Свет в пустоту

— Ты действительно любишь меня? — Соледад подтянула ноги к себе и уткнулась подбородком в колени. Всего несколько дней она находилась в этом доме, однако уже успела привыкнуть к морю. Всматриваясь в его бескрайние воды, девушка чувствовала себя по-настоящему свободной. — Разве может быть иначе? — Тэхён поправил плед, наброшенный на спину Соледад, и затем вновь отвёл взгляд к морю. — Ты понял, о какой любви я говорю… — Я просто погряз во всем этом, Соледад. Уже и забыл, каково это — быть обычным человеком, — честно признался парень. С тех пор, как выбрался из борделя, он ощущал себя совершенно бесполезным в реальном мире. Кто он? Что из себя представляет? Чем будет заниматься? — В голове столько вопросов… — Может, ты теперь начнешь строить свою жизнь? — тихо вздохнув, Соледад положила голову на плечо Кима. Кажется, прошло около часа, как они сидели на пляже. Рядом с Тэхёном было спокойно, но сердце девушки разрывалось от тоски. Будто бы что-то от нее ускользало в этот момент… — Моя жизнь? — Тэхён ухмыльнулся и прислонился щекой к девичьей макушке. — Разве моей жизнью являешься не ты? — Тэхён… — тихо позвала его девушка. Пасмурная погода, мелкий дождь, крупные волны, что громко разбивались о берег, — всё это совершенно не волновало их в данный момент. — М?.. — отозвался парень. — Когда смотришь на меня, что ты видишь? Разве не страдания и боль? Ким задумался над вопросом, понимая, к чему клонила девушка. Как давно он не видел в ней ту самую Соледад, с которой вырос? Соледад, с которой он делил хлеб и всегда оставлял последний кусочек ей? Соледад, которая когда-то часто улыбалась несмотря на то, что они находились в приюте? Соледад, с которой у него случился первый секс и которую он лишил девственности? Соледад, с которой они строили будущее? Все воспоминания из прошлого стерлись и заменились страданиями Солли. Будучи подростками, когда Тэхён тайком прокрадывался в комнату для девочек, чтобы поспать рядом с Соледад на неудобной кровати, они и подумать не могли, что их жизнь сложится таким образом. Естественно, в их планах на будущее после приюта ни разу не проскользнуло слово «бордель», но по итогу они оба оказались там, хоть и в разных ролях. — Соледад… — Парень тоскливо улыбнулся и провел ладонью по лицу, стирая капельки дождя. — Я не вижу свою жизнь без тебя, а остальное совсем неважно. — Какой же ты упрямый, Тэхён. — Девушка посмотрела на него и не смогла сдержать улыбку. Он никогда не оставит ее. Как бы сильно она не старалась, чтобы он занялся своей собственной жизнью, Ким всегда тенью будет следовать вместе с ней. — Какие у тебя планы? — Не знаю. — Тэхён пожал плечами. — Думал, сперва провести немного времени с Арам. Мне кажется, она сейчас нуждается в поддержке. Глупая ведь совсем… Тэхён нуждался больше в Арам, чем она в нем. Ему просто хотелось чувствовать себя необходимым для кого-то, ведь по-другому он уже не умел жить. — Арам?.. — Солли вопросительно уставилась на профиль парня. — Совсем забыл, что ты не в курсе. Она ведь тоже выбралась из борделя. Господин Пак помог, — пояснил Ким. — Как думаешь, он какой-то ангел? Этот господин Пак… Девушка уставилась вдаль и улыбнулась. — Тэхён… — тихо произнесла она. — Ты и есть ангел.

