The Beast You've Made of Me

Стайлз получает дом в свое распоряжение на два часа. Два часа, чтобы успокоиться достаточно, чтобы, когда стая придет на вечер кино, они не смогли почувствовать даже малейшего напряжения между ним и их альфой. Он должен был знать, что это будет безнадежное дело. Стая прибывает, ну, в общем, стаями. Сначала Скотт, Эллисон и Айзек – Стайлз не хочет знать, что там происходит, потому что, как бы ни была горяча концепция, Скотт все еще его брат, так что это просто странно. Затем Лидия и Джексон ссорятся из-за чего-то или другого; Джексон, вероятно, снова ведет себя как надоедливый придурок. Эрика и Бойд входят через несколько минут, затем Питер (тьфу, почему он здесь?) и Дерек прокрадываются как раз в тот момент, когда Скотт начинает рыться в шкафах в поисках еды. Повернувшись спиной к Хейлам, Стайлз бедром проверяет своего лучшего друга. “Чувак, я собираюсь заказать пиццу”. "Ну и что?” Скотт выходит с полным ртом чипсов. Он закатывает глаза. “Итак, мы едим картошку фри с кудряшками, да”. Лидия морщит нос. “Пицца и жареная картошка? Как ты не растолстел и не покрылся прыщами?” Стайлз прижимает руку к груди. - Комплимент от самой прекрасной девы. Я падаю в обморок". Это заставляет его закатить глаза и взмахнуть волосами, когда Лидия возвращается в гостиную, вероятно, чтобы осмотреть их коллекцию фильмов. “Девушка - это девственница и невинность, Стайлз, и ты уже должен знать, что я определенно ни то, ни другое”. Ставя картофель фри в уже поставленную духовку, Стайлз хихикает. Мужчина, ему нравится, что он может шутить с ней сейчас, а не постоянно пытаться произвести на нее впечатление. После того, как он звонит в пиццерию и заказывает их обычные блюда, он направляется в гостиную, где слышит, как остальные спорят о фильме, Скотт следует за ним со своей сумкой Cheetos. Перед полками девушки показывают свой выбор и смотрят на Джексона, который показывает еще один фильм. С одного из кресел Питер наблюдает с фирменной ухмылкой, в то время как Айзек оглядывается назад и вперед, как будто это захватывающая битва воли (когда все они знают, кто здесь победит), Бойд выглядит скучающим, а Дерек хмурится. Неудивительно, что Джексон отбрасывает в сторону фильм, который держит в руках, и с надутыми губами падает в угол дивана. ” Итак, “Стайлз пересекает комнату, проходя мимо своего обычного места в середине дивана (читай: избегая Дерека), чтобы плюхнуться в другое кресло, " какой фильм мы смотрим?” Эллисон хмурится, а Лидия прищуривается, глядя на него, и обе явно замечают, что он отказывается от желанного среднего места, которое обеспечивает идеальный обзор телевизора и качество звука. Их глаза тоже не единственные, кто смотрит на него; он также чувствует взгляд Дерека. Если он будет продолжать в том же духе, Стайлз не сможет сохранять хладнокровие всю ночь. Ему на колени бросают футляр с Blu-ray. Эрика улыбается, устраиваясь на полу между ног Бойда. Взглядом Лидия заставляет Айзека подняться с дивана и опуститься на пол перед Джексоном. Скотт охотно садится на пол с другой стороны от Эрики, перед Эллисон, которая сидит рядом с Дереком. Глядя на футляр, он с трудом сглатывает. Невеста-принцесса? Действительно? Сегодняшний день еще не был достаточно плохим, так что теперь он должен посмотреть любимый фильм своей мамы? Теперь этот гнев борется с болезненной печалью, и то и другое он отодвигает в сторону, чтобы ухмыльнуться девушкам, поднимая кейс. "В самом деле? Этот фильм об одной серьезно беспомощной цыпочке, самой картине девицы, попавшей в беду. Я бы подумал, что вам троим это не понравится.” Эрика пожимает плечами и ухмыляется в ответ. ” Может быть, мы и не девицы в беде, но с нами в комнате есть одна", - мурлычет она, подмигивая ему. Его лоб морщится. ” Я? " - фыркает он, указывая на себя. ” Я думал, вы, ребята, уже поняли, что я так далек от Лютика", - он указывает на других