Christmas Eve and Happy New Year

Феликс спешно тащил Бина за собой наверх. И как только они вошли в одну из комнат, он тут же прижал Чанбина к стене и буквально напал на него, вторгаясь в его рот своим языком и немного неприятно ударяясь зубами. Теперь инициативу перехватил он. Чанбин совсем был не против, т.к. дальше он не знал, что делать. А вот Ли знал. Оторвавшись от губ Чанбина, он встал на колени и торопливо стал расстегивать ремень. У Чанбина от осознания того, что сейчас может произойти, внизу живота скрутило, и член снова больно уперся в плотные джинсы. Бин промычал от болезненного ощущения, и приятного предвкушения. Феликс ловко расправился с ремнем и расстегнул ширинку, он взялся за кромку джинс и облизнул губы. Со не отрывал взгляд от всех этих действий. Феликс высвободил края рубашки, что так и болталась на поясе и, отбросив ее в сторону, прижался губами к члену Чанбина через ткань трусов, а потом потерся щекой. Бин сам не понял, что это был за всхлип с его стороны. Это было так волнующе, необычно. Это не первый минет в жизни Чанбина, но так не делала ни одна девушка. Феликс поднял глаза, в очередной раз, молча прося разрешения продолжить. И Чанбин кладет свою руку на его затылок, ласково поглаживая и немного надавливая, давая понять, что он хочет продолжения. И Феликс понимая этот жест, аккуратно освобождает головку члена от резинки боксеров и приспускает джинсы вместе с бельем. Он снова трется щекой о твердый орган, вызывая у Чанбина мурашки, а сам тихо постанывает и расстегивает пуговку на своих джинсах. Феликс проводит носом от основания члена, щекоча дыханием яички, к головке, и легко, почти невесомо, целует в уздечку. Чанбин стонет, когда Феликс сжимает свои губы на головке члена и обводит языком по кругу, облизывая ее и упираясь кончиком языка в уретру. Он сбивчиво несколько раз произносит имя Феликса и снова надавливает на его затылок. Но блондин и не планировал отстраняться. Он жадно вобрал его член, заглатывая почти целиком. Чанбин чувствовал, как узко в горле парня и реально начал переживать, что сможет навредить ему, поэтому ослабил хватку на затылке. Но Феликс словно изголодавшийся набросился на него и жадно заглатывал, причмокивал и всасывал. Одной рукой он помогал и направлял член Чанбина, а второй обхватил свой член и стал себе надрачивать. Чанбину было не видно из-за положения тел, но он определенно хотел увидеть член Феликса. Феликс его возбуждает. Он кладет вторую руку на щеку блондина и чувствует ладонью, как движется его член во рту у парнишки. — Черт… Ликс, как же приятно…как хорошо, — Чанбин запинается, дыхание сбилось, на лбу проступила испарина. Феликс от этих слов мычит, и Чанбин чувствует членом вибрацию в горле. Это безумно заводит. — Ликс, я могу так кончить, притормози. Со сжимает волосы на затылке, пытаясь притормозить парня. Тот с звонким причмокиванием отрывается от члена и поднимает глаза. Сейчас он выглядит так же невинно, как и развратно. Губы блестят от слюны и рот выглядит истерзанным, но глаза при этом совсем невинные. — Так я и пытаюсь это сделать. Я хочу тебя, хочу, чтоб ты кончил. В его глазах непонимание и паника. Чанбин мысленно себя материт и сам не понимает, почему так делает. Он резко встает на колени перед ничего непонимающим Феликсом и целует его, жадно и страстно. Во рту Ликса ощущается странный привкус. Его собственный. — Малыш, я тоже тебя хочу, — разрывает поцелуй Бин и кладет ладони на щеки парня, — хочу, чтоб тебе тоже было приятно. Скажи, как это сделать? Феликс в шоке смотрит на Чанбина, облизывает губы и тихо произносит: — Ты серьезно? Чанбин молча кивает. Феликс опускает взгляд. — Можешь потрогать меня…там? — Почти шёпотом спрашивает он. Чанбин не знает где это «там», но конечно может. Он понимает, что может все с Феликсом. Он не чувствует никакой черты. Со оглядывает