Вряд ли, если ты будешь валяться рядом, – прыснул Джеймс, на что Сириус заговорщически сощурился.              Он приподнял подбородок, жестом указав на футболку, и намекнул на то, что ему следовало бы рассмотреть ее получше.              – Какого… – с его обратной стороны ему улыбалось лицо Регулуса с подписью «он точно знает, что делать» и прикрепленным ниже номером.              – Это беспроигрышный вариант, – заверил его друг, похлопав по спине. – Реджи никогда не пьет.              – И правильно делает, – вздохнул тот, бросив футболку на комод и всучив Сириусу свой подарок.              – Кстати, что у вас вчера произошло? – между делом поинтересовался тот, распаковывая оберточную бумагу с коробки. – Я вернулся, квартира как была в упадке рождественского духа, так и осталась, пришлось делать все самому. До Реджи я, кстати, так и не достучался.              – Он ничего тебе не сказал? – прочистив горло, спросил парень, и переступил с ноги на ногу.              – Да не особо… О–о, это же лимитированная коллекция! Где ты их нашел?              – Пришлось повозиться, – довольно поджал губы Джеймс, пока Сириус рассматривал утонченный флакон парфюма.              – Что б ты знал, – задрал голову Сириус, прижав к себе флакон и кивнув на футболку, – я отдал за это кучу денег! Знаешь, как дорого сейчас стоит печать? Качество видел? Однотонные футболки сейчас хрен найдёшь.              – О, ну конечно, – хитро улыбнулся Джеймс, – хочешь сказать, ты сделал их не за пять минут до своего прихода?              Сириус обиженно моргнул и сложил губы в тонкую нить.              – Я спешил к тебе! Хотел, чтобы мы надели их на вечеринку к Макдональд.              – Я не надену футболку с лицом Реджи, – сказал Джеймс, возвращаясь в гостиную, – это будет не совсем честно по отношению к нему.              – Так ты не ответил, – вспомнил Сириус, любопытно пристроившись к нему на диван. – Что вчера произошло между вами?              Глаза его сузились в узкие щелочки, а губы вкрадчиво поджались, дабы не растянуться в ехидной улыбке.              – Ничего между нами, – он выделил последнее слово, – не произошло. Мы просто поговорили. Точнее он обозначил свою позицию и попросил меня уйти. А ты чего такой бодрый с самого утра?              Сириус быстро отвернулся, смущенно опустив голову. Его пальцы принялись ковырять растрепавшиеся нити на колене джинсов, и выглядел он так, словно Джеймс ткнул пальцем в его самый страшный секрет.              – Римус, – растянуто ответил он, мечтательно улыбнувшись самому себе, – он придет на вечеринку.              – О–о, – кивнул Джеймс, улыбнувшись, – отлично.              – Да, – согласился парень, и улыбка исчезла с его лица, как только он поднял взгляд. – Помнишь тот день, когда я наехал на тебя из–за Фенрира? – Джеймс утвердительно промычал, внимательно наблюдая за сменой выражения его лица и поникшей интонацией в голосе. – Это был Римус. Это он избил его.              – Погоди, что? Римус избил Фенрира? – вытаращил на него глаза Джеймс. Сириус неоднозначно покачал головой и развернулся к нему.              – Ну… я выбрал не совсем подходящее слово. Сивый выследил его после нашей с ним встречи и прижал в переулке.              – Господи, он в порядке? Я имею ввиду Римуса, – поспешил добавить Джеймс. Тот усмехнулся, снова спрятав взгляд за упавшей прядью волос.              – Более чем. Оказалось, что он намного сильнее, чем выглядит.              – Ну, – изогнул губы парень, – никогда не знаешь, чем человек занимается по жизни. Может, он состоит в каком–то бойцовском клубе?              – Вероятнее всего, – рассмеялся Сириус, перекрестив в щиколотках ноги, – иначе я отказываюсь понимать, как ему удалось выйти победителем. Серьезно, ты бы видел Фенрира. Нет, конечно, Римусу тоже досталось, но в меньшей степени.              – А Римус–то в этой ситуации вообще причем? – поинтересовался Джеймс.              Его мысли мгновенно обратились к Регулусу. Тот бы явно не смог противостоять Фенриру, если только убежать от него.              – Он подумал, что мы встречаемся, – ответил Сириус, продолжая качать головой, словно эти слова все еще не обрели для него истинного смысла.              – Хм, действительно абсурдная ситуация, – произнес Джеймс, придав голосу озабоченности, – вы же на самом деле не встречаетесь. Выходит, Римусу досталось просто так. Вдвойне обидно.              У Сириуса вздрогнули губы, но он снова плотно сомкнул их, переглянувшись с другом. Если бы Джеймс не знал его так хорошо, то подумал бы, что тот лукавит. Но в его жесте не было притворства, Сириус действительно не на шутку смутился.              – Дело не в этом, – поспешил оборвать он очередную порцию сарказма от Джеймса, – а в том, что теперь у нас возникли новые трудности.              – Да, паршиво получилось, – искренне согласился он, потерев подбородок с колючей щетиной и подумав, что надо бы привести себя в порядок перед вечеринкой. – Даже не знаю, а есть свидетели его нападения?              – Без понятия, – Сириус уронил лицо на ладони и устало прокряхтел. – Есть показания Римуса по поводу того самого случая, кхм…              Он кинул быстрый взгляд на Джеймса, чтобы не продолжать, поймав его утвердительный кивок.              – Он согласился озвучить их на повторном слушании, – он поднял голову, коснувшись виска и запустив пальцы в черные пряди. – Я перед ним в таком неоплатном долгу.              – И тем не менее, – вернулся к их прежней теме Джеймс, закинув ногу на ногу. – Он продолжает с тобой общаться. Даже на вечеринку придет. Невероятно.              Их прервал звонок, раздавшийся из коридора. Сириус быстро выбежал из комнаты и ответил на звонок, поставив на громкую связь.              – Привет–привет, мамочка, – поднес он телефон ближе к лицу и взмахнул бровями, улыбнувшись Джеймсу.              – С Рождество–о–ом! – пропела Мэри и живо рассмеялась. – Я не буду спрашивать, придёшь ты или нет, я звоню сказать, чтобы ты принес с собой что–то из выпивки. У тебя хороший вкус.              – Комплименты с утра пораньше, – промурлыкал парень, коснувшись уголком телефона своего подбородка, – то, что я люблю.              – Обращайся, – парировала девушка, цокнув языком. – Джеймс, случайно, не рядом?              – Доброе утро, Макдональд, – крикнул тот в ответ, сообщая о своем присутствии, – у тебя нюх, как у собаки.              – О, здравствуй, милый, – проворковала она, рассмеявшись. – Сочту за комплимент, но знай, делать ты их совсем не умеешь.              – А ты еще удивляешься, почему Эванс до сих пор его френдзонит, – в Сириуса прилетела подушка, но он успел увернуться.              – Как часто вы созваниваетесь, чтобы сплетничать обо мне? – прошипел он, нахмурившись.              – Каждые два дня в десять утра и восемь вечера, – отчеканила Мэри к еще большему раздражению Джеймсу и самодовольному фырканью Сириуса. – Не суть, я лишь хотела сказать, что, раз уж вы вместе, что не удивительно, захватите в два раза больше выпивки. О, и еще, дорогой, уточню сразу за всех. Реджи и Римус?              – Будут, – кивнул Сириус, облизав губы и опустив взгляд на экран.              Кокетливо рассмеявшись, Мэри попрощалась и отключилась, пока щеки Сириуса залились румянцем, словно на морозе.              – Что насчет шоппинга в день подарков? – взмахнул он бровями, быстро спрятав телефон в карман джинсов.              Джеймс кивнул, подхватив со столика ключи от машины, и звонко подбросив их на ладони. Ему пришлось согласиться на рождественский плейлист друга, который утверждал, что все песни Боуи и Аббы рождественские, и заехать за кофе в Старбакс.              