Сибирская экспедиция

Мои похождения в воинских сферах описывать долго. Я был в военкоматах, у командиров воинских частей, убеждал, доказывал, просил. Конечно, меня подводила моя молодость и категоричность. Дипломат из меня никудышный. Но, тем не менее, все получилось. Правда, только после моего визита к первому секретарю обкома КПСС дело сдвинулось с места. Разумеется, на слово мне никто не поверил. Были звонки Комарову, и, когда он подтвердил мои полномочия и обозначил меня ключевой фигурой в предстоящем деле, отношение ко мне мгновенно изменилось. Вежливое "вы", чуткое реагирование на мои вежливые просьбы, звонки "куда надо", и через пару часов машина заработала: инженерно-саперный батальон с техникой и всем необходимым, курсанты речного училища в полном составе вместе с командирами и педагогами, вертолетный полк и студенты техникума, где когда-то учился мой батя. При подсчетах рабочих рук я округлил глаза: полторы тысячи лопат! И это не считая водителей, поваров, педагогов, офицеров, снабженцев, и студентов-археологов Комарова. Еще я с батей и сам Комаров. В общей сложности толпа набралась изрядная. И Совет Науки СОАН одобрил, и финансирование пошло с двух сторон- Академия и Обком. Даже с Москвой согласовали. Все за три дня. Удивился бы, если бы не мои посулы Комарову. Сперва проводили воздушную разведку: на двух вертолетах вылетели в район гардариков. Искали недолго- пилоты, сверяясь с картой, четко вывели машины в точку предстоящих раскопок. Мы высадились у наиболее четкого контура. -Вероятно, это тот объект, о котором говорится в рукописи,- сделал вывод Комаров. -Копать здесь не имеет смысла. Только если для очистки совести. -Совесть наша чиста, в очистке не нуждается- острю я. -Надо теперь перебрасывать ваших учеников- пусть размечают, где и как копать. -Да, пожалуй. Поговорю с вертушками. О чем он говорил с пилотами, я не слышал, но мощные машины взлетели и умчались в сторону Новосибирска, откуда уже выдвинулись колонны экспедиции Комарова. -Сейчас привезут моих студентов. Сделаем разметку, обозначим места просеивания, отвалов, обозначим подъезды. -Надо сделать так же, ка предыдущая экспедиция- припомнил я. -Только лучше. -В каком смысле? -Они делали вал вокруг гардарика, и раскопки удалось продлить до осени. -Да-да, припоминаю. Они помпами откачивали дождевую воду. Я уже заказал мощные насосы. Не уверен, что засуха продлится долго. Я сверялся с метеосводками за сто лет. -И что там? -Девяносто пять процентов в засушливые года дожди начинаются не ранее пятнадцатого июня. Пятипроцентный "хвостик" относится на кратковременные "слепые" дожди, из которых лишь два- грозовые ливневые. Затяжные дожди начинаются от пятнадцатого июля до первого сентября. В сентябре-октябре ложится первый снег. Чаще- в середине сентября. В конце августа бывают ночные и утренние заморозки. -Понадобятся теплые вещи, обогреватели и... большая часть рабочих рук вернется восвояси перед началом учебного года. И мне придется уехать. -Тебе-то зачем? Мы тебе и здесь школу организуем. А хочешь, экстерном экзамены сдашь. -Мне до вундеркиндства не хватает некоторых ингредиентов. И на гения я тоже не тяну. Я, как говорится, твердый троечник. Поэтому мне потеть, корпеть и коптить полный учебный год, по полной учебной программе, с полной обоймой учителей и учебных принадлежности, включая дополнительные занятия. -А я тебе говорю: здесь отучишься. В Новосибирске. Ты в какой школе учился? -Сто сорок вторая. -Знаю. Директор- моя хорошая знакомая. Договорюсь. Годится? -Поглядим,- отвечаю я неопределенно. -Время покажет. Удовлетворил ли его мой ответ, я не понял, но разговора на эту тему мы больше не заводили. Дойдя до следующего гардарика, а точнее, до всхолмленной почвы, выбрали площадку поровнее и выложили крестом два рулона алюминиевой фольги. Об этом нас попросили вертолетчики, чтобы иметь точные ориентиры для посадки. По краям и центру поставили пять мощных прожекторов на аккумуляторах. Впряглись в бензогенгератор на салазках. -Пять киловатт хватит для освещения места раскопок?