Мне не больно

Расцеловав успокоенную моей реакцией Беллу, я ушёл камином домой. Мне предстоял спокойный день подготовки к ритуалу принятия в род. Чувства, что дарил мне ещё нерождённый малыш, были потрясающими. Я захотел поделиться ими с отцом, Северусом, крёстным. Но стоило мне переступить каминную решётку, как ко мне прилетел Патронус от Невилла. Пресловутая, хорошо запомнившаяся мне змея, что оголяла его чувства ко мне. Впрочем, Нев их не скрывал, просто Патронусы не врут, и я точно знал, что его тип привязанности не похоть и не тяга к силе магии. Что не облегчало жизнь ни ему, ни мне. — Гарри, ты мне срочно нужен. Я в том месте, где тишина. Ты знаешь, что делать. Тишина… А, точно! Подарок Невилла, кольцо-портал в ненаходимое место. Я как надел его на палец, так больше и не снимал, поэтому я покрутил кольцо, и меня дёрнуло в подпространство. Твёрдый пол ударил в ноги, и я упал на задницу. Никогда не любил ни порталы, ни камины, ни аппарацию. Только перемещения с домовиками меня не травмировали. Я встал, отряхнулся и огляделся. И даже слегка приоткрыл рот от удивления: место, где я оказался, было впечатляющим. Огромная пещера, потолок которой терялся в тёмной высоте. До этого пещеры я видел только по телевизору, и эта грандиозность природного творения поразила меня до глубины души. Сталактиты и сталагмиты, стремящиеся друг к другу, создающие ощущение колонн и придающие пещере вид храма. Играющее бликами озерцо. И теплица в углу, светящаяся тёплым светом. А, точно, Невилл говорил что-то про грибы. Невилла, сидящего прямо на полу под одним из сталактитов, я заметил не сразу. — Нев! — я кинулся к нему. Он сидел как истукан, вцепившись в волосы и слегка покачиваясь. Я дёрнул из кармана платок, трансфигурировал его в диван, потянул Нева вверх, понукая встать. Его срочно надо было согреть: на ощупь Лонгботтом был совсем холодным и будто деревянным. Тот, будто марионетка, встал и замер. Я подвёл Нева к дивану, заставил сесть, сам втиснулся сзади, между спинкой дивана и Невиллом, обнял его ногами и руками, стараясь согреть теплом своего тела. От стресса я даже забыл, что просто могу кинуть согревающие чары. Невилл, обычно живо реагирующий на меня, будто даже не понял, кто с ним рядом. Я начал теребить его, гладить по плечам, разминать сведённые мышцы, даже ущипнул пару раз за бока. Он не реагировал, будто тело и сам Невилл существовали друг от друга отдельно. Где же он нашёл силы на Патронус?! Только сильный укус за ухо привёл его в себя. Невилл ахнул, закрутил головой, а когда понял, что это я, ощутимо расслабился, откидываясь спиной мне на грудь, обмякая, вздрагивая всем телом. Нашарил руками мои ноги, оплётшие его талию, сжал пальцы, будто проверяя, действительно ли я здесь и ему не привиделось. — Гарри. Спасибо, что пришёл, — сипло произнёс Лонгботтом. — Что случилось? — негромко спросил я, боясь, что Невилл опять впадёт в состояние кататонии. — Я упокоил родителей, — срывающимся шёпотом сказал Невилл, а потом развернулся в моих объятиях, вцепился мне в плечи скрюченными пальцами, уткнулся в грудь лицом и разрыдался. Я прижал его голову к своей груди, начал гладить по спине, голове. Нев лишь сильнее вжимался в меня лицом, будто желая спрятаться от всего мира. Когда рыдания перешли во всхлипывания, а потом он затих, я трансфигурировал диванную подушку в плед и накрыл нас. Через некоторое время я понял, что Нев спит. Я глубоко вздохнул и попытался аккуратно его с себя снять, но Невилл так жалобно хныкнул, что я замер. Поэтому наложил на него сонные чары, углубляя тревожный сон, аккуратно переложил на диван, подоткнул плед и пошёл осмотреться. Мне тоже надо было прийти в себя. Невилл, всегда такой сдержанный, контролирующий себя даже в мелочах, умеющий держать лицо, потряс меня до основ. Впрочем, как и поступок, что он вынужден был совершить. Нет, я не осуждал его! Но мне страшно было представить, через какой моральный ад прошёл мой друг. Пещера была абсолютно замкнутым пространством. Поэтому тут не было летучих мышей, и стоял определённый микроклимат. Было влажно и тепло. На стенах местами росли колонии фосфорицирующих грибов. Из разлома в скале тонкой струйкой сочилась вода, которая и питала неглубокое озеро. Помимо теплицы нашлась палатка с расширенным пространством. Там было несколько двухъярусных кроватей, туалет и душ, кухня с элементарным набором посуды и печкой и большое количество ящиков со всевозможными консервами. Скорее всего, пещера была освоена и организована бабушкой