Дух любви из Академии Семи вершин

      Тай-Шэнь вскрикнула и тотчас прикрыла рот ладонью. Совушка с трудом могла поверить в то, что увидела. Она только вчера вернулась вместе с эвакуированными ранее студентами в Сандарру. Ученики Семи вершин с радостью обнаружили, что любимое учебное заведение не пострадало – от снарядов помог энергобарьер. Если боевые старшекурсники приняли участие в наведении порядка в городе, а лекари работали в лазарете, то лингвисты и артефайзеры вернулись к обычным занятиям. Брагги добросовестно выслушала пару лекций, а потом продолжила свои изыскания в лаборатории. Исследование амулета Джу-Сяня было почти завершено и надо было спешить.       И вот всё позади. Тай-Шэнь несколько раз моргнула, чтобы убедиться – то, что она скаринует, вполне реально. Но нет – никакой ошибки не было – артефакт, который ранее носил водник, имел мощную связь с чужим пантеоном и был наполнен магией бога из соседнего государства – Хатаруны. А, в отличие от просто нежелательного поклонения файру, молитвы ЧУЖИМ иноземным богам считались страшной ересью. Те, кто посмел, живя в Шун-Хоне, сменить религию подлежали уничтожению…       Совушка схватила амулет и результаты исследования и помчалась к начальству, но по дороге заглянула к Ларну, сообщить о своем ужасающем открытии.       — Целый клан еретиков?! – поразился тигр. – Надо скорее доложить.       — Да. Уже бегу! Сообщи Ину-Мари! – Брагги шагнула в мир богов и припустила в сторону местного Храма мудрости.       Аши также стал невидимым для смертных и покинул Семь вершин. У ворот Академии его уже ждал Цин-Кай.       — Срочные новости по амулету Сяня! Он и водные драконы – еретики, поклоняющиеся богу из Хатаруны. Брагги сейчас несет доказательства в Храм мудрости, а нам надо найти Элшу и бежать вместе с ним в Чертоги – предупредить Великого Ину-Мари, как члена Совета. – выпалил кот.       — Ох! – только и сумел выдать огненный. Известие было долгожданным и волнительным. Они с Ларном вчера обсуждали, как быть с Сянем и не пришли к единому мнению. А теперь все решилось – за отказ от единственной религии государства – неминуемая смерть.       — Сообщим о предательстве водников! – улыбнулся Сердце горы.       Вместе они быстро нашли ворона, занятого помощью местным жителям и, не выходя из мира богов, сообщили ему новости.       Сяо-Ченг тотчас сослался соратникам по работе на травму и под видом посещения лазарета отправился с духом любви и огненным. Он понимал, что с завалами и расчисткой территории справятся и без него, а новости для Ину-Мари очень срочные.              Уже через час Великий бог смерти лично прибыл в столицу через телепортатор – на экстренное заседание Совета.       — Давно не было ничего подобного! И как эти водники посмели?! – возмущалась Великая богиня природы Йа-Вайри.       — Мои подчиненные окружают имения Водных драконов и сканом выискивают представителей клана в городах. Как только Совет примет решение – я отдам приказ об уничтожении. – отозвался Великий бог войны Цай-Торн. Бессмертные очень редко получали право убивать смертных своей же страны. Данный случай как раз относился к подобным исключениям.       — В клане наверняка есть невиновные – те, кого принуждением и угрозами заставили поклоняться иным богам. – напомнила Великая богиня любви Нун-Ялни. – Таких можно оставить в живых и распределить по другим кланам. Ну а сам Клан Водных драконов объявить вне закона. Если уважаемые духи войны кого-то пропустят – предателей добьют сами смертные.       — Это будет считаться не убийством, а доблестью. – кивнул дух небес из обители Сиу-Элмани.       Великая богиня исцеления склонила голову: — Не возражаю.       Взоры присутствующих обратились к Ину-Мари – тому, кто первый сообщил о происходящем.       — Я придерживаюсь того же мнения, что и уважаемая Нун-Ялни. Убивать всех без разбора не стоит. – сообщил свое мнение Великий бог смерти.       — Сложновато будет отделять. – бог войны задумчиво потер подбородок ладонью.       — С верхушкой клана и воинами придется не церемониться – перебить всех. А вот слуги, не боевые женщины, дети, чиновники, лекари и прочий мирный люд вполне можно проверить – это не займет много времени. – заметила Йа-Вайри.       — Судя по данным скана, Водные драконы были связаны с всего одним Хатарунским божеством, покинувшим свою родину – богом удачи Талиэлем. Он вытягивал удачу у соседей водников и отдавал своим подопечным. Без его покровительства выживших накроет фатальная волна бед, горестей и неудач. – напомнила Нун-Ялни.       — Все верно. Достойная расплата за то, что жировали за чужой счет двенадцать лет. – усмехнулся Цай-Торн.       К нему присоединился Ину-Мари: — Если им станет совсем тяжко – они смогут добровольно присоединиться к своим собратьям. Двери Чертогов всегда открыты для них. Но я бы на их месте потерпел несколько лет, отмаливая грехи. Еретики не попадают выше пятнадцатого уровня…       Обычно гуманному богу смерти было совершенно не жаль тех, кто воровал удачу у других, обрекая целых три клана на боль, смерть и страдания.       — Талиэля схватим живым и допросим. Боевых водников перебьем, прочих – рассортируем. Закоренелых еретиков из небоевых – дружно в Чертоги. Прочих – раздать по кланам. Пусть там мучаются от своих неудач. – подвел итог бог войны.       Возражений не последовало.       — Опять много работы. – вздохнул Ину-Мари, — Моя обитель не бесконечна, хоть и велика.       — Скажи спасибо, что сейчас не идет война. – насмешливо проговорил Цай-Торн.       — Важно компенсировать пострадавшим от действий водников кланам двенадцать лет страданий. Сделаем для них все возможное! Отличное здоровье, хорошие урожаи, удача в любви. – воодушевленно начала Нун-Ялни. – Они так измучены и заслужили помощь.       — Верно. – поддержал Ину. – Хотя удача им и так начнет сопутствовать с небывалой силой – по эффекту отдачи.       — Лишней наша поддержка не будет. – заверила Ялни.              Джу-Сянь как раз пил в компании Джу-Ниру и Джу-Марси, когда его настигло странное чувство – будто поток, что питал его с детства, внезапно исчез.       — Мой амулет! – испуганно завопил Джу-Ниру – дальний родич Сяня – тоже с боевого отделения Семи вершин, но старшекурсник. – Мой амулет раскололся.       Юноше было все равно, что в таверне его могут услышать посторонние. Он был в шоке и не знал, что и думать.       — И мой амулет тоже сломан… — заверещал Джу-Марси.       Сянь прикоснулся к своему, пока что целому, попробовал воззвать к магии удачи, но отклика не было.       Троица с паникой воззрилась друг на друга. В это время в таверну вошла группа воинов. Они подсели к уже пьющей за большим столом толпе и принялись с ними о чем-то оживленно шептаться. Один из боевых с головой выдал тему беседы, бросив выразительный взгляд на водников.       — Уходим! – прошептал Джу-Сянь, осознав, что сейчас начнется. Джу-Марси поднялся и хотел последовать за лидером, но его нога запуталась в петле брошенной на пол сумки, и воин упал. Это послужило сигналом к атаке на «драконов».       — Бей водников! Они – еретики! Храм войны дает по сотне монет за голову каждого. – объявил один из ранее перешептывающейся толпы боевых. В таверне завязалось сражение.       На боевые навыки семьи Джу внезапно свалившееся невезение почти не влияло. Подло бросив собратьев, Сянь сумел отбиться от ближайших противников и сиганул в открытое окно. Он умудрился удариться головой и плечом, но оказался на свободе, помчался вниз по улице и свернул в переулок. Водник отлично понимал, ЧТО произошло. Клановая тайна раскрыта.       Но в запасе у «дракона» был последний фокус. Он давно подпитывал ци один очень редкий амулет. На это ушло несколько лет. Но Сяню предрекли, что однажды тот сможет пригодиться… Такой момент настал.       Юноша распорол подкладку сумки и надел на шею новый амулет, прежний бросив в пыль. В темном закоулке никто не видел, как трансформируются внешность и аура Сяня. Теперь он воин из клана Обсидиановой полуночи – тоже крупный, сильный и боевой, с достатком ци. На этом сходство с прежним Джу-Сянем исчерпывалось. Никто не узнает в нем наследника ныне павшего клана Водного дракона.       Сделав пару вдохов и выдохов, водник обнаружил, что что-то пошло не так. Он явно очень низкий. Взгляд на руки – тонкие, изящные, с длинными пальцами. Сянь посмотрел в оставшуюся после недавнего дождя лужу. Водная гладь демонстрировала тонкое красивое лицо, обрамленное короткими всклокоченными волосами – медно-рыжими, блестящими и весьма густыми. Большие зеленые глаза, полные губы, идеально ровная кожа. В первый момент «дракон» испугался, что стал девушкой. Но нет – все-таки юноша – очень смазливый и женственный. Одежда висит мешком, ибо воин сильно уменьшился в размерах.       — Целитель из мелкого и бедного клана Ларимаровой кувшинки. – ошарашенно прошептал Сянь, завершив скан себя самого.       — Ох, нет. Должно быть – это невезение! Все не должно было обернуться таким образом. – запаниковал новоиспеченный лекарь.       Немного придя в себя, бывший «дракон» осознал, что, разгуливая в одеянии своего прежнего клана, тем более не по размеру, он привлечет слишком много внимания. Сянь осмотрелся по сторонам. Во дворике неподалеку сушилась одежда – вернувшиеся после эвакуации горожане приводили в порядок вещи.       Юноша перелез через забор, разодрав штаны и оценив, что нынешнее тело намного хилее прежнего. Целитель спешно схватил штаны и рубаху примерно нужного размера, но в этот момент на его плечо легла тяжелая рука – это был хозяин дома – заклинатель низкого ранга. Новый скан был в разы слабее прежнего и вовремя не предупредил Сяня об опасности…       В прежней жизни, до разоблачения, такой бы почтительно кланялся наследнику Водных драконов, а сам Сянь не удостоил его и взгляда. В прежней жизни Сянь справился бы с парой сотен таких не особо напрягаясь. Но не теперь.       