Улицы казались непривычно пустыми, а многие магазины все еще оставались закрыты. Сириус взял телегу, забив ее текилой, ромом, виски и разными ликерами, добавил содовых для коктейлей, а Джеймс присыпал все фруктами, чтобы они выглядели еще более презентабельно.              – Я надеюсь, Макдональд достаточно благоразумна, чтобы пригласить Гида и Фаба, иначе я не собираюсь пить то дерьмо, которое делал на день Святого Валентина Фрэнк.              – Ты в курсе, что это оплачиваемая работа? – уточнил Джеймс. – Мы не так близко общаемся, чтобы они просто пришли на вечеринку, чтобы угостить нас своими коктейлями.              – Гид знает, с какой стопки водки меня выносит, о чем ты говоришь?! – возмутился Сириус, сметая фигурные трубочки и зонтики с прилавка.              – Да, но ты не подумал, что люди хотят отдохнуть от своей привычной рутины хотя бы несколько дней в году?              – Смешивать напитки – это не то же самое, что бить татуировки.              – Толкни меня, если мне показалось, – прищурился Джеймс, – что ты только что обесценил труд барменов?              – Толкнуть, если показалось, или толкнуть, если обесценил? – на его лице проскользнула хитрая улыбка с толикой замешательства.              – Твою мать, Сириус! Ты не имеешь права.              – Ой, просто возьми еще немного лайма, – закатил глаза тот и надавил ногой на тележку, направившись дальше по ряду.              – Невыносимый придурок, – фыркнул Джеймс и запустил в друга ранее оторванной виноградной горошиной.              Им пришлось выстроить обратно пирамиду из овсяных хлопьев и туалетной бумаги, потому что несколько раз они въехали в них тележкой и своими собственными телами. Продавец дремал за кассовым аппаратом, прислонив голову к стене, не обращая никакого внимания на двух резвящихся молодых людей, которым детство ударило по затылку.              Джеймс постоянно возвращался к мысли о том, что вечером ему снова придется столкнуться с Регулусом. Он перебрал в голове сотню вариантов того, каким образом ему вести себя по отношению к нему. Ему очень хотелось поговорить с ним, объясниться, пусть уже в десятый раз. Проблема была в том, что это у него не очень хорошо получалось, а Регулус попросту отказывался его слушать. Он давал ему столько шансов, а Джеймс бессовестно тратил их впустую.              – Как дела у мистера и миссис Поттер? – обратился к нему Сириус, когда они грузили пакеты в машину.              – Передавали тебе привет, спрашивали, почему их любимый сын перестал навещать их.              – Оу, я обязательно позвоню им, – Сириус растянулся в довольной улыбке, словно его погладили по голове, как хорошего пса.              – Я собираюсь заехать к ним на следующих выходных, можешь составить мне компанию, – предложил он, закрывая багажник.              – Даже не знаю… они что–то говорили про своего второго сына Джеймса Флимонта Поттера? Уверен, что можешь появиться там с любимцем семьи?              – Ты прав, мне там делать нечего.              Они вернулись к дому Джеймса, припарковав машину на въезде, и, пока Сириус вызывал такси, второй быстро выгрузил пакеты на тротуар и закрыл багажник.               – Ты же в курсе, что Реджи будет на вечеринке, – произнес Сириус, оценивающе взглянув на него.              – Ну конечно, – пожал плечами тот, сунув руки в карманы. Погода подмораживала, и Джеймс начинал зябнуть в своих легких кроссовках. – И прекрати на меня так смотреть, иначе я воспользуюсь своим преимуществом.              – Это еще каким?              – Вероятно, Римус не так много о тебе знает? – лукаво улыбнулся он, поймав толчок под ребро локтем Сириуса.              – Эй! Не смей говорить обо мне всякие гадости.              – Когда это я говорил про тебя гадости? – демонстративно надулся Джеймс, заметив подъезжающую к ним машину.              – В любом случае, я тебя придушу, Поттер, – напоследок кинул Сириус и помог ему загрузить пакеты.