Невилла, потому что в палатке царил казарменный дух аврората. Да и сама палатка была военной. Учитывая, что Нев — второй ребёнок пророчества, если можно так выразиться, то это место было отличной возможностью спрятаться и переждать плохие времена. В теплице оказались грибы, только уже культивируемые, а не такие, как на стенах пещеры. Вешенки, шампиньоны, шиитаке, древесные, пластинчатые и трубчатые. Даже ядовитые грибы я нашёл. Сразу подумалось, что тут наверняка есть интересные экземпляры для работы Северуса. Надо будет свести их с Невиллом на этой почве. Вот теплица была уже точно работой Невилла. Ну кто бы ещё стал выращивать грибы? Видимо, Нев проводил здесь много времени. Во-первых, такое хозяйство требует ухода. Во-вторых, он понял меня с полуслова, когда я сказал, что хочу тишины. Мой друг знал толк в уединении и понимал моё желание иногда оказаться в изоляции. Я попытался отправить Патронуса отцу, чтобы предупредить, что некоторое время буду занят и на ужин, скорее всего, не успею, но у меня ничего не вышло. Василиск покружил по пещере и вернулся ко мне с расстроенным видом. Видимо, пещера экранирована и от подобных чар. Нев, видимо, отправил мне послание сразу из больницы, а потом переместился сюда порталом. Аппарация в его состоянии могла быть убийственной. Интересно, почему пещера закрыта не только от аппарации, но и от Патронусов? А потом я вспомнил, что отец говорил мне, что по следу отправленного Патронуса можно вычислить координаты адресата. Тогда всё логично. Место же ненаходимое… Учитывая, что я не успел предупредить никого, где буду, пора будить Невилла, пока меня не начали искать. Сняв чары сна, я сел на диван и погладил Нева по встрёпанным волосам. Он приподнял голову и посмотрел на меня сонными глазами. — Гарри? Это сон? — Нет, Нев. Мы у тебя, в ненаходимом месте. Ты вызвал меня. Видимо, картинка произошедшего подтянулась, потому что он вдруг замер. А потом отвёл глаза. — Ты теперь не будешь меня уважать? — Почему? — Я убийца. — Знаешь, если я вдруг превращусь в двухлетнюю девочку и начну собирать ромашки, я был бы очень благодарен тому человеку, который отпустил бы мою душу из непригодного тела. Тело в такой ситуации — тюрьма, клетка. — Я тоже так подумал. Кем бы они ни были, но они всё же родили меня, дали жизнь. И смотреть как они из года в год деградируют и не_живут — категорически невыносимо. Бабушка после каждого визита пьёт сердечные капли. — Невилл, я не тот человек, который будет тебя осуждать. Но на поддержку ты можешь рассчитывать. Невилл сел и обнял меня, одновременно укутывая в плед. — Спасибо! Плед был тёплым и пах Невиллом. Розмарином, речной водой. Невилл уткнулся мне в волосы, подышал шумно в них, а потом отстранился. — Я знаю, что выдернул тебя очень неожиданно. Иди домой. Я обернулся и внимательно посмотрел на него. В полумраке пещеры на лицо Лонгботтома ложились глубокие тени, и он сейчас выглядел очень взрослым. — Ты… гонишь меня? — Нет, я пытаюсь спасти себя. Ещё несколько минут — и я начну ползать у тебя в ногах и выпрашивать хоть что-нибудь. Поцелуй, касание, обещание не бросать меня. А я не хочу уподобляться твоему сучьему хороводу. Да и привлекаешь ты меня не из-за силы своей магии. Мой род к ней, спасибо Мерлину, не чувствителен. Я люблю личность. Я опустил глаза и почувствовал, как кровь приливает к лицу. Я испытывал невыносимое чувство вины, что бужу в людях сильные чувства, которые приносят им только боль. — Невилл, прости меня, — с чувством сказал я. — Не за что прощать, Гарри. Я мог никогда в жизни и не узнать, что такое любовь. Да и мои чувства не доставляют мне неудобств, за редким исключением. Я не знаю, как тебе это объяснить, но это окрыляет, даёт смысл, вкус жизни, желание идти вперёд, расти, развиваться. Ты стимул, символ, ориентир. Идеал. Теперь я и сам хотел свалить как можно быстрее. Антураж пещеры и раскрасневшийся Невилл, выворачивающий передо мной душу — это цепляло, играло на нервах, трогало в душе запретные струны. Я не подхожу Невиллу, не подхожу! Я его разрушу. Нельзя быть с человеком из сочувствия и жалости. Неимоверным усилием воли я удержал себя от того, чтобы не вскочить и не исчезнуть. Наоборот, я протянул руку и положил её Неву на плечо, поддерживая. Так открыться — надо иметь невероятную смелость. Неудивительно, что он попал ко Львам, на Гриффиндор, а не на Хаффлпафф. Нев замолчал, накрыл мою руку ладонью, сжал несильно. — Иди. И спасибо! — Тебе спасибо, Нев. Я аккуратно убрал руку и крутанул кольцо.