Шавасана или в какой позе любит Малфой?

Очередной урок йоги собрал восьмикурсников в большом зеркальном зале. Несколько студентов, которым это действительно нравится. В их числе Гермиона Грейнджер. Несколько человек, которых заставили. Среди них — Драко Малфой. И один странный преподаватель — живший в Индии волшебник, никогда не пользовавшийся магией. Малфой согнул ноги в коленях и подтянул их к груди, плавно опускаясь на пол, выходя из Халасаны . Говорила ему Гермиона, что не стоит делать её на голом полу, нужно подложить что-нибудь под плечи. Теперь шея неприятно ноет, и всё из-за его упрямства. А ещё она говорила, что ему лучше ходить на Кундалини-йогу, но Драко сказал, что если и заниматься, то только с ней, а не странно мычать в одном положении. Грейнджер тогда даже немного обиделась, пробубнив, что мантры — это не мычание, и лишила его хорошего вечера, уснув сразу после ужина. Да, Гермиона ему говорила. А он её слушал. Это было так правильно. Они встречались всего-ничего. Чуть больше полугода. Он помнит день их «знакомства» до каждой секунды: их заставили прийти в этот зал, выдали комплекты спортивной формы и поставили ширму посередине, чтобы они могли переодеться. Гермиона меняла форму, оказавшись с самого краю, и Малфой жадно пожирал её глазами, не заметив, что девушка следит за его реакцией и тепло улыбается. А на занятии их коврики оказались рядом. Малфой кряхтел и ненавидел весь мир, пока её ладонь с лёгким касанием не оказалась у него на груди. Гермиона смотрела испуганно и заинтересованно, ожидая реакции и потока обидных слов, но он просто попросил: «Научи меня, Грейнджер». И она учила. Сначала самому простому — Шавасане. Именно в этой позе её полюбил Малфой. Он лежал смирно, она направляла его тело, и он понял, что её прикосновения греют, тихие слова — завораживают, а улыбка заставляет сердце биться сильнее. Сначала он стеснялся их «внеурочных» занятий, но потом понял, что бежит на них, забыв про учёбу, квиддич и друзей, которые подмечали странности за Драко, но списывали их на послевоенную адаптацию. Грейнджер и Малфой тщательно скрывали свои отношения, потому что считали, что счастье любит тишину. Им было легко и уютно в своей зарождающейся любви, мягких вечерах у камина и страстных ночах в её комнате в башне старост. Даже староста парней за эти полгода не догадался о том, что происходит в соседней спальне. Блейз Забини проявлял свою проницательность везде, кроме вопросов об отношениях лучшего друга и кудрявой принцессы, которая по утрам выплывала из своей комнаты довольная и сияющая как начищенный галеон. Да и Малфой всё меньше был мерзким и всё больше времени проводил в библиотеке, незаметно для остальных левитируя своей красавице учебники с верхних полок и тайком подсовывая булочки, когда она забывала перекус. Девушка извивалась в асанах, словно змея. Прикрывая глазки, вздыхая тяжело, мерно, аккуратная грудь поднималась под тканью спортивного топа. Только Мерлин знал, как Малфой ненавидел этот топ! Он несколько раз пытался его спрятать, чтобы она ходила на тренировки в футболке, но Гермиона слишком одарённая волшебница, чтобы так просто сдаться. Ему больше нравилось кружево её лёгких бра. А ещё лучше вообще без одежды. Её грудь прекрасна. Малфой любил сжимать её в ладонях, щёлкая по возбуждённым соскам, и когда она нависала над ним, а он ласкал языком горошины под её сладкие стоны. Драко сел в позу лотоса и смотрел, как предмет его обожания принимает Адхо Мукха Шванасану . Девушка была сосредоточена на своих действиях: чтобы руки были максимально прямыми, плечи и голова — опущенными, спина — ровной, а шея — расслабленной. Малфой следил, чтобы ни один чужой взгляд не касался её тела. Драко, делая вид, что погружён в медитацию, из-под полуопущенных ресниц смотрел, как студенты по одному покидают зал. Как Тео ухмыльнулся и приобнял Пэнси за талию, выводя в коридор и нашёптывая