комнату и видит кровать. Феликс оборачивается и видит куда смотрит Чанбин. Просто понимая друг друга без слов они встают. Чанбин избавляется от кроссовок и стягивает джинсы вместе с трусами. Феликс мгновение осматривает его с ног до головы, а потом взмахивает руками и закрывает ими лицо. — Я не выдержу, Чанбин… Черт, черт, черт…ты такой красивый. Со отрывает руку Феликса от его лица и тащит к кровати. Ли послушно следует за ним. Они заваливаются на кровать и оба жадно начинают исследовать тела друг друга. Чанбину не нравится, что Феликс до сих пор в джинсах, он хочет почувствовать его полностью, поэтому, он привстает на кровати. Феликс нервно хватает его. — Куда ты? — Малыш, ты чего дергаешься? Я же сказал, что никуда не денусь, — с этими словами он приседает рядом с кроватью и начинает расшнуровывать кеды блондина. Сняв кеды, он снимает с него носки, смотрит на свои и снимает их тоже. Вот теперь он точно голый. Осталось раздеть Феликса. Он берется за кромку джинсов и начинает тянуть вниз, но резинка трусов цепляется за возбужденный член. Феликс пискает и помогает высвободить свой орган. Сказывается неимение опыта стягивания штанов с парней. — Прости. Больно? — Нет, все в порядке, — говорит Феликс и прикрывает свой член руками. — Убери руки, — Чанбин выкидывает джинсы Феликса в сторону, — я хочу тебя всего видеть. Ликс убирает руки и закрывает ими лицо. Чанбин рассматривает стройное тело в свете уличного освещения, что попадает в комнату через два окна. Феликс прекрасен. Его член подрагивает, оставляя на животе пятнышко смазки, грудь вздымается от глубокого дыхания и он кусает губы. Чанбин ведет рукой по бедру и опирается одним коленом о кровать, раздвинув ему ноги. Он убирает руки от красивого лица парня, нависая над ним и заглядывая в глаза. — Я же сказал, что хочу видеть тебя всего. Феликс, ты такой красивый. Чанбин рассматривает лицо перед собой. Парень смущен и словно не верит в происходящее. Бин проводит пальцами по щеке блондина. Тот шумно сглатывает. — Так где ты хочешь, чтоб я тебя потрогал? Чанбин проводит по губам Ликса. — Здесь? Спускается ниже, ведет рукой ниже по подбородку, очерчивает линию шеи и ключиц, спускаясь на грудь и зажимая сосок. Феликс стонет, закрывая глаза и немного выгибаясь в спине. Чанбин легко, почти целомудренно целует его. — Или здесь? — отрываясь от губ и снова заглядывая в глаза, выжидает реакцию Бин. Его рука спускается ниже, лёгкими касаниями оглаживая бока и живот. Ликс кусает губы. Чанбин чувствует, как сокращаются мышцы живота Феликса и блондин начинает рвано дышать, закрывая глаза и наслаждаясь процессом. — А может тут? И Чанбин проводит пальцами по внутренней стороне бедра и накрывает ладонью напряженный член парня. Феликс стонет и толкается бедрами, а Бин тут же сжимает твердую плоть в своей ладони. Блондин распахивает глаза и смотрит затуманенным взглядом. — Чанбин, — на выдохе шепчет Феликс, — да, тут. Прошу, не отпускай, — и он снова толкается в кулак. Какой же Феликс возбуждающий. Чанбин его не отпустит. Он накрывает его своим телом и припадает к губам. Феликс стонет сильней под тяжестью тела и снова толкается бедрами. Бин ласкает парня ртом, целует в губы, щеки, нежную кожу за ушком, цепляя языком пирсинг, спускается губами по шее, иногда покусывая, чем вызывает дрожь у Феликса, он ритмично водит по твердому члену, чувствуя, что с него начинает сочиться смазка. Чанбин прижимается своим возбуждением к бедру Ликса и тоже начинает тереться. Феликс тут же реагирует и просовывает свою руку между их телами, чтоб обхватить член Бина. Все быстро начинает переходить в безудержное наслаждение, они хватаются друг друга, жадно целуя и кусая. В какой то момент Чанбин отпускает член Феликса и наваливается всем телом на него, оказавшись между ног блондина. Они какое то время трутся членами зажатыми между их