Christmas Eve and Happy New Year

Феликс вернулся из душа в одном полотенце на бедрах, Чанбин в этот момент писал маме сообщение, что с ним все в порядке и он останется здесь с ночевкой, чтоб родители не переживали. Им вылетать второго, чтоб не было паники, что сын пропал и где его теперь искать. Блондин достал второе полотенце из шкафа и протянул Бину. В этом доме он ориентируется очень хорошо. — Ванна сразу напротив, — он кивает в сторону двери, — я тут приберусь и пойду что-нибудь найду нам покушать, поэтому, как закончишь, спускайся на кухню. Помнишь где? Чанбин кивает и встает. Феликс жадным взглядом пробегает по его телу и снова закусывает губу. Чанбин, сдерживая улыбку, проходит мимо. Феликс снимает с себя полотенце, красуясь нагишом перед Бином, протягивает его и просит бросить в корзину для белья. Тот конечно же берет полотенце, но прежде, чем уйти, шлепает этого нахального кота по голой попке. Звонкий шлепок и не менее звонкая реакция, когда Феликс взвизгивает, подпрыгивая и прикрывая пострадавшее место. Чанбин смеясь удаляется из комнаты под шипение котика. После душа, он возвращается в комнату за вещами. Бардак на кровати убран вместе с пледом. На спинке кровати висят его джинсы и трусы, на полу стоят кроссовки с носками. Рубашки нет. Чанбин еще раз обвел взглядом комнату и не нашел. Натянув белье и джинсы, он убрал телефон в карман и пошел вниз, по пути закинув свое полотенце в корзину для белья. Когда Чанбин зашел на кухню, то пропажа нашлась. Его рубашка была на Феликсе. Опять ванильная романтика, которую так часто демонстрируют в романтических фильмах. Только было одно отличие. Феликс хоть и был в его рубашке, но также и в своих джинсах, поэтому чистой розовой романтики не получилось. Даже больше. Совсем не романтично и Чанбин разочаровался. Он бы хотел в следующий раз увидеть, как Феликс готовит ему ночной перекус в его рубашке, но с голыми ногами. А может и без белья. Член призывно дернулся, отрезвляя Бина. Не сейчас. — Кхм, — откашлялся Бин, чтоб привлечь внимание, — над чем колдуешь? — О, — отреагировал блондин, — сэндвичи делаю, подойдет? — Чанбин кивает. — В холодильнике есть вода или сок, достань, что хочешь. Пиво у бассейна. — Нет, пить я сегодня больше точно не хочу, я бы перекусил и спать лег. Феликс ехидно улыбнулся и пододвинул тарелку с сэндвичами. — Только спать? — Феликс строил глазки, заигрывая с Бином. Со уселся на стул за стол и посмотрел на Феликса снизу вверх с кривой ухмылкой, поигрывая бровью. — А ты готов продолжить? — Что за привычка отвечать вопросом на вопрос, — хмыкнул блондин и развернулся к холодильнику, — так тебе воды или сок? Чанбин согласился на воду, а себе Феликс достал апельсиновый сок. — Удобно? — Чанбин кивнул на рубашку. — Очень. — Усаживаясь за стол напротив, ответил Ли. — Я специально, чтоб ты еще немного покрасовался передо мной своими мышцами. Рубашка явно была широка в плечах и это придавало образу Феликса что-то милое. Хотя он был милым и в другой одежде…и без нее. — На самом деле, я просто не нашел свою кофту, а после душа не люблю ходить неодетым, поэтому взял твою рубашку. Ты же не против? — Конечно нет. — Чанбин жевал сэндвичи и запивал водой. — Твоя кофта у бассейна осталась. Я тебя там начал раздевать. Феликс покраснел. Впервые за долгое время они находились при ярком освещении и он смог рассмотреть, как розовеют щеки под россыпью веснушек. — Ты такой милый, Феликс Ли, — и Чанбин легко щелкнул его по кончику носа. Покончив с ночным перекусом и забрав кофту блондина, они поднялись в спальню. Феликс уточнил, не против ли Бин спать вместе с ним в одной кровати, что позабавило Чанбина. Если уж учесть, чем они занимались час назад в этой кровати, то спать в ней, это самое невинное, что может произойти. На вопрос «Чья это спальня?», Ли рассказал, что старшей сестры Криса, которая тут больше не живет, потому что снимает квартиру со своим парнем. На часах было почти четыре утра, когда они забрались в кровать. Чанбин в одних боксерах, а Феликс сняв рубашку, натянул свою кофту, объяснив, что не любит спать без футболки, а идти к Чану в комнату, чтоб одолжить у него, ему уже совсем лень. Они еще немного поболтали. Феликс рассказывал о семье Криса, а Чанбин медленно засыпал под это мерное тихое грудное воркование, словно кот лежал рядом и громко мурлыкал. Чанбин сомкнул глаза и, ускользающим в сон сознании, почувствовал, как Феликс выключил свет лампы, повернулся к нему, легко поцеловал в губы и пожелал спокойной ночи. И Бин уснул. Чанбин не в первый