бета. “Я надирал вам всем задницы много раз. Знаешь, противоположность всему, что делает Лютик.” На диване Дерек фыркает, привлекая пристальный взгляд Стайлза. “Что-то смешное в том, что я только что сказал?” Стайлз стискивает зубы. Он чувствует, как Скотт смотрит на него с растерянной щенячьей мордочкой, без сомнения, читая его эмоции. Дерек поднимает брови. “Просто они думают, что ты не можешь о себе позаботиться”. Его руки размахиваются. “Да, именно так! Я могу о себе позаботиться, - рычит он, когти и клыки так и чешутся вылезти наружу. “Никому, блядь, не нужно спасать или защищать меня от чего бы то ни было, потому что я могу. Ручка. Это.” Из дальнего угла дивана на него смотрит Дерек, стиснув зубы и сжав кулаки. “Не все, Стайлз. Ты не непобедим.” Это заставляет его смеяться, потому что серьезно? Это просто чертовски забавно, Дерек пытается читать кому-то лекцию о непобедимости. “Боже мой, неужели? Я прекрасно понимаю, что я не непобедим, Дерек, но я думаю, что могу сам решить, каковы мои пределы, и пошел ты на хуй за то, что пытаешься решить это за меня.” “Эй, чувак", - перебивает Скотт с пола. “Это не то, что он хотел сказать”. Прежде чем Стайлз успевает придумать подходящий ответ – потому что Скотт, защищающий Дерека, просто чертовски богат – раздается звонок в дверь. “Спасен звонком”, - бормочет он, вставая, чтобы заплатить за пиццу. После того, как курьер уходит, Стайлз ставит пять коробок на кофейный столик, а затем идет проверить картошку фри. Вытаскивая их из духовки, он слышит, как входит Скотт. “Эй, чувак, ты в порядке?” - спрашивает Скотт, прислоняясь к стойке рядом с ним. Гибкое пожатие плечами. “Я когда-нибудь в порядке?” Он ухмыляется. Это приносит ему толчок. “Ты знаешь, что я имею в виду. Что это было там сзади?” “Ничего, Скотти. Просто наше обычное подшучивание.” Он чувствует скептический взгляд Скотта, когда тот выкладывает картофель фри на тарелку и берет несколько салфеток. “Я знаю, что ты лжешь, Стайлз, так что давай. Что случилось между тобой и Дереком?” Чья - то рука хватает его за плечо и разворачивает. “Ты там чуть не съел волка”. Черт, это из-за щенячьих глаз. Взяв Скотта за плечи, Стайлз смотрит ему в глаза. ”Даже если бы что – то случилось-я не говорю, что что-то случилось, но гипотетически, если бы что-то случилось, зачем мне говорить об этом, когда вся стая здесь, включая Сварливых Бровей?" Несколько мгновений Скотт пристально смотрит на него, затем кивает. “Хорошо, хорошо, как насчет того, чтобы поговорить позже, когда все уйдут?” Стайлз поднимает брови и скрещивает руки на груди. "В самом деле? Значит, ты не пойдешь домой с Эллисон в тот вечер, когда ее отец уедет по делам?” И вот появляется растерянная, противоречивая щенячья мордочка с широко раскрытыми глазами, нахмуренными бровями, хмурым взглядом и всем прочим. “Дерьмо”. У Стайлза вырывается вздох, и он сдувается. “Все в порядке, чувак, проведи ночь со своей девушкой”. Он хватает тарелку с картошкой фри и содовую из холодильника и возвращается в гостиную, прежде чем ему придется увидеть еще больше щенячьих глаз. Когда он выходит, Эрика, Джексон и Айзек спешат сделать вид, что они не просто подслушивали, набивая свои лица пиццей. (Подождите, почему Джексон подслушивает? Странно.) Конечно, Питер не беспокоится, ухмыляясь, как будто только что услышал что-то полезное, а Дерек выглядит более неловко, чем обычно. Не в настроении делиться, Стайлз берет тарелку с картошкой фри с собой и хватает свою собственную коробку, затем устраивается в кресле и начинает есть. “В чем дело, Стилински?” Джексон усмехается. “Испытываете тягу к своему времени месяца?” Он скулит, когда Лидия протягивает руку и шлепает его по затылку. “Лидия!” “Не будь излишне жестоким, Джексон”, - съязвила она, прежде чем повернуться к Стайлзу с наморщенным носом. “Но обязательно ли тебе набивать морду, как голодранцу? Это непривлекательно". С полным