Мне не больно

Барбекю у нас вышло даже лучше, чем у Дурслей. Вик виртуозно пожарил мясо. Чжоу приготовила к нему потрясающие соусы и салат, а мы с Джо соорудили лимонад. Я стоял на нарезке, как слабое звено, брат же колдовал над пропорциями лимонов, мяты и тростникового сахара. Северус мог по праву гордиться своим личным учеником. Лимонад вышел потрясающий. А ещё Джо как-то хитро заварил имбирь, базилик с лаймом и мёдом. Этот напиток понравился мне даже больше лимонада. Он мало того, что был ярким, пряным и очень приятным на вкус, так ещё и фиолетовый цвет доставлял эстетическое удовольствие. У Гермионы с точки зрения готовки был скорее антиталант, так что Чжоу мягко, но уверенно, отстранила её от кухни. Зато Герм отличилась в трансфигурации, колданув нам тент, плетёные кресла и столик на гнутых ножках. И волшебные фонарики. Вечером, в сумерках и тёплом свете волшебных фонарей, мы, наевшиеся, наболтавшиеся и счастливые, сидели и пили зелёный чай. Чжоу уснула на плече Гермионы. Я рассказал, что разбудил Поттер-менор и накормил алтарь. Хранитель рода вышел ко мне, так что ритуал, по поводу которого так переживала Гермиона и так тщательно к нему готовилась, пройдёт без проблем. Тем более с нами будут Сириус Блэк и лорд Реддл-Мракс. По этому поводу Гермиона хватила лишку, а Чжоу, поняв, что её любимой ничего не угрожает, расслабилась и уснула. Родители Чжоу, узнав, что их будущая невестка мало того, что полукровка, так ещё и войдёт в древний род, благословили их союз и назначили дату свадьбы на конец августа. Подружками невесты будут Панси и Флёр, у которых свадьба пройдёт на две недели раньше (10 августа). Так что нам в августе предстояло аж два торжества. Что подарить дамам на свадьбу — я не знал. Посоветуюсь с Джо, когда будем одни. Он точно знает лучше меня. В крайнем случае подарю деньги. Вик крутил чашку с чаем и о чём-то думал, я же, привалившись к тёплому боку брата, тихо рассказывал ему о том, какой сюрприз преподнесла мне нынешняя леди Лестрейндж. Мне ещё предстоял разговор с Беллой на эту тему. И пока мы не поговорили, афишировать я это не собирался. Отца и Джо достаточно. Джо, узнав, что я скоро стану отцом, чуть не облил меня чаем на радостях. Я же откровенно поделился с ним своими страхами. — Гарри, я тебя понимаю. Мне тоже было тревожно, когда Вик заговорил про малыша, помня моё и твоё детство. Но я — не мои родители, а ты — не твои опекуны. Именно мы можем дать детям осознанно счастливое детство и будущее. Тем более у нас теперь есть не только мы сами. У меня есть муж, названный отец, да и мам у ребёнка будет две. Есть ты. Не забывай, что ты давно не мальчишка, а один из самых сильных магов. Я ведь теперь чувствую твою силу. Она как… — Джо пошевелил пальцами, подбирая слово, — как грозовой фронт, что движется с моря. Эта сила завораживает и пугает одновременно. Ты видишь клубящуюся тьму, сквозь которую пробиваются лучи заходящего солнца, видишь всполохи молний и понимаешь, какая же ты слабая букашка по сравнению с этой неумолимой, мощной, древней силой. Это… впечатляет! Обескураживает. Заставляет уважать, преклонить колени, подчиниться. Я в шоке смотрел на брата. Люди это испытывают рядом со мной? — Я тебя пугаю? — спросил я тряским голосом. Не хочу, чтобы мой самый близкий человек меня боялся. Только не это! — Нет, — хмыкнул брат и взъерошил мои волосы. — Ты меня впечатляешь. Я тобой горжусь! Ты мой младший брат. Любимый. Родной. Ты не можешь меня пугать. Наоборот, твоя сила кажется мне непомерной ношей для тебя, и я хочу тебя защищать, ободрять. Я переживаю за тебя. Я ощутил невероятное сродство душ и нежность. Любовь брата была как тёплая карамель, что шелковисто растекается на языке, даря бессознательное ощущение безопасности, детства, защиты. Так, будучи взрослым, ты пробуешь что-то из своего беззаботного детства и на миг возвращаешься в него, с удивлением видя, что твой внутренний ребёнок всё ещё с тобой, в тебе и сейчас он безмятежно счастлив. Только вот не было у меня такого детства. Всё хорошее было связано исключительно с Джо. Только брат был светлым проблеском в бесконечной тьме. Меня затопило благодарностью, захотелось поделиться сокровенным, ощутить поддержку от самого близкого человека. — А мне Сев в любви признался, — беспомощно сказал я. Было так приятно ощущать себя под защитой, не контролировать слова, эмоции. — Ну наконец-то! Он так смотрел на тебя, что я уже несколько раз подумывал открыть тебе на чувства профа глаза. Бля! Все это видели, кроме меня. Я — идиот! — Я слепой идиот, да? — Нет, братишка. Ты просто заёбаный жизнью подросток без романтического опыта. Я рад, что Северус решился открыть свои чувства. Рад за тебя. За него. За вас. Снейп отличный партнёр для тебя и уравновесит твоего излишне эмоционального хитрожопого лорда. Я даже слегка приоткрыл рот от рассуждений Джо. Я тут себе все мозги сломал и совестью поточен, а оказывается никто, кроме меня, даже не сомневается в возможности триады. О, все боги, бывшие, будущие и ныне живущие, спасибо вам за этого человека в моей жизни! Джо — потрясающий. — Люблю тебя! — прошептал я задушенным слезами голосом. Джо сморгнул, с удивлением смотря на меня. Погладил по голове, как маленького. — И я тебя люблю, Гарри. И очень хочу, чтобы ты был счастлив. Останешься на ночь? — Нет, — я нехотя поднялся, обнял Джо, сунул ему в руки конверт с документами и координатами аппарации на дом в Бате, скороговоркой выпалил: — Только не ругайся! — и крутнулся в аппарации, уходя от гнева брата. Он так и не научился принимать от меня подарки. Аппарация прошла на удивление легко. Может я, наконец, привык, а может слишком ярко вспомнил запах кофе и вишнёвого табака… Патронус от брата нагнал меня уже у входа в Реддл-холл. Ругался брат замысловато и в выражениях не стеснялся, я же, хихикая, шёл к себе в спальню, освещаемый призрачным светом. Очень кстати. Поместье уже спало, и идти тёмными коридорами в обществе Патронуса было приятно.