***

— И зачем ты так со мной поступаешь? Еще и за моей спиной все решил! — Чем ближе они подъезжали к университету, тем громче возмущалась Джигён. Вздыхала, пыхтела и бросала недовольные взгляды в сторону Хосока, который совершенно спокойно реагировал на ее выпады и продолжал сосредоточенно вести машину. — Я не хочу возвращаться туда! Ну, серьезно! — Красотка, это всего лишь университет. Что за паника? Тебя там кто-то обижал? Скажи кто, и мы разберёмся. — Убьешь? Закопаешь обидчиков? — несмотря на свое недовольство, девушка немного воодушевилась, а Хосок наоборот нахмурился. Чону совершенно не нравилось желание Джигён пользоваться его возможностями не самым лучшим образом. Конечно, он понимал, что в ней говорила незрелость, однако волновался, что это может привести к плохому исходу. — Поговорю с ними, — коротко отрезал он, бросив быстрый и серьёзный взгляд на жену. Хоть изначально мужчина и предполагал под своими словами совершенно иное. Конечно же, он бы не просто поговорил с этими самыми обидчиками. Да и вовсе говорить не стал. Они бы просто уже не были студентами данного университета. Вот и все. — Да к чему твои разговоры. — Джигён закатила глаза и отвернулась к окну. — Никаких возможностей будучи замужем за такой крупной шишкой. — Да-а… — со смехом протянул мужчина. — Спасибо тебе, дорогой, что отменил мой академ и вернул меня в ту же группу, хотя я пропустила столько занятий, — проговорил он, пискляво сымитировав голос Джигён. — Примерно это я должен был услышать. Подъехав к университету, Хосок остановил машину, не заезжая на стоянку, так как она была почти полностью забита. — Опять я очутилась в этом аду. Осталось еще с отцом встретиться, и получу полный набор преисподней. — Девушка вцепилась в сумку мертвой хваткой и хмуро уставилась в окно. — Просто класс. Ненавистный университет, невыносимые студенты и противные лекции. — Я бы хотел получить поцелуй от своей жены. Все-таки я вызвался сам лично тебя подвезти несмотря на то, что жутко опаздываю. — Хосок взглянул на наручные часы, после чего выжидающе посмотрел на Джигён. У девушки были другие планы, и она собиралась по-мелкому проучить его за то, что заставляет ее вновь учиться. Именно поэтому она схватилась за ручку двери, чтобы выйти и оставить Хосока с носом, без поцелуя. Раздался звук щелчка. Дверь оказалась заблокирована, а мужчина довольно ухмылялся, предотвратив ее побег. — Ты меня абьюзишь! — недовольно обвинила Джигён мужа. — Боже Упаси! Что за страшные слова такие? — Хосок бы перекрестился, если бы только знал, каким образом это сделать. С какой и в какую сторону креститься надо? — Иди-иди. — С широкой улыбкой мужчина разблокировал дверь. — А то ещё подашь на развод за абьюз. — Вот и подам… — буркнула Джигён, выходя из машины. Хосок продолжал улыбаться, провожая супругу взглядом. Девушка успела отойти на несколько метров, когда он решил просигналить, чтобы Джигён хотя бы разок обернулась, и она обернулась. Искристо улыбаясь, девушка торопливо вернулась обратно и быстро села в машину. — Я все-таки решила поцеловать тебя, — сказала она, пододвигаясь ближе к мужчине. — А я уж думал, что решила заставить меня отвезти тебя домой. — А у меня получилось бы? — уточнила Джигён на всякий случай, решив не упускать лишнюю возможность спросить по поводу своей «свободы». — Даже не надейся. Наверное, так не кажется, но я очень твёрдо стою на своем. Хосок отвлёкся на звонок и, нахмурившись, принял вызов. — Слушаю? — приложил он телефон к уху. — Хорошо. — Убрав сотовый и принявшись водить по экрану пальцем, Хосок произнес: — Прости, красотка, это срочно. Джигён была не против понаблюдать за мужем еще чуть-чуть, и ей было совершенно плевать, что через несколько минут начнутся пары. Однако что-то в сосредоточенном лице Хосока насторожило девушку. Из любопытства она заглянула в телефон и увидела видео, которое было без звука. Только картинки. — Это Намджун? — узнала она двоюродного брата, но убедиться у нее не получилось, так как Хосок заблокировал телефон и убрал его в карман пиджака. — Что такое? Положив руки на руль, мужчина молча смотрел вперёд. На лице его играли желваки, и вскоре он начал стучать пальцами по рулю. — Все в порядке? — осторожно поинтересовалась Джигён. — Да, — спустя несколько секунд ответил Хосок и, натянув улыбку на лицо, повернулся к