ртом жареной картошки Стайлз отвечает: “Неважно, эта картошка восхитительна. И как будто я была привлекательна с самого начала". Однако с его набитым ртом все, что выходит, - это приглушенная мешанина слов. К счастью для него, потому что, если бы кто-то из них услышал, он бы не услышал конца. Даже сейчас Лидия смотрит на него так, словно знает, что он только что сказал, и осуждает его жестко – больше, чем обычно, – и она не знает, почему вообще позволяет ему находиться в ее присутствии, не говоря уже о пятничном вечере. Затем она, принюхиваясь, возвращается к своей пицце. Закатив глаза, Стайлз смотрит на телевизор и видит, что никто еще не включил фильм. “Какого черта, ребята? Никто из вас не знает, как поставить паршивый фильм?” Он ставит свою еду на стол, свирепо глядя и указывая на остальных, чтобы убедиться, что они не попытаются ее украсть, затем встает, чтобы вставить диск. Все это время он ворчит себе под нос, не заботясь о том, что другие могут услышать. Он также игнорирует эмоции, которые он может чувствовать, исходящие от Дерека – разочарование, раздражение, печаль, сожаление, – потому что если кто-то и должен чувствовать что-то из этого, то это не Дерек. Фильм начинается, Стайлз запускает его, затем плюхается и снова берет свою еду. Во время фильма он не шутит, не говорит вместе со своими любимыми цитатами – не так часто, как обычно. И он знает, что все остальные заметили, что они попеременно наблюдают за ним, подняв брови и нахмурившись, но он не может заставить себя слишком сильно беспокоиться; он просто хочет, чтобы ночь закончилась, чтобы Дерек (и Питер, определенно Питер) ушли. К счастью, Принцесса-Невеста довольно невысокая, а остальные хотят провести остаток пятничного вечера, занимаясь семейными делами или чем-то еще. Поэтому, как только все закончится и коробки и салфетки будут убраны, они начнут уходить парами – или трио в случае Эллисон, Скотта и Айзека. Питер уходит последним с напутственными словами и еще более жуткой ухмылкой, чем обычно. “Я надеюсь, что бы ни… разногласия, которые возникли у вас с моим дорогим племянником, скоро разрешатся. Мне действительно неприятно видеть, как вы двое ссоритесь.” Его рука скользит по плечам Стайлза, когда он направляется к двери, это и слова заставляют Стайлза вздрогнуть. Стряхнув это, Стайлз закрывает и запирает дверь, оставляя свет на крыльце включенным, когда его отец заканчивает смену, затем убирает фильм и выключает развлекательную систему, прежде чем отправиться в свою комнату, чтобы заняться чем угодно, пока ему не захочется спать. Он просматривает веб-страницы, по привычке открывает несколько вкладок и слушает свою музыку в случайном порядке. Через несколько часов он слышит, как по улице проезжает патрульная машина его отца, поэтому он подключает наушники и надевает их на шею. Таким образом, он все еще может слышать музыку и свое окружение, но он не нарушает легкий сон своего отца. Он вполуха слушает, как его отец подъезжает к дому, выключает машину, заходит внутрь и снова запирает дверь, выключает свет на крыльце и снимает обувь, затем поднимается по лестнице. По дороге в свою комнату он просовывает голову в дверь Стайлза. “Привет, малыш”. Он улыбается, глаза немного налиты кровью после долгой смены, которая, вероятно,была заполнена бумагами. “У тебя был хороший вечер в кино для стаи?” Стайлз широко улыбается, плотно сжав губы. “Да, папа, это было супер весело!” Его отец закатывает глаза, но все еще улыбается. “Хорошо, только не засиживайся слишком поздно”. "Конечно", - ухмыляется Стайлз, отмахиваясь от него. “Спокойной ночи, папа”. “Спокойной ночи”. После этого в доме становится довольно тихо, его отец ложится в постель и сразу же засыпает, дыхание замедляется и наступает вечер. Вернувшись к своему ноутбуку, Стайлз решает, что убийство не помешает, поэтому он входит в Dark Souls и устраивается на остаток ночи.   