Мне не больно

Люциус учил меня танцевать. Танцевать я сам умел и любил, но вот классические танцы, вроде вальса или мазурки, выучить мне было негде. Я отдал роль ведущего сиятельному лорду, и через неделю мы кружили в танце вполне приемлемо для Святочного бала. Попытка станцевать танго закончилась грандиозным трахом на полу кабинета, где меня, собственно, учили. Боюсь, танго не будет на балу, Люциус позаботится. И вот я, в костюме, стою около дверей Большого зала. Седрик надел белый костюм, я — чёрный. Мы отлично совпали в своём выборе. Рядом Джо с Виктором. Джо тоже подбирался костюм с учётом костюма партнера. После нашего «заседания» в ванной старост мы общаемся и нам комфортно. Седрик хорошо влился в нашу компанию. Я толкаю Джо кулаком в бок. Он склоняется ко мне. — У нас с тобой сегодня каминг-аут, выходит. Да такой пафосный. — А разве у магов это осуждают? — Да нет. В общем, пофиг гомо ты или гетеро, но потеря гетеросексуальности сразу четырёх потенциально шикарных женихов, трое из которых Чемпионы турнира — это прям беда-беда для дам. Джо хохочет, обнимая меня за плечи. — Я никогда тебе не говорил, но я люблю тебя, братишка. — Не говорил, но делал всё, чтобы это показать. Мне этого достаточно. Но раз ты сказал, то и я скажу. Я люблю тебя. И место в моём сердце есть только для тебя. — А Люц или Седрик? — тихо спросил брат. — Ты бы ещё про Беллу спросил. Нет, родной, мне никто не нужен. Мне достаточно тебя. Кстати, Белла на балу. Я решил её выгулять. Джо закрутил головой. — Она под артефактом. Я дурак, но не настолько. Вон, видишь, блондинка с серебристыми волосами в винтажном откровенном платье. Их величество чистокровная сука Блэк. Я, правда, её табу обвешал, как профессор Флитвик ёлку украшениями. — Чемпионы! — ох ты ж бля! Зачем так над ухом кричать?! МакГонагалл в своём репертуаре. Губы поджаты, смотрит строго. — Берите свои пары за руку, сейчас откроются двери зала. Я встал рядом с Седриком и вложил свою руку в его ладонь. Седрик улыбнулся мне. МакГонагалл посмотрела на нас дико. Она иногда вела себя как маггла. Когда за нами встали рука об руку Виктор и Джо, она поджала губы ещё сильнее. Надо было Флёр подговорить, чтобы она с Панс пошла. Тем более после того, как Панси целый день провела в моих вещах, они постоянно переглядываются. Панс бы пошёл мой костюм, что забраковал Люциус. Двери открылись, и мы под торжественную музыку вошли в зал. Люц бы был мной доволен. Прямая спина, развёрнутые плечи, вздёрнутый подбородок, лёгкая полуулыбка и взгляд поверх голов. Мы дошли до центра, обрамлённого колышущейся толпой, и под звуки вальса начали двигаться. Седрик оказался отличным партнёром. Чутким, галантным. Его магия была вкусной, как освежающий глоток лимонада. Если так подумать, то моя походила на терпкое красное вино с драконьей кровью. Я такое однажды пробовал. После него наливаешься тяжёлой древней силой. Минут сорок были классические танцы. Первые три мы танцевали с Седом, а потом я приглашал всех подряд, втягивая в круг новых людей. Белла, Люциус, Северус, отец, Сири, Долохов, Невилл, Грейнджер, выглядящая просто божественно со своими гладкими волосами в классическом бальном платье, Флинт, Пьюси, Монтегю, Драко, Панси. Я менял партнёров, улыбался, заражал всех своим счастьем. Сегодня я Герой. Никто не уйдёт несчастным! Я даже разбил устоявшуюся пару Джо и Виктора, сказав, что нам с Виктором надо обсудить Джо. И мы действительно его обсуждали. Вернее не его, а перспективы их совместной жизни. Вик подумывал продаться команде Ирландии, тем более предложение об этом висело ещё с чемпионата. Потом был фуршет, пока менялся состав музыкантов. И вместо контрабасов, скрипок и прочей фигни, на сцену выкатывали ударные, гитары, и выходили маги, в нарочито оборванных одеждах. Популярная группа «Ведуньи». Я, воспользовавшись своим статусом, поболтал с солисткой. Оказывается, они прекрасно знали маггловскую музыку и пообещали исполнить парочку хитов. Так любимые мной Aerosmith и Мадонна тоже будут. Я вернулся к нашему кружку, где были все чемпионы, Сири и Драко с Блейзом, выдернул Седрика из толпы и потащил на танцпол. Во мне уже плескался пунш, счастье, сумасшествие! Грянула музыка, и я ушёл в отрыв. В один из перерывов мне кто-то сунул в руки стаканчик, и когда я залпом выпил его, то понял, что там не пунш, а огневиски. «Мне пиздец», — было моей последней связной мыслью. Вспышка. Я танцую с Гермионой, кружа её на вытянутых руках, и кричу, что она самая пиздатая девочка в школе. Вспышка. Я целуюсь с Беллой за колонной, одновременно ласкаю, задрав её юбку, и ловлю ртом выдох её оргазма. Вспышка. Я под песню Crazy в центре танцпола скидываю пиджак, закатываю рукава и взлетаю под потолок, применив к себе Вингардиум Левиоса. Флитвик хлопает в ладони и подпрыгивает от восторга. Вспышка. Мой кулак врезается в лицо Флинта, только что схватившего меня за задницу. Вспышка. Мы хохочем с Сириусом и Северусом, потому что Сириус нас накурил каким-то дерьмом, от которого даже обсуждение нарезки флоббер-червей становится невыносимо смешным. Вспышка. Меня куда-то тащат по коридору. В темноте я не могу понять, кто. Вспышка. Поцелуй со вкусом крови в прокушенных от страсти губах. Сильные руки, твёрдое тело, жар, разливающийся снизу. Запах, такой знакомый, но я так пьян, что не могу вспомнить… Вспышка. Я снова на танцполе. Моя рубашка частично расстёгнута. На шее наливаются засосы, и следы зубов у соска. Я кружу Беллу в танце. Вспышка. Люциус куда-то тащит меня по коридору. Сзади цокает каблучками Белла. Люциус толкает к стене и даёт мне пощёчину. А потом жадно целует. Вспышка. Распластанная подо мной Белла в своём облике блондинки. Стонет, выгибаясь. Но темп задаю не я, а вошедший в меня сзади Люциус. Я кончаю и лечу в темноту.