Мы в чёртовом омегаверсе!

      Джисон летел по коридору в поисках расписания пар, не особо смотря на людей вокруг, когда вдруг столкнулся с кем-то и чуть было не упал (благо другой парень подхватил его под руку, поэтому Джисон быстро вернул себе равновесие).       — Дружочек, ты куда так бежишь? — Высокий парень, на вид курс второй, смотрел на Джисона немного обеспокоенно.       — А, ой, простите... Я ищу расписание...       — Так тебе в другую сторону, — парень прыскает со смеху, — ты пробежал его, — вот чёрт, какой позор. Джисон ужасно плохо ориентируется в этом здании. — Я как раз тоже туда иду, давай проведу? — Джисон кивает с тихим «спасибо». — Меня, кстати, Хёнджин зовут. А ты...       — Хан Джисон, первокурсник, — формально отвечает Джисон.       — Пф, — Хёнджин сдерживает очередной смешок. — Я тоже первокурсник, давай без формальностей.       — О, ладно, — Джисон чуть облегчённо выдыхает.       — Так а зачем ты так бежал к расписанию? Я думал, старосты выдают его своим группам.       — Мне нужно не моё расписание, — Джисон чешет затылок. На немой вопрос Хёнджина он отвечает почти сразу: — Четвертого курса, — во взгляде Хёнджина появился ещё больший вопрос. — Долгая история, короче, просто надо. А тебе зачем, раз старосты выдают?       — Мне в зал хореографии. По пути просто.       — Понял, — после недолгой паузы Джисон спрашивает: — Танцуешь?       — Есть такое, — улыбается Хёнджин.       Возле расписания они разошлись. Хёнджин попросил подождать его пару минут, пока вещи в зал закинет, чтобы обменяться номерами (разговор, пусть и был коротким, но обоим даже понравился, так что Джисон был даже не против обзавестись новым другом на потоке и предложил обменяться контактами). Джисон сфотографировал расписание нескольких групп с четвёртого курса и залез в телефон, пока ждал Хёнджина.       — Заюш, меня ждёшь? Не думал, что ты меня теперь будешь преследовать, — знакомый голос уже с первых слов начал немного раздражать. — Будешь теперь специально искать со мной встреч, а не избегать, как раньше? — Минхо подходит с самодовольной улыбочкой (её даже не надо видеть, Джисон просто на сто процентов уверен, что она есть).       — Да кому ты нужен, я тут не ради тебя, а ради расписания, — фыркает Джисон, даже не поднимая взгляд на своего соседа. — И вообще, если я кого-то и жду, то это уж точно не ты.       — Ой, Минхо, приветули, — словно из ниоткуда появляется возле Минхо Хёнджин. Просто «Минхо»? «Приветули»? Насколько они близки? — Джисон, запиши свой номер, пожалуйста, — Хёнджин протягивает свой телефон, и Джисон послушно берёт его в руки и записывает в контактах свой номер.       — Джинни, — Минхо улыбается и приобнимает Хёнджина. Тот отвечает тем же. Джинни? Так вот оно что. Теперь всё встало на свои места. Это тот «друг», с которым Минхо постоянно мило треплется по телефону. Захотелось удалить свой номер из контактов, но Джисон отдал телефон Хёнджину раньше, чем подумал об этом. — Так ты его ждал? — спрашивает Минхо у Джисона снисходительно.       — А что, ревнуешь? — с насмешкой отвечает ему вместо Джисона Хёнджин.       — Может быть, — Минхо пожимает плечами и уходит в сторону зала для хореографии.       — Вы с ним что, ебётесь? — спрашивает Джисон у Хёнджина, когда Ли исчезает с горизонта. Браво, Хан Джисон, лучший вопрос, чтобы задать его человеку, с которым ты всего минуту назад обменялся номерами. Гений.       — Нет, дружим, — легко отвечает Хёнджин, видимо, не разделявший внутренних переживаний Джисона. — А вы?       — Что? Нет, конечно! — Джисон с отвращением смотрит на нового знакомого. — Мы просто соседи по комнате.       — Я знаю, расслабься, — Хёнджин хихикает. — Просто шучу. Ладно, Джисон-а, до связи. Приятно было познакомиться.       — Взаимно, — отвечает Джисон, и Хёнджин уходит в зал хореографии.       Ужасное знакомство.       Так, нет, Джисону сейчас не об этом нужно думать. Обеденный перерыв совсем скоро закончится, а Джисон всё ещё не нашёл никого из старшекурсников, чтобы расспросить о том инциденте четыре года назад. Если он не поторопится, то придётся ждать всю пару.       «Нет, прости, не знаю об этом никаких подробностей».       «Лучше спроси у Чана».       «Я не хочу связываться с Ли Минхо, не спрашивай у меня».       «Это было так давно, я уже и не помню».       «Ли Минхо? Избил того парня до полусмерти, насколько я знаю».       «О, уже пара началась, извини, я спешу».       И ни одного более-менее толкового ответа. Стоит ли говорить, что Джисон сдался прежде, чем число опрошенных им людей дошло до десяти? На этом он и остановился. Нет смысла искать то, что найти заведомо не получится. Джисон не настолько отчаялся в желании разузнать правду. Он как-то не сильно хорошо подумал (вообще не подумал), прежде чем вот так сломя голову помчаться расспрашивать, следуя за своим импульсивным порывом узнать о том инциденте больше. А теперь, когда столкнулся с препятствиями, он наконец задумался.       