последние сплетни, полученные от сестёр Патил, которые клялись и готовы были выпить сыворотку правды, рассказывая, что застукали Малфоя, забирающегося под юбку Гермионы в коридоре третьего этажа во время патрулирования… Гермиона лежала на коврике и глазела в потолок, расслабляясь в Шавасане и думая, как бы закончить эссе, при этом сохранить хоть час на любимого, а не уснуть у него на коленях, заучивая очередной параграф рун, которые ну никак не давались лучшей студентке выпускного курса. Чем меньше времени оставалось до экзаменов, тем сложнее ей было жить без маховика — в ежедневнике уже не хватало места, чтобы внести все желаемые к исполнению дела. И не обделить вниманием главный пункт в её жизни — Драко Малфоя. В голове Малфоя промелькнула мысль, что Война сломала их и собрала заново совсем другими людьми. Тео и Пэнси готовятся к скорой свадьбе, Забини ухлёстывает за Луной и старательно пытается подружиться с её мозгошмыгами. Да что уж говорить — он сам каждое утро любуется той, о которой и думать не желал раньше, а сейчас все его чувства, дни и ночи — с ней, и Гермиона отвечает ему полной взаимностью. И даже в большом зале не было четырёх столов разных факультетов, а было буйство красок, ведь оставшиеся студенты хотели жить, любить и дружить. Как только захлопнулась дверь в преподавательскую, Драко максимально тихо подобрался к задумавшейся Грейнджер и пристроился меж её ножек, целуя обнажённый животик с россыпью родинок. Он иногда любил позлить девушку, соединяя их маггловской ручкой в созвездия. А она потом отмывала их в душе большой мочалкой. И притворялась, что не догадывается, что Малфой очень любит принимать душ вместе с ней, оттирая чернила с загорелой кожи. — М-Малфой! Ты что делаешь? — промямлила Гермиона, когда большие ладони пригвоздили её бёдра к полу. — Изучаю новую асану, — шепнул Драко, целуя внутреннюю поверхность её бедра. — Но… Но ты… Боже! Ты же меня даже не раздел, — она хитро улыбнулась, рассматривая свои бессовестно короткие шорты. — Я занимаюсь йогой, милая. А ты что подумала? — парень поднял бровь в удивлении. — Двойные асаны сложны в исполнении, Драко, — поучительным тоном начала девушка. — Это дело времени. Я сначала потренируюсь. А потом… — он щёлкнул пальцами, оставляя её абсолютно голой, и провёл рукой по истекающим смазкой складочкам, вызывая сдавленный стон. — А потом? — тихо спросила Гермиона, пока его губы всё ближе подбирались к заветной точке. Она запустила пальцы в платиновые волосы, хоть таким жалким образом стараясь задержаться в реальности. — А потом ты кончишь. Несколько раз. Он скользил языком по промежности, сладко причмокивая, посасывал и втягивал, отпускал и немного дул прохладным воздухом. Его слюна, пропитанная вкусом мятной жвачки, заставила Гермиону почти кричать от удовольствия и приятного покалывания. Она стонала, извиваясь в его руках, но не могла пошевелить бёдрами. Очень хотелось податься вперёд, глубже насадиться на его язык, который творил нечто такое, чего она никогда даже не представляла. Но он держал, прижимая их к полу. И это ощущение его полного контроля над её телом сводило с ума. Малфой немного ослабил хватку, и Гермиона, воспользовавшись моментом, закинула ножки ему на плечи, скрещивая за головой. Драко обхватил её попу ладонями и неожиданно шлёпнул, оставляя красный след. Девушка громко застонала от новых ощущений и его нежного поглаживания ушибленного места. — Давай, милая, сделай это, — прошептал Драко, когда Грейнджер захныкала, приближаясь к краю. Он ввёл в неё два пальца и начал ритмично двигаться, продолжая посасывать клитор. Гермиона стонала всё громче, с силой сжимая его волосы, и с одним вскриком обмякла в его руках, отдаваясь накрывшему оргазму. — Тут!.. Люди!.. Я!.. Идиотка!.. — рвано выдыхала Грейнджер, пока Драко стягивал с себя одежду и вожделенно смотрел на неё, распластавшуюся на коврике и пытающуюся прикрыться