Ход Предтеч

– Помнится мне, ты боялась остаться даже среди моей команды, а сейчас одна готова спокойно уйти неизвестно куда, еще и под ночь? Этот вопрос остановил меня буквально в трех метрах от выхода с корабля. И если бы не мой порыв скорее сбежать отсюда, я бы непременно подумала над его смыслом. – Я устала, Эдвард, ясно? – развернулась я. – И хочу пройтись. – Если ты потеряешься, искать тебя придется мне! Но я не ответила – для меня разговор был окончен. Я сошла с корабля все еще чувствуя взгляд на себе. Наплевать. Надо было побыстрее скрыться из поля зрения Кенуэя, чтобы он не заподозрил ничего неладного и не увязался следом. Я ускорила шаг, свернула за угол и затерялась в постройках острова. Нужно было просто подождать, когда Эдвард покинет причал, а после направиться искать другое судно, чтобы покинуть этот город. План изначально казался очень шатким, а сомнения на его счет поползли почти что сразу. Но другой идеи у меня не было. Я прошмыгнула в ближайшие кусты сразу же, как увидела на горизонте Эдварда. Он, ничего не подозревая, прошел мимо, куда-то вглубь города. Солнце уже скрылось за горизонтом, когда я, с опаской оглядываясь, прокралась обратно к берегу. Я столько времени проторчала на корабле, что уже и забыла, каково это – чувствовать себя словно вор. К счастью, корабль (который, кстати, сильно уступал в размере «Галке») не пришлось искать слишком долго. С берега он казался пустым, но на палубе горели фонари, поэтому через несколько минут я уже высматривала его капитана. Напроситься в новое «приключение», даже не зная, куда оно ведет? Глупость. У меня не было карт, не было четкого плана, не было даже конкретного названия порта или города, где можно было бы затеряться. Но я рискнула. – Простите, сэр, вы капитан этого корабля? – наконец спросила я единственного человека, который ходил по палубе. Из-за темноты я даже не сразу увидела его лицо, но, когда мужчина развернулся на вопрос, разглядела в нем очередного пьянчугу. Выглядел он отвратительно: рваные тряпки, видимо считавшиеся за одежду, поверх которых было надето что-то, походившее плащ. Последний ничуть не уступал в своей негодности остальным вещам. На мужике не было даже обуви, а свой образ он подчеркивал невыносимым запахом перегара и пота. Из удивительного было лишь то, что он каким-то образом вообще держался на ногах. Ровно тогда в моей голове ясно прозвенел сигнал, что идею с побегом пора завершать. По крайней мере здесь. – Мой корабль? – он окинул меня мутным взглядом. – На берегу не платят, поэтому решила наняться развлекать команду? Внутри все сжалось, но я промолчала. Огрызаться и оправдываться выглядело самоубийством, и я просто развернулась к выходу. – Да нет уж, стой, – мужик вцепился в мое плечо. На его безобразном лице проскочила улыбка. – Посмотрим, что ты умеешь… Его рука дернула меня за пояс шорт с такой силой и скоростью, что мои ноги быстро подкосились, и я рухнула в эти пьяные «объятия». И, кажется, он принял это за приглашение. Я уперлась ладонями ему в грудь в попытке оттолкнуть, но вместо этого почувствовала, как в ответ его грязные руки поползли вдоль моего тела, залезая под куртку и задирая футболку. Я впала в истерику. – Иди к черту! Отвали! – Ну ты же сама пришла сюда, – захихикал он, дыша перегаром мне в лицо и даже не думая останавливаться. Я отчаянно молотила его руками, но это не помогало. В какой-то момент он с силой развернул меня и впечатал спиной в стену, прижимаясь сильнее. Я ощутила на себе каждую дырявую тряпку, которую он таскал на себе, называя «одеждой». Доски врезались в лопатки. Я оцепенела. В голове щелкнула до ужаса страшная мысль: «все это происходит со мной. Прямо сейчас.» И в этот момент я поняла, что никакие уроки из учебников по самообороне, советы из Интернета или истории про «сильных женщин» не работают здесь. Потому что я не была сильной. Я была глупой, обычной девчонкой, которую сейчас, кажется, никто не спасет. Мне стало