Then I'll make you mine

Утро следующего дня. Всё то же общежитие. В комнате тишина. Но вскоре её нарушил звук мобильного устройства, которое находилось на письменном столе, где, собственно, и оставил его Нитори. Будучи ещё в полудрёме, он с горем пополам спустился вниз и почти что закрытыми глазами нащупал такой ненавистный сейчас телефон. Через секунду на другом конце раздался громкий голос капитана: - Айчиро-кун, где тебя черти носят?! – от такого тона даже уши резало. Юноша, потирая глаза и зевая, взглянул на верхний правый угол дисплея, отчего проснулся окончательно. Десять часов утра. Тренировка в самом разгаре. Чуть было не выронив устройство, сероволосый мальчишка поспешил ответить: - Простите, пожалуйста, Микошиба-сенсей! – на той же громкости выпалил он. – Кажется, я проспал… - Конечно же, ты проспал! – перебил его тренер. – Чтоб через десять минут я видел тебя в бассейне. Всё ясно? - Д-да, я уже… - тут Айчиро вспомнил вчерашний случай с семпаем. – Эм, простите, но… М-можно мне сегодня пропустить занятия? Я как-то неважно себя чувствую. - По твоему голосу я это сразу понял, - усмехнулся Микошиба. – Что ж, ладно, так и быть. Отдыхай сегодня. Но чтоб завтра, как миленький, явился на тренировку!.. Кстати, Матсуоку я тоже сегодня не видел, хоть он и плавает довольно рано. Не знаешь, что с ним? - Я-я… Нет, не знаю, - в полголоса ответил кохай и бросил трубку. Ему сейчас меньше всего хотелось думать и, тем более, слышать о Рине. Откинув телефон обратно на стол, Нитори взял полотенце и отправился в ванную. Подойдя к раковине, он включил холодную воду на всю мощность и посмотрел в зеркало. «Да уж, видок у меня и впрямь не для занятий», - подметил он про себя. Волосы торчали в разные стороны, а под красными от слёз глазами виднелись мешки от недосыпа. Презрительно окинув себя взглядом, юноша наклонился к воде и стал умываться, стараясь не думать ни о чём и ни о ком, просто забыться на какое-то время. Матсуока намеренно пропустил сегодняшние занятия. Он знал, что Айчиро в любом случае не явится после случившегося, поэтому решил устроить себе временный отдых. На него не похоже, особенно учитывая, что ближайшие соревнования не за горами, и прохлаждаться времени нет. Но даже тренировки для парня ушли на второй план. Сейчас ему безумно хотелось встретиться со своим бывшим соперником. Найти его не составило труда: Нанасе, как обычно, до сих пор пребывал дома, несмотря на учебный день, погрузившись в тёплую воду ванной. Стук в дверь он слышал, но подниматься и открывать не стал. Харука решил, что это, как всегда, Макото, который добровольно сопровождает его каждый день до школы. «И не надоело ему со мной возиться?» - промелькнуло в голове у брюнета, когда тот почувствовал скрип двери и приближающиеся шаги. Пловец немного развернулся, дабы поприветствовать друга, но каково же было выражение лица, застав он вместо Тачибаны его полную противоположность – Матсуоку Рина, который остановился в дверном проёме и прислонился к нему спиной, держа руки в карманах. Отпрянув от края ванны и немного ударившись головой о холодный кафель, Нанасе выпучился на своего некогда главного соперника всей жизни. - Рин?! – голос, в кои-то веки, дрожал. – Что ты здесь делаешь? - Да вот, хотел полюбоваться на состояние своего слабейшего в истории оппонента, - насмешливо ответил обладатель рубиновых глаз и оскалился. – Я вижу, ты всё так же валяешь дурака, плескаясь в своей излюбленной водичке. - Пришёл, чтоб потешаться надо мной? – нахмурился синеглазый. – Разве тебе не достаточно было победы в заплыве? Матсуока вдруг сменился в лице, и теперь на последнем отражались только злоба и раздражение. Пловец подошёл ближе к ванной, оперевшись на её края обеими руками и встретился своими глазами с несколько испуганным лицом Хару. - Не достаточно, – лаконично прорычал юноша. – Я всё ещё не понимаю твоих мотивов. Чего ты добиваешься в этой жизни, а, Нанасе? - Стать свободным, - без доли колебаний ответил ему брюнет. - Что за