его футболкой, сброшенной на пол рядом. — Самооценка у тебя, Герм, конечно, выше некуда, — улыбнулся парень. Малфой присел напротив зеркальной стены, пристраивая её у себя между ногами так, чтобы Гермиона могла откинуться на его грудь для опоры. Девушка прикрыла глаза, позволяя ему делать то, что он так любил — доводить её до экстаза и наслаждаться её счастливым видом. Он, словно сумасшедший, обожал смешить её, радовать по любому поводу, будь это тридцать третий день с их первого поцелуя или день кактусов. Драко был полон сюрпризов, главным из которых было то, что он ужасно романтичная и нежная натура со своей любимой, но грозный, серьёзный и сильный — с остальными. Разведя её ножки в стороны, Драко ласкал промежность, растирая смазку, усиливая нажатия на клиторе и массируя половые губы. Проникал на фалангу под её податливые движения. Гермиона хваталась руками за его предплечья, пытаясь направить, но ощущала камень его мышц. Мягкие, ловкие движения его длинных пальцев лишали воздуха. — Милая, посмотри, какая ты у меня красивая, — шепнул Драко, продолжая истязать девушку до дрожи в коленях. — Великолепная. Такая горячая. — Ты пошляк, — Грейнджер повернула голову и уткнулась носом в его шею. — Жуткий извращенец, Малфой. Ты не мог?.. Ох, — простонала с очередным толчком, впиваясь ногтями в его ладони и выгибаясь в спине. — Не мог увести тебя в комнату? — хитрый шёпот отдавался от стен, а заходящее солнце создавало романтичный полумрак в тренировочном зале. — Нет, милая. Нам никто не помешает. А ты посмотришь, какая ты восхитительная в своём удовольствии. — Ты собираешься? Драко? Гермиона широко раскрыла глаза, упуская ту нить удовольствия, за которую держалась, и заёрзала в его руках в нетерпении и ожидании того нового и немного пугающего. — Я собираюсь… — зашептал Драко, пощипывая её соски, — да. Я хочу, чтобы ты видела, как мы идеально друг другу подходим. — Так ты со мной из-за секса? Гермиона притворно возмутилась, зная, что это не так. Но признание в любви от Малфоя — снег в июле: нечто невероятное и удивительное. Он был из тех, кто проявлял свою любовь не словами, а поступками. Это её и зацепило. Девушка крайне натерпелась пустого трёпа Рона и отдалась твёрдому намерению Драко сделать её самой счастливой на этом свете. — Нет, я с тобой из-за нас. Он упирался эрекцией ей в бедро, и она повела рукой назад, начиная ласкать его возбуждённую плоть. И смотрела. Смотрела, как он откидывает голову назад в удовольствии, как твёрже становится член под её касаниями, как на головке выступают капельки смазки, как серые радужки становятся цвета грозовых облаков. Он не сводил с неё взгляда, гипнотизируя карие глаза сквозь отражение в зеркале. — Повторюсь. Ты извращенец, — хихикнула девушка, и хотела повернуться, чтобы продолжить начатое, но он её остановил. — Я хочу тебя. Зубы сводит, Гермиона, — Драко обвил руками её талию, покрывая плечи поцелуями, и немного приподнял над полом. — Как? — Вот так. Малфой продолжал держать её одной рукой, второй направлял член, водя по влажной промежности. Сердце Драко гулко стучало, кровь пульсировала в висках, ведь эта девушка — воплощение любви в его жизни, хоть он крайне редко ей об этом говорит. Он любил её. Всю. — Смотри на нас, Гермиона. И она смотрела. Как он не спеша опускает её на себя. Как член медленно проникает в неё, растягивая. В такой позиции он вошёл до упора, вызывая сдавленный вздох. Двинул бёдрами вверх. Толчок. Ещё один. В неё. Глубже. Сильнее. Драко наращивал темп. Резче. Жёстче. Громче. Малфой во все глаза наблюдал, как заворожённо и смущённо девушка смотрела на эту пошлую, но одновременно нежную картину в отражении. Как он касался каждого миллиметра её тела, разгоняя страсть по венам. Накрывал грудь, пропускал между пальцами соски. Сжимал бёдра, направляя её движения и подстраивая под свой ритм. Грейнджер слушала, как его хриплые стоны перебивали