противно, страшно и… стыдно. Я закричала, заслоняя лицо руками. – Я же еще ничего не начал, – хохотнул он. – И не начнешь, – проговорил кто-то третий и оттащил этого урода в сторону. Мужик запнулся о свою же ногу, но равновесие не потерял. Он развернулся в сторону человека, прервавшего его развлечение. Я увидела за его физиономией Адевале. – Ты еще кто? – прорычал он на Аде. Оба явно были недовольны ситуацией. – Проваливай искать себе шлюх в борделе! Он только успел договорить, как сразу же заслужил нехилый удар по лицу, развернувшись при этом, кажется, больше, чем на сто восемьдесят градусов. Мужик рухнул с тяжелым звуком, снесся попутно несколько ящиков рядом с собой. Я таращилась на свалившегося мне под ноги пьянчугу, ожидая, что сейчас на грохот сбегутся все его дружки. Или что этот урод поднимется и развяжет полноценный бой. Или все вместе. Но ничего из предполагаемого не случилось. – Ты идешь? Ужас никак не хотел отлипать, поэтому я не сразу поняла, что вопрос предназначался мне. Лишь заметила крупную ладонь Адевале, которую он протянул, выводя из этого кошмара. Без лишних оговорок я кивнула и, переступив через рядом развалившееся тело, пошла за пиратом. Что, если бы на корабле было несколько таких одержимых психопатов? А если бы Аде не пришел на помощь? Или тот мерзавец был вооружен? (Или был трезвее?). Он бы просто пристрелил сначала квартирмейстера «Галки», а потом и меня? В конце концов, как в этом веке вычислить очередного поганца и вовремя обойти его стороной? – Думаю, не стоит даже спрашивать, как ты оказалась на том корабле, – внезапно сказал Адевале. Я молчала, осознавая собственную дурь, от которой и правда становилось стыдно. Стыдно не только перед собой, но и перед Аде, перед остальной командой даже с тем условием, что еще пару дней назад сделалась для них «проклятием Дьявола». Мне захотелось провалиться сквозь землю. Несколько минут мы шли молча, и я даже не имела понятия, куда именно. Я просто плелась за пиратом, стараясь успевать за его шагом, но по мелькавшим мимо сооружениям поняла, что ведет он меня не на «Галку», а куда-то вглубь Нассау. Спрашивать не хотелось. А еще не хотелось возвращаться мыслями к тому, что случилось на берегу или к тому, что однажды это может повториться. Но мысли не слушались. В этом мире не было ни одного безопасного угла, в которой можно было бы забиться. Безопасность здесь была роскошью. А вот дома… Дом. Я почувствовала, как горло сдавило. Эмоции брали верх, и мне стоило огромных усилий не распластаться в истерике на земле. Понемногу я начала отставать. Глаза заполняли тяжелые слезы, которые приходилось смахивать. В конечном счете я просто сползла по стенке дома на землю. Я прогоняла в голове все, что уже успело произойти здесь со мной. И прикидывала, что еще может ждать впереди. Неудивительно, но это пугало больше. Каждый день, начиная с первого дня, я лишь прогоняла от себя ужас. В первые недели удалось совладать с вечно трясущимися коленями и руками, и принять тот факт, что я в другом времени. До сих пор не верилось, как такое вообще было возможно. Кто была та девушка с иглой? Волшебница? Инопланетянка? Богиня? Для чего я ей? А потом… пошли проблемы: местная власть, ночь в камере, тюрьма, пиратство. Прошло больше года, а я только больше запутывалась, собирая новые вопросы. Мне пришлось поверить в легенды о какой-то там Обсерватории лишь потому, что о ней говорили. (Это ровнялось тому, если бы я, например, надеялась найти эликсир вечной жизни). Словом, бредятина та еще. – К его идеям надо привыкнуть, – неожиданно встрял Адевале, усаживаясь рядом. – Ты о чем? – Об Эдварде и его безумных планах, о том, что… – Да плевать мне на его планы, – перебила я. – Я не претендую на них, но почему-то активно принимаю участие. – Поэтому ты решила сбежать? – усмехнулся Аде, делая особый акцент на первом слове. Я покосилась на пирата. Одного такого взгляда было достаточно, чтобы тот продолжил: – Я видел тебя крадущуюся вдоль берега. Не надо долго думать, чтобы понять, что ты пыталась сбежать, – он снова усмехнулся. – Эдвард – мой друг, я не могу его предать. Тем более, думаю, тебе крупно повезло, что я все же последовал за тобой.  