Будущее прошлое

      Кейл с нескрываемым недоумением смотрел на лежащее среди тяжелых стопок книг на низком столике, за которыми он ранее планировал провести очередной день, но, похоже, его планам не было суждено сбыться, письмо с узнаваемой печатью Королевской Академии. Изначально, она задумывалась как закрытое учебное заведение для правящей семьи с упором на подготовку наследников к трону, откуда и пошло название, но вскоре открыла свои двери для выдающихся детей аристократов и ныне считалась лучшей в Роан. Но проблема в том, что он не был примечательным, единственное, что он делал — целыми днями сидел в библиотеке, дожидаясь дальнейшего развития событий, а конкретно — своего юбилея, по совместительству объявления Виолан с Басеном в семье, а также накапливал информацию и адаптировался к новой обстановке. Кейл также не был сыночком какой-то известной семейки герцога, ну или, в крайнем случае, маркиза. Он был простым наследником, — и то по умолчанию, как единственный ребёнок, а не за заслуги! — может, немного более богатого, чем другие графы. У северо-восточного района даже не было своего лидера, чтобы на них обратили внимание. —Что это? — Кейл хотел, чтобы стоящий перед ним посол сказал, что это глупая шутка, тогда все было бы даже более правдоподобно. Но его потаенным желаниям было не суждено сбыться. —Молодой Мастер Кейл, Его Светлость лично заметил Ваш талант и посоветовал Вашу кандидатуру, — ничуть не колеблясь, ответил высокий привлекательный — хотя его красота меркла по сравнению с сидящим перед ним, но не заметить этого было сложно — молодой юноша лет двадцати-двадцати пяти, как выяснилось, помощник одного из профессоров, чья очередь раздавать приглашения выпала на этот год, не зная, куда себя деть, стоявший перед развалившимся на кресле мальчиком гораздо младше него и теребивший подол жюстокора. —Послушай, это ведь не шутка? —Нет, Молодой Мастер, с чего Вы взяли? — напрягся посол, темные кудряшки упали на лицо в такт наклону головы. Изначально он думал, что, как и многие другие, этот господин начнет бахвалиться своими талантами, размахивая перед его лицом письмом, в итоге его порвав или ещё каким либо образом испортив, потому всегда носил по две копии, но в этот раз мальчик смотрел на него с неким неверием, но не благоговенным, как единицы порядочных и скромных детей аристократов, а откровенным непониманием и даже каким-то не желанием принимать бумагу, словно он обжегся бы, коснувшись её.       Кейл шумно выдохнул. Ему совершенно не хотелось идти в академию, это не входило в его планы. Но, с другой стороны, если не обращать внимания, как и много раз раньше, на собственные чувства, то обучение там было даже лучшим вариантом. Если Кейл сможет хорошо окончить её, то обеспечит себе будущее, которое он собирался сделать мирным хотя бы для своей территории, и даже, возможно, получит протекцию от королевской семьи, если войдёт в топ. Но это была ответственность и риск, которые были его нелюбимой, но жутко эффективной и незаменимой частью любого плана. «И что тут прикажешь делать? — Кейл поднял взгляд на откровенно нервничающего паренька. Нужно соглашаться. — Боже правый, заставил ребенка — плевать, что этому телу даже меньше, в душе-то он старше раза в два — волноваться, ну что я за ублюдок такой, а?» —Рон, — Кейл повернулся всем телом к стоящему тенью за спиной дворецкому, и от мальчика не укрылся холодный, изучающий взгляд, которым тот осматривая незнакомца, отчего его тон стал немного грубее. — Принеси чая со сладостями. У Вас есть предпочтения? — Кейл вернулся в исходное положение и обратно разбавил свои речи сладкой интонацией, все же отложив на столик несчастную книжонку, которую он читал до прибытия неожиданных гостей, а с начала встречи теребил в руках. —Вы мне? — с неким удивлением спросил паренёк, оглядываясь по сторонам, в итоге неуверенно указав на себя за неимением другого выбора и, получив кивок, ответил слегка смущённо. — Оставлю все на Ваш выбор, Молодой Мастер. —Тогда, — казалось, неловкая атмосфера абсолютно не затрагивала мальчика. — Принеси как обычно, но не лимонный чай, а что-нибудь сладкое. —Слушаюсь, Молодой Мастер, — Рон с некой ухмылкой  удалился через дверь, специально хлопнув ей, а не тенью, дабы не пугать незванного гостя, конечно, только со знака господина.       