бред, - презрительно искривился в лице Рин. – Я знаю, ты чего-то определённо добиваешься. И мне не нравится, что ты скрываешь это «что-то» от меня. Признайся, наконец, без меня ты не можешь добиться желаемого. - Дело не в тебе, Рин, - синеглазый отвернулся от собеседника и опустил взгляд на воду. - Так в чём же?! – повысил голос обладатель волос цвета дикой вишни. В этот момент из коридора послышался тихий скрип двери, а за ним – и шаги. Оба парня замерли и перевели взгляд на дверной проём, тогда как в нём, спустя несколько секунд, появился Тачибана и, как обычно, хотел было поприветствовать Харуку. Заметив нежданного для себя гостя, светловолосый юноша так же замер и чуть было не выронил сумку из рук. - Рин, не ожидал тебя здесь увидеть, - поначалу улыбчиво произнёс он, - но… что тебе надо от Хару? – миловидное приветствие сменилось на угрожающий вопрос. - Макото… - низким тоном заговорил обладатель рубиновых глаз. – Ничего. Просто хотел поговорить. Уже ухожу, - сказав это, парень направился к выходу, задержавшись на секунду рядом с зеленоглазым и еле слышно прошептав: «Вечно ты встреваешь, куда не надо». Матсуока вышел из комнаты и, минуту спустя, послышался громкий хлопок входной двери. Тачибана на мгновение сжал руки в кулак, но тут же разжал, когда поймал на себе озадаченный взгляд Нанасе. Юноша откинул посторонние мысли и обратился к другу: - Так, мы идём в школу? – с привычной для себя улыбкой спросил он. - Да, конечно, - на этих словах Харука с головой погрузился во всё ещё тёплую жидкость и, несколько секунд спустя, вынырнул обратно. Макото протянул ему руку с вопросом: - Что будешь на завтрак? - Скумбрию, - как-то обиженно ответил брюнет. «Мог бы и не спрашивать». Нитори, закончив с утренними процедурами, вернулся в комнату, и взгляд его моментально пал на кровать семпая. «Опять не заправил», - пронеслось у него в голове, когда сам он подошёл к предмету мебели и принялся застилать неубранную постель. Неожиданно для себя Айчиро замер с покрывалом в руках, а после бессильно упал на колени возле кровати. К глазам снова подступили предательские слёзы, но юноша старался утереть их как можно скорее. Ему всё ещё больно. Больно не столько от слов Рина, сколько от собственной беспомощности. Нитори чувствовал себя таким жалким и слабым, что было противно от самого себя. Тихо всхлипнув, он обратил внимание на чёрный предмет, торчащий из-под подушки. Достав его, кохай обнаружил телефон Матсуоки, который тот, по всей видимости, забыл ещё ранним утром. С непробиваемым любопытством Айчиро, почему-то, захотелось его включить (тогда как тот был выключен, во избежание, скорей всего, ненужных звонков от тренера). На фоновом изображении был очень красивый и изящный дельфин, выполняющий сальто в воздухе. Юноша не до конца понимал увлечений семпая и как-то озадаченно всматривался в изображение. Только спустя несколько минут его осенило, что, вероятно, нужно отдать телефон Рину; может, он его случайно забыл. Хотя около часа назад Нитори уже было окончательно решил не пересекаться сегодня с семпаем ни при каких обстоятельствах. «Но… но ведь телефон… А что, если он ждал какого-то важного звонка или смс? Что, если сейчас он корит себя за забывчивость и пытается вспомнить, где мог его забыть? Ведь Рин-семпай такой беспечный… Да, верно. Я не могу позволить себе бросить своего семпая в беде. Кто знает, какие ещё жизненные проблемы возникнут на его нелёгком пути? Должна же быть причина, почему он вчера сказал мне те слова… Что-то терзает его душу или даже кто-то… Я же его кохай! Я не могу об этом не беспокоиться! Мои чувства – это одно, но что более важно – нынешнее состояние семпая. Я должен ему помочь, во что бы то ни стало!» - с такими мыслями Айчиро сжал в руках телефон и, подскочив с места, наспех оделся и вылетел из комнаты общежития. Харука и Макото направлялись в школу уже по привычному для них маршруту. Нанасе в этот раз ещё реже отвечал и вообще хоть как-то поддерживал разговор с зеленоглазым