Теперь этот господин с силой ухватил его за плечо, наверняка оставив синяк, а потом встряхнул за шкирку, как нашкодившего котенка.       — Ах ты, мелкий воришка! Я сдам тебя страже! – заявил заклинатель – мужчина средних лет с бородкой и в одеянии мелкого чиновника.       — В чем дело, Элзари? – донесся из окна кухни женский голос.       — Какой-то нахал пытался украсть наши вещи. Отведу его к страже и вернусь. – отозвался заклинатель.       Сянь попытался вырваться и применить боевую магию – тщетно.       — Еще и трепыхается, паршивец! А ну тихо. – нахмурился тот, кого назвали Элзари.       Тогда бывший воин решился на то, чего никогда не делал в прежней жизни – жалобно заголосил: — Отпустите меня, добрый господин. Я остался без семьи и без денег.       С таким смазливым юным лицом это могло бы сработать…       — Без денег, говоришь? – заклинатель обшарил его сумку и вытащил толстый кошель с монетами и… знаком клана водников.       — Ты мелкий мародер – в городе сейчас бьют Водных драконов, а ты наверняка снял сумку, кошель и одежду с трупа, хоть это и незаконно. – сделал вполне логичный вывод Элзари.       Сянь затих. Ему было нечего возразить на это… Да – у него были деньги на одежду, но КУПИТЬ первый комплект он не мог – не заявляться же в лавку в одежде водника явно с чужого плеча. Потому он и решил сначала украсть нечто подходящее. Но попался.              — Мародер и вор. Пытался обчистить мой двор. И при себе кошель с эмблемой Водного дракона и целой кучей денег. – вещал Элзари стражникам, удерживая Сяня за шкирку.       — Спасибо, что доставили. Подпишите бумаги и можете быть свободны. Мы им займемся. Сейчас беспорядки и много воришек шастало по домам – вернулись в город раньше прочих и пытались воспользоваться отсутствием хозяев. – словоохотливо сообщил сотник. Слова заклинателя проверили на правдивость и не нашли в них лжи. Сомневаться в ситуации не приходилось.       — Как звать? – строго спросил офицер у целителя.       — Чиу-Харди. – отозвался «дракон». По дороге он с трудом вспомнил фамилию клана, в который угодил.       — Целители должны работать в лазарете, а не по чужим домам шастать. – назидательно сообщил страж. – А теперь посидишь с такими же оболтусами. Позже разберемся, что с вами делать.       Сяня поместили в общую камеру, где уже сидело в тесноте около десятка разношерстных заклинателей. Увы — как бы ни пытался "дракон" при кратком допросе, предшествовавшем этому кошмару верещать, что невиновен — кристалл правды выявил ложь. Юноша действительно воровал.       Сбавить себе возраст также не получилось — стоило воришке сказать, что он еще несовершеннолетний, благо внешность позволяла — камень предательски загорелся красным. Это не усилило доверия стражи к арестанту.       Так что целитель загремел в общую «клетку»... Едва стража втолкнула его, по телу пробежали похотливые руки кого-то из сокамерников — чьи именно в такой толчее было не разобрать. Да и смысл? Сейчас Сянь мог бы дать отпор разве что хумансу — и то, не особо крепкому физически. Водник содрогнулся от омерзения и унижения.       — Что встал? Проходи. — прикрикнул на юношу арестант средних лет бандитской наружности. Целитель отыскал место — единственное свободное нашлось в уголке, прямо на полу. Там уже сиротливо жалось еще трое таких же юных тонких бедолаг, явно пойманных на воровстве. Они одарили товарища по несчастью понимающими взглядами.       К счастью, в камере было достаточно светло и многолюдно, стражники толпились не так далеко — дальше сальных шуточек и касаний ненароком дело не заходило. Но Сянь догадывался, что ночью может произойти всякое.       — Как все успело стать настолько ужасно? Чем я это заслужил?! — с тоской и гневом думал водник.       — Мне бы прежнюю силу — я бы перебил и сокамерников, и стражу. Даже эти хилые решетки меня бы не удержали. Будь новая личина такой, какой задумывалось, я бы уже купил коня и спокойно ехал к границе.       В отчаянии, Джу-Сянь даже попытался снять амулет личины — уж лучше честный бой, чем терпеть унижение от плебейского быдла. Но амулет не поддавался. И, что странно, энергии, которой должно было хватить максимум на неделю его работы, ни капли не убавилось. Новая внешность и аура словно приросли. Через несколько часов принесли еду — миски с какими-то гнусно пахнущим варевом. Их разобрали те, кто посильнее, оставив прочих без пропитания. Сянь не особо стремился драться за такую снедь — выглядела она отвратительно. Да и запах немытых тел в замкнутом помещении отбивал аппетит. Водника охватило отчаяние – глубокое и беспросветное. Он осознавал, что его родню сейчас, скорее всего, добивают воины Совета. А у него самого печальные перспективы. Может, даже хуже, чем у казненных соклановцев.