Мечтайте так, как будто вам жить вечно. Живите так, как будто вам умирать сегодня.
23 апреля 2022 г., 18:20
Примечания:
Не бечено.
Прошу прощения за такое длительное отсутствие, я попытаюсь так больше не пропадать. Всем приятного прочтения)
Погасив в себе сильную тягу догнать этого глупого ребенка и извиниться за все обидные слова, Тони велел Пятнице закрыть доступ всем людям к его башне, а после направился в сторону мастерской. У него сейчас отвратительное настроение, и могли исправить это положение либо работа в мастерской, либо алкоголь, ну, а если объединить и то и другое, будет ещё лучше, что он сейчас и собирался сделать. Войдя внутрь своего святилища, Тони отдал приказ Пятнице не беспокоить его и не впускать никого, даже если на Землю будет лететь огромный метеорит со злыми желейными человечками на нём. Голова раскалывалась, а вязкое чувство, что произойдет что-то плохое, не хотело отпускать его вовсе.
Он не чувствовал себя виноватым. Этот ребенок должен знать границы и уметь принимать как свои ошибки, так и их последствия. Справился бы Питер один, если бы Старк не пришел на помощь? Конечно, нет. Даже с таким навороченным костюмом Питер не смог бы удержать две половины огромного парома достаточно долго, да и если бы выдержал, то что дальше? Он собрался так до ночи провисеть там? Шансов у него не было вообще, и хорошо, что он дал команду Пятнице следить за этим горе-героем, иначе сейчас Паучка бы ждали огромные проблемы.
Видеть боль и печаль в глазах Питера было больно самому, но отступать Тони не собирался — парень должен понять, что всегда на костюм надеяться не стоит, он должен быть уверенным в себе и в своих силах без навороченных гаджетов. Хотя о чем это Тони? Питер раньше вообще летал по городу в тряпках и сварочных очках и справлялся достаточно хорошо, но сейчас и проблемы серьезнее. Думать не хотелось вообще ни о чем, тем более, червячок сомнения уже прорывался сквозь непоколебимую уверенность в своих действиях и приносил за собой чувство вины перед парнем.
Голова слишком нагружена, и думать обо всем уже становилось физически больно, поэтому Тони подошёл к мини-бару в своей мастерской и налил себе коньяка, не глядя на название — какая разница, если у него здесь всё только лучшее и ужасно дорогое? Первые два бокала принесли ощущение расслабленности и лёгкости. В голове стало пусто, наконец, не было мыслей о проблемах с заковианским договором, о расколе в Мстителях, о работе в компании, о Питере. Сейчас в голове была блаженная пустота — никакой головной боли.
Чувство лёгкости захватило его всего, и отголосок безудержного счастья ударил в голову совершенно внезапно. С шальной улыбкой Старк поднялся с дивана, на который уже успел сесть, и попросил Пятницу включить музыку. Он стал отклонять каждую предложенную ею песню, пока не услышал ту самую «Careless Whisper».
Отойдя в более-менее свободное пространство, Тони начал слегка покачиваться в такт песни, закрыв глаза. Пятница сделала музыку громче, и Старк растворился в голосе певца, в звучании этой прекрасной мелодии.
— Tonight the music seems so loud [Сегодня музыка кажется такой громкой], — шепотом подпевая песню, мужчина не переставал блаженно улыбаться и двигаться под музыку со своим невидимым партнёром.
— I wish that we could lose this crowd [Я бы хотел остаться с тобой наедине]. — Как давно он не танцевал, наверное, последний раз был в прошлом году, произошедшие события слишком давят и занимают всё свободное время, поэтому он почти перестал появляться на разных банкетах и вечеринках.
— Maybe it's better this way [Возможно, так будет лучше]. — Каждое слово его любимой песни заученно наизусть и слетает с языка так плавно и нежно, сливаясь со словами исполнителя.
— We'd hurt each other with the things we want to say [Мы причинили боль друг другу словами, которые хотели сказать], — шепчет Старк закрытыми глазами и, плавно покачиваясь, идёт в сторону мини-бара за ещё одной порцией янтарной жидкости. Он чувствует себя так свободно, что казалось, и не было никаких проблем, это был лишь плохой сон.
Утром Тони точно пожалеет о всей этой ситуации и будет ненавидеть себя из прошлого, который повелся на эту одноразовую обманку, ведь на следующее утро ему станет во много раз хуже, чем было до этого, но сейчас он позволяет музыке и очередному бокалу коньяка унести себя в теплые объятия блаженства и спокойствия. Все проблемы отошли на задний план, и даже уже кричащее чувство, говорящее, что сейчас происходит что-то плохое, было задвинуто далеко назад.