юношей. Тачибане не составило труда догадаться, что причиной его отвлечённости был никто иной как Матсуока Рин. Из последних сил пытаясь хоть как-то привлечь к себе «собеседника», он спросил: - О чём вы говорили с Рином? – хотя уже пожалел. - Ни о чём, не успели, - отмахнулся брюнет. На самом деле он очень не хотел лгать своему другу, особенно такому, как Макото. Но он не мог втягивать его в свои проблемы. - Вот как, - светловолосый немного успокоился, и парни прошли оставшийся путь молча. Обладатель рубиновых глаз шёл по направлению к общежитию, как неожиданно из-за угла на него налетел запыхавшийся Нитори, который тут же схватился за ушибленный лоб и зажмурил глаза. Кого-кого, а вот этого мальца Рину хотелось видеть сейчас в последнюю очередь. Айчиро осознал, что наткнулся именно на семпая, и буквально затараторил: - А-но… Рин-семпай, я тут вас искал, - он протянул парню ладонь, на которой лежал его мобильный. – Вы, кажется, оставили его в комнате. Никаких проблем не возникло? Быть может, вы искали… Юноша замолчал, когда Матсуока безалаберно выхватил телефон из его рук и сунул в карман. - Спасибо – ты это хотел услышать? – неохотно протянул семпай. – Больше ничего? Тогда я пойду. - А… да, конечно, - на этих словах Нитори отошёл в сторону и освободил дорогу пловцу. Он успел разглядеть его выражение лица, которое было задумчивее и неспокойней обычного. «И когда он только успевает портить себе настроение? Глупый семпай…» - немножко надулся Айчиро и побрёл в противоположную сторону от корпуса, изредка оглядываясь назад. Во время перерыва Нанасе всё так же отрешённо смотрел в окно и думал о том, как бы поскорее наступило клубное время, чтобы можно было, наконец, оказаться в прохладной воде и уединиться со своими мыслями, игнорируя всё окружение. А поразмыслить было, над чем. Особенно над кем… И этим «кем-то» не был Тачибана Макото, который вот уже минут десять не отводил взгляд от брюнета. Спокойную атмосферу нарушил звук мобильного из сумки Хару. Синеглазый достал внезапно зазвонившее устройство и убедился, что это был сигнал сообщения. Открыв его, юноша прочёл следующее: «После занятий жду в помещении бассейна Самедзука. И только попробуй не явиться». Не успев даже дочитать, Нанасе отвлёкся на вопрос Тачибаны о содержимом письма. Брюнет снова перевёл взгляд на сообщение и ответил на одном дыхании: - Похоже, я сегодня не смогу прийти в клуб, встречаю родственников из Киото. - Надо же, как внезапно, - заметно погрустнев, сказал, словно в пустоту, обладатель изумрудных глаз. – Ну, ничего не поделаешь, как-нибудь сами потренируемся, - и вновь улыбка. Такая натянутая, что больно смотреть. Хару снова ощутил в себе предателя и полнейшего эгоиста, но не говорить же теперь всё, как есть. Нужно лишь разобраться с этим неугомонным Рином. Если бы это было так просто… Оказавшись в указанном месте, пловец как-то с опаской приоткрыл двери, ведущие непосредственно в бассейн чужой школы. Их, кажется, уже однажды предупреждали больше сюда не ходить, но разве Матсуоку хоть что-то останавливало в этой жизни? Как он ещё в Иватоби не заявился. - Хару, опаздываешь, - этот голос скоро будет эхом раздаваться в голове обладателя морского цвета глаз каждый раз при виде воды. - Электричку ждал, - вернулся к своей невозмутимости и спокойствию Нанасе. - Ну да, разумеется, - спину обдало холодом, когда слова красноволосого прошли разрядом прямо над ухом брюнета. Он был близко, слишком близко. На мгновение Хару стало нечем дышать, и он попытался развернуться к собеседнику, но тут же об этом пожалел: встретиться с его лицом было крайне опрометчиво. – Кажется, мы не закончили наш утренний разговор, - с каждым словом он подходил всё ближе, из-за чего Нанасе приходилось делать непроизвольные шаги назад. - Лично я закончил, а ты лишил меня возможности поплавать сегодня в такую благоприятную погоду. - Хах, теперь я ещё и виноват, - Матсуока наклонился чуть ближе. - Ты виноват уже в том, что… - договорить парень не успел, так