- советуется он со мной. -От помп зависит,- жму я плечами. -А вибросито? -Там отдельные генераторы. Сейчас дождемся вертолетов и сходим к артефакту. -Вдвоем? -Почему нет? Я понял так, что там находится дольмен. Я захватил кое-какие инструменты. Самоделки, конечно, но работать должны. Возьмем их, расставим и будем записывать показания. Если там, конечно, дольмен. А если что-то другое... Будем думать. А ты как думаешь, что это? -Артефакт. В рукописи о нем нет ничего, кроме упоминании о его существовании. Это может быть метеорит, или космический корабль, а может, алтарь для жертвоприношений. -Я был в архивах, пытался выудить хоть что-то об этом месте. И ничего не нашел. Похоже, ты прав, эта экспедиция нигде не была учтена официально. Но следы очень старых раскопок- налицо. -Значит, единственным источником является рукопись? -Получается, что так, однако, на чем основывался мой предшественник, начиная раскопки, я так и не понял. У тебя есть соображения на этот счет? -Охотник наткнулся. Сообщил земскому врачу. Тот послал письмо в Ленинград... Тогда еще Санкт-Петербург. Дошло до умного царедворца, который направил бумагу в российскую Академию с указанием раскопать подозрительное место. Но потом, похоже, все концы кто-то обрубил. По случайности или намеренно- неясно. -Значит, концы нужно искать не у нас, а в архивах Ленинграда? А то Москвы. Я лишь жму плечами- в архивных делах я полный профан. Если уж он, с его связями не знает, где искать концы, то что могу я? Пока тащили генераторы к первому гардарику, вернулись вертолеты. Но теперь их стало не два а двадцать, из которых пять- огромные грузовики с лопастями, способные перевозить тяжелый танк. Вместо танка грузовики привезли четыре знаменитых ГАЗ-69 и четыре самосвала "Урал" с широченными колесами с протекторами, как у трактора "Кировец". -Болотники- это хорошо,- одобрил Комаров. -А где водители? -Два "козлика" для вас и вашего помощника. Персонально. Для остальных по три водителя. Следующим рейсом привезем полевую автомастерскую и компрессоры,- доложил командир группы вертолетчиков с погонами подполковника. -Мы будем базироваться у озера и патрулировать тайгу- в такую засуху торфяники горят нещадно. В двухстах километрах лагерь геологов. Просили поделиться харчами. -У нас пока только консервы,- пожал плечами Комаров. -Если будут их брать, отвезите им пяток ящиков. -Хлеба просят, жиров, муки. Консервов у них хватает, а с остальным незадача вышла. -Много их? -Партия в тридцать харь. Гораздо меньше, чем нас. -У нас есть в запасе мука, хлеб, жиры? -На первое время взяли пять тысяч буханок на два дня. Дальше- будем сами печь на месте. Так проще и легче. -Понятно,- отвечает Комаров и поворачивается ко мне. -Ну, товарищ помощник, дерзай! Пришлось дерзать. Отошел в сторонку, достал из заветного рюкзака пачку пятирублевок, калькулятор на батарейках, и принялся считать харчи для геологов на десять суток, припоминая все что необходимо для похода вплоть до индивидуальных аптечек. Как раз в пачку уложился. Составил на бумаге список, количество, цену. Отдаю список и деньги подполковнику: -Нашу экспедицию оголять не будем. Здесь пятьсот рублей, хватит на все. Возьмите все по этому списку. А это- я достал восемь четвертных, -лично вам за вынужденное беспокойство. Кстати, что мы получим взамен? -Ну ты спросил! Геологи- народ небогатый. Кроме "спасибо" у них ничего нет,- с усмешкой сказал командир. -И то хорошо. Нам и "спасибо" за счастье,- смеюсь я. -Сами полетите или пошлете кого? -Сам. Судя по списку, нужен грузовой вертолет. Триста буханок, мешок сахара, ящик чаю, ящик сливочного масла, десять бутылок подсолнечного... да, грузовик нужен. Придется на хлебзавод и продбазы ехать. А нафига столько йода, зеленки и прочей аптеки? -На всякий случай. У нас-то военврачи будут, а у них? -У них свой врач есть. И бинтов у них будет- из всех мумии можно сделать! Ладно, мое дело ясно. Разрешите выполнять?- шутливо спросил он. -Выполняйте. Не забудьте "спасибо" от геологов привезти. Подполковник хохотнул и на ходу ответил: -Полный вертолет "большими спасибами загружу".