Так ли Джисону нужно знать правду? Да и что должно быть правдой? Минхо всё рассказал. Опущенные детали это его личное дело, он имеет полное право оставить часть рассказа при себе. Ли мог вообще не рассказывать ничего Джисону, раз на то пошло, но рассказал же.       Да и, в конце-то концов, меньше знаешь — крепче спишь, правда?       К тому же за всеми этими событиями Джисон уже начал забывать, что он в первую очередь должен волноваться о том, что он всё ещё в омегаверсе. Резкой смены ключевого жанра из омегаверса в детектив Джисону хотелось меньше всего. Не его это дело. Это дело Минхо. А Джисону бы обойтись без лишних проблем, пока он не вернётся домой. В свой мир.       Свою пару Хан изначально собирался прогулять, так что вместо того, чтобы приходить с опозданием на полчаса, он решил оставшееся время провести где-нибудь в корпусе. Отчего-то ноги привели его прямо под зал хореографии. Заходить внутрь Джисон не хотел — столкнуться с Минхо не звучало хорошо. Так что он просто остался снаружи и смотрел в щель приоткрытой двери на происходящее внутри. Зачем? Ну... так надо.       — Сонбэ-э-э, помилуйте, мы повторяем эту часть уже седьмой раз.       — И будете повторять восьмой раз, если продолжите делать ошибки. Посмотрите на Хёнджина, он тут всего ничего, а уже справляется лучше некоторых из вас! Убин тоже молодец, можешь попить водички.       — Нуна-а, ну мы стараемся.       — Старайтесь лучше. Вон с Минхо уже семь потов сошло, а он даже не пискнул! У него единственного нет ни единой ошибки в движениях. Учитесь, салаги.       — Так ведь он три года тут танцами занимается, сонбэ, сжальтесь.       Джисон невольно стал свидетелем какой-то экзекуции, но если честно картинка ему даже понравилась (ну да, как может не понравиться Минхо, усердно выполняющий каждое движение танца в такт музыке?). Хёнджин тоже выделялся — его движения отставали от Минхо в профессионализме, но тоже были очень уверенные, пусть Хёнджин и сбился пару раз (наверняка из-за усталости).       Минут через двадцать, когда девушка, которая явно была там главной, дала добро на отдых, все без исключения упали на пол, тяжело дыша. Минхо сел возле Хёнджина и начал с ним о чём-то говорить. У Джисона затекла поясница неподвижно стоять у двери.       — Эм, слушай, бро, я всё понимаю, но ты в курсе, что стоять под дверью и подсматривать — не совсем нормально? Попахивает сталкерством, — Джисон в панике отлетел от двери, когда к нему обратились. Но стоило только понять, кто это был, как паника сменилась облегчённым вздохом.       — Бин, ты напугал меня до усрачки. Ты чё тут делаешь?       — Это я у тебя должен спрашивать, ты разве не должен сейчас быть на парах, а не шататься под залом для хореографии?       — Я прогуливаю.       — А мне надо передать Пак Джихё документы от студсовета. Может, зайдёшь со мной, раз уж всё равно тут столбычишь? Или продолжишь сталкерить?       Джисон не успел подумать, когда уже согласился зайти с Чанбином.       В зале большинство студентов и студенток просто лежали или сидели на полу и отдыхали. Чанбин пошёл к стоящей у стены старшей. Джисон остановился, не сильно далеко отходя от двери, в надежде, что Минхо и Хёнджин его не заметят. Но, какая незадача, когда Минхо увидел проходящего мимо Чанбина, что-то дёрнуло его обернуться в сторону двери. Джисон встретился с ним взглядом, и... всё, Минхо отвернулся с какой-то самодовольной улыбочкой и продолжил мило беседовать с Хёнджином. И чего только Джисон ожидал? Что Минхо позовёт его? Что как-то ещё отреагирует? Бред. Да и зачем Джисону ждать этого? Он здесь даже не ради Минхо.       — Хан, я всё, — Чанбин подходит совсем скоро. — Пойдёшь со мной на выход или оставить тебя тут?       — На выход, — Джисон разворачивается на пятках и быстрым шагом идёт к двери. С чего бы ему здесь оставаться? Не на Минхо же смотреть, ну правда. Чанбин не спеша следует за ним.       — Сонбэ, я отлучусь, — слышит Джисон со спины знакомый голос, когда уже доходит до двери. Блять, Минхо. — Джисон, — обращается старший, когда пересекается с Ханом уже в коридоре за дверью.       — Что? — Джисон складывает руки на груди, всем видом демонстрируются своё нежелание говорить.       — Не приходи сюда больше. И с Хёнджином не связывайся.       — Чё? — Джисон вообще не понял этой предъявы на ровном месте. — Ты прикалываешься? Минхо, отвали, а, тебя вообще ебать не должно, куда я хожу и с кем общаюсь. Мне не всрался твой «друг по перепиху».       — Кхм, вас вообще не смущает, что я ещё тут? — Чанбин откашливается. — Ну я тогда, пожалуй, пойду.       — Мы уже закончили, — отвечает Джисон другу. — Пошли, Бин.       — Джисон, я серьёзно, не приходи сюда, — бросает Минхо вслед, но Джисон только фыркает на это. Надо же, а ему показалось, что их отношения немного изменились. Но, вероятно, просто показалось. Минхо всё такой же бесячий, стоило понять это ещё утром.