жене. — Ты опоздаешь. — Но… — Уже опоздала, — прервал ее мужчина, стараясь не показывать собственной злости из-за увиденного на видео. — Давай сюда обещанный поцелуй и вперёд, красотка. — Ладно, — согласилась Джигён и, подвинувшись ближе, поцеловала Хосока в губы. Хоть она и хотела углубить его, однако мужчина явно спешил, поэтому поцелуй получился быстрым. Не дожидаясь, пока девушка исчезнет из виду, Хосок нетерпеливо разблокировал телефон и набрал необходимый номер. — Держите его там, пока не убедитесь в подлинности видео, — велел он, как только услышал короткое «да?». Хосок завел машину и плавно вырулил в необходимую сторону. По дороге мужчина отвлекался на телефон. Отправив несколько видео своему человеку и следом сообщение, в котором говорил проверить их, он бросил гаджет на соседнее сиденье и прибавил газу. Давно привыкший, что даже самые близкие люди могут предать, Хосок не удивлялся тому, что и Намджун мог выбрать неправильный путь. Тем более, если учитывать, что тот не являлся чрезмерно приближённым человеком. Но был тем, кого Чон считал одним из лучших исполнителей. Одного он не мог понять. Для чего Ким Намджуну понадобилось подставлять одну из семей клана? Что это дало ему? Власть? Никак нет. Это не прибавило ему ни капли влияния. Зачем тогда?.. За тяжелыми мыслями Хосок и не заметил, как доехал до места. Заброшенный склад никогда не нравился мужчине, ведь именно там в основном свершалось правосудие клана и очень часто именно Намджуном. Теперь же он сам оказался тем, на кого, возможно, будет направлено дуло пистолета. Хосок не считал себя кровожадным. Всеми силами он старался избегать прямого участия в делах, где результатом оказывались кровь и бездыханные тела. Однако бывали случаи, когда он никак не мог позволить себе стоять в сторонке. Сырое помещение вызывало жгучее желание поскорее оказаться на улице, а еще Хосоку хотелось поморщиться, однако он сдержал себя, дабы не выдавать собственных эмоций. Абсолютно никто не должен знать, что даже выросший в подобной среде Чон не всегда спокойно относился к происшествиям, выпадавшим время от времени. В такие моменты он должен быть всегда хладнокровным и решительным, с непроницаемым взглядом. Намджун стоял, прикованный наручниками к газовой трубе. Выражение его лица не выражало страха. Он не выглядел растерянным, и даже взгляд вряд ли можно было назвать вопросительным. — Ты словно ждал этого дня. — Хосок усмехнулся, подходя ближе к Намджуну. Охрана тоже сделала несколько шагов вперёд, становясь позади Чона. — Скажи еще, что мечтал об этом. — Намджун фыркнул в ответ и дёрнул наручниками, заставляя их звякнуть, чтобы тем самым показать, что день выдался не в меру херовый. — Что ж, будем надеяться, что сейчас мне позвонят и скажут, что те видео лишь профессиональный монтаж. Уж очень мне хочется вдеть ключик в эти оковы и пойти с тобой куда-нибудь выпить. Обещаю, даже кофту твою отряхну. — Хосок подмигнул, придавая ситуации немного шутливости, хотя обстановка никак не располагала к этому. Намджун расплылся в широкой улыбке и помотал головой. Выпрямившись, он принял серьезное выражение лица и, повернув голову набок, сплюнул на пол. — Просто блять, — выругался он, затем громко рассмеялся. Что-то подсказывало Хосоку, что выпить у них таки не получится. Ни сегодня, ни когда-либо. — Я бы не отказался напоследок от глотка пива. — В глазах Намджуна мелькнула безысходность. — Не жди звонка. Не будем терять время. — Ясно… — только и произнёс Хосок, неспешно протягивая руку к одному из охранников, который понимает немой намек и тут же вкладывает в его ладонь оружие. — Господин Хансон знал что-то про тебя? — Все-таки любопытство не позволяло Чону сразу же приставить пистолет ко лбу Намджуна. В ответе не было необходимости, ведь и так ясно, что одна из семей клана пострадала ни за что и этого не исправить. — Почему ты подставил его? — Могу унести эту тайну с собой в могилу? — Намджун ни на секунду не отвёл сощуренный взгляд от серьезного лица Хосока. — Можешь. Вот только… — В глазах мужчины мелькает неприсущая ему жестокость. — Теперь мне хочется узнать ответ. А как ты думаешь, что я буду делать для этого? — Заметив во взгляде Кима осознание, Хосок ухмыляется и продолжает: — Правильно. Прикажу моим верным соратникам засунуть в твой задний проход раскалённое