как отступать было некуда, и он по невнимательности оступился на краю бассейна, из-за чего полетел вниз, попутно ухватившись за руку собеседника и потащив того за собой. Уже будучи в воде и мокрыми насквозь, парни на мгновение переглянулись и, не выдержав, почти что рассмеялись вслух, но старались подавить голос, зная, что их могут обнаружить. - Чёртов Нанасе! – сквозь смех и в то же время гнев начал Рин. – Тебе повезло, что я был не в форме, иначе кое-кому пришлось бы её сти… - договорить ему не дали губы брюнета, которые сомкнулись с его почти что невесомо, но очень нежно. Матсуока был ошарашен внезапным поведением парня, но был не в силах его оттолкнуть. Что-то внутри загорелось жгучим огнём, и обладатель рубиновых глаз прикрыл их от удовольствия до тех пор, пока Хару от него не отстранился. Рину не понравился этот внезапный разрыв, и он, переняв инициативу, сам неожиданно впился в податливые губы, схватив брюнета обеими руками за запястья и сковывая любые движения. Его острые зубы прикусывали губы оппонента, терзали их от бесконечного возбуждения; язык проходил от верхней губы к нижней, зализывая кровавые ранки и снова прикусывая, наслаждаясь приглушёнными стонами парня. От нахлынувшего вожделения брюнет приоткрыл рот, в который через мгновение бесцеремонно ворвался чужой язык, исследуя каждый миллиметр и сплетая его язык со своим, углубляя проникновение до невозможного. Когда воздух для обоих стал кончаться, Матсуока, оторвавшись от немного припухших губ, припал к телу юноши, одновременно стягивая с него такую бесполезную сейчас одежду; брюнет же прерывисто дышал, теряясь в сознании и выгибаясь от каждого прикосновения оппонента. Освободив Хару от тесно облегающей ткани, Рин провёл языком от шеи до вздымающейся груди и остановился на мгновение, приперев брюнета к стенке бассейна, после чего продолжил своё исследование, оставляя засосы почти что на каждом сантиметре влажного от воды тела. Непроизвольно его рука скользнула вниз по бёдрам и наткнулась на наиболее возбуждённое место парня, которое тесно выпирало из-под брюк Нанасе. Коснувшись его и поглаживая снизу вверх, Рин вернулся к губам, которые в подавленной истоме пытались что-то произнести. - Рин-н, я… н-не могу, п-прекрати, - лицо пылало от возбуждения, а дыхание горячим воздухом опалило губы красноволосого. - Заткнись, - раздражённо бросил пловец и углубил поцелуй, притягивая к себе парня за волосы. Тот отвечал, но не мог сдержать стонов от ласк парня ниже пояса, тогда как сам Матсуока был уже на пределе и рывком сдёрнул с парня мешающиеся остатки одежды, прижимаясь всем телом и целуя то в шею, то проводя языком ещё ниже. Нанасе обхватил руками парня и впился ногтями в кожу, отчего Рин окончательно потерял контроль над собой и вошёл в брюнета без предупреждения; тот изогнулся в экстазе и выпалил громкий стон, закрывая глаза и содрогаясь всем телом. Движения внутри парня быстро набирали темп, и теперь уже оба пловца не сдерживали возбуждённые крики и сбивчивое дыхание. Хару исцарапал всю спину Рина и был уже на пределе, когда резким толчком Матсуока примкнул к брюнету, стоная от наслаждения и наблюдения за тем, как Нанасе кончает вместе с ним, изливаясь прямо в воду бассейна. Дрожащими руками он упёрся плотнее к стене и скользил по ней вниз, тогда как обладатель рубиновых глаз подхватил обмякшее тело Хару и вместе с пловцом из последних сил вылез из бассейна, распластавшись прямо на холодном кафеле помещения. По дороге домой Тачибана решил заглянуть к другу и поприветствовать гостей, задумавшись над тем, какие же могут быть у него родственники в Киото. Подойдя к дому, Макото не увидел ни света в окнах, ни чьего-либо голоса. Тогда он обошёл всю постройку и убедился, что в доме никого нет. «Верно, никаких родственников и быть не может», - подметил про себя обладатель изумрудных глаз. «Хару, ты определённо не умеешь врать», - тяжело вздохнув, Макото развернулся и устремил свой взор на мерцающие звёзды ночного небосвода.