***

      — Ты специально ещё больше огрызаешься, когда рядом твои друзья? Не можешь просто молча послушать, что я тебе говорю? — Минхо ставит жестяную баночку пепси на прикроватную тумбочку Джисона. — Это тебе Хёнджин передал, — комментирует он своё действие.       — А ты специально заговорил со мной, когда рядом был Чанбин? Знал же, что я не стану молчать в тряпочку, — Джисон смотрит на баночку газировки. Мда, Хёнджин теперь от него не отвяжется, видимо. Весь день сообщения написывает, а ведь они только в обед номерами обменялись. А теперь ещё и это.       — Я настолько тебе противен?       — В последнее время ты слишком часто это спрашиваешь.       — Потому что в последнее время ты начал вести себя так, будто ненавидишь меня.       — А я разве когда-то вёл себя по-другому?       — Джисон, — Минхо тяжело вздыхает. — Мы же оба это знаем. Можешь продолжать разыгрывать этот спектакль перед всеми, но не наедине. Пожалуйста. Я знаю, что ты хороший парень.       «А я вот о тебе ничего не знаю», — чуть не ответил Джисон, но вместо этого многозначительно промолчал.       Минхо подошёл и сел на корточки перед сидящим на своей кровати Джисоном. Хан посмотрел на него с искренним недоумением — зачем, а главное, нахуя Минхо присел перед ним? Ещё и в глаза целенаправленно заглядывает. Выкинуть бы к чёрту эти его дебильные очки, чтобы не отсвечивали тут.       — Чё? — спрашивает Джисон, и отчего-то это получается немного нервно.       — Давай всё исправим, Джисон.       — Чё?.. — теперь вопрос Джисона был скорее с недоверием.       — Наши отношения. Давай исправим это или, я не знаю, начнём сначала? Мне надоело это, Джисони. Всё время переругиваться с тобой, делать всё назло. М-м?       — Нет, — отвечает Джисон, смотря на Минхо сверху вниз (ведь именно так они и сидели). Нет, он не хочет этого. Он вообще ничего общего с Минхо иметь не хочет. Минхо начал всё это, оттолкнул Джисона, начал издеваться над ним, подшучивать и откровенно перегибать палку. И что теперь? Забыть об этом? Начать с чистого листа? Иди ты нахер, Ли Минхо. — Нет, — повторяет Джисон на случай, если до Минхо не дошло с первого раза. — Ты издеваешься? Ты испортил наши отношения, а теперь хочешь «исправить» всё?       — Да, именно этого я и хочу. Но ты не можешь винить только меня, ты тоже приложил немало усилий, чтобы всё стало таким, — Минхо руки кладёт на колени Джисона и придвигается чуть ближе.       Джисон думал, что после откровения на днях его отношения с Минхо изменились. Сегодня он решил, что это не так. Теперь же Минхо говорит, что хочет начать всё с начала. Вот только Джисон не хочет. Он, если честно, понятия не имеет, чего он хочет, но точно не начинать дружбу с Минхо заново.       Стоп, в сторону эти размышления.       Разве Минхо только что не сказал, что Джисон не может винить в сложившейся между ними ситуации одного только Минхо?       — Да пошёл ты... — отвечает Хан и скидывает чужие руки со своих колен. И почему он только разрешал Минхо вот так сидеть всё это время?       — Джисони...       — Не называй меня так, блять, Минхо! Может хватит строить из себя жертву теперь? Мы друг другу никто, просто соседи по комнате. Отвали от меня, а?       — Ты просто продолжаешь обманывать себя, — бросает Минхо, поднимаясь. — Подумай ещё раз об этом. Хорошо подумай, Джисон, — немного злобно добавляет он.       Минхо поднимает рюкзак со своей кровати и выходит из комнаты. Ну и куда он собрался? Поздний вечер уже! Где можно шляться в такое время вообще? А впрочем, Джисону ведь должно быть всё равно. Минхо же ушёл, всё именно так, как он и хотел. Но почему Джисон всё никак не мог перестать психовать, что бы Минхо ни сделал? Почему независимо от того, поступает ли Минхо так, как Джисон хочет, или же делает по-своему, Джисону всё равно хочется материть его? Хан просто не может быть равнодушным.       — Как же ты меня заебал, Минхо, — говорит Джисон сам себе.