В библиотеке, относительно недавно принявшей приемлемый вид, повисло гнетущее молчание, которое, поразмыслив, решил прервать посол, посчитав, что ожидать инициативы от ребёнка бесполезно. Но для него было невдомек, что последнему даже более комфортно в тишине, чем за бессмысленными светскими разговорами. —Молодой Мастер- —Прошу прощения, — сразу же прервал Кейл, чем слегка смутил парня. — Как я могу к Вам обращаться? —Ах, Вы имеете ввиду моё имя? Прошу прощения, что не представился, — на лице говорившего возникла виновата улыбка. — Дерек Грейс. —Дерек, присядьте, — Кейл указал на кресло напротив широким жестом, но заметил странный взгляд, явно направленный на него. — Что-то не так? Я спросил, не как Вас зовут, а то, как мне к Вам обращаться. Ваше имя мне уже известно, не стоит забывать про бейджик на Вашей одежде, — начал разъяснять Кейл словно маленькому ребенку. — Меня совершенно не волнует Ваш титул до тех пор, пока Вы сами сего не возжелаете. Хотя мне было бы слегка неприятно из-за противоречия во взглядах, я все равно бы принял любое отношение и никак не высказывал своего недовольства, пока мы не затрагиваем эту тему. Если бы Вы представились как первый сын барона Грейс, то я бы обратился соответствующе.       Дерек застыл, так и не сев на предложенное место. Это было определённо не то, что он ожидал услышать от маленького ребёнка, тем более аристократа. К тому же, его осведомленность поражала — семейство Грейс отнюдь не было знаменитым, обычное баронство на северо-западе. Как правило, все, что знали об этом регионе было связано с маркизством Стэн и их семейными разборками, гораздо реже — горной цепью на их территории. —Что же Вы не садитесь, Дерек? — ему почему-то показалось, что последнее было обособленно упрекающей интонацией с ноткой сарказма, но было искусно прикрыто вежливостью, как если бы дитя с детства варилось в среде дворянских интриг и лживых масок. Он говорил с откровенным упреком, и это поймет даже младенец, но прямых доказательств тому не найти, а значит — не уличить за несоблюдение правил этикета. —Нет, все в порядке, я лишь слегка задумался, — Дерек помотал головой и расположился напротив, невольно заметив, что кресло очень мягкое, и он будто в нем утопает. Такую роскошь он испытывал лишь пару раз на торжественных приёмах, организованных королевской семьёй, как дворянин и пару — как выдающийся ученик академии. —Я не просил оправданий, — Кейл же специально не скрывал свою истинную своенравную сущность, странные, по мнению других, интересы и мнения и недовольство собеседником и миром в принципе, на подсознательном уровне надеясь, что так добьётся отзыва приглашения. — Вы что-то хотели сказать, когда я Вас прервал? —Ах, по правде говоря, я был впечатлен Вашим спокойствием и рациональностью, Вы определённо достойны обучения в Королевской Академии. Теперь я понимаю, почему взор Его Светлости пал именно на Вас, — из уст полились порция лести, заставив Кейла скривиться. Он ожидал и даже удивился столь позднему появлению приторной сладости в их разговоре, ранее извергаемой только им самим, но все равно было неприятно. —Ах, вовсе нет, — Кейл улыбнулся так искренне и ярко, как только умел. — Что бы Вы ни подумали, я однозначно плохой человек. Однако, согласитесь, жизнь по своей природе несправедлива, и злодеям даже более свойственно обладать гениальным талантом. —Наверное, — совершенно не уверенно сказал Дерек, думая, кто же мог сказать такое ребёнку или как тот к этому пришёл, и почему никто его не поправил.       