железо. Медленно, мучительно и чтобы ты был в состоянии дать пусть и невнятный, но ответ. Знакомые действия? — Убедительно. Даже не поспоришь. — Намджун нервно расхохотался, услышав то, что сам не раз вытворял с некоторыми предателями или врагами клана. — Не буду строить из себя храбреца. Нахуй надо. Все дело в моем задетом самолюбии и в сучке Хане. Спокойное выражение лица Хосока сменилось отвращением от догадки, мелькнувшей в голове. — Да-а… — желчно протянул Намджун, прочитав на лице Чона, что он всё понял. — Хотелось спустить эту высокомерную мразь с пьедестала. — То есть… — Хосок приблизился к Намджуну и немного склонился. — Только потому, что она не дала тебе?.. — В голове мужчины совершенно не укладывалось подобное. Во-первых, какой-то сученыш пытался получить его невесту? Во-вторых, этот же сученыш подверг всю семью казни, не получив желаемого? — А я и не просил. — Едко и сквозь стиснутые зубы. — Я просто больной ублюдок, которого она считала… никем. — Но ты и есть никто. Намджун вновь басисто расхохотался, из-за чего по помещению эхом отдался его смех. — Ладно-ладно. А еще она застала меня в процессе… совокупления, — Ким специально подобрал издевательски приличное слово. — …с твоей кузиной. Но простому ублюдку не позволено иметь ничего общего с девушкой из клана. — Намджун закатил глаза, передразнивая негласные правила. — И хуй вы клали на то, что девка добровольно отдаётся, а еще в любви клянётся. Верно? — И почему же ты подставил Хансона? Хана ничего не рассказывала мне. — Чон опустил деталь с кузиной, решив разобраться с этим после, ведь сейчас имело значение совершенно другое. Непонимание ситуации начинало раздражать Хосока. — Вы с Ханой были не очень-то и близки. Иначе выскочила бы она замуж за того жиголо? Променяла самого Чон Хосока… блять. Да я даже не знаю на кого. — Намджун понимал, что его смерть неминуема, однако не мог перестать смеяться. Успокоившись, он прояснил: — Кузина твоя слезно умоляла ее молчать. Ты ведь знаешь, девушки солидарны. Ну, Хана и предупредила ее, что та вступила на опасную дорожку. Хоть твоя наречённая и обещала молчать, но я не мог рисковать. Всё, чего я достиг, могло в одно мгновенье уплыть из моих рук. Так что других вариантов не оставалось. Хосок с нарастающим отвращением слушал Намджуна. После каждого его слова он морщился все больше и больше. — Я все рассказал. Никому и руки марать не пришлось. Как думаешь, заслужил глоток пива прежде, чем ты подаришь мне пулю в лоб? Теперь пришла очередь Хосока рассмеяться. Громко, раскатисто, вызывая искреннее недоумение и чуточку страха у Намджуна. Прошло около минуты, прежде чем в помещении установилась тишина, которую Чон нарушил своими следующими словами: — А ты позволил ей попрощаться с родителями? Намджун поджал губы и кивнул на оружие в руках Чона. — Если диалог окончен, стреляй уже. — По крайней мере, Намджуна успокаивало, что его родителей не тронут. Хоть какой-то плюс не быть в клане, ведь именно тех, кто являлся его частью, ждала участь уничтожения всей семьи за предательство. — Стреляй? — Губы Хосока изогнулись в насмешливой улыбке, после чего он процокал языком. — Ты все-таки не все рассказал. В твоей истории я не услышал ни единого слова о том, что ты являлся предателем на протяжении многих лет. И если бы дело было только в Хане, то зачем ты встречался с нашим врагом уже после ее смерти? Не хочешь быть честным со мной? По старой дружбе, например. Намджун поджал губы и, нахмурившись, пронзил Чона взглядом. — Ладно. Я был тем, кто сливал информацию клана. Есть смысл лукавить? — Хмыкнул он. — Решил убить двух зайцев за раз. В тот период прошел слушок, что среди нас крыса. — И поэтому ты отвел подозрения от себя, подставив Хансона… — продолжил Хосок, кивая головой. — Вот такой я ублюдок. Что с меня взять? Была идеальная возможность избавиться от Ханы и спасти свою шкуру. Почему я не должен был позаботиться о своей жизни? — А не предавать ты не думал? — после минутного молчания спросил Хосок, с презрением глядя на Намджуна. — Твою задницу ждет очень жаркая ночка. — Выпрямившись, мужчина бросил на Кима брезгливый взгляд, затем обратился к своим людям: — Подготовьте всё необходимое и лишите его девственности там, где это требуется. Медленно. Очень медленно. — И, вложив в ладонь своего человека оружие, покинул сырое помещение.