раз просыпался не у себя в кровати и даже не у себя дома. Но он впервые просыпался в чужом доме и чужой кровати с парнем. С парнем, с которым у него был фантастический секс. И который сейчас обнимал его поперек живота, закинув ногу на его бедро и сопя ему в спину. Волшебство ночи прошло, в окна светило солнце, хмель выветрился уже давно и мозг начал функционировать предельно разумно. Чанбин понимал, что все, что произошло, было будто не с ним. Нет, он все делал в трезвом уме и он помнит все: разговоры, прогулки, горячий секс, ночной перекус, но почему то сейчас это казалось чем то запредельным. Нет, ему не противно, просто немного это смущает. Он не знает, как смотреть в глаза Чану, который явно понимал, чем они тут с Феликсом вдвоем занимались. Он не знает, как отреагирует Феликс, когда проснется… И именно на этой мысли, он отчетливо почувствовал реакцию Ликса. Тот зашевелился у него за спиной, стараясь теснее прижаться, и уперся утренним стояком в попу Чанбина. Всю дрёму, как рукой сняло. Со распахнул глаза и резко отодвинулся, переворачиваясь на спину, пряча сокровенное. Феликс от таких резких движений забубнил и тоже распахнул глаза. Столкнувшись с напуганным лицом Чанбина, он не сразу понял такой реакции, но сложив два плюс два, осознал. У Чанбина в отличии от Феликса после вчерашнего бурного секса в штанах было спокойно и без тревог. — Прости, я не специально, это просто утро. — Виновато произнес блондин и потер глаза. И Со стало стыдно за свое поведение, потому что судя по этому заспанному парню с россыпью веснушек, взъерошенными волосами и покусанными припухшими губами, он точно не имел дурного замысла воспользоваться спящим Бином. — Это ты прости, я как дурак себя веду. Феликс застонал и уткнулся лицом в подушку, что-то бормоча, а потом резко поднял голову и улыбаясь своей солнечной улыбкой пожелал доброго утра. Двойной выстрел. Сначала в сердце, которое громыхнуло так, словно хотело выскочить. А потом в голову, потому что мозг перестал нормально функционировать. Лицо залилось краской, даже уши полыхали. На что Феликс засмеялся, обнял его за щеки и поцеловал в губы, назвав его милым. И почему этот парень так на него влияет? Они оделись, прибрались в комнате, умылись, Чанбин отписался маме на ее сообщение, затем они спустились вниз. Феликс, увидев машину Криса на парковке у дома, успокоился, что тот дома, но заходить к нему не стал. Он попросил помочь развесить плед на заднем дворе, который постирался пока они спали. Они собрали мусор, который валялся то там, то тут вокруг бассейна и с чувством выполненного долга вернулись на кухню, чтоб покормить свои изголодавшиеся молодые организмы. Феликс крутился у плиты, а Чанбин наблюдал за ним. Он восхищался тем, как этот парнишка так ловко и без труда выполняет работу по дому. Вспомнил, что тот учится на дизайнера одежды и очень любит шить. А еще он нежный, добрый и заботливый. И Чанбин цепляется за мысль, что Феликс мог бы быть идеальной женой, если бы не был парнем. Ли что-то рассказывает про блинчики, которые у него сгорели, когда ему было лет десять, но Чанбин слушает в пол уха, просто любуется. Он хочет просто подойти и обнять, прижать к себе это ангельское создание, но в этом порыве ему мешает Чан, который, как медведь завалился на кухню в шортах и майке, почесывая «пузо». Он приветствует их на английском и падает на стул рядом с Бином. Феликс щебечет что-то о почти готовом завтраке, спрашивает, как прошла вечеринка на пляже, Чан, как ни в чем не бывало, отвечает. Блондин начинает накрывать на стол, перекидываясь короткими фразами, то с Крисом, то с Бином и улыбаясь. Укол ревности Чанбин почувствовал, когда Крис начал хвалить Феликса, что тот не напился и сейчас выглядит в разы лучше самого Чана, хотя тот пил только сок и колу. На комплимент Ли отреагировал кокетливо, что и вызвало неприятное чувство. Но это не продлилось долго, потому что Чан наклонился к уху Чанбина и шепотом спросил: — Ты что ему такое сделал, что он весь светится, когда на тебя смотрит? Получилось громче, чем ожидалось. Со даже не успел покраснеть, как Ликс, резко разворачивается и, замахиваясь лопаткой, шипит, как кот. — Я все слышу. И сталкиваясь взглядами, они оба краснеют, а Феликс поджимает и так искусанные губы. Крис поднимает руки в жесте «Сдаюсь» и изо всех сил старается не рассмеяться. Все втроем какое-то время переглядываются между собой, а потом начинают смеяться. Завтрак прошел в дружеской атмосфере. А после того, как они все вместе привели дом в нормальный вид, Чан