Попадалово

пов Лёлик       Нахватал-то я, нахватал. Большой молодец. Не учел только, что в этом мире, очевидно, не один язык, а читаю я, хоть и с трудом, но все же только на одном. Интересно, это типа язык дроу? Или я по-вампирски шпарю? Не суть. Просто первую книгу, которую я взял с верха моей башенки из пяти фолиантов — красивая темно-зеленая с рисуночками какими-то — понял, что прочитать просто не могу. Правда, пока «понял», всю голову сломал. Пришлось даже снова разворачивать записку от вампира и убеждаться, что читать я всё-таки умею. Со второй попытки мне повезло больше. Это была обтянутая черным бархатом книга с серебряным символами на обложке. Я раскрыл её на первой странице, уже особенно не ожидая ничего, но как ни странно в этот раз получилось. С горем пополам, конечно, но я все же начал чтение. Давалось… трудно. Ощущение, что у меня дислексия. Сначала пытаюсь разобрать каждую букву, потом слоги, а потом составить слово и понять общий смысл. От таких усилий даже начала болеть голова. Или я просто на солнышке перегрелся. Хотя должен признать, что через пару страниц, кажется, стало чуть легче. А может, просто привык… Если говорить о том, что я вообще читаю, то это, видимо, сборник мифов, или, может, типа местной религиозной книги? Вначале немного расстроился. Хотелось что-то по истории, или географии, или о расах, но потом решил, что, может, оно и к лучшему. В книге рассказывалось про местную теологическую теорию создания Мира; именно так, с большой буквы, так как названия я не нашел, видимо, тут решили не заморачиваться с обозначением; и про то, как появились эти два очаровательных солнца и, что самое главное, про Тёмную Богиню. Слог, конечно, был тяжеловат, а с моими способностями к чтению получалось совсем лихо, но интересно на самом деле. Итак, дико пафосным языком мне сообщалось, что в Начале была лишь Тьма, из неё, как и многие демиурги, появилась некая Тёмная Богиня, которая впоследствии играючи и создала эту планету, и солнца, и звёзды, только, кажется, в другом порядке, и даже подарила этому месту жизнь. Насколько я понял, в Мире есть дроу, эльфы, люди и гномы. И еще упоминается о «Камни открыли глаза и сошли с гор», но этого прикола я не совсем понял. Типа, тут есть каменные формы жизни? На самом деле мне пиздец как не помешал бы кто-то, кому можно задавать вопросы! Я вздохнул и устало отложил книгу. Тени от деревьев красивым пятнистым узором ложились на каменный рельеф, которым был выложен участок. Даже немного завис, рассматривая.       — Что ты тут делаешь? — в гневном шипении едва можно было различить голос вампира. Я медленно повернул голову, выходя из своего залипательного транса. Да. И правда он. А чего злющий такой?       — Читаю, — спокойно говорю я, поднимая книгу в подтверждение. Вампир напряженно замер, но, кажется, пока не нашелся, что ответить.       — Я предупреждал не выходить на открытую местность без сопровождения.       — Нет, — покачал я головой. — Ты говорил не уходить с территории замка. Я и не уходил. Тем более, я не один, со мной Пушистик, — уверенно тыкнул в направлении ветки, с которой свисал хвост. Абблад даже не посмотрел в сторону, продолжая негодующе сверлить меня взглядом. Мрачным таким, тяжелым взглядом. Несколько жутковато.       — Ты не должен…       — Господин Абби! — Сиюнь возник с лучезарной улыбкой практически за спиной вампирюги. И когда успел подкрасться? Я его не заметил…       — Сиюнь, я предупреждал, — мрачно начал Абблад, наконец отводя взгляд от меня.       — Господин, ваше беспокойство беспочвенно. Не стачивайте меч понапрасну. Мальчик на территории Замка, здесь до него никто не доберется так просто! — уверенно отчитывал Сиюнь. — С таким же успехом он может пострадать и в собственной кровати. Я нахмурился. По спине прошелся неприятный холодок. Пострадать? А я могу пострадать? Что, черт побери, они все скрывают?!       — Хекке — это не полноценное сопровождение, — сквозь зубы зашипел Абблад.       — В таком случае, вам стоит сопровождать его везде лично, — резковато заметил Сиюнь. Дежурная улыбка исчезла с лица служки, будто краска стекла. Теперь его взгляд был холоден и строг. Страшно, блять. Ощущение, что заявился в школу пьяным, и тебя отчитывает та самая завуч, а ты под таким-то взглядом мгновенно трезвеешь и начинаешь осознавать последствия. Сиюнь вздохнул.       — Господин Абби, вам стоит поумерить пыл. Хекке более чем прекрасно справится с ролью сопровождения. Не стоит перегибать, — мягко и примирительно закончил он, повторяя уже сказанное с нажимом. Абблад, кажется, слегка стушевался. А я только переводил взгляд с одного на другого. Что ж, очевидно, стоит сменить тему.       — Может, поедим, если ты не занят? — предложил я, смотря на Абблада. Вампир смерил меня взглядом, потом сдержанно кивнул. Сиюнь буквально просиял. Вот так лучше. А то мне от него становилось не по себе...       — Прекрасно! Прикажу сервировать дневную столовую.       — Но… — начал было Абблад, однако служка, ой, то есть Хранитель Рода, уже ускакал. Я со вздохом закрыл книгу. Атмосфера немного успокоилась, но напряжение пока не хотело уходить. Будто между молотом и наковальней побывал. Вампир подошел ближе, заинтересованно рассматривая стопку передо мной.       — Вы ходили в Хранилище? — уточнил он.       — Библиотека была закрыта, — пожал я плечами, все-таки поднимаясь. — Эту я прочесть не смог. Не знаю, что там за каракули…       — Эта книга на эльфийском, — мне снова показался смешок, но когда я посмотрел на лицо вампира, оно было нейтральным, может, слегка раздраженным. Я прищурился. Еще словлю тебя, сволочь.       — Значит, по-эльфийски я, очевидно, не читаю. А это какой? — я раскрыл книгу, которую читал.       — Это общий, — хмыкнул он. — Точнее, человеческий. Но на данный момент он самый распространённый, и им пользуются все разумные расы. Ну, это понятно. Человеков, как всегда, больше всех и они самые неуёмные.       — А есть неразумные? — все-таки уточнил я. Вампир выразительно на меня зыркнул, но потом вздохнул.       — Ты вроде бы хотел есть? — вдруг спросил он, и после моего неуверенного кивка продолжил: — Тогда разделим дневной прием пищи. Книги отнесут в твою комнату. Я неуверенно кивнул. Хотя комната моя была вроде бы далековато… Или это намек, что мне только в ней лучше и сидеть? Как же с этим упырём сложно! Нельзя, блин, нормально говорить, что ли?! Весь обед то и дело косился на абсолютно невозмутимого вампира. Когда утащили большинство блюд и оставили только кешь, я решил, что самое время прояснить ситуацию.       — И какого хрена произошло? — спросил, внимательно вглядываясь в лицо Абблада. Он молчал. Но… не знаю, мне кажется, что молчал не так, будто игнорировал, а как будто переваривал вопрос и пытался сформулировать ответ. Вообще, и это дико странно, иногда у меня ощущение, что мое понимание вампира периодически скачет на какую-то глумную эмпатию. То есть я его эти ужимки и дрянной характер прям спинным мозгом чувствую. Типа, когда вот он просто морозится, или молчит ради некоего выебона и пафоса и вот сейчас, когда молчит, потому что черепушка информацию прогружает - это для меня почему-то разные молчания.       — Прекрати грузиться, — выдохнул я угрюмо. Не люблю, когда люди не способны говорить прямо. — Просто скажи, что я сделал не так. Я здесь в любом случае на птичьих правах. Хочешь, чтобы я тупо в комнате сидел? Вампир поджал губы.       — Это… сложно, — наконец выдохнул он. А у нас, милый, всё не просто, и что теперь?       — Давай поговорим. Нормально, без твоих этих непонятных перепадов чего бы то ни было. Просто объясни мне, что не так, и я пойму и постараюсь не отягощать твою жизнь. Насколько смогу, — попытался подойти я с другой стороны. Вот это вот "не отягощать жизнь", даже как-то по нервам прошлось. Это что-то из прошлого меня, то что пока вытравить не удалось. Быть удобным. Быть максимально полезным и при этом никому "не мешать" своим существованием. Хуёво. Надо бы... как-то с этим решать. Абблад выдохнул и посмотрел на меня почти затравленно. Мне чет жалко этого упыря. Он, когда не строит из себя пафосного ублюдка, выглядит как дико уставший и потерянный… Может, в гробу поспать? Я снова услышал, как фыркнул вампир, но, обернувшись, увидел вполне себе морду кирпичом. Да чтоб тебе пусто было, Кровосос! Дай мне разглядеть в тебе живое существо, блять!       — Ты прав, — всё-таки ответил Абблад, опустив взгляд себе в кружку. — Но сейчас мне сложно с тобой говорить.       — Как и мне, — искренне поддакнул я. Вампир кивнул. Да. Все мы всё понимаем. Прелестно.       — Ты действительно можешь свободно перемещаться по Замку, — все-таки высказал он и, поколебавшись, добавил: — Но мне было бы спокойнее, если бы ты был не один. Интересно. Но сейчас явно не время для допросов. Спасибо хоть что-то из себя выдавил адекватное. Я кивнул.       — Я так понимаю, ты мне составить компанию не хочешь? — уточнил чисто для проформы. Откровенно говоря, мне и самому пока было сложно подолгу рядом... с призраками прошлого.       — Сион Юнолань в целом прав, и хекке будет достаточно в качестве сопровождения. Прямо слышу, как всё его существо противится этой идее. Снова кивнул, теперь более осторожно. Как бы... уточнить бы... ну, так чтобы этот придурок снова не психанул?       — Так мне не стоит сидеть в этих кельях? — всё-таки решился я. Вампир нахмурился.       — В катее? — уточнил он. Ах вот как это называется! Точно! Помню что-то на "К"!       — Да.       — Там ты в безопасности, — выдавил из себя вампир. Я тяжело вздохнул. Сука ты, зубастая. Заебало с тобой на цыпочках ходить, чтобы потом ты обходил меня с другой стороны. Мы, блять, как на ебанутом ринге. Типа тех, что в рестлинге. Ходим по кругу, зыркаем, не знаем как подойти, чтобы не отхватить первым.       — Было бы ахуенно проще, если наоборот я бы мог читать твои мысли, а не ты мои, — пробубнил я под нос. Вампир заинтересованно меня осмотрел. Я только допил чай и встал, но уходить не спешил.       — Кому мне можно задавать вопросы?       — А какие у тебя вопросы? Какой вопрос - такой ответ, ага. Я помолчал, вспоминая книгу и всё мной прочитанное. Абблад кивнул.       — Сейчас я занят, но вечером буду рад с тобой побеседовать. Мой взгляд помимо воли скользнул по лицу вампира. Сердце всё еще слегка щемило, но… Что ж... очевидно, я так же этому рад как и он. Типо того. Да.       — Спасибо, — тихо сказал я и развернулся в сторону стеклянной двери, за которой на солнышке развалился знакомый хекке. Интересно, а Жуть единственный пушистик или тут есть другие? И как они отличаются?