влажные шлепки их тел друг о друга. Его ладони опустились вниз, растирая сочащуюся смазку по её промежности и основанию члена, касались пульсирующего клитора, стараясь быстрее довести девушку до пика. — Малфой, — всхлипнула Грейнджер и замерла, испугавшись грохота за дверью. — Тшш, милая, — Драко закрыл ей рот ладонью, опасаясь, что от интенсивного секса сила заклятий может упасть, и их обнаружат. Малфой взмахнул рукой, накладывая второе заглушающее и его особое запирающее, которое никто не знал, кроме неё. Гладил её живот, целуя шею, и вышел, оставляя физическую боль от упущенного ощущения наступающего оргазма. — Драко, — она почти плакала, хватаясь за его плечи, царапая бледную кожу. Малфой бережно уложил её на коврик, сцеловывая каждый всхлип. — Сейчас будет хорошо. Малфой опёрся на локти по обе стороны её головы, убирая кудряшки с покрывшегося испариной лба. Толкнулся, заполняя её полностью. Гермиона прикрыла глаза от ощущения его твёрдого члена внутри. То, что так нужно. — Я люблю тебя, Гермиона Грейнджер. Он всё ещё шептал, продолжая движение. Она скрестила ноги у него на талии, запуская пальцы в светлые волосы. — Я тоже тебя люблю, Драко Малфой, — девушка расплылась в улыбке, наслаждаясь моментом и расслабляясь. Магнит, Мерлин. Их тянуло друг к другу магнитом. Притягивая нужными полюсами для идеальной стыковки. Несравненное, великолепное сочетание двух людей в своей любви. — Драко! — Грейнджер вскрикнула, отдаваясь ещё одному оргазму. Пульсировала вокруг его члена, туго сжимая. Малфой ускорился, ударяясь о её бедра до красных следов, изливаясь до последней капли. — Люблю, когда ты такая громкая, Герм. Он прикусил кожу на её ключице и навалился, пытаясь отдышаться и собрать мысли, которые разбегались, оставляя в голове только искры. Феерический оргазм. Просто волшебный. — Надо почаще вот так заниматься йогой. И не в спальне, — он прижался лбом к её плечу и аккуратно вышел. — Придурок, — Гермиона шутливо оттолкнула его от себя, но потом быстро притянула обратно, укладывая на животе. — Извращенец-экстремал. — Пойдём на ужин? — Да. Я очень голодна. Гермиона села, подтянув к себе трусики и шорты. Медленно одевалась, дрожащие колени не позволяли двигаться быстрее. — Герм? — Драко стоял рядом, завязывая шнурки на спортивных штанах. — М? — девушка подняла голову, потягиваясь, словно кошка. — Два вопроса. — Валяй, — она судорожно осматривала зал в поисках топа. И понимала, что война между Драко и её одеждой выиграна парнем. — Я способный ученик? Как тебе такие асаны? — он присел на корточки, смотря прямо в глаза. — Очень хорошие, Драко. Я бы потренировалась ещё, — Грейнджер ему подмигнула. — Давай второй вопрос. — Давай перестанем скрываться? — Малфой протянул ей свою футболку и надел мантию на голое тело. — Да. Давай. — Гермиона подала руку, поднимаясь с пола с его помощью. Надела майку, широкий воротник сполз, оголяя плечико. И нежно, почти невесомо, коснулась его губ своими. Драко свернул коврики в один рулон и перевязал их резинкой, зная, как Гермиона радуется, когда он не пользуется магией, выполняя простые действия без её помощи. Приобнял девушку за талию, пробираясь рукой под футболку и выводя узоры на коже подушечками пальцев. Гермиона немного задержалась, убирая следы их шалостей с пола, и нагнала Драко уже на выходе из зала. Два поворота, и они придут на ужин. И как прежде уже не будет. Всё будет по-новому. Лучше, чем было раньше. — Герм? Малфой рассмеялся, когда девушка с разбега запрыгнула ему на спину, обвила шею руками и стала отрывисто целовать в щёку. Драко стойко держался и не поворачивался навстречу её губам, чтобы не потерять траекторию движения. Гермиона хихикнула, когда двери в Большой зал распахнулись, открывая поражённым взорам студентов и преподавателей влюблённую пару, и зашептала, обжигая кожу горячим дыханием: — Ты же понимаешь, что должен мне новый топ, Малфой?