В комнату зашёл Рон с металлическим подносом, поблескивающим под лампой, и, аккуратно отодвинув все вещи вбок, смерив Кейла, попытавшегося сделать все самому, тяжёлым взглядом, отчего тот вздрогнул и отдернул руку как ошпаренный, неловко положив её себе на колени, что — слава Богам! — осталось незамеченно Дереком, ушедшим в свои мысли, поставил его на стол. —Приятного аппетита, — Кейл взял в руки тёплую чашку и отпил чай, указав на другую, предназначенную гостю. Всё его действия выглядели невероятно изящно и точно соответствовали статусу благородного, словно он и был его истинным воплощением. —Ах, благодарю, — Дерек последовал примеру мальчика, наслаждаясь закусками и душистым напитком. После утомительного дня в сфере обслуживания не самых приятных клиентов это как раз было то, чего ему не хватало. «Если бы только все дети были такими, работа стала бы легче в разы» — но мимолетная мечта осталась лишь слегка печальной улыбкой на лице Дерека. —Сладкий чай определённо лучший, — Рон хмыкнул, услышав комментарий Кейла, расплывшегося в непринуждённой улыбке и прикрывшего веки от удовольствия. —Да, Ваш чай очень вкусный, большое спасибо, — все ещё неловко, но уже уверенней ответил Дерек. Он начинал проникаться душой к мальчику, что был младше его в два раза, если не больше. Если бы кто-то попросил описать его, то он ответил бы, что этот мальчик обменял счастье на расчетливость, детство на ответственность, а эмоции на рациональность. —Это особый сорт, завезенный из королевства Каро местными купцами, обошедшийся мне довольно дорого, уверен, вы знаете о повышении цен на пограничных таможнях в последнее время. Пусть наши западные соседи скорее известны кофе в продовольственной сфере, но не могу не похвалить их чайные листья, пряный аромат и насыщенный вкус также хороши. Рад, что вы оценили, он на самом деле относительно необычный и нравится далеко не всем. Допивайте, не спешите, а затем отправляйтесь дальше, — вежливо приказал Кейл, пытаясь спровадить неожиданного гостя откровенными намёками, если это нельзя назвать прямым текстом. — Я тщательно обдумаю свое решение и вышлю ответ письмом. Конечно, если Его Светлости будет удобно, то он всегда может связаться через магическое устройство, в поместье есть связной. —Я обязательно сообщу об этом, — Дерек искренне улыбнулся, аккуратно поставив чашку с остатками чая на донышке на фарфоровое блюдце с золотой каймой, и встал. Кейл почти видел горящие огоньки в светло-карих глазах. — Не дайте своим талантам кануть в лету. Надеюсь ещё когда-нибудь провести время в вашей замечательной компании, Молодой Мастер Кейл. —Безусловно, я тоже буду ждать с нетерпением. «Ещё чего, зачем мне лишняя головная боль?» —Рон проводит Вас до выхода. Вы можете воспользоваться услугами телепорта или отправиться сами, передайте любые свои пожелания этому дворецкому, — Кейл указал на Рона. — Он опытный и хорошо знает поместье, Вам не о чем волноваться. —Благодарю, Молодой Мастер, — Дерек нехотя пошёл на выход, но у самой двери остановился. — Я искренне надеюсь, что наша следующая встреча пройдёт уже в академии. —До свидания, Дерек, — Кейл улыбнулся, размышляя о том, как можно избежать встречи с этим странным пареньком, так как осознанной частью разума он склонялся в сторону принятия обучения. Скажем, плюсов было больше, но наличие минусов вызывало сомнения.       Кейл вздохнул и вскрыл письмо. Он, наверное, должен был сделать это раньше, по получении, но его совершенно не интересовало содержимое. Мальчик быстро пробежал глазами по строкам красивого выверенного почерка. «Многоуважаемый Молодой Мастер Кейл, первый и единственный сын и наследник высокородного и благочестивого лорда земель, достопочтенного графа Хенитьюз.

С превеликим уважением пишу Вам и надеюсь, что Вы в добром здравии, и неблагоприятные слухи о Вашем ухудшившемся состоянии являются лишь таковыми, но не более. Передаю огромные сожаления по поводу случившегося Вам и всем страдающим, безусловно, я тоже таковым являюсь, как не сожалеть о Вашей утрате? Помимо сего, приятно наслышан, что интерес Ваш остановился на знаниях, и премного рад, что в наше время нашёлся такой прекрасный ребенок у столь же знатного отца, Его Сиятельства, графа Деруса Хенитьюз, прошу передать ему мои искренние благодарения. Обращаюсь я к Вам с письмом и смею просить Вас посетить нашу, боюсь словом обмолвиться, да безумно горд, что та известна своим качеством, Королевскую Академию в лице ученика её благородного. Уверен, здесь Вы найдёте необходимый простор к развитию и познанию. Помните, что мы с превеликим удовольствием предоставим Вам любые Ваши желания к Вашим ногам, двери Академии всегда открыты для Вас. Буду ждать ответа, с Вашего позволения, положительного.

