Blackwork

      Поздно вечером, когда Римус уже дремал в своей постели, его разбудил телефонный звонок, потревожив едва наступивший сон. Только что он был невольным наблюдателем своих собственных грез, до того размытых и туманных, словно он пытался разглядеть их через запотевшее стекло автомобиля, а теперь, в сумраке нащупав причину его пробуждения, пытался разобрать написанное на экране имя.              – Не разбудил? – прорезался в трубке тихий голос Сириуса.              – Я ждал тебя, – нехотя пробормотал хрипловатый голос, недовольный тем, что его владелец заставил его напрячь свои связки. Он действительно ждал, когда тот ответит на его сообщение, которое он оставил ему перед сном.              – Прости, что так поздно, – молчание в ответ затянулось, потому что Римус ждал продолжения, – можно я приеду?              – Конечно, – быстро сказал он и мельком взглянул на часы. Было почти одиннадцать. – Если хочешь, я могу приехать к тебе.              – Нет, я уже вызвал такси, – на фоне послышался характерный хлопок закрывающейся двери.              Римус не был уверен, готов ли он был выбраться из теплой постели, ради того, что он только что предложил, но все сомнения его испарились, когда он услышал голос Сириуса. Если бы тот не ответил, он наверняка бы поехал к Джеймсу или еще к кому–то. Стал бы он топтаться у порога, как бродячий пес, в ожидании, когда Римус проснется и пустит его к себе. От этих мыслей у него скрутило живот, и он быстро поднялся, чтобы привести себя в порядок и заварить чай.              Сириус приехал налегке, не взяв с собой ничего, кроме полупустого рюкзака, в котором на дне всегда были раскиданы конфеты, а во внутреннем кармане лежал скетчбук с карандашом между страниц, чтобы в любой момент, когда вдохновение нахлынет на него, перенести эскиз на бумагу. Римус понял это, когда тот открыл его, чтобы достать футболку, потому что на свою он по неосторожности пролил чай, но там ничего, кроме фантиков и скомканных бумажных листков не оказалось.              – Я дам тебе свою, – сказал Римус и вышел в спальню, посадив его обратно за стол и придвинув тарелку с имбирным печеньем в шоколадной крошке.              Сириус не стал возражать, уткнувшись в кружку и принявшись вылавливать чаинки кончиком ложки. Когда Римус вернулся, он понял, что тот не справится в одиночку, поэтому ему пришлось за ним поухаживать. Стянуть футболку и надеть новую, пытаясь его убедить, что ничего страшного в этом нет, потому что тот съежился так, будто в чем–то провинился.              – Эй, – прошептал Римус, потянувшись к его ладони и мягко сжав ее в своих руках, – ну ты чего?              – Прости, – он опустил голову на стол, и его волосы накрыли их переплетенные пальцы.              – Все нормально, – рука его высвободилась и принялась распутывать волнистые пряди, убирая волосы от висков, заправляя их за уши. – Расскажи мне, что происходит.              Сириус перекатил голову набок поднял глаза, рассматривая лицо Римуса, будто бы пытаясь понять, может ли он доверить ему свои мысли, и нужно ли это Римусу.              – Я ненавижу его. Не–на–ви–жу. Все, что у меня было. Вся моя жизнь. И я чувствую себя так хуево. Из–за всего этого, – он судорожно вздохнул и Римус подсел ближе, приобняв его. – Я просто хочу забыть это, но он никак не исчезнет из моей жизни. Блядский ублюдок.              – Сириус, – тихо произнес Римус и притянул его, повернув на себя его лицо, нежно проведя ладонью по щеке. – Он уйдет обязательно. Я тебе обещаю. Осталось совсем немного, всего один разок, после чего он никогда больше не появится в твоей жизни.              – Как ты можешь знать, – обреченно покачал он головой.              – Не знаю, – согласился Римус, поджав губы, – но я постараюсь. – Я и ты, слышишь? И Джеймс, и Регулус, и Мэри – все мы. Мы будем рядом. И мы сделаем все возможное, чтобы ваш салон обрел новое имя. И…если нужно, я могу одолжить денег, у меня есть немного сбереж…              – Римус, Римус! – перебил его тот, прислонившись к нему лбом. – Пожалуйста, дай мне продолжить.              Он молча кивнул, рассматривая его глаза, в которых было не сколько тоска и печаль, сколько овладевшие им нежность и теплота.              – Спасибо тебе. Спасибо, что ты рядом.              – Где же мне еще быть, – улыбнулся тот и обнял его, сплетая руки кольцом вокруг его талии. – Могу только представить, как тебе тяжело. И я понимаю, как для тебя был важен этот салон.              Расставаться с чем–то особенным всегда тяжело. Будь то даже какая–то мелочь, которая приносила тебе удовольствие и делала тебя счастливой. Но дело касалось не какакой–то там безделушки, и от этого становилось совсем худо. Римус разделял это чувство, и он понимал, что печаль эта не пройдет по щелчку пальцев, не испарится на утро, никаким поцелуем, объятием, нежностью ее не прогнать. Только время залечит тоску по былому, по увядающему прошлому, пока на смену ему не придет настоящее, открывающее новую дверь в будущее.              – Сильно устал? – спросил Римус, когда они перебрались в спальню.              – Немного, – Сириус потянулся и плюхнулся на подушки, уступая рядом с собой место под одеялом.              Римус лег, подняв одежду Сириуса, сброшенную на пол и положив ее рядом со своей на стул. Вдвоем было гораздо теплее, несмотря на тесноту, которая их совсем не стесняла. Время было за полночь, на комоде горел светильник и оставлял теплые оранжевые блики на потолке. Они не спали, лежа лицом друг к другу и по горло укутавшись в одеяло. Можно было услышать, как бьется сердце, если протянуть руку чуть вперед, дотронувшись до грудной клетки чуть левее от пролегающей ложбинки. Сириус лежал так близко, что его дыхание скатывалось по его щекам, а ресницы щекотали скулы.              – Тебе нужно поспать, – прошептал Римус, оставляя каждое слово влажным следом губ на его коже. Тот выглядел таким сонным, что веки его постоянно опускались, но он будто бы боялся их сомкнуть.              – Я хочу еще немного побыть с тобой, – ответил Сириус хриплым от долгого молчания голосом.              – Я никуда не денусь, – улыбнулся он, боднув носом хнычущего, как маленький ребенок, Сириуса. – Я буду рядом, когда ты проснешься. Ты можешь остаться завтра, если захочешь. Хоть на все выходные.              Римус позволил бы ему остаться на сколько угодно, засыпать в теплых объятиях и просыпаться под градом поцелуев и утренних серенад. Сириус любил петь по утрам. Так разрабатывается голос, как он говорил.              – Для чего тебе это, ты же не поешь в опере, – усмехался Римус. – Или я чего–то о тебе не знаю?              – Разве тебе не нравится, как я пою?              – Нравится, – ехидно улыбался он, – настолько сильно, что мне не терпится тебя чем–нибудь заткнуть.              Тогда Сириус облизал губы и медленно опустил взгляд, от чего у Римуса больше не оставалось сомнений, что он сам напрашивается на это.              Римус заметил, что тот сомкнул глаза, и уже потянулся в сторону выключателя, как Сириус перетянул его на себя. Они немного поваляли дурака, пытаясь прижать друг друга к кровати, пока у Римуса не защемило мышцу в области шее, и тот застонал, выставив руки преградой.              – Старик, – рассмеялся Сириус, приподнявшись на локтях, пока Римус пытался размять свою шею.              