***
Всё тело будто проткнули сотней иголок, голова отзывается пульсирующей болью, а в горле словно пустыня сахара. Вот так происходит почти каждое пробуждение Тони после очередной пьянки. Вся вчерашняя лёгкость давно исчезла, оставляя после себя привычный груз во всем теле. Шея болит из-за неудобной позы во сне на диване, а глаза всё ещё отказываются сфокусироваться хоть на чем-то. Как и предполагалось, Тони ненавидит вчерашнего идиота Старка, что, видите ли, почувствовал спокойствие и свободу. Сейчас же мужчина чувствует только боль и злость. Если Старк проснулся в плохом настроении, то всем явно не поздоровится. Сил вставать и делать что-либо не было вообще, поэтому, решив устроить сегодня себе выходной, Тони поплелся в сторону спальни, чтобы как следует выспаться. Ещё пару раз прокляв себя из прошлого за все косяки, Тони вошёл в довольно холодную комнату, оформленную в тёмных тонах. Здесь он появлялся нечасто, оставаясь чаще всего в мастерской или гостиной, но сегодня он хотел отдохнуть по-настоящему, расслабившись в теплой и мягкой постели. Было и правда мягко, но тепла явно не хватало. Покрывало, как и простыня с подушками, были прохладными, что заставило кожу мужчины покрыться мурашками. Забравшись под одеяло, он старался скорее согреться. Спустя некоторое время уже полностью теплое одеяло так и не смогло согреть мужчину, чьё сердце обладало холодом. Уже засыпая, Тони подумал, что стоит попросить Пятницу проверить, как там Паучок поживает и не впал ли парень в депрессию. Мало ли, что эти подростки могут вытворить.***
Выходной немного затянулся. Хотя на очень даже много. Прошло уже более двух недель с того решения устроить себе один выходной, а он до сих пор не вылезал из башни. Если бы не Пятница, которой он запретил его беспокоить, то на него явно бы набросилась разъярённая Пеппер, возмущающаяся на его безответственность и несерьезный подход к работе. Но после долгих причитаний и нудных лекций она бы снова устало вздохнула и, дав несколько бумаг для подписи, попросила бы его заняться работой, а не пропивать всё свое состояние. А потом ушла бы, поправляя свой, как всегда, деловой и аккуратный костюм. Сейчас Тони лежит на диване в гостиной с полупустой бутылкой в свисающей с дивана руке и откровенно шлёт мысленно всех в одно конкретное место. Не в первый раз, кстати. Это уже стало чем-то вроде традиции. Пьёт он тоже не просто так, конечно, коньяк дарит чувство окрыленности и расслабленности, но ещё он помогает хотя бы на время притупить это жгучее чувство вины. Каждое утро, просыпаясь, Тони корит себя за те слова, что он сказал своему протеже. Он тогда был взбешён, ведь этот ребенок чуть не убил огромное количество людей, но постепенно злость утихала, и на место её приходило раскаяние. Тони прекрасно знал, что многое значит для Питера, и тот считает его кумиром, чуть ли не идеалом. Говорить такие слова было ошибкой, ведь теперь парень может начать сильно сомневаться в себе, а там и вовсе решить, что герой из него никакой, поэтому всё забросить. Не этого Тони хотел. — Старк! Поднимай свою задницу с дивана, алкоголик, — прозвучал слишком громко над ним чей-то голос, и Тони болезненно простонал. — Ты что творишь, Романофф? Ори потише, я тебя умоляю. — Старк принял сидячее положение и попытался сфокусировать свой взгляд на девушке, что сидела напротив и дожидалась его полнейшего пробуждения. — Сколько можно сидеть тут и бухать, Старк? Ты не забыл, что у тебя компания и работа, которые нельзя просто взять и перекинуть на Пеппер? — она специально говорила громко, с наслаждением наблюдая за тем, как Тони сморщился от головной боли из-за слишком уж громких звуков. — Что ты вообще здесь делаешь? Предателем я вроде доступ закрыл сюда. — Старк попытался сделать грозное лицо, но вышло не очень. — В том то и дело, что ты закрыл доступ всем, кроме так называемых предателей. — Лицо её немного смягчилось, и дальше она заговорила с затаённой заботой и пониманием — Я вижу как тебе сложно, Тони. Наташа пересела на диван рядом с мужчиной. — Ты не должен так страдать из-за этого. Вы как два упёртых барана, честное слово! Давайте вы встретитесь и поговорите обо всем в спокойной обстановке? — Она смотрела на него с надеждой. Тони сначала даже не понял, о каких двух упертых баранах она говорит. Сначала он подумал о Питере, но быстро отмахнулся от этой мысли, ведь откуда Романофф могла знать об их небольшом конфликте. Потом он стал анализировать поведение Наташи, ее немного нервные движения и жесты и, кажется, до него понемногу начало доходить. — О чем ты вообще… стоп, ты хочешь, чтобы я встретился с Роджерсом?! С предателем, что помогал убийце моих родителей, прекрасно осознавая это? — повысил он голос, о чём вскоре пожалел, схватившись за голову. — Тони… — она устало вздохнула, — Барнс тогда был не в себе, он был Зимним солдатом и… — её прервал злобный крик Старка: — Выметайся отсюда! Видеть вас всех не хочу! Со своими проблемами я разберусь сам, без всяких Роджерсов и уж тем более без тебя! — Он смотрел на нее зло, почти ненавистно. — Просто подумай над тем, что я тебе сказала, Тони, — Наташа встала и направилась в сторону лифта, — ведь я и правда волнуюсь за тебя. Мы все волнуемся, — тихо прошептала она и зашла в кабинку лифта. — Пошли вы все к чёрту со своим волнением, мне не нужна ваша жалость! — В закрытый лифт полетела бутылка дорогого коньяка и разбилась на маленькие осколки, выливая жидкость янтарного цвета на пол. — Я всегда справлялся один и сейчас смогу, — тихо сказал он больше себе, чем Наташе, что уже ушла. Голова начала болеть ещё сильнее и сил не было даже встать и умыться, хотя стоило бы. Он не ел со вчерашнего дня, а уже на часах шесть часов вечера. Живот громко заурчал, намекая, что еда сейчас будет не лишней, но головная боль отбивает всё желание вставать вообще. Тони почувствовал неприятный запах и сделал пометку сходить в душ, потому что не был он там дня три. Всё же сумев подняться, Старк, шатаясь из стороны в сторону, попросил Пятницу заказать доставку еды, ведь в холодильнике у него словно мышь повесилась, да и зачем там нужна еда, если кроме него в башне никого нет, а он может и заказать на дом. Услышав ответ, что еда прибудет через пятнадцать минут, Тони направился в сторону душа, сейчас он немного приведет себя в порядок, чтобы позже снова окунуться в это блаженное чувство пустоты.***