Я поёжилась на земле, после чего все же решила поблагодарить квартирмейстера. Он и впрямь вовремя оказался рядом. – Как вы вообще вышли на мой след? – Это все Эдвард. Ему удалось найти Мудреца, хоть тот и успел удрать. Впрочем, перед этим он обмолвился, что подбросил ключ в резиденции губернатора. Полагаю, тебе. С ума сойти… Я даже и предположить не могла, что Мудрец был так близко. Что ж, теперь понятно, почему он не стал тогда разговаривать со мной. Может, ему и было известно, как я попала сюда? Не сомневаюсь. Стоило бы разыскать его, но, скорее всего, не без помощи Эдварда. В этой гнилой истории образовалось маленькое светлое пятно надежды. – Нам пора, – снова отозвался Аде, прервав мои мысли. – Куда? Но ответа я не дождалась. Я поднялась с земли, снова ощутив всю непригодность обуви, которая уже вряд ли подлежала починке. Миновав несколько строений, я услышала радостные крики, смех и чересчур громкую музыку. Перед глазами замелькали пьяные жители, некоторые из которых, впрочем, вываливались из таверны, после чего расстилаясь по земле. Конечно, куда же еще может тянуть пиратов… Однако внутри атмосфера была куда… веселее. Если снаружи жители заканчивали свое пиршество, засыпая прям на крыльце, то здесь праздник (даже если без повода) только начинался. Из всех углов доносились ликующие возгласы, нелепое подпевание и без того фальшивившим исполнителям, стук стаканов, бутылок (возможно, чьих-то лиц) и, само собой, разнообразные ругательства. Я старалась держаться ближе к квартирмейстеру «Галки», который направился прямиком в дальний угол таверны, где за одним из столов сидел Эдвард в компании двух пиратов. – А я уж думал, ты потеряешься, – начал Эдвард. – А она с тобой что ли? – почти что прорычал один из его приятелей. Он казался усталым (или настолько пьяным?), закидывая голову, чтобы опустошить неизвестно какую по счету кружку. Жидкость из его стакана выплеснулась на массивную бороду, попутно заляпав еще и камзол. И, кажется, это совсем не смутило пирата. Да и я решила не пялиться. – Все-таки завел себе девку для увеселения? – перед тем, как приложиться к бутылке, выкинул второй. Вспомнив, что произошло меньше, чем час назад, я могла с уверенностью сделать вывод, что подобное в мой адрес прозвучит еще не раз. – Шутки какие-то несмешные. Пожалуй, пойду. – Сядь уже, – устало бросил Эдвард, громко выдвинув табурет. Сначала я подумала, что все же стоит уйти. К тому же собеседники, сидевшие с пиратом за одним столом, выглядели не особо приветливыми. Навряд ли они были готовы радушно принять меня в свое общество. И вместе с этой мыслью пришла новая – здесь, в Нассау, кажется, такими были все, поэтому не было никакой уверенности, что, выйдя я из этой комнаты, снова не встречу кого-нибудь, кто решит распустить руки. Я тихо опустилась на стул, который успела незаметно отодвинуть в сторону от общего стола. Так, на всякий случай. Этими двумя оказались Бен Хорниголд и Эд Тэтч. И если про последнего я знала хотя бы по курсу школьной истории, то про первого слышала впервые. Но даже так, это не отменяло того дискомфорта и напряжения, которые я испытывала, сидя за одним столом с этими людьми. – Точно! – разразился веселым хохотом этот Хорниголд. Я не поняла, что его так развеселило, но его громкий голос едва ли не заставил меня вскочить с места к выходу. Сам же пират, наоборот, выглядел расслабленно, откидываясь на спинку стула и закидывая ноги на стол. – Ты все еще не можешь забыть свою красотку-жену из Англии. Я метнула взглядом по собравшимся, не задерживаясь ни на ком дольше секунды, но уловила то, как переменилось лицо Эдварда. Он заметно напрягся, недовольно сдвинув брови и уставившись на Хорниголда так, будто желал испепелить его