Он протянул руку, коснувшись его затылка и несколько раз ущипнул ладонью, когда Римус перевернулся в удобное положение. По его телу пробежали мурашки. Сириус отодвинулся и залез рукой под футболку, массирующими движениями водя рукой по коже на его спине. Напряжение в мышцах начало постепенно спадать и он обмяк на кровати, опустившись на руки и прильнув к подушке. Он и не заметил, как оказался прижат животом к кровати, а сверху, на его бёдрах, восседал Сириус, растирая большими пальцами поясницу.              – Господи, – простонал он в подушки, – обожаю развлечения в двадцать пять.              – Нравится? – тихо усмехнулся Сириус и наклонился, оставив на его плече след своих губ.              Руки его были теплыми и кожа под ними становилась податливая и упругая. Он прикусил язык, чувствуя, как прилила кровь к области паха. Лежать стало неудобно, еще и от того, что Сириус, сидевший на нем верхом, теснее прижимал его к кровати. Приподняв голову со своих скрещенных под подушкой рук, он негромко позвал его, и тот опустился рядом, взглянув на него из–под своих полуопущенных на глаза ресниц.              – Я тебя утомил? – с улыбкой спросил он, глядя на умиротворенное лицо Римуса.              – Наоборот.              Сириус подполз к нему ближе, положив голову на сгиб плеча и поцеловав в шершавую от проступающей щетины скулу. Ладони их встретились на груди Римуса и переплели пальцы, играясь в немую игру, изучая впадинки между фалангами.              Всю субботу они почти не вылазили из постели, провалявшись в ней до обеда, затем приготовив на завтрак панкейки под чётким руководством Римуса и вернулись в гостиную, потратив целую вечность, чтобы выбрать фильм для просмотра.              – Может, посмотрим новую Дюну? – в очередной раз предложил Сириус.              – Невозможно.              – Смотри–ка, возможно, – он набрал название и перешел на сайт, а затем брови его недовольно нахмурились. – У тебя нет подписки?              – Я похож на человека с платной подпиской? – Римус забрал ноутбук себе, продолжив листать список фильмов.              – Ладно, – кинул он, недовольно скрестив на груди руки, – можно зайти с моего аккаунта.              – Невозможно смотреть Дюну, не зная сюжета, – деловито парировал тот.              – Я знаю сюжет, – возмутился Сириус, – я смотрел старый фильм.              – И что ты из него понял? – он посмотрел на него, заставив того внезапно осознать свою никчемность. – Вот именно. Я говорю о книге. Хотя новый фильм мало общего имеет с оригинальным сюжетом.              В ответ Сириус лишь неразборчиво пробурчал что–то, уткнувшись в его плечо.              – Может, тогда Ведьмака? – протянул он и на очередной взгляд Римуса, уже знакомый ему, шумно вздохнул. – Господи, ну а здесь–то что! Это ведь игра.              – Ты же в курсе, что о Ведьмаке существует целая книжная сага? – на его вопрос Сириус молча моргнул и уставился в монитор, словно его вдруг заинтересовала статья о фильмах.              – Мы с Джеймсом прошли все три части.              – И ни одной книги, – с его губ сорвался смешок, в ответ на который Сириус пихнул того локтем в бок и принялся щипать.              – Ну ладно–ладно, – ноутбук чуть не слетел с его ног, когда стало совсем невозможно усидеть на месте из–за щекотливых пальцев Сириуса. – Говорят, любителям броманса между Геральтом и Лютиком стоит посмотреть.              – Броманса?! – Сириус вскочил на колени, раскрыв рот. – Он же разбил ему сердце! Я видел спойлер с песней. Хотя я бы Геральту все простил.              – Он скучный и глупый, чем он тебе нравится? – фыркнул Римус. Тот приподнял бровь.              – Ты меня убиваешь, – он сел обратно. – Был бы во мне хотя бы один процент бисексуальности, я бы сказал, что мне нравится Йеннифер…              – Она потрясающая!              – Не спорю, – скептически ответил Сириус, – скажи еще, что тебе нравится Лютик.              – Ну, он вообще–то милый.              