Наташа не перестала приходить после той перепалки со Старком. Она молча заходила, собирала бутылки, убиралась в разгромленной кухне и гостиной, оставляла стакан воды с растворенной в ней таблеткой от похмелья и, посмотрев на Старка с грустью, уходила. Так продолжалось изо дня в день, пока она не застала трезвого Старка, сидящего за столом и пьющего кофе. Если это и удивило её, то виду Наташа не подала, а лишь на всякий случай оглядела всю комнату в поисках бутылок или осколок от них, но, ничего не найдя, она прошла и села на стул, напротив Тони. — Ты, наконец, решил взять себя в руки, а не напиваться до беспамятства? — с лёгкой усмешкой спросила она, но глаза Наташи цепко оглядывали мужчину перед собой, подмечая все важные детали. Тони поднял взгляд от своей кружки на девушку, и в глазах его читалась сильная усталость. — Мне просто надоело, что мне не дают нормально побыть в одиночестве и каждое утро меня навещают люди, возомнившие себя святыми благодетелями. — Он смотрел с вызовом. — Если бы ты и правда был бы так недоволен, то с лёгкостью закрыл бы мне доступ, разве не так? — Усмешка стала более выраженной. — Туше. — Старк поднял руки в шуточном жесте, и взгляд его потеплел. Как он скучал по этому. По этим маленьким перепалкам, по достойным противникам в перекидывание сарказмом. — Тони, ты же понимаешь, что вам нужно поговорить? Пойми его, Баки его близкий друг, с которым они знакомы очень долго. Стиву он очень дорог, да и ты же знаешь его, если Роджерс узнает, что кому-то требуется помощь, он сделает всё, но поможет, — говоря все это, Наташа заметно нервничала, хотя и пыталась это скрыть. Конечно, ведь от нее сейчас зависит многое, она должна помирить этих двоих, она должна воссоединить былую команду, семью. — А никто не пытался понять меня хотя бы раз? — Смотрит он с отчаянием, почти обижено. — Вы все так оправдываете Роджерса и всё твердите, что ему тоже сложно, но а меня кто-нибудь хочет понять? Мой друг пошёл помогать своему дружку, зная, что тот убил моих родителей. Стив собрал команду, чтобы сражаться против моей команды, хотя я собрал её чисто символически. Я хотел решить всё словами, а не устраивать потасовку, но Роджерс с самого начала собрал команду для битвы. По-вашему, мне легко было? Разбираться с этим чёртовым договором и тормозить правительство, чтобы они не выпустили на вас ядерные ракеты. Ты думаешь, это шутки все? Они хотели вас уничтожить. Сейчас правительство всё ещё не отказалось от такого решения проблемы, но я, как могу, пытаюсь отсрочить это и решить. Вы сейчас там сидите все и расслабляйтесь, думая, что в безопасности, но стоит мне только захотеть, как ваше местоположение будет у нужных людей, и вы пожизненно будете вынуждены бежать. Так почему же мне нельзя отдохнуть, а? Или я должен пахать только так, пока вы просиживаете свои задницы? — Он презрительно усмехнулся и устало положил голову на скрещенные на столе руки. Вся его поза излучала напряжение и усталость. Сейчас Романофф смотрела на этого человека и поняла, что всё это время они действительно спокойно скрывались благодаря ему. И правда, чего стоит Тони с его мозгами и Пятницой найти их? Пожалуй, это было бы самое легкое, что он делал в своей жизнь. Наташа с грустью посмотрела на такого сильного и несгибаемого Тони Старка, который теперь выглядел словно восставший мертвец с синяками под глазами. — Тони, давай мы договоримся? Мы все подпишем договор, а ты поговоришь со Стивом, и мы попытаемся вернуть всё как было, ладно? — она старалась говорить не слишком громко, аккуратно прикасаясь к руке мужчины. Тони оторвал голову от рук и посмотрел на неё задумчивым взглядом. — Договор изменён, и я ввёл некоторые детали для удобства каждого, — с неохотой проговорил он, отводя взгляд. Тони чувствовал обиду по отношению ко всем в команде. Он не смог, да и вряд ли сможет принять то, что, когда ему нужна была поддержка и помощь, выбрали не его, того, кто каждый раз пытался всем помочь и поддержать, пусть и по своему, а чёртого Роджерса. От воспоминаний о нём, что-то внутри неприятно кольнуло, и Тони попытался взять себя в руки, переводя холодный взгляд на ничего не понимающую Наташу. — Ты… — Глаза её лучились чистым счастьем и пониманием. — Да, да, тащите сюда свои задницы завтра в двенадцать, если опоздаете, то будете сидеть на улице, — недовольно пробурчал Тони и направился в сторону лифта. — А только… — Наташа немного замялась, не зная, как лучше спросить. — Этого здоровяка можете взять с собой, но не забудьте надеть ему намордник, мало ли он бешеный! — Тони притворно вздрогнул и испугано обернулся на улыбающуюся Наташу. — И сотри эту улыбочку со своего лица, иначе сегодня я точно не усну, кошмары будут сниться. — Он победно улыбнулся, когда девушка закатила глаза. — Мы придем завтра, и не думай свалить из страны якобы по делам, Старк, — пригрозила Наташа вслед удаляющемуся мужчине. — Так и сделаю! — донеслось ей из коридора, и она, с улыбкой покачав головой, тоже пошла к выходу.***
Напряжение между ними было ощутимо. Сейчас, сидя напротив Стива и пристально его разглядывая, Тони понял, что больше ничего не чувствует к этому человеку. Да, у них были отношения и что-то по типу любви, или это была лишь привязанность, но казалось, что это было лишь сном, потому что сейчас сердце не бьётся как сумасшедшее, а дыхание не обрывается при виде этих ярких голубых глаз. Он всё ещё помнил ту ссору и драку в Сибири, да и вряд ли когда-нибудь забудет её. Тогда наступил его конец и начало. Конец этим отношениям и полнейший раскол мстителей, но начало чего-то нового и более важного. Сейчас Тони понял, что он пережил этот сложный период и ощущает лишь лёгкую тоску, ведь когда-то близкий и любимый человек сидит сейчас напротив и смотрит на него напряжённо и выжидающе, а былая семья и команда ожидает их решения в гостиной, не находя себе места от волнения, ведь сейчас всё решится окончательно. Будут ли они беглецами и преступниками или снова командой и друзьями? Стив вздохнул, и со смесью боли и сожаления посмотрел прямо в глаза Тони. — Тони, я сожалею и прошу у тебя прощ… — Но последующие извинения и раскаяние прервал Тони стальным голосом и словами, что, казалось, ударили