***

      Дверь за мной тихо щелкнула. В моей комнате было приветливо, чисто и светло. Пушистик юркнул на заправленную кровать, устраиваясь по-хозяйски между подушками. Я осмотрел девственно чистый пол, чересчур идеально заправленную кровать, которую я бросил абы как, всю мебель, на которой не было ни пылинки. И в воздухе, в солнечных лучах, ничего. Как будто нереально. Нежило... Стерильно. Мне вдруг стало так плохо. Неуютно. Как будто кто-то ворвался в личное пространство. Мой блуждающий взгляд остановился на книгах, аккуратной стопкой лежащих на тумбочке у кровати, рядом с графином. Зелёной там уже не было, значит её вернули на место без меня. Горло почему-то сжал тугой ком. Я нервно сглотнул. Наверное, впервые за эти два дня так четко почувствовал, что я здесь, в общем-то, чужой. Моё тело нервно дёрнуло плечом, я только успокаивающе положил на него пальцы. Это не моя привычка, обычно я так не делаю. Дыхание участилось. К щекам обжигающе прилила кровь, или что вообще у меня теперь?! Глаза защипало. Я резко сел, лбом утыкаясь в острые коленки. Спокойнее. Медленный вдох. Один-два-три-четыре-пять. Горло сжало. Медленный выдох. Один-два-три… С губ сорвался позорный всхлип. Все в порядке. Лучше слёзы, чем паничка. А то мне упырина ебучая еще предъявит, что я пытаюсь его грохнуть. Губы обжог смешок. Боже мой, что за дурацкая ситуация. Я поднял голову и с силой провел ладонями по лицу, растирая застывшие следы. Потом открыл глаза. Передо мной стоял Жуть. Где-то в метре от меня, если быть точным. Снова на двух лапках, и взволнованно наблюдал, двигая шестью ушками-антеннами. Я моргнул и улыбнулся. Смешная всё-таки штука. Особенно, когда пасть не открывает. Журь медленно опустился на четыре лапки, вытягиваясь в длину, сделал еще пару шагов ко мне, после чего снова сел. Я улыбнулся шире. Он вот в горизонтальном положении или лёжа весь такой равномерно длинный и тоненький, а когда на задние лапки садится, у него становится округлая попа. По форме силуэта смотрится, как вытянутая узкая пешка. Жуть тем временем склонил пушистую голову набок и протянул мне лапку. Я чуть не обоссался от щенячьего восторга! Эта штука пытается идти со мной на контакт! По щекам еще щекотно скатывались горячие слёзы, а в душе уже стало спокойнее. Засмеявшись, я пожал ему маленькую лапку.       — Обещаю, как только узнаю, чем тебя баловать, попрошу, чтобы мне притащили целый мешок! — моя улыбка немного спала, и я тяжело вздохнул, поглаживая тонкие звериные пальчики с острыми прозрачными коготками. — Спасибо, малыш. Со мной уже все хорошо. Я отпустил лапку, которую Жуть тут же поджал и, двинув ушками, попрыгал обратно на кровать. Осмотревшись, я осознал, что все это время вполне удобно сидел, свернувшись в крайне компактный калачик: колени под подбородком, жопа на пятках, руки почти на ступнях. Хера себе, я, оказывается, гибкий! А это надо как-то поддерживать или все дроу от природы такие? Я встал, медленно подошел к стопке, вытягивая уже знакомую мне книгу в черном бархате и поплёлся на балкон, стащив одну подушку. Журь поворчал из-за того, что его потревожили, и забрался на вторую подушку, сворачиваясь в клубок ровно в середине. Чувствовал кстати себя на удивление... нормально. Обычно мне не удавалось так легко перешагивать через эти эмоциональные американские горки. Обычно меня могло метать вот так долго от ужаса за свою жизнь до желания сдохнуть поскорее, а после я весь оставшийся день был как сомнамбула. Вообще без сил и мыслей. Я сглотнул скопившуюся слюну, а потом помотал головой. Меньше думай, Лёлик. Ты уже сам себя накручиваешь! На моей, считай, королевской лоджии в шикарных витражах было так ярко, что я даже немного зажмурился в первые секунды. При дневном свете я гораздо быстрее нашел замочки и открыл все окна настежь, чтобы… не знаю, создать иллюзию пространства? глотнуть немного воздуха? Наверное, всё вместе. Я кинул подушку у стены между дверью в комнату и проходом в ванную, уселся поудобнее и раскрыл книгу там, где остановился. Через пару минут я сдался. Сосредоточиться не выходило. И так-то читал с горем пополам. А тут... Взгляд все время уплывал куда-то в густую красивую траву, переливающуюся на солнце.       — На солнцах, — поправил я себя вслух. Интересно, а когда-нибудь меня пустят все-таки погулять по той травушке? Или мне привыкать сидеть тут безвылазно? Дома у меня была привычка вечерами слоняться в одиночестве по парку, который у нас буквально через остановку, и мне будет очень не хватать этих моментов единения с собой и миром. Я привык думать ногами. Мне нравилось воткнуть наушники в уши, но не чтобы слушать музыку, а чтобы приглушить людей, пока не забреду куда-нибудь, где никто уже почти не встречается, и идти, теряясь взглядом в листве, ветках, в облаках. Помню Влад как-то увязался гулять с мной, под предлогом «пытаюсь понять, что ты в этом находишь». Я тогда чувствовал себя как на свидании. Мы вдвоем, вокруг людей почти нет, сердце готово было выскочить нахуй из груди, но я просто улыбался его подколам и старался не затыкаться ни на минуту, чтобы не позволить себе даже мысли… Акция, правда, была, считай, разовая. Влад тогда сказал, что просто слоняться без дела — не его. Я вздохнул и лег на пол, подставляя лицо под теплые лучи солнц. Это всё уже в прошлом. Как там было в «Короле льве»? «Прошлое может причинить боль. И ты можешь либо прятаться, либо усвоить урок.» Я тепло улыбнулся. Сестра обожала этот мультик в детстве. Я знал наизусть все песни из всех частей! Мы смотрели дивиди с этими мультами так часто, что пиратский пластик не выдержал и размагнитился. Это всё хорошие воспоминания. Но… они уже не касаются меня, так? Решив покончить с рефлексией, перевернулся на живот и снова раскрыл книгу. Если уж вампир снизошел, чтобы вечером ответить на мои вопросы, надо подготовиться.

***

      Служка, один из этих молчаливых и пугливых подростков с каре, проводил меня в каменный зал с большим камином. По дороге от моей комнаты и до сюда он ни разу даже не поднял глаз от пола. Неприятно, но ладно. Может, у них этикет такой? Зал, между прочим, очень впечатлял. Это еще одно абсолютно новое для меня помещение замка. Архитектура напоминала изнутри скорее готику, несмотря на то, что потолок был круглым. Узкие витражные окна словно жабры морского чудища прорезали высокий свод, стекая почти до пола, но внизу ставни были закрыты. Вдоль двух дальних стен - стеллажи и пара высоких подставок с кучей свечей, расположенных кругами на разных уровнях. Но даже они не справлялись с общей темнотой, освещая теплым светом только участок около себя. Большую часть противоположной стены занимал огромный камин. К нему были повернуты два вычурно расшитых кресла, между которыми пристроился небольшой столик. Я заглянул за спинку, чтобы рассмотреть, что же там. Живой, мерцающий свет от огня переливался на темной бутылке, вино? , два бокала, один, уже наполненный на половину черной жидкостью, стоял около вампира, также на столике поместилась тарелка, пока накрытая сверху непрозрачным куполом. Абблад восседал в кресле, неотрывно смотря в огонь. Я, не сдержавшись, фыркнул. Мдааа. Атмосфэрно, конечно. Господи-боже-мой, этот вампир рассыплется прахом, если будет чуть менее пафосным? Я обернулся к служке, который дернулся от моего смешка, и поблагодарил его, проходя к свободному креслу. Судя по тому, как он растерянно отступил на шаг, такое здесь было не принято. Ну и хер бы с ним. Не принято, так я приму.       — Давно тут маринуешься? — бодренько поинтересовался я. Вампир как-то ну очень выразительно на меня глянул. Моя улыбка стала шире. Кажется, я начинаю немного привыкать к этому кровососу.       — Я не кровосос! — закатил глаза Абблад.       — Не лезь в мои мысли! — деланно возмутился я. — Ладно. Я, в общем-то…       — Ты будешь вино? — спросил он, перебивая мои потуги.       — Ага. Вообще вино я никогда не любил. Мама и сестра еще и покупали вечно какую-то кислятину… Темная жидкость полилась в бокал, бликуя золотом от огня. Пиздец красиво. Вампир отставил бутылку и открыл тарелку, на которой оказались цветные, разной формы, кусочки.       — Это… фрукты? — неуверенно уточнил я.       — Да. Сладкие и кислые плоды растений. Их подают к вину. Иногда с перемолотыми орехами, но сейчас они еще не поспели, — терпеливо объяснил он. Значит, настроился отвечать. Круто, но для начала хочу кое-что… проверить.       — Посмотри на меня, — попросил я. Абблад раздраженно поджал губы и поднял взгляд. Черт, его глаза такие черные сейчас, что, кажется, поглощают свет. Я сглотнул и постарался сосредоточиться именно на них, а потом выдохнул и отвел взгляд первый. Сложно, но возможно.       — Спасибо, — спокойно поблагодарил я его за выполненную просьбу. Вампир взял бокал и, кажется, тоже повернулся к огню.       — Зачем? — уточнил он. Я дернул бровью. Хороший вопрос.       — Здесь почти никто на меня не смотрит. А даже если смотрят, видят не меня. Это… — я склонил голову набок, — не то чтобы очень приятно. Да и… не знаю. Наверное, нам будет легче отпустить наваждение, если… Привыкнуть.       — Я понял, — поставил точку Абблад. На пару минут повисла тишина. Я тоже взял бокал и покачал его из стороны в сторону. Не представляю, зачем. Наверное, просто ассоциация, как надо взаимодействовать с вином. В груди глухо разливалось какое-то онемение. Все вопросы, которые я хотел задать, формулировал, готовился, как-то вылетели из головы.       — Так что ты хотел спросить? — нарушил тишину вампир. Я откинулся на спинку кресла, раздумывая, какой же из тысячи заготовленных вопросов задать первым. Боги, география, расы, политика, камни эти мне покоя не давали, магия… Вампир же вроде говорил, что маг? Да и эльф что-то вещал про магию дроу, так, может, я тоже теперь маг? Это всё было одинаково важно и интересно, но… было кое-что.       — Ты сказал днем, что… мне небезопасно выходить из замка, и тебе неспокойно, даже когда я просто вне здания. Я так понимаю, что, что бы ни случилось с тем дроу, это случилось, когда он был один вне замка? Атмосфера как-то резко напряглась.       — Я обещал ответить на твои вопросы по книгам, — мрачно заметил Абблад. Я поджал губы. Хорошо, попытка номер два.       — Думаешь, разумно не рассказывать мне, что случилось, а просто психовать, когда я делаю что-то не так? — звучало жестко, и я на секунду замолчал. — Тебе тяжело, — озвучил очевидное. — Я не буду говорить, что понимаю каковò тебе сейчас, или уверять тебя, что всё будет хорошо, но… если я могу как-то помочь, буду рад. Я терял близких и знаю, насколько иногда бывают навязчивыми окружающие в попытке помочь. Абблад вздохнул. Я посмотрел на него. Маска высокомерного безразличия снова слегка поблекла, и через неё я увидел усталость и сомнения.       — Я… — чуть хрипло начал он, но потом взял себя в руки. — Мне сложно говорить о Кель и о том, что произошло. Значит, его звали Кель? Хоть что-то.       — Он был близок тебе? — рискнул предположить я. Нужно действовать осторожно. Сейчас весь вампир для меня представлялся открытой раной, и мне нужно было бережно обработать, чтобы не закровила, но достаточно тщательно, чтобы не загноилась. Абблад сделал глоток вина и прикрыл глаза.       — Да, — наконец выдохнул он.       — Расскажешь?       — Что именно? — вампир приоткрыл глаза и дернул бровью.       — Всё что захочешь, — пожал плечами. Будем считать, что нас с тобой ждет вечер откровений. Правда, в основном не моих.