повез их в отель, где остановилась семья Со. По дороге Феликс попросил остановится у одного магазина с подарками и запретил с ним идти. Вернувшись через пятнадцать минут, он протянул небольшую коробку Чанбину. — Не открывай сейчас. Откроешь, когда вернешься домой. Чанбин засуетился, объясняя, что у него нет подарка в ответ, но подарок все же принял. Он и не хотел его возвращать, просто было неудобно получать еще и подарок, если учесть, что сколько внимания, и не только, он получил от этого солнечного парня. Когда они попрощались, и парни уехали, Чанбин еще некоторое время стоял и смотрел в сторону, куда уехал пикап Чана. Его телефон пискнул, оповестив о новом сообщении. Со открыл и с радостью обнаружил, что это сообщение было от Феликса. Бин, возможно выглядел, как дурак, стоящий посреди улицы у входа в отель, и лыбящийся в телефон, но ему было все равно, потому что он был рад, что у него есть номер Феликса, который только что прислал ему свое селфи из машины. Светлое личико в маленьких пятнышках, черные счастливые глазки и до безумия милая радостная улыбка с пожеланием хорошо долететь. Чанбин закусил губу и убрал телефон в карман. Он легко потряс коробочку, но ничего не услышал. Чанбин тоже был хорошим мальчиком и наставление Феликса выполнил, поэтому придя в номер, убрал подарок в чемодан. Нужно потерпеть всего сутки.

***

Волны размеренно то набегали, то отступали от берега, в бухте никогда не бывает больших волн, поэтому любителей серфинга тут нет, зато много любителей поиграть в волейбол. Песок на этом пляже был достаточно плотный, что не позволяло ногам утопать в нем, зато давало возможность играть более эффективно. Воздух был прогрет по максимуму и даже ветерок не приносил облегчения. На открытом солнышке можно поджариться до румяной корочки через полчаса, но это не мешало парням развлекаться, прыгая, как кенгуру и кидая мяч через сетку. Феликс же предпочитал лежать в тени зонтика, пряча светлую кожу от беспощадных лучей солнца. Он листал новостную ленту, тихо подпевая себе под нос любимые песни из плейлиста. Блондин пытался отогнать от себя назойливые мысли, которые не давали покоя. Прошло два дня, а от Чанбина не было ни строчки. Феликс было порывался сам написать, узнать, как долетел, но гордость не позволяла. Каждый раз, когда он открывал с ним чат, натыкался на одно и тоже, его счастливое фото и короткое сообщение от Чанбина «Ты прелесть» и на этом все. Двое суток прошли в тягостном ожидании, постоянном заглядывании в телефон с надеждой, что может он не услышал сигнала входящего сообщения. Крис его отругал, назвав липучкой, на что Феликс сильно обиделся, но через пару часов уже простил и поехал с ним и другими парнями на пляж в бухту. Феликс развернулся и посмотрел в сторону моря. Вон там, на том месте, недалеко от большого камня, его поцеловал Чанбин. Он тяжело вздохнул. Остатки воды в бутылке нагрелись и Ли решил пройтись до бара, чтоб взять чего-нибудь холодного. Вернувшись назад с огромным стаканом холодного чая со льдом он устроился на шезлонге и решил приняться за старое занятие — полистать ленту. Но внимание привлек значок входящего сообщения. Он не слышал его. Видимо потому, что у Сэма в баре было достаточно шумно. Сердце стукнуло в где-то в горле. Феликс потряс головой напоминая себе, что вчера так же отреагировал, а это было всего лишь сообщение от сестры. Но прочитать же нужно. Феликс не хотел сдаваться до последнего. Он хотел верить, что Чанбин напишет, и они продолжат свое общение уже в Корее. И совсем не хотелось верить, что то время, что они провели вместе оказалось для Чанбина простым экспериментом, а Феликс в нем был подопытной мышью. Феликс нажал на иконку приложения и перед ним открылся список чатов. Заветная циферка один светилась на чате с именем Чанбин. Как дышать? Где искать свое сердце? Дождался. Феликс хотел взмыть в небо от радости, но разум его быстро приземлил, напомнив, что содержание сообщения может быть и не таким уж радостным. Взяв под контроль свое дыхание, он наконец открыл чат. Чанбин прислал фото. Нет, не свое. Он прислал фото подарка, который сделал ему Феликс — стеклянный «снежный» шар. Внутри, среди пальм, на гребне волны, стоял Санта-серфингист, с мешком подарков и в темных очках. А вокруг, вместо белых пушинок, как в традиционных снежных шарах, мерцали блестки. Для Феликса они ассоциировались с фейерверками. Такие же фейерверки сейчас были перед глазами у Феликса, потому что следом за фото, Чанбин прислал сообщение «Сходим куда-нибудь?».

The End.