Около трех часов утра, как раз когда ему начинает надоедать (то, что у него больше нет СДВГ, не означает, что он волшебным образом может придерживаться одной задачи за раз в течение длительного периода), Стайлз слышит и чувствует, как кто-то крадется во двор. Он стонет и наклоняет голову, потому что точно знает, кто прыгает на крышу и проскальзывает внутрь, как будто открытое окно-это открытое приглашение. “Чего ты хочешь?” - бормочет он себе на колени, не поднимая головы. Когда ответа, конечно, нет, он поворачивает голову влево и поднимает брови. “Ну же, давай, говори. Ты не мог прийти посреди ночи, чтобы просто смотреть на меня. Так чего же ты хочешь?” Он садится и поднимает палец, когда Дерек начинает открывать рот. "И если это касается сегодняшнего дня, если только это не извинения и не "ты прав, Стайлз", я не хочу этого слышать”. Дерек хмурится у окна, скрестив руки на груди. “Ты была права”, - выдавливает он, как будто у него неприятный привкус во рту. “Теперь это было так сложно?” Стайлз жеманно улыбается, вставая, чтобы встать перед Дереком, чтобы он мог издеваться над ним с близкого и личного расстояния. Хмурый взгляд становится глубже, и они соревнуются в том, чтобы смотреть – человек, у них много таких, не так ли? – пока Дерек не получит этот странный блеск в глазах и не приблизится на дюйм. Это не может быть хорошо, но Стайлз стоит на своем. ”Что ты делаешь?" он требует, когда Дерек не останавливается, пока их груди и бедра не будут плотно прижаты друг к другу, правая нога Дерека между его, а их носы примерно в дюйме друг от друга. Глаза Дерека, жидко-зеленые с голубыми и коричневыми крапинками и тонким красным кольцом вокруг радужки с такого близкого расстояния, пробегают между его глазами и опускаются к губам, от которых у него перехватывает дыхание. — Что ... —Стайлс сглатывает, - что ты делаешь? Его голос, безусловно, не дрогнул. Настала очередь Дерека ухмыльнуться, о, так самодовольно, поскольку он, без сомнения, слышит, как сердце Стайлза набирает скорость, чтобы соответствовать его собственному. “О, я думаю, ты знаешь”. Облизнув губы, Стайлз тратит еще одно мгновение, чтобы заглянуть Дереку в глаза, прежде чем он наклоняется вперед на последние пару дюймов, чтобы соединить их губы. Сразу же он делает резкие укусы и пытается протолкнуть свой язык внутрь, одной рукой просовывая себя в волосы Дерека, а другой хватая его за задницу, чтобы прижать их пах еще ближе. Как раз в тот момент, когда Дерек начинает отвечать, хватая Стайлза за талию и волосы, Стайлз внезапно просыпается, сердце бешено колотится, а член уже пульсирует, хотя сон не дошел до хорошей части. Рука закрывает ему глаза, Стайлз рычит про себя. "Как будто это когда-нибудь случится...”   В то время как пятница считается днем отдыха, суббота, к сожалению, таковым не является. Итак, в семь утра Стайлз едет в Заповедник на тренировку. Когда он добирается туда, только "Камаро" Дерека припаркован на гравийной дорожке, хотя он ушел поздно, чтобы избежать этого. ” Потрясающе", - бормочет он, захлопывая дверь и топая к крыльцу, чтобы броситься вниз. Он слышит, как Дерек ходит внутри, делая свои тренировочные подтягивания на дверном косяке гостиной. Стайлз закатывает глаза и достает телефон, чтобы написать Скотту, спрашивая, какого черта они так долго добираются сюда. Однако вскоре Дерек заканчивает и подходит, чтобы встать у входа в дом прямо за ним. “А где остальные?” Стайлз хмуро смотрит на свой телефон, ответа нет. “Откуда, черт возьми, мне знать? Я не их хранитель.” Он слегка поворачивается, чтобы поднять бровь на Дерека. “В любом случае, ты всемогущий, всезнающий альфа, разве ты не должен знать, где остальные твои”подчиненные"?" Дерек закатывает глаза, хотя по его запаху Стайлз может сказать, что этот вопрос прозвучал немного (грустно/безумно – умно, верно?) ответ. "Я не всезнающий и не всемогущий, Стайлз",-вздыхает он, глядя