в самое сердце Стива. — Я никогда тебя не прощу, Роджерс. — Равнодушный взгляд и холодная усмешка. Роджерс. Как давно Тони так его не называл. Похоже, всё серьёзнее, чем он думал. Но ещё не всё потеряно. — Я знаю, о чём ты думаешь. — На этих словах Стив ощутимо вздрогнул. — Между нами больше не будет того, что было раньше и я не прощу ни тебя, ни твоего дружка. Но также, я прекрасно понимаю, что раскол в команде из-за наших с тобой разногласий не пойдут на пользу никому. Я внёс некоторые поправки в договор, что делает его вполне комфортным и удобным как для нас, так и для правительства. Вам осталось лишь ознакомиться и подписать, твой робот-крушитель тоже может его подписать. — Казалось последние слова дались ему с большим трудом. Стив нахмурился и поднял взгляд от копии усовершенствованного договора на Старка, что глядел в одну точку. — Он не мой, Тони. Ты знаешь, я очень скучал по тебе и мне действительно жаль, что… — Не надо. Хватит. Тогда ты мне ясно дал понять, кого тебе жаль и насколько. В тот день ты поставил точку как в нашей дружбе, так и в отношениях, поэтому мы закроем эту тему и не будем к ней возвращаться. Иди и обрадуй всех, что команда вроде как возрождается, — хмыкнув напоследок, Тони вышел из комнаты, не сильно хлопнув дверью. Стив закрыл глаза и устало помассировал виски. Тогда он совсем не думал, что говорил и делал. Тогда он совершил ошибку, которая стоила ему всего. Приведя дыхание в норму, Стив тоже вышел из комнаты и пошёл в сторону гостиной, где все ожидали их со Старком. Только он не знал, что этот самый Старк сейчас пытается справиться с очередной панической атакой, от таких болезненных воспоминий. * Такое родное лицо сейчас в ссадинах, порезах и ушибах. Глаза смотрят зло, улыбка, с почти звериным оскалом, показывает всю степень презрения. Чтобы родной и любимый человек мог такое сделать? Никогда — ответил бы Старк когда-то, но не сейчас. Когда руки человека, которого ты любишь, со всей жестокостью и беспощадностью избивают тебя — это больно. Когда тот самый щит, что он когда-то сделал для любимого человека, от чего тот был на седьмом небе от счастья, врезается прямо в реактор костюма, что был для него чуть ли не смыслом жизни — это очень больно. Когда родные глаза смотрят со жгучей ненавистью прямо на тебя, а эти губы, что дарили теплоту и нежность, выплёвывают жестокое: — Ты заигрался, Старк. Это безумно больно. Но когда этот самый человек поднимается и идёт помогать человеку, что безжалостно убил его, Старка, родителей, и потом обеспокоенно спрашивает, всё ли в порядке, а после, в порыве выброса адреналина, прижимается своими окровавленными губами к чужим — вот это адская боль. Казалось, из него высосали всю душу и сердце, ведь как объяснить эту внезапную пустоту, что образовалась внутри огромной дырой. Когда-то один мудрец сказал: «Будь готов к предательству любого из своих людей, но особенно того, кому ты доверяешь больше всех». Он был не готов, он доверял всем сердцем, которое сам же и отдал так бездумно, а теперь остался ни с чем. Помещение наполнил холодный и надрывный смех Старка. — Я даже рад, что так получилось. Всё никак не мог найти лучшего момента, чтобы высказать тебе всё и закончить наконец эти бредовые отношения. — Стив оторвался от чужих губ слишком резко, отскочив на несколько метров и испуганно переводя взгляд с одного мужчины на другого. Казалось, он даже не понял, что сейчас сделал. В конце концов, всё его внимание было сконцентрировано на таком не похожем сейчас на себя Тони. Израненный и разбитый, но взгляд острый, будто тысяча лезвий. — Это были заранее обречённые отношения, и я думаю, что каждый из нас это понимал. Ты никогда не любил меня так же как и я, Роджерс. Мы пытались найти друг в друге лишь утешение, но ты ещё и утраченную любовь. Но вот и пришел этому конец. Я ждал этого момента. — Медленно, немного шатаясь, встав на ноги, Тони сделал несколько шагов, от чего Стив сделал шаг назад, загораживая Баки. Конечно же, это не осталось незамеченным, Старк лишь горько усмехнулся. — Это конец, Роджерс. Я устал, поэтому можете валить на все четыре стороны, от правительства вас отгораживать не буду, я заебался. Я не святой благодетель, не скорая помощь, не мистер-я-всё-решу. Я человек, Стив. Может ты когда-нибудь это и поймёшь. — Обойдя находящегося в прострации Стива, Тони, кинув мимолётный взгляд на Барнса, пошёл в сторону выхода. — Я надеюсь, что тебе сейчас было так же больно, как и мне... — Тихий шепот Старка остался никем не услышан. С того дня лишь пустота внутри стала его верным спутником. До определенного момента…****
С того дня после разговора со Стивом все Мстители были одновременно удивлены и очень обрадованы новостью о пусть и поверхностном, но примирении двух негласных лидеров каждой из команд. Каждый расслабился и со спокойной душой тщательно вчитывался во все пункты контракта, хотя уже заведомо зная, что его они точно подпишут, ведь Старк сделал всё для их удобства, так почему они должны снова его подвести? Тем более на этот раз условия и правда были приемлемы и ни у кого не было претензий. Договор был подписан. Они теперь официально снова герои. Прежней тишины в башне теперь ожидать не стоило. Все вернулись и теперь часто проводили там своё свободное время, а кто-то и вовсе снова занял свои старые комнаты, переехав жить туда. Каждое утро можно было встретить на кухне Наташу, пьющую горячий кофе и одновременно читающую какой-то модный журнал. В лабораториях снова поселился Брюс, выводящий свои новые формулы. В тренажёрном зале частенько заседали Баки, которому вроде как тоже был открыт доступ к башне, со Стивом, оттачивая свои навыки ведения боя. В общей гостиной все часто собирались за просмотром какого-то интересного фильма, который они обычно выбирали дольше, чем сам фильм идёт, потому что каждый болел лишь за свой вариант и уступать никому не хотелось. Но в конце концов они всё решали по-взрослому. Считалочкой. Казалось бы, атмосфера уюта и семьи вновь вернулась, и они стали одним целым, но все прекрасно понимали, что не хватает того самого главного кусочка, что сейчас почти не вылезал из своей мастерской. Никто не решался сходить к Тони, всем ещё была дорога их жизнь, ведь Старк бесконечное количество раз предупреждал, что в