Искренне Ваш директор Королевской Академии.»

      Если отбросить излишне вежливые и сладкие речи, коими пестрила речь писавшего, все было ровно так, как Кейл и предполагал, хотя другого и быть не могло, что бы там себе не надумал тот забавный паренёк Дерек. Его пригласили из чистого уважения к имевшему наибольшее влияние на северо-восточном регионе аристократу и его баснословному количеству денег, что было понятно по упоминании его имени и здравому смыслу, как писали к лидерам других регионов — у многих были дети или внуки необходимого возраста. Должно быть, приглашение выслали и трём другим феодалам, представлявшим главенствующую верхушку вместо единого главы фракции — леди Убарр, лорду Четтеру и лорду Уилсман, чьи дети приходились его ровесниками и друзьями. Кейл вспомнил, как до него дошли известия о смерти Амиру и Гильберта и стоял у их тихих холодных могил, осознавая, что никогда уже не услышит их слегка уставшие, но все равно счастливые лишь оттого, что они есть друг у друга голоса, как держал на руках умирающего Эрика, его названного старшего брата и одного из немногих, кто не бросил его до самой своей смерти. Он помнил, как соленые слезы скатывались по щекам и как не сразу понял, что они были его, как и душераздирающий крик, разнесшийся посланником смерти по округе.       Кейл покачал головой со слабой улыбкой, отгоняя мысли прочь. У него было целых два принципа, за поплавки которых он держался в океане безумия, когда воспоминания потопляли сознание: не жить прошлым и не жалеть себя. Если он ослушается их и многих других правил и ограничений, что будут преследовать его тенью подноготной всегда и везде, а главное — в сердце, наверное, он не сможет избавиться от них, даже вырвав его из грудной клетки, когда захочет убедиться, что все-таки был ещё жив, то непременно сорвётся, сойдёт с ума окончательно, отпустив тонкую, грозящуюся оборваться ниточку разума. Его жизнь превратиться в бесконечный кошмар, от которого он еле пробудился, сформировав какие-никакие, но моральные принципы, хотя другие сказали бы, что у такого ублюдка их и нет вовсе. Искаженные? Да. Неправильные? Со стороны общества. Лицемерные? Гнилые до основания. Жестокие? Но помогающие выжить. Действенные? Определённо эффективнее тех фальшиво добрых, которые выстраивало общество. У него не было совести, которая контролировала бы их исполнение, но был великолепный разум, способный понять цену и последствия.       Кейл снова помотал головой из стороны в сторону, не хватало ещё застрять в прострации на ближайшие полчаса, если не больше, но тут же остановился, вспомнив, какую тяжкую работу проделали слуги над относительно короткими, чуть не дотягивающими до подбородка, волосами, стараясь выправить непослушные алые локоны, игриво выбивающиеся из причёски, которую он так бездумно порушил одним движением. Теперь он обозначил ещё одну позицию в своём списке — обратно переучиться жить как аристократ. Эта короткая фраза скрывала в себе множество смыслов и граней, но ему нужно было выполнять их все и всю жизнь, если, конечно, ничего не изменится, чего Кейл не хотел бы — изменения являются последствием масштабных событий и не факт, что хороших, даже нет, более вероятно, что они таковыми не будут. —Рон, — Кейл хитро улыбался, даже не удосужившись посмотреть в сторону дворецкого, прожигая внимательным взглядом прищуренных глаз далекую спину мальца за ажурной решёткой ворот, что только недавно покинул библиотеку. — Припоминаешь нашего дорогого друга Винсента? Тот, который приходил к нам с матушкой шить те прекрасные платья для июньского бала, что привели публику в превеликий восторг. Вышли ему моё искреннее приглашение выпить чаю во дворе Хенитьюз.