К единому мнению они так и не пришли, препираясь насчет разнящихся мнений, которые у них мало в чем сходились. Но в этом была своя прелесть. Римусу нравилось выманивать ребенка, сидящего внутри Сириуса, наружу. Он становился таким невероятным, открытым, лицо его менялось, глаза загорались огнем, а в голосе так и слышались прыткость и жадность, что тот едва сдерживался, чтобы не затискать его до слез, которые бы лились в порыве заливистого смеха. Он обожал его таким. Страстным и льнущим к нему, каким бы упертым и противным не был Римус, а он умел быть таким. Раззадоривать его было еще и потому приятно, потому что это приводило к тому, что Сириус бросался на него с объятиями и поцелуями, и уже никакого фильма не нужно было, чтобы интересно провести время вместе.              В воскресенье Сириус уехал, чтобы переодеться в свои вещи, которые забыл взять накануне и встретиться с Мэри и Регулусом по вопросам салона, поэтому Римус потратил несколько часов в интернете, изучив всевозможные виды деятельности, используемые в терапевтической практике. Эта мысль пришла ему в голову еще тогда, когда Сириус едва не сорвался с кулаками на несчастных студентов. Монотонная работа вряд ли помогла бы ему избавиться от накопившихся эмоций, а вот активный спорт, как ему показалось, был в этом случае отличным решением.              Он вспомнил, что Сириус часто упоминал их развлечение с Джеймсом вроде тех видеоигр, где нужно «бездумно жать кнопки, чтобы замочить этого ублюдка». Римус не особо в них разбирался, но пару раз играл в те, где нужно разрабатывать стратегии для совместного прохождения. Это было действительно интересно, поэтому он решил поговорить с тем, кто окажет ему значительную поддержку с его затеей.              – Пейнтбол! – воскликнул Джеймс так, будто ему вынесли торт ко дню рождения, когда Римус рассказал ему об идее, как поднять Сириусу настроение . – Черт, это потрясающая идея, Римус!              – Я так понимаю, ты за? – усмехнулся он.              – Я всеми руками и ногами за. Ему это точно понравится.              – Спасибо и да, я подумал, что можно будет пригласить остальных. Там нужно хотя бы по несколько человек в команду.              – Хм, можно позвать Марлс и Доркас, думаю, они с радостью согласятся. Мэри, Лили…              – Регулус, – с улыбкой произнес Римус.              – Да. Да, Регулус. Вот, нас уже восемь              – Вау, да. Точно. Восемь. Кхм… – изначально он собирался пригласить только его и Регулуса, но Джеймс решил пойти дальше.              – Ты хотел позвать кого–то еще? – чуть успокоившись, уточнил тот.              – Вообще–то, – он прикинул, что с его количеством человек выходит двенадцать, – я думал позвать своих знакомых. Вот.              – Без проблем, чем больше – тем веселее.              – Это да, – протянул он, понимая, что эта поездка влетит ему в копеечку. Это ведь была его идея – организовать это все. – Дай знать, когда обзвонишь остальных, чтобы я знал, сколько мест забронировать.              Так скоро, как он и не ожидал, Джеймс прислал ему подтверждение, что все дали свое согласие так же, как и со стороны Римуса.              – Кстати, как обстоят дела с арендой? – спросил между делом, когда позвонил Пандоре с предложением присоединиться. – Уже нашли что–то?              – Да, Эммелин помогла нам найти потрясающее место. Там такие витражные окна, а снаружи здания красивая лепка. Сейчас мы немного заняты переездом, но для отдыха время всегда найдётся.              – Это здорово, помощь нужна?              – Нет, спасибо. Мы уже договорились с мистером Уизли, он и его семья нам помогут.              – Ладно, тогда с нетерпением буду ждать открытия.              Через несколько минут она перезвонила, сообщив, что Фрэнк и Алиса тоже не против присоединиться, поэтому Римус забронировал двенадцать мест на конец следующей недели.