его святую святых вход запрещен абсолютно всем, тем более, когда он не в настроении. А сейчас он точно был в не настроении. На самом деле никто не знал об отношениях Тони и Стива, поэтому сейчас они не понимали всю серьёзность ситуации. Старк круглосуточно сидел в своей мастерской, и он был способен существовать так и дальше, потому что все необходимое для жизни там присутствовало. Конечно, каждый из мстителей хотел поговорить с Тони в нормальных условиях и, возможно, извиниться и вернуть обратно в семью главного её члена, но идти на контакт с Тони боялись все. С каждым днём атмосфера всё больше мрачнела и со временем всё чётче ощущалось, будто чего-то не хватало. В итоге первый не выдержал этого Баки. В один из очередных хмурых дней, Барнс, поднявшись из-за стола в кухне, решительно направился в сторону лифта. Больше так продолжаться не могло. Он не знает как было до всего этого, но сейчас уж точно не всё хорошо. Даже он ощущает недостаток чего-то в каждой из этих посиделок. Будто кто-то сейчас вновь скажет какую-нибудь остроумную шутку, от, которой, конечно же, все посмеются. Будто сейчас кто-то будет источать весь свой сарказм на очередную жертву, а потом в итоге напьется и будет кричать на всю башню, чтобы ему вернули нос обратно, потому что он не хочет быть «Старкомортом» (Он хотел индивидуальное злодейское прозвище, а не быть какой-то пародией.) Этого действительно не хватало, не хватало Тони. Барнс мог и дальше спокойно жить и без него, но всё это мрачное напряжение не давало расслабиться и спокойно заниматься своими делами. Конечно же, ему вообще повезло, что его сюда пустили и позволили стать вроде как членом команды, но просто так сидеть и ждать чуда он не собирался. Поэтому, спускаясь сейчас в мастерскую, Баки пару раз увернулся от воображаемого удара Железного человека. Готовился, на всякий случай. Вход в мастерскую был на удивление открыт, поэтому Баки с опаской вошёл в неё, сразу начав оглядываться, рассматривая интерьер. — Что ты здесь забыл, мистер-я-всех-убью? — раздался голос из-под каких-то бумаг на столе. Подойдя ближе, Баки увидел Старка, который, обложив себя со всех сторон разными документами, что-то задумчиво перечитывал несколько раз. — Как дела? — Он хотел ударить себя по лицу и как можно сильнее. Да, он отвык от общения с людьми, и даже ежедневные разговоры с остальными Мстителями пока этому не помогли, но даже он понимает, насколько глупо это сейчас было спросить. — О, ты последний человек, от которого я ожидал услышать этот вопрос, — усмехнувшись, Старк оторвал свой взгляд от бумаг и поднял его на хмурого и немного раздражённого солдата. — Дела хорошо, не буду спрашивать, как у тебя, потому что меня это совсем не интересует. Если твои, несомненно, интересные вопросы закончились, то дверь вон там. — Тони указал на выход из мастерской и снова погрузился в изучение каких-то бумажек. Пару минут в комнате стояла тишина, пока Баки, устало вздохнув, не признался: — Им не хватает тебя, — глаза Старка перестали бегать от одной строчки к другой, остановившись в ожидании продолжения, — и ты прекрасно знаешь, что от того, что ты здесь спрячешься, проблемы сами собой не решатся, и бегать от них бесполезно. Они хотят поговорить с тобой и снова вернуть былые тёплые отношения. — Как раньше уже не будет никогда, — довольно жёстко перебил Барнса Старк. — Они прекрасно понимали это, когда устраивали эту бесполезную борьбу, когда пошли против меня, когда предали меня. Если Тони в очередной раз вытащил их из задницы и принял обратно, то значит, что всё будет как раньше? Они ожидали, что я буду писаться от счастья и бежать с обнимашками к ним? — В голосе его отчётливо сквозил холод, уже не разбавленный грустью. Он давно смирился с потерей и предательством когда-то родных ему людей. Он привык к пустой башне и к одиночеству. Не совсем, конечно, потому что чаще всего Паучок скрашивал это одиночество и помогал справиться со всем этим дерьмом, но факт остаётся фактом. Без них он жить привык и не так сильно теперь стремится вернуть былые отношения. Паучок. Тони давно ничего не слышал о нем от Пятницы. Точно, он же запретил Пятнице следить за ним и докладывать о чём-то. Как ребенок, честное слово. По идее, не он должен тут себя вести, как обиженка, действуя на эмоциях. Что если за это время что-нибудь могло случиться с Питером? А он на поводу эмоций поступил так глупо, оборвав последнюю возможность следить и оберегать своего Паучка. Главное — не забыть вновь приказать Пятнице докладывать всё о Питере, потому что… — Я понимаю твою обиду, Старк, но и они сейчас пытаются идти на контакт. Ты для них действительно важен и знал бы ты, как сильно они жалеют. Они понимают, что совершили огромную ошибку и давно поняли, что могли поступить по-другому и попросить тебя о помощи сразу, а особенно Стив. Я не знаю, что между вами было и вообще происходит, но тот поцелуй… — Я не хочу ничего об этом слышать, даже если и что-то было, то уже давно прошло. — …был лишь глупым порывом, осуществлённым на чистом адреналине, — продолжил Барнс, не обращая внимания на заявления Тони. — Стив для меня как брат, и я никогда не видел в нём кого-то большего. — Зачем ты мне это говоришь? — раздражённо спросил Старк, злясь на то, что этот человек сейчас вновь переворошил старые раны. — Чтобы вы не вели себя как идиоты и разрешили все свои проблемы вместе, а не бегая туда-сюда, не зная, что делать. Не усложняйте жизнь, если есть пути гораздо легче. — Баки уже собирался уходить, как его остановил ставший в миг тихим и сломленным голос: — Я не люблю его. Больше нет. — Слова на удивление принесли какое-то облегчение на душе. — Я не знаю, любил ли я вообще, но, по крайней мере, я не чувствую того, что чувствовал раньше. Только не к нему. Баки развернулся и посмотрел на мужчину, что, сгорбившись, сидел на кресле, уставившись в пол немигающим взглядом. Ему было жаль этого человека. Не ему судить, но Старк точно не заслужил всё то, что на него сейчас свалилось. Прикинув в голове, не прострелят ли ему руку за то, что он сейчас сделает, Баки медленно подошёл к Старку и положил свою живую руку ему на плечо в знак поддержки. — Не мне судить о любви. Я не уверен, что хоть раз чувствовал что-то большее, чем симпатия, но ты точно уверен, что всё