животами, Феликс начинает стонать сильней, а Чанбин думает, что еще немного и он кончит. Вот просто потому что парень под ним настолько сексуален и желанен, что он готов это сделать просто от дрочки, тем более, что дальше пока не знает, как действовать. — Ликс, я на пределе, — признается Бин, — ты меня с ума сводишь. Феликс перекатывает Чанбина на спину и садится верхом на его бедра, обхватывает ладошкой оба их члена и начинает водить интенсивней. У Феликса маленькие ладошки. Наверное поэтому он берет руку Чанбина и кладет на их члены, тот все понимает. Зажав обеими руками, они продолжают доводить себя до точки. Феликс закидывает голову, второй рукой начинает ласкать свои соски, прежде облизав свои пальцы. У Бина сносит крышу, таких ощущений у него никогда не было. Он впивается пальцами в бедро Феликса и на задворках сознания мелькает мысль, что могут остаться синяки. Он чувствует как тяжелый узел, давящий где то внизу живота, сейчас развяжется и выплеснется наружу все его, так долго сдерживаемое, желание. — Чанбин… Чанбини, я сейчас кончу, — срывающимся голосом стонет Феликс и откидывается немного назад, облокачиваясь на вторую руку о бедро Чанбина. Эти слова становятся последней каплей, а прекрасный вид перед глазами доводит до точки невозврата. Чанбин чувствует, как твердая головка члена Феликса выстреливает горячим семенем, и кончает следом. Сперма попадает на грудь, на живот и пачкает пальцы. Феликс дрожит и поскуливает, какое то мгновение он еще держится, а потом, высвободив члены из тисков, падает на грудь Бина. Чанбин лежит, словно его оглушили. Тело стало ватным, а уши были будто под водой. Он обнимает парнишку, прижимая теснее к себе. Животом ощущает, как их члены дернувшись в последних конвульсиях начинают успокаиваться и опадать. Дыхание Феликса становится более ровным, в принципе, как и у самого Чанбина. Наверное нужно что-то сказать. — Ликс, мне было чертовски хорошо, — шепчет Бин на ушко Феликса, — ты фантастический. Тело парнишки напряглось, а потом он поднял голову и посмотрел на Чанбина. Эти глаза выражали столько, что Чанбин боялся утонуть в этой черной бездне эмоций. — Ты что-то невообразимое, Чанбини. Ты вообще настоящий? — Это я у тебя должен спросить. Когда я тебя впервые увидел, то подумал, что ты какой-то нереальный. Даже мысль промелькнула, что ты настоящий эльф. — Чанбин хихикнул. — Я не псих, не думай, я не верю в эльфов. Просто, когда в семье маленький ребенок, начинаешь вести себя в соответствии с предпочтениями детей. И начинаешь относиться к Санте, зубным феям и разному волшебству серьезно. — Это ты нереальный. Мне кажется, что там в торговом центре, Санта сделал мне подарок, послав тебя. Неужели я был таким хорошим мальчиком? Он улыбается, оголяя ровные зубы, доводя Чанбина до эйфории. Он реально влюбился в эту улыбку. Она делает его счастливым, как наркотик. Он становится зависимым и хочет видеть эту улыбку постоянно. — Ты очень хороший, Феликс, — Чанбин не сдерживается и обнимает лицо ладошками, чтоб притянуть для поцелуя. — Фу, — фыркает Феликс, а Чанбин понимает, что одна рука у него измазана в их сперме и он приложил ее к щеке парня. — Ой, прости, — он убирает руку, но Феликс ее перехватывает. Блондин выпрямляется, усаживаясь на бедрах и держа за запястье руку Чанбина. Он покачивается бедрами, потираясь своим пахом, о член Чанбина, который стал опять твердеть. Бин поглаживает чистой рукой бедро парня и внимательно наблюдает за ним. Если они пойдут на второй круг сразу, то Чанбин продержится намного дольше и возможно не ограничится дрочкой. Феликс будто читая мысли, смотрит томным взглядом на Чанбина и подносит его руку к своему лицу. Не разрывая контакта, он открывает свой рот и, достав язык, начинает слизывать их сперму с его ладони, вылизывая каждый палец, глубоко погружая их в рот. Чанбин же не железный.