взглядом. Рука Кенуэя вцепилась в кружку, что аж костяшки на ней побелели. Быть честной, так мне показалось, что сейчас он кинется на него, перевернув стол и всю таверну, если потребуется. Я почти сразу отвела взгляд. Не мое дело. В ответ гримасе Эдварда эти двое рассмеялись. Не думаю, что их смех был примером злорадства – скорее хмель в голову ударил. Они еще несколько минут обсуждали эту странную историю о каперстве и желании скорее разбогатеть. Я не лезла. Продолжала тихо сидеть, изредка поглядывая на Эдварда, который с каждым смешком своих приятелей становился мрачнее тучи. – Только она ушла от него, – подытожил Бен. И от этого завершения стало немного паршиво внутри. Я думала об этом. Особенно, когда один из дружков Кенуэя выпалил вывод по типу: «Мы – пираты. Наш дом – Нассау, а не Англия». Спустя час, а, может, даже два, я все же выкарабкалась на берег, где воздух был намного свежее. Вонь, которая расползлась по этому городишке, чувствовалась из каждого угла, но даже ее было не сравнить с тем запахом, который наполнял саму таверну. Я плюхнулась на землю, облокотившись на перевернутую лодку, которой пользовались разве что крабы и чайки. Не хочу врать, но рассказанная история действительно отозвалась в моей голове, точнее сказать, ее конец. Уверена, Эдвард вернется к своей красотке в Англию, как сказал Хорниголд, «благородным джентльменом», только как мне вернуться на триста лет вперед и желательно раньше него? Предположим, я найду Мудреца. Дальше что? Проведу с ним милую беседу, расскажу, как меня «случайно» вышвырнуло в прошлое, как необычная женщина на память отставила мне не менее необычный отпечаток на руке, который к тому же умеет вытворять магические фокусы? Эта история даже в голове звучала как бред. – Что рисуешь? – раздался голос Эдварда за спиной. От всех этих раздумий я не заметила, что мелкой щепкой что-то неосознанно выцарапывала на сыром песке. Я посмотрела на землю, где все это время набрасывала портрет какой-то девушки. – Жену твою, – ответила я и тут же мысленно прокляла себя за сказанное. – Извини. Но, кажется, пирата не задел мой ответ. Он просто уселся на край лодки и стал разглядывать рисунок. – А вообще похоже, – отреагировал он. – Прическа так точно. Не знаю, что он там смог рассмотреть в темноте, но в тот момент меня терзало желание вырвать себе не только язык, но и руки. – Выпьешь? – неожиданно спросил Эдвард. Видимо, его действительно не обидели мои слова. Он протянул мне здоровенную бутылку алкоголя. – Или побрезгуешь? Я не знала, что за гадость мне подсунули, но непроизвольно взяла бутылку. И лучше бы я «побрезговала», поскольку ее содержимое было настолько горьким, что я думала оно насквозь прожжет мне горло. Я быстро выплюнула алкоголь, чуть не подавившись им, и тем самым развеселив Эдварда. – Вижу, ром тебе не по нраву. – Господи, какая гадость! – откашливаясь, возмутилась я. – Отравить меня решил? Пират снова посмеялся. Я вернула бутылку владельцу, убедившись, что больше никогда не стану пить эту дрянь. Если я спокойно могла объяснить, почему пираты так любят звон монет (и не только они), то любовь к рому была за гранью моего понимания. – И как тебе мое прошлое? – начал он. А я-то думала, что с него этих обсуждений уже хватит. – Думаешь, его стоит выбросить из головы? – переспросила я. – У тебя было непростое решение, но… Здесь нет правильного или неправильного. У тебя был просто выбор. Мне жаль тебя чисто по-человечески, но я тебе не советчик. На мое высказывание не последовало ответа. Несколько минут мы просто просидели молча. Я не знала, о чем в тот момент думал Кенуэй, но вот лично меня теперь заботило не просто возвращение домой, но и собственные слова. Сколько решений придется принять мне перед тем, как отправиться обратно? – Как ее звали? – вдруг поинтересовалась я. – Кэролайн. Я уже приготовилась уходить, но неожиданно развернулась и рядом с нарисованным на песке лицом выскребла ногтем инициалы: «К.К.».