прошло? Может, в тебе говорит твоя обида на всю ситуацию и на поцелуй? — Он старался осторожно подбирать слова, неловко размахивая руками. — Да что ты прикопался с этим поцелуем?! Мне было больно тогда, но сейчас я отпустил его, понимаешь? Я ничего не чувствую к нему и не уверен, что тогда чувствовал именно любовь, а не привязанность и собственничество. Я точно знаю, что даже если Роджерс сейчас у меня на глазах будет трахать какого-нибудь паренька или девушку, мне будет всё равно, я просто уйду и не буду мешать, — он устало вздохнул. — Как же всё это сложно. Отношения это точно не моё, как и какие-то чувства вообще. Комната погрузилась в полную тишину. Пока Баки пытался подобрать слова для хоть и малой, но поддержки, Старк всё больше убеждался, что на самом деле всё так и есть. Он не соврал ни в чём сейчас, что даже удивительно. Ему действительно было больно, но сейчас эта боль отпустила его, давая свободно вздохнуть полной грудью. Сначала он каждый день напивался до такой степени, что галлюцинации и кошмары стали мучить каждый день, без перерывов. Пару раз он даже в один день словил несколько панических атак. А потом…пришёл Питер и, даже сам этого не осознавая, помог выбраться своему наставнику из всего того дерьма, в которое он сам себя загнал. Каждый день этот паренёк приходил и освещал своей солнечной улыбкой всю его мрачную и нелюдимую мастерскую. Каждый раз он прибирался там и помогал Тони добраться до спальни или до ближайшего дивана, чтобы его туда положить и спокойно пойти наводить порядок дальше. А когда Старк со временем почти перестал пить, хотя бы ради Питера, чтобы тот не лицезрел каждый день своего кумира в состоянии овоща, то началась та самая пора, в процессе которой Тони наконец узнал, каково это, чувствовать себя живым, свободным и нужным. Каждый раз, когда они сидели в мастерской и Тони показывал свои новые наработки и чертежи, глаза у Питера загорались таким восторгом и восхищением, что мужчина сначала недоверчиво относился к этим эмоциям, мало у него, что ли, в жизни было людей, которые готовы хоть в ногах у него ползать и говорить, что он лучший человек на свете, лишь бы отхватить кусочек его немалого состояния? Но потом Тони увидел, что все эмоции паучка были самые что ни на есть настоящие. У этого парня, казалось, не могло быть чего-то неискреннего, ведь его эмоции, как открытая книга, да и он делал всё с чистым энтузиазмом и готовностью ко всему. Этот ребенок, казалось, хотел помочь всему миру, и ему было абсолютно всё равно, что за это нужно заплатить немалую цену, Тони прекрасно знал это. В геройстве не бывает ничего безвозвратно. Если ты что-то сделал, то будь готов к последствиям. Только вот какую цену придется заплатить Питеру? — Ладно, слушай, — первым нарушил тишину Барнс, выдернув Тони из глубоких размышлений, — я совсем не мастер красивых поддержек и речей, но просто знай, что ты нужен им и… Они действительно считают тебя близким человеком, поэтому попробуй хотя бы поговорить и выслушать их, а уж со Стивом сами разбирайтесь, не моё это дело. Баки постоял ещё пару минут, ожидая какого-нибудь ответа, но так его и не дождавшись от вновь ушедшего себя Старка, развернулся и пошёл в сторону выхода. Оставшись в полном одиночестве, Тони подумал, что и правда пора перестать вести себя как обиженный ребенок и выйти в люди, его это вообще башня или как? Почему это он должен от всех прятаться? Да будет головная боль, Тони Старк снова в деле.***
Сначала все заметно удивились, когда обнаружили Тони, сидящего на диване в гостиной, за просмотром какого-то фильма. Все разом повернусь к слегка улыбающемуся Барнсу и выжидающе уставились, словно спрашивая: «Как ты это сделал?». Потом же, когда Баки просто пожал плечами и ушёл в тренировочный зал, ребята решили тоже сесть на свободные места в кресле и на диване, действуя осторожно, словно ожидая, что Старк сейчас резко встанет и начнёт на них орать. Но ничего не произошло, мужчина даже на них не взглянул. Наташа с Роуди переглянулись, ведя только им понятный молчаливый разговор, а Стив, сидя немного сбоку Тони, смотрел на него не мигая. — Ты сейчас во мне дырку проделаешь своим взглядом, Роджерс. — Насмешливая полуулыбка, холодок в голосе, но взгляд все так же не открывается от экрана. Стив, вздрогнув от того, что его поймали с поличным, вздохнул и предпринял попытку начать разговор, который уже просто нельзя было откладывать. — Тони, нам нужно поговорить. — Он обвел взглядом каждого сидящего в этой комнате. — Всем нам. Наконец, Старк взглянул на него, и Стив ещё больше занервничал, увидев в его взгляде решимость идти до конца. Видимо, разговор будет сложным. И очень долгим.***
Весело насвистывая мотив какой-то популярной мелодии, Старк сверяет заказы и вспоминает, не забыл ли он что-то ещё. Разговор тогда был действительно сложным и действительно долгим. Сколько тогда было препирательств, криков, злости, обид и оскорблений. Вероятно, все выяснения отношений прекратились бы с первых минут, если бы умная Пятница заранее не заблокировала бы все возможные выходы из здания и комнаты. В промежутках, когда все успокаивались, каждый высказывал своё мнение, оголяя душу и признаваясь в обидах на что-то или кого-то. Когда же присоединился Барнс, то стало ещё тяжелее. Спустя пару часов криков и выплескивания негатива, копившегося внутри, каждый из ребят извинился друг перед другом за все обиды и свои ужасные поступки и, казалось, они искренне раскаиваются, хотя так и было. Когда всё более-менее уладилось, началась любимая часть каждого — ностальгия и забавные, а порой и не очень, истории. Сидя там и наблюдая за расслабленными улыбками и счастливо блестящими глазами каждого, Тони понимал, что он снова в семье. Что он снова начал жить. Этот заразительный смех Сэма, закатывания глаз Наташи, нудные вопросы порой ничего не понимающего Вижена, бурчание Брюса и подкалывания Роуди. Как же ему всего этого не хватало. Конечно, на душе ещё остался отпечаток предательств. Конечно, до конца он не сможет простить никого. Конечно, всего этого не забыть. Но он попытается. Ради себя. Ради своих ребят. Ради семьи. И именно поэтому он посылает большой палец Баки, когда тот вновь подколол Роуди, и ободряюще улыбается неловко смотрящего на него Стиву. Сейчас, вспоминая об этих недавних событиях, Тони уже жалел, что вообще вылез из своего укрытия. Остальные, видимо подумав, что раз уж они снова стали устраивать «посиделки у костра», то теперь можно бесконечно надоедать Тони со своими «ой, у меня тут лук сломался чуток, можешь подправить? Заодно что-нибудь новенькое наворотишь», «Хэй, Тони, погнали со мной в клуб? Безумно скучно идти одной, а если кого-то из ребят брать, то только либо позориться, либо слушать бубнёж», «Привет, Тони, тут надо подписать документы о соглашении…» «Здравствуй, Старк, у меня тут рука сбоит…не мог бы ты посмотреть?..» Он что похож на незанятого человека, с огромным сердцем, способным на вселенскую щедрость? Нашли тут Мать Терезу. Ну, конечно же, он всё равно им помог и выполнил большинство просьб, но это ничего не значит, и уж тем более то, что теперь, раз он сделал это один раз, то будет делать всегда. Тони давно размышлял о создании отдельной башни для мстителей, и это как раз идеально подходило для того, чтобы от него хотя бы так отстали, ведь здание, которое он уже успел приобрести, находится далеко за городом. Конечно, сильно это не поможет, но хотя бы в 6 утра к нему в спальню вламываться никто не будет. И вот как раз когда через некоторое время, после оглашения этой идеи, всем членам команды посоветовали собирать вещи для переезда, Наташа нагло вторглась в его святыню и начала нести какую-то чушь по поводу прощальной вечеринки. С чем и кем она собралась прощаться, он так и не понял, ведь башня по-прежнему остается его, но в детали ввязываться не стал, давая согласие, понадеявшись, что всё это будет проходить без его участия. Что ж, он сильно ошибался. Сама вечеринка не только включает в себя его участие, так ещё и подготовка к ней наполовину в его руках. Сказать, что он охренел от такого заявления от Вижена, видимо крысёныши послали того, на кого орать Тони точно не станет — ничего не сказать. Конечно, он хотел отказаться, но Брюс, и как они его-то только подкупили, в случае отказа, тоже отказывался разрабатывать очень важное для новой идеи Тони вещество. Так что, устало вздохнув, Тони оставалось только гордой походкой идти к телефону и заказывать всё необходимое для вечеринки. Поэтому сейчас, ещё раз сверяясь со списком, он параллельно пытается объяснить Вижену, что та ленточка явно на четырнадцать градусов висит левее, чем нужно. Тот только называет его чёртовым перфекционистом и советует самому тогда всё и поправлять. И кто только его такому научил? Вечеринка будет проходить вечером, но ещё нужно в подходящее время заказать еду, чтобы всё не успело остыть, пока эти ходячие проблемы успеют переодеться и подготовиться. И почему он согласился на это? Лучше бы он спокойно себе сидел в мастерской, никого не предупреждая, а потом просто в один момент перевёз их вещи, они бы даже не заметили, что что-то изменилось. За работой время пролетело быстро, Тони не успел оглянуться, как уже настал час, когда пора было переодеваться. Ему явно было не до этого, потому что привезли еду, и надо всё проконтролировать, чтобы эти идиоты не положили что-нибудь не туда. Доставщики один за другим проходили в комнату и раскладывали еду под руководством Старка. Вы спросите, а почему это делают доставщики, ведь они только развозят еду? А Тони бы ответил, что деньги решают всё, а их у него много. Такую картину и застала Наташа, которая уже полностью собралась и была готова провести приятный вечер, в компании близких людей. Сегодня она решила надеть красивое вечернее платье яркого алого цвета. Волосы её волнами спадали с плеч, а лёгкий макияж идеально дополнял весь образ. Цокая каблуками, Романофф подошла к столу, рассматривая всю доставленную еду, и обернулась к спорящему с кем-то по телефону, Старку. — Почему ты ещё не одет? Или ты будешь в этом? — Она с сомнением посмотрела на его застиранные спортивки и старую футболку всю в пятнах от машинного масла и ещё каких-то непонятных жидкостях. — Я всё сказал! Даже не надейтесь на хороший отзыв и чаевые! — На повышенных тонах Старк закончил телефонный разговор и обернулся к ожидающей его ответа, Наташе. — Во первых, для справки, я один тут целый день горбачусь и парюсь за удобство и уют на этой вечеринке. Да я вообще сам её устраиваю и подготавливаю! Нет чтоб помощь предложить, друзья называются. Во-вторых, исходя из ранее мною сказанного, следует сделать вывод, что раз всей работой занимаюсь я, то одеться нормально мне будет некогда. И в третьих, я вообще не планировал всем этим заниматься и что-то устраивать, поэтому не тебе тут возмущаться! — В порыве злости, сверкая возмущением в глазах, Старк был похож на маленького бурчащего ребенка, ей-богу. Наташа еле сдержалась, чтобы не захихикать, иначе мистер-большой-босс, точно запрется в своей мастерской и снова перестанет обращать на кого-либо внимание. — Старк, успокойся, если бы ты попросил помощи, то мы бы с радостью помогли, но раз просьбы не было, мы подумали, что ты сам справишься, — вполне логично рассудила девушка. Кажется, что у Тони сейчас глаз начнет дёргаться. Он ещё и должен просить? Как будто ему нужна была эта идиотская вечеринка. — Вы могли элементарно спросить, не нуждаюсь ли я в помощи. — Тони, подойдя к Наташе, отдал ей список со всем необходимым для вечеринки и с номерами поставщиков, и, развернувшись, пошел в сторону лифта. Переодеваться. Вздохнув, девушка перевела взгляд на список и, достав телефон, стала вбивать номер. Что ж, большинство работы сделал Старк, так что сейчас ей нужно разобраться, где застряли двадцать коробок с маргаритой, которая должна была приехать ещё 15 минут назад. Надевая костюм, Тони полыхал от злости. Нет, у этих людей совсем нет совести! Их же вечеринка, а заниматься всем должен Старк! Ну где это видано, чтобы человек, который совсем и не хотел этого, должен сам всё устраивать. Раздражённо вздохнув, Тони накинул пиджак и, посмотрев на себя в зеркало, остался вполне доволен увиденным: костюм оттенка горького шоколада идеально подходили под такого же цвета глаза Тони. Поправив слегка растрёпанные волосы, Старк вышел из комнаты, попутно давая Пятнице команду не беспокоить его и всю команду сегодня вечером и желательно до завтрашнего утра. — Босс, а если это будет Ник Фьюри с важным сообщением? — Пусть катится ко всем чертям! Даже если произойдет инопланетное вторжение, меня нет, я наконец отдыхаю, так что, кто бы там не был, пусть идёт далеко и надолго! — Тони раздражённо вздохнул и услышал доносящийся из зала смех. — И вообще отключись-ка ты до завтрашнего утра, чтоб уж наверняка. Можешь оставить питание только на крыше, на всякий случай. — Поняла, босс, система перезагружается, я отключаюсь. Кивнув, будто кто-то может увидеть, Тони зашёл в общую комнату и слегка улыбнулся, увидев уже собравшихся всех вместе ребят. Они ещё пригласили Пеппер с Хэппи, ведь тем тоже не помешает отдых, да и какая семья, без этих двоих? Присев на свободное место рядом с Роуди и Клинтом, Старк обвел всех внимательным взглядом и вновь улыбнулся. Давно он не чувствовал это тепло, разливающееся где-то внутри. Сейчас было до безумия приятно смотреть на эти радостные лица, блестящие глаза и счастливые улыбки. Поочередно посмотрев на каждого, Тони остановил свой взгляд на Стиве. Он сегодня выглядел прекрасно: довольно узкие джинсы голубого цвета, черная футболка, эффектно выделяющая рельеф мышц, и красиво уложенные волосы назад, а не свисающие вниз, как обычно, из-за чего небесного цвета глаза стали более выраженными. Хоть он был и правда красив, но на этот раз эта красота не вы вызвала у Тони ничего. Сердце билось в спокойном ритме, бабочки в животе не трепыхали, в сердце свободного места не освободилось, всё изменилось и осталось так же. Он ничего не почувствовал, но ободряюще улыбнулся на ответный взгляд. Вечер проходил превосходно, кругом царил уют, почти каждую минуту был слышен дружный смех, а иногда и хохот, если Тору очень уж понравилась шутка. Количество еды на столе постепенно уменьшалось, как и алкоголя в бутылках, а калорий употреблял каждый всё больше и больше, судя по гримасе страдания на лице Ванды. Она немного поднабрала в последнее время, поэтому хотела сбросить пару килограмм, правда, сейчас она явно отбросила все диеты и заморочки, но прекрасно понимает, что потом придется навёрстывать упущенное. Но, как говорится: «Все хорошее рано или поздно кончается», и Тони готов убить автора этой поговорки, потому что в момент очередной интересной байки Роуди, Пятница, будто слегка взволнованным голосом, произносит: — Требуется ваша помощь, босс. Вас просят прийти на крышу. Тони непонимающе уставился в потолок. Неужели придётся перезапускать Пятницу? Эта ситуация начинает его сильно раздражать. — Я, по-моему, говорил, чтобы меня не беспокоили. — Все взгляды были переведены на него. Конечно, все хотели отдохнуть, но если кому-то потребуется помощь, они обязаны её оказать. Хотя, если человек сам пришел к ним, да ещё и на крышу, значит ли это, что дело может быть не столь важное? — Это чрезвычайная ситуация, я не могла не предупредить вас. — Скажи, что мы свяжемся с этим человеком позже. — Старк раздражённо махнул рукой и уже собрался продолжить посиделки, но Пятница всё не унималась: — Извините, мистер Старк, но если вы и дальше продолжите игнорировать просьбу подняться на крышу, то мне придется использовать марка и насильно вас туда привести. Ситуация чрезвычайная, требуется ваша помощь. Не успел Тони отойти от наглости своего ИИ и начать возмущаться, как в разговор вступил Стив: — Да ладно тебе, Тони, если Пятница говорит, что это важно, значит, мы пойдем и разберемся. Успеем ещё отдохнуть. — Он ободряюще улыбнулся и двинулся в сторону лифта Все повставали со своих мест и пошли за ним, поэтому Старку ничего не оставалось, кроме как тоже последовать за всеми. Пробравшись вперед, Тони поравнялся со Стивом и они переглянулись. Роджерс, видимо, заметил раздражение мужчины, потому что вдруг начал рассказывать какие-то забавные истории, пытаясь разрядить обстановку, что у него очень даже получалось, поэтому на крышу все ввалились, смеясь и улыбаясь друг другу. Сначала они не заметили ничего необычного, пока взгляд, как по команде, не обратился в одну точку. Улыбки стали спадать с их лиц. Сейчас все смотрели на дрожащего парня лет семнадцати, всего в крови и грязи, в каких-то порванных лохмотьях, поверх которых висели какие-то поломанные железяки. Лицо было покрыто мелкими царапинами и глубокими порезами, выражало оно растерянность и смятение. Глаза были красными и мокрыми от слёз, а отражали они одну лишь только боль. Было видно, что мальчик еле стоял, готовый уже упасть в обморок, но он держался, не позволяя себе проявить слабость. Рядом с парнем лежал тоже израненный, но гораздо меньше, человек в костюме с поломанными крыльями. Каждый находился сейчас в некотором шоке, потому что, судя по красно-синему оборванному «костюму», перед ними предстал тот самый человек-паук, герой, который, как каждый думал, уже взрослый, умный и опытный мужчина. Но на деле оказалось всё иначе. Тони Старк же, рассматривая такого родного Паучка, совсем не узнавал того счастливого и светящегося, как лучик, парня. Тот задорный огонек в его глазах потух, а взгляд стал уставший и пустой. Сейчас парень смотрел на них всех, такой разбитый и сожалеющий. Старк знал, что забирать костюм — плохая идея, осуществлённая на эмоциях, и, говорить те ужасные слова он не должен был, но знать — это одно, а лицезреть последствие своей ошибки — другое. Он с сожалением и виной смотрел на дрожащего парня, когда вдруг поймал его взгляд. — Я ведь не сдался, — прошептал Питер, глотая слёзы. Тони видел всю боль и обиду в глазах парня и от этого на душе становилось в разы хуже. Он так виноват перед этим ребенком. Недоглядел. Упустил. Не сберёг. — Смотрите, я жив... — Сделав шаг вперед, Питер, грустно улыбнувшись, упал в обморок от болевого шока и большой потери крови, сильно ударившись головой. Первые несколько секунд всё вокруг будто замерло и стояла гробовая тишина. Первым опомнился Баки и, подбежав к подростку, проверил пульс. Все разом вышли из транса и побежали следом, осторожно помогая перенести парня в медблок. Тони, вмиг справившись с растерянностью и шоком, осторожно выхватил из крепкой хватки Барнса бесчувственное тело Питера и, дав команду Пятнице срочно вызвать всех врачей в медблок, быстрым шагом отправился точно по направлению к нему, иногда кидая взволнованные взгляды на тяжело дышащего парня. Он должен помочь этому глупому подростку. Теперь он никогда не оставит его. Теперь он будет рядом. Всегда.