на опорную балку. «действительно?» Стайлз подпрыгивает, чтобы прислониться к упомянутой опорной балке, раскинув руки в стороны. ”Мог бы одурачить меня вчера, когда ты просто знал, что я не смогу справиться с обязанностями и полномочиями, которые приходят с полной брачной связью с альфой". “ Это не ... " Дерек обрывает себя рычанием, отталкиваясь от стены и приближаясь к Стайлзу. “Ты снова вникаешь в суть вещей”. ” Верно", - фыркает Стайлз. “Итак, я просто вникал в суть вещей, когда ты сказал, что не думаешь, что для меня не важно знать об этой связи. Так что я просто вникал в суть вещей, когда ты решила для нас обоих, что полная связь”слишком опасна". Его руки сжимаются в кулаки по бокам, когда он смотрит на Дерека сверху вниз. “Что это вообще значит? Как это может быть чем-то иным, кроме пользы? “В книге говорилось, что я могу стать сильнее, стать вторым альфой, как в настоящих волчьих стаях”. Он отталкивается от балки, чтобы войти в личное пространство Дерека, точно так же, как Дерек делал с ним много раз раньше. “Ты думаешь, из меня получится дерьмовая пара, дерьмовый второй альфа?” Подняв руку, Стайлз сильно тычет его в грудь. “Ты должен дать мне больше здесь, чувак. Больше, чем "потому что я альфа”или" потому что это слишком опасно и потому что я так сказал", потому что это глупые, слабые причины, и ты это знаешь". Дерек ничего не говорит, хотя рычание неуклонно становится громче, когда Стайлз продолжает. Его челюсти сжимаются и тикают, его сердце колотится, и его эмоции бурлят – Стайлз может это почувствовать. И он знает. Он знает, что не должен, он знает, что ты не должен провоцировать ни одного оборотня, не говоря уже об альфе, не говоря уже о своем собственном альфе, но он так зол, и он знает, что может постоять за себя. Поэтому он игнорирует свои инстинкты отступить, наклоняется к Дереку так, чтобы их лица были на расстоянии вдоха, и рычит: “Назови мне настоящую чертову причину, почему это опасно для нас обоих, или, клянусь богом, я надеру тебе задницу так сильно ... “ То есть, конечно, когда Дерек, наконец, реагирует, толкая Стайлза так, что его спина прижимается к опорной балке, и Дерек наклоняется к нему. (Это не может быть безопасно; они, вероятно, сломают его и упадут с крыльца.) “Мне не нужна причина”, - рычит Дерек, сверкая глазами, - “потому что быть альфой и знать лучше, знать об этом больше, чем ты, - достаточная причина. Все”что тебе следует делать, - это подчиняться моим приказам и двигаться дальше". Стайлз вырывается из его хватки, и Дерек рычит ему в лицо. Желание вздрогнуть, заскулить, съежиться и повиноваться сильно, но Стайлз борется с этим. Вместо этого он рычит в ответ, позволяет своим собственным глазам сверкать, а его клыки и когти растут, когда он толкается в ответ. ”И я сказал, что этого не произойдет". Именно тогда Стайлз замечает, что появился другой, потому что он слышит пять жалоб с переднего двора. Он оборачивается, чтобы зарычать на них за то, что они прервали разговор (неважно, что он должен был заметить их приближение), и видит их шокированные лица, когда они выходят из защитных укрытий, видит, как Эллисон и Лидия выглядят потрясенными и слегка впечатленными, видит Питера с этим расчетливым блеском в глазах, тем, что был прошлой ночью. В этот момент он осознает, что только что сделал, и замирает, широко раскрыв глаза и разинув рот. И, оглянувшись на Дерека, стоящего у стены дома, он обнаруживает, что тот так же поражен, его собственные глаза широко раскрыты и смотрят на него. Отойдя от дома, Дерек всматривается в его лицо, брови приподняты, а руки подергиваются, как будто он хочет дотянуться. "Ты ... Твои глаза только что блеснули между золотым и красным”. "Что...” Его когти и клыки втягиваются, когда он смотрит в ответ. “Как я только что это сделал?” - спрашивает Стайлз, на мгновение